Глава XXIV: Признание
Девушка с каждой секундой плакала всё сильнее и сильнее. Я пообещал и себе, и Эмилии, что никогда больше не буду поднимать этой темы. Так, сидя на полу старого дома и обняв друг друга, мы встретили закат. Наступила ночь, и с днём ушли все переживания Эмилии, но не мои. Девушка вздохнула, не отпуская меня, и спросила:
— Хочешь чего-нибудь выпить?
— Ты про алкоголь или чай?
— А ты чего хочешь?
— Напиться. — Не поймите меня неправильно... я должен был как-то расслабиться, отвлечься от всего того, что происходит, снять чувство вины перед девушкой и хоть на секунду забыть о друге. Я не спал уже трое суток, из-за бессонницы не мог спать ни ночью, ни днём. Несмотря на моё лениство, я всё-таки время от времени подрабатывал в круглосуточном магазине возле дома. Работа в маленьком магазинчике придавала мне деньги и усталость, от которой я мог хоть на пять минут задремать.
Девушка меня отпустила и, выпрямившись, первым делом подошла к зеркалу, стирая испорченный макияж. Передо мной стояла не экстравагантная и драматичная маска девушки, а та, которой она являлась на самом деле. У неё было прекрасное лицо с нежными чертами. Тёмные, глубокие глаза, которые она так тщательно скрывала под голубыми линзами и тёмными очками; от всепоглощающей тьмы её глаз исходило спокойствие. Девушка ловко сняла парик и распустила волосы — тёмные, прямые, до плеч. Я так и остался на полу, наблюдая за значимыми изменениями девушки. Так она выглядела намного прекраснее...
— Давай я тебе принесу кресло.
— Я лучше сам. — Я поднялся с места и принялся перетаскивать два тяжёлых старых дивана к журнальному столику. Девушка с ухмылкой прошлась по залу и, сказав:
— Какой ты у нас джентльмен, — пропала в проходе на кухню.
— Тебе коньяк?
— Да!
— Окей. — Девушка вернулась с двумя бутылками коньяка и поставила их на стол.
— Ты уверена, что мы это всё выпьем?
— А как иначе? — девушка ехидно улыбнулась.
— А... закусывать или разбавлять чем-то?
— Если есть — доставай быстрее!
— Нету...
— Значит чистоганом, — произнесла девушка, вливая в рюмочки алкоголь. После нескольких шотов я уже был не в себе.
С моим недоверием к людям я вряд ли выпил бы даже одну стопку, но с Эмилией всё было по-другому... я расслабился и смог отпустить всё, хоть и на определённое время. Я не скрывая улыбки опёрся об спинку мягкого дивана и сказал:
— Я... всё...
— Чего?! Да тут ик! Ещё вторая бутылка не начатая!
— Я не могу! Мне... завтра... на работу...
— Эййэй, малой! Не отключайся, слышь!
— Ой... ик! — как вдруг Эмилия произнесла, наливая очередную рюмку:
— Я тут это... завтра выезжаю... — меня будто пронзило током.
— ЧТО? НА КОГДА? КОГДА ВЕРНЁШЬСЯ?
— Не знаю... — я закрыл глаза руками и явно не осознавая ситуацию произнёс:
— Я ВЕДЬ ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! Я не смогу без тебя! Я буду скучать... — последние слова я сказал с непередаваемой грустью.
— Я тоже, милый... я тоже...
— Ты тоже меня любишь!? — когда я пьян, я говорю всю правду. То, что я чувствую и то, о чём думаю, не задумываясь о последствиях. Грусть резко сменилась удивлением и чрезвычайным любопытством. В ответ девушка улыбнулась и, подойдя к моему креслу, ответила:
— Конечно, дурак. — После, поцеловав, забрала бутылку со стола и сказала:
— С тебя на сегодня хватит, можешь переночевать у меня в доме.
— Сейчас это не важно! Пообещай мне кое-что!
— М? Чего же?
— Что, когда приедешь обратно, ты меня дальше будешь любить! И я позову тебя за муж! И... и у нас... появятся дети! И мы будем счастливы! — в ответ девушка вновь улыбнулась и произнесла:
— Конечно, милый, ты меня тоже дождись! — это были последние её слова перед выездом...