20 глава
– То есть несколько недель назад. Это была твоя постоянная подружка?
– Нет, мы встретились во время моего отдыха.
– Вы уже успели хорошо познакомиться, прежде чем занялись сексом? – Я понятия не имела, зачем задала этот вопрос.
Чонгук поставил контейнер с едой на стол.
– Она отсосала у меня в ванной комнате через полчаса после того, как мы познакомились в баре.
Я невольно поморщилась.
– А ты хотела бы, чтобы я тебе солгал?
– Наверное, нет. Хотя не скрою, я предпочла бы, чтобы твой ответ был иным.
Он кивнул.
– Ты хотела бы, чтобы это была романтическая история в экзотической обстановке – то есть нечто большее, чем это было на самом деле.
Я расправилась со своей едой и откинулась в кресле, сложив руки на переполненном животе.
– Как бы соблазнительно это ни звучало… – я усмехнулась, – в основном из-за ванны, разумеется… я все же не думаю, что это хороша идея. Мы слишком много времени проводим вместе, чтобы это был просто секс.
Чонгук потер большим пальцем полную нижнюю губу.
– Могу тебя выселить.
– Ну, тогда я точно захочу переспать с тобой. Ничто не способно возбудить меня больше, – съязвила я.
Чонгук обошел стол, забрал у меня пустую коробочку из-под еды и вместе со своей выбросил в корзину. Я почувствовала, как он, возвращаясь, встал за моей спиной. Он наклонился к моему плечу, и когда заговорил, я почувствовала, как по телу поползли мурашки от его теплого дыхания, щекочущего мне шею:
– Если передумаешь, ты знаешь, где меня искать.
Через некоторое время после того, как мы покончили с ужином, я сказала Чонгуку, что мне надо ехать домой, чтобы закончить кое-какую работу.
×××
В последующие несколько дней ситуация с Джонни оставалась довольно напряженной, и это несмотря на то, что наши отношения с Чонгуком вернулись в нормальное состояние. Под нормальным я имею в виду то, что он снова принялся высмеивать советы, которые я давала моим подопечным, если умудрялся меня подслушать, а я, в свою очередь, подслушав его рекомендации клиентам, обращала его внимание на полное отсутствие у него моральных принципов.
– Я о тебе беспокоился, – заявил он, едва я открыла дверь. Понятия не имею, почему я избегала его, ведь он ничего особенно плохого не сделал.
– Неужели? Я вовсе не хотела, чтобы ты волновался из-за меня. Просто было много работы.
– Полагаю, это хорошо. Рад, что все идет, как ты и планировала при переезде.
Ну, правда, не все. Но мне почему-то это теперь не важно.
– Да, мне нравится, как идут дела с моей практикой.
– У тебя есть время позавтракать со мной? Я надеялся, мы сможем немножко поболтать. Обменяться новостями.
Время у меня было, но я предпочла солгать. Бросив взгляд на часы, я увидела, что уже половина восьмого.
– На самом деле у меня консультация в половине девятого, а я еще к ней не подготовилась.
– Может, тогда поужинаем вместе?
– Знаешь, у меня сегодня очень напряженный день. – Я слегка улыбнулась. – Придется работать допоздна, чтобы перенести свои записи в карты клиентов.
Джонни нахмурился.
– А что насчет обеда? Можем поесть в твоем офисе, если хочешь.
Он явно не собирался принимать отказ.
– М-м-м… Конечно.
После того как он ушел, я поняла, что совершила оплошность, пригласив Джонни в офис, и послала ему сообщение, предлагая встретиться в ресторане по соседству.
×××
Важно не то, что вы говорите, а как вы это говорите.
Сегодня я хотел бы тебе сказать _____________________ и показать, что это для меня значит.
Написав очередную цитату дня на доске, я разместила ее также и на веб-сайте и принялась просматривать карты клиентов. Во второй половине дня у меня были запланированы психотерапевтические сеансы, которые шли один за другим.
Я была крайне удивлена, когда за полчаса до обеда Джонни заявился в офис вместо того, чтобы ждать меня в ресторане, как и было запланировано.
– А я думала, мы встречаемся в кафе на Седьмой улице?
– Я просто оказался по соседству и решил заскочить за тобой по пути.
Я предложила ему пройти в мой кабинет, мне нужно было забрать пальто и выключить ноутбук. У Чонгука все утро шла телеконференция, которая, разумеется, по злой иронии судьбы, закончилась именно в этот момент. Он вошел в мой кабинет, не подозревая, что там есть кто-то еще.
– Какие у тебя сегодня предпочтения? Я подумываю о парочке очень вредных гребаных хот-догов. Неплохо было бы прогуляться до… – Он замер, увидев Джонни. – Вот оно что. Не знал, что ты не одна.
Я заметила, как слегка дернулся его подбородок. Да, от Джонни он определенно не в восторге.
Разумеется, Джонни не потрудился разрядить обстановку и с ехидством произнес:
– Мы идем обедать в ресторан, где не подают вредную пищу.
Чонгук посмотрел на меня, взглядом выражая все то, что не сказал Джонни. Потом повернулся и направился в свой кабинет со словами:
– Желаю вам насладиться здоровой пищей.
Я уже почти вышла из кабинета, когда Джонни остановился, чтобы прочитать цитату дня на доске.
Он повернулся ко мне:
– Твоим клиентам нравится такая пошлость?
