Достичь луны.

На следующее утро тревожащая меня всю ночь мысль проросла. Корень ее незримо присутствовал в моей душе весь последний месяц, но после беседы с Беком он пустил ростки, разросшиеся подобно виноградной лозе. Цепкие ветви проникли в голову и обвили мое сердце так крепко, что я с трудом мог дышать.

Я еле заставил себя вылезти из постели, чтобы успеть в аэропорт на свой рейс. Уже сидя на заднем сиденье такси и уточнив время вылета, я начал психовать и дергаться. Я прекрасно знал свою привычку зацикливаться на всяком дерьме, но мне просто надо было знать. В конце концов я сдался и послал Джею сообщение. На часах было пять утра.

Чонгук: Она с кем-нибудь встречается?

Как всегда, он ответил через пару минут. Это был единственный человек из всех, кого я знал, которому требовалось еще меньше времени для сна, чем мне.

Джей: А я думал, что не должен тебе об этом докладывать.

Чонгук: Просто скажи.

Джей: А ты уверен, что сумеешь с этим справиться?

О господи. Я вовсе не был уверен, что смогу пережить правду. Раз он задал такой вопрос, значит, дела были совсем плохи.

Чонгук: Говори.

Джей: Сосед оказывает ей знаки внимания. Послал на днях цветы – огромный букет желтых роз. Пригласил ее пообедать в какой-то пафосный ресторан с запредельными ценами и крошечными порциями.

Твою ж мать.

Чонгук: Что-нибудь еще?

Джей: Установил за ним слежку. Прошлым вечером он пригласил какую-то женщину поужинать. Женщина высокая, с красивыми ногами. Посреди ужина они, похоже, начали ссориться. Она закатила ему истерику, вскочила, швырнула салфетку на стол и выбежала из ресторана. Думаю, он ее бросил.

Значит, тревожное ощущение на душе было неспроста. Я потеряю ее навсегда, если так и буду прятать от себя самого свои чувства. Подъезжая к аэропорту, я набрал последнее сообщение моему другу и вышел из такси.

Чонгук: Спасибо, Джей.

Ответ пришел мгновенно.

Джей: Иди и добивайся ее. Не то будет поздно.

×××

Я почти так же нервничал, как вчера, когда сообщал неприятные новости Беку. Но в этом случае я был настроен по-другому. Я был преисполнен решимости. Чего бы мне это ни стоило, я собирался убедить Чеён простить меня и дать мне еще один шанс. Я облажался – можно сколько угодно сваливать это на печальный опыт моей прошлой жизни, но это не меняло дела. Я был виноват и собирался это исправить.

На двух из трех лифтов в доме, где жила Чеён, висела табличка, указывающая, что они оба были неисправны. Я ждал третьего, от нетерпения притопывая ногой и наблюдая, как мелькают цифры с номерами этажей над дверью. Лифт задержался на девятом этаже на полминуты, потом на столько же на восьмом. Я не могу так долго ждать. Я и так потерял слишком много времени. Оглядевшись вокруг, я заметил вход на лестницу и сорвался с места, переходя на бег. Сердце бешено колотилось, когда я, перепрыгивая через две ступеньки, прибежал на третий этаж.

Я стоял перед её дверью, и тут наконец до меня дошло, что я понятия не имею, что ей сказать. Провести два часа на борту самолета и так и не придумать, как начать разговор. Слава богу, я прекрасно умею импровизировать и выкручиваться из любой ситуации, когда речь заходит о выступлениях в прениях сторон.

Я сделал глубокий вдох для храбрости и постучал в дверь.

Когда дверь открылась, я понял, что к такому повороту событий точно был не готов.

На пороге квартиры Чеён стоял и вопросительно смотрел на меня Джонни.

Pov_Jungkook

– Где Чеён?

– Она одевается. Мы собираемся на официальный завтрак в колледже сегодня утром. А вообще, вас это, по-моему, никак не касается.

Профессор Хмырь стоял внутри, в то время как я вынужден был торчать снаружи. Символическое значение этой ситуации приводило меня в бешенство. Я смел его с моего пути и решительно прошел в квартиру Рози.

– Разумеется, входите, прошу вас, – саркастически пробормотал он.

Я повернулся к нему лицом и сложил руки на груди.

– А теперь убирайтесь отсюда.

– Прошу прощения? – удивленно уставился на меня индюк.

– Мне надо поговорить с Чеён наедине, поэтому буду вам весьма признателен, если вы сейчас удалитесь.

Он покачал головой:

– Нет.

Мои брови поползли вверх. Не ожидал от этого ханурика такой храбрости. Может, в другое время меня и впечатлила бы его стойкость, но сейчас она меня лишь безумно раздражала. Я сделал шаг вперед.

– Либо вы уберетесь сами, либо я вам помогу это сделать. В любом случае вас здесь не будет. Что выбираете?

Поняв, что со мной шутки плохи, профессор внял голосу разума и открыл дверь.

– Передайте Чеён, что мы с ней встретимся в колледже позже.

– Хорошо. Я обязательно ей все передам.

Я с силой захлопнул дверь, чуть не ударив его по пяткам.

Повернувшись, я обнаружил, что гостиная в квартире Рози вся заставлена офисной мебелью. И раньше-то здесь едва размещались диванчик и кресло, а сейчас сюда были втиснуты письменный стол, офисные стулья, ящики для документов, компьютер с прочим оборудованием и разные мелочи из ее кабинета.

Дверь в спальню скрипнула, и появилась Чеён. Она шла, уткнувшись в свой мобильный, явно изучая какую-то информацию.

– Я тут нашла страницу о преподавателях кафедры психологии на сайте колледжа. Скажи, пожалуйста, с кем из них мы сегодня встречаемся? Я плохо запоминаю имена.

Мой ответ заставил ее замереть на месте:

– Сегодня встречаемся только я и ты.

Чеён вскинула голову и моргнула несколько раз, словно увидела привидение и никак не могла поверить своим глазам.

– Чонгук? Что ты тут делаешь? – Она заглянула мне за спину. – А где Джонни?

– Он ушел.

– Куда ушел?

Я опустил глаза и минуту смотрел себе под ноги, а потом взглянул ей в глаза. Сердце мое чуть не разорвалось, когда я увидел в них ту же невыразимую печаль, что испытывал сам.

Я тихо спросил внезапно охрипшим голосом:

– Ты его любишь?

Она смотрела на меня несколько секунд – они показались мне вечностью, – очевидно, тщательно обдумывая ответ. Я затаил дыхание. Наконец она отрицательно покачала головой.

Слава Всевышнему.

Это все, что мне надо было знать. Со всем остальным на свете мы могли справиться. Я мог добиться, чтобы она простила меня, она могла научиться доверять мне снова, единственное, чего я не мог бы сделать, это заставить ее забыть свою любовь к другому мужчине. Она все еще стояла на пороге спальни, и внезапно мне показалось, что расстояние между нами непреодолимо велико. Я ринулся к ней через комнату, ничуть не заботясь, что, возможно, выгляжу и действую как дикарь. Мной руководил первобытный инстинкт, непреодолимое желание прикоснуться к ней заставило отбросить все правила приличия.
Чеён не двигалась и просто смотрела на меня. С каждым шагом мое сердце колотилось все сильнее. Она не отстранилась, когда я подошел к ней, сжал ее лицо ладонями и нежно провел губами по ее губам в ожидании ее ответной реакции. Получив зеленый свет или, по крайней мере, не столкнувшись с красным, я решился на большее. Прижав губы к ее рту и отбросив нежность, я принялся неистово ее целовать. Застонав, она открылась навстречу мне, и я, почувствовав ответный порыв, крепко прижал ее к себе. Этот стон отозвался в моем члене, и я впал в неистовство. От нее исходил потрясающий аромат, и на вкус она была такая изумительная, как и раньше, и ощущение ее тела, прижатого к моему, было самым прекрасным ощущением на свете.

Господи, ну почему я был таким идиотом? Как я мог добровольно отказаться от всего этого?

Поцелуй длился целую вечность. Когда мы наконец оторвались друг от друга, все сомнения и страхи – не говоря уже о гневе – тут же вернулись к ней.

– Как ты смеешь показываться мне… – Мои губы снова обрушились на ее, прерывая ее гневную речь. На сей раз она попыталась вырваться. Она толкнула меня в грудь кулачками, что заставило меня лишь сильнее сжать объятия. В конце концов она перестала бороться и сдалась. Когда наш поцелуй снова прервался, я отстранился всего на дюйм, на тот случай, чтобы продолжить, если она вновь вздумает вырваться.

– Дай мне только одну минуту, прежде чем ты меня растерзаешь, хорошо?

– Только минуту, – непреклонно произнесла она.

Уголок моего рта дернулся. Боже, как же я скучал по этим губам. И не только по мягким губам и нежному податливому языку – я скучал по ее строптивому характеру. Проведя пальцами по ее щеке, я решил на этот раз быть абсолютно честным с ней и произнес хриплым голосом:

– Я люблю тебя.

На красивом лице Розэ промелькнула надежда, и она улыбнулась. Но потом снова вспомнила все обиды. К ней вернулись воспоминания, как я вел себя с ней последние недели, и улыбка погасла.

– Странный у тебя способ показывать свою любовь. Ты меня любишь и поэтому бросил?

– Судья не изменил мой график посещения Бека, но разрешил Наён остаться в Атланте. Мне придется туда переехать.

– Я все знаю. Джей мне рассказал.

– Джей?

– Да он.

– Какого черта?

– Хватит поминать при мне его! По крайней мере, Джей проявил благородство и просветил меня насчет того, почему ты ведешь себя как полная задница.

– Я просто боялся.

– Я тоже, но почему-то не подумала сбежать.

Я опустил глаза.

– Я понимаю, что, пытаясь оправдаться, мог бы привести тебе миллион причин, по которым я поступил так. Но все эти причины в конечном итоге сводятся к одному. – Я замолчал, а потом сказал, глядя ей прямо в глаза: – Я просто испугался.

– А сейчас? Сейчас ты больше не боишься?

Я покачал головой:

– Боюсь. Но я наконец осознал, что больше всего на свете боюсь потерять тебя. По сравнению с этим страх вступить в близкие отношения и снова обжечься ничего не стоит. Можешь считать, что я наконец отрастил пару яиц.

Она явно оттаяла. Было видно, что Чеён безумно хочет мне поверить, но недоверие все еще берет верх. Что ж, не мне осуждать ее за это.

– Откуда ты можешь знать, что они не скукожатся и снова не исчезнут? – Ее голос дрогнул. – Чонгук ты сделал мне очень больно.

– Прости меня. Я понимаю, мои слова сейчас для тебя ничего не значат. Но клянусь богом, Рози, если только ты дашь мне еще один шанс, на сей раз я не облажаюсь.

Ее глаза наполнились слезами.

– Ты будешь жить в Атланте, а я все время здесь – иногда встречаясь с Джонни в колледже. Разве могут такие отношения сохраниться надолго?

– Тем не менее мы сделаем все, чтобы они сохранились. Будем ездить друг к другу по очереди. Одну неделю ты будешь приезжать в Атланту, другую я в Нью-Йорк. Или каждые две недели, если это чересчур напряженно для тебя. Будем посылать друг другу эротические эсэмэски, опять же будем использовать FaceTime для видеосвязи. Я пока не планировал, но мы найдем способ, как все это наладить. Это будет непросто, но оно того стоит. Я люблю тебя, Чеён. Я готов испытывать жажду все триста шестьдесят четыре дня в году, чтобы выпить тебя целиком за один день.

По ее щеке скатилась слеза. И я смахнул ее большим пальцем.

– Пожалуйста, скажи мне, что это слезы согласия, Рози.

– Не думаю, что отношения на расстоянии смогут работать.

– Но мы приложим все силы, чтобы они работали. Пожалуйста, дай мне еще один шанс.

Она быстро покачала головой:

– Нет.

– Но… – Я собирался уговаривать ее передумать, но на сей раз Чеён прервала меня, прижав свои губы к моим.

Этот поцелуй был полон таких безумных эмоций, что я буквально чувствовал, как они пульсируют в моих венах и мы сливаемся в единое целое. Когда мы наконец оторвались друг от друга, она задыхалась, а я чувствовал, как меня охватывает дикая паника. Она со мной прощается.

– Отношения на расстоянии действительно не работают, – серьезно сказала она.

– Рози, мы заставим их работать.

– Нет, поэтому я еду с тобой в Атланту.

– Мы что-нибудь придумаем и мы... Подожди-ка… Что ты сейчас сказала? – Я смотрел на нее, не веря своим ушам. – Повтори.

– Я сказала, что поеду с тобой в Атланту.

– А как же работа в колледже, на которую ты только что поступила? Твои клиенты?

– Я всего лишь ассистент преподавателя до конца этого семестра. И только что прошла собеседование на должность внештатного преподавателя. Возможно, мою кандидатуру даже и не утвердят. Семестр заканчивается через три месяца. До его окончания будем курсировать туда-сюда. Имея в резюме некоторый опыт преподавания в университете, я скорее смогу устроиться внештатным преподавателем в Атланте, чем здесь. А с большинством моих клиентов мы уже проводили видеоконсультации, и весьма успешно. Может, с некоторыми я даже продолжу работать лично и буду время от времени приезжать в Нью-Йорк, ведь ты тоже сохранишь свою клиентуру здесь. Тебе надо быть рядом с сыном, и мне тоже хочется познакомиться с ним поближе, ведь он часть твоей жизни.

– Ты это