Я тут же ощетинилась:
– Представь себе, да. Я ежедневно размещаю такие высказывания на своем веб-сайте, куда клиенты заходят, чтобы подключаться к моим видеоконсультациям. Эти цитаты вдохновляют людей и побуждают их развивать свои взаимоотношения.
– Полагаю, все зависит от того, к чему именно ты их побуждаешь.
Я была весьма озадачена его реакцией, ведь на самом деле я позаимствовала эту идею из лекций, которые он читал в колледже, будучи ассистентом преподават
Выйдя из двери, я остановилась, чтобы перечитать написанную на доске цитату.
Чонгук.
Я его точно убью.
Он изменил формулировку.
Снова.
Теперь надпись гласила:
«Важно не то, что вы делаете, а с кем вы это делаете.
Сегодня я хотел бы это сделать с тобой и показать, как много это для меня значит.»
×××
– У меня для тебя подарок на день рождения, хоть и с опозданием, – заявил Джонни.
– Правда?
Он улыбнулся и кивнул.
– Тебе назначено собеседование как кандидату на должность адъюнкт-профессора. Пока будешь преподавать в одной группе, но это только первый шаг в твоей карьере.
– О боже, Джонни! – Не раздумывая, я бросилась ему на шею и радостно обняла. – Спасибо тебе огромное. Это же… – я хотела было сказать, что это лучший подарок, о котором я только могла мечтать в этом году, но вспомнила, что мне подарил Чонгук, и поправилась:
– Это потрясающе. Я тебе очень признательна.
Тут появился администратор, проводил нас до нашего столика, и следующие два часа мы занимались тем, что болтали о работе и обсуждали профессора, который должен проводить со мной собеседование.
– Значит, ты встречаешься с адвокатом, с которым делишь офисное помещение?
– Нет. Поцелуй, который ты видел, был результатом слишком большого количества выпитых коктейлей.
Джонни нахмурился, но все же кивнул:
– Вот и хорошо. Уверен, он не тот человек, с которым тебе следует связываться.
– Что ты хочешь этим сказать? – поинтересовалась я.
Конечно, я была зла как черт на Чонгука за его выходку и жаждала надрать ему задницу по возвращении в офис, но не собиралась позволять Джонни уничижительно отзываться о человеке, которого он не знал.
– Ну, он кажется таким… Не знаю. Неотесанным, что ли.
– Да, он простоват и прямолинеен. И иногда ведет себя бестактно. Но на самом деле, когда узнаешь его поближе, понимаешь, что он довольно отзывчивый человек.
Джонни внимательно посмотрел на меня, вглядываясь в мое лицо.
– В любом случае я рад, что между вами ничего нет. Я же о тебе забочусь, ты знаешь.
Забавно, но все то короткое время, что я была знакома с Чонгуком, я ощущала, что это он на самом деле заботится обо мне, а не кто-то другой.
×××
Когда я вернулась в офис, кабинет Чонгука оказался закрыт. Я прислушалась, чтобы понять, не говорит ли он там по телефону, а потом распахнула дверь.
– Ну ты и гад!
– Мне уже говорили об этом. Как прошел обед с профессором Надутым Индюком?
– Просто великолепно, – соврала я. Навороченный шницель по-гамбургски на самом деле был совсем невкусным.
– Джонни прочитал, что ты там написал на доске. Прошу, прекрати свои неприличные шуточки.
Чонгук усмехнулся.
– Но это так весело – над тобой стебаться. А все потому, что ты не хочешь со мной переспать. Вот и приходится таким образом сбрасывать напряжение.
– Уверена, он теперь думает, что я непрофессионально работаю с клиентами.
Чонгук пожал плечами:
– А почему ты не сказала ему, что это я написал?
– Он и так тебя недолюбливает. Просто не хочу все усугублять.
– А мне плевать, что этот индюк обо мне думает. Почему тебя заботит его мнение о моей персоне?
Что ж, хороший вопрос. Один из тех, на которые у меня нет ответа.
– Просто заботит, и все.
Он уставился на меня. А потом начал потирать эту чертову нижнюю губу большим пальцем.
– Хочешь выслушать мое мнение?
– У меня есть выбор? – спросила я.
Чонгук вышел из-за письменного стола и теперь стоял, облокотившись о него бедром.
– Мне кажется, я тебе нравлюсь. Именно поэтому тебе и небезразлично, что этот хмырь обо мне думает.
– Сейчас ты мне совсем не нравишься.
Его глаза опустились мне на грудь.
– Ну, какой-то части тебя очень даже нравлюсь.
Я взглянула вниз и обнаружила, что мои соски затвердели и стояли торчком, просвечивая через шелковую ткань блузки. Вот предатели!
Я скрестила руки на груди.
– А ведь здесь совсем не холодно. Я бы сказал, даже жарко. – Он взялся за узел галстука и ослабил его.
Проклятье, ну почему этот жест кажется мне таким сексуальным?
Сердце колотилось у меня в груди все быстрее.
Он приблизился ко мне еще на один шаг. Теперь нас разделяли едва ли полметра.
– Думаю, твоему телу я нравлюсь, но голова сопротивляется. Пусть они разберутся между собой по-взрослому – когда мы будем вместе голыми в спальне, – сказал Чонгук и подмигнул мне.
– Думаю, ты спятил. Я психолог, поэтому ставлю точный диагноз.
Он подошел еще ближе.
– То есть, если я стяну с тебя эту самую юбку и потрогаю между ног, ты даже не станешь влажной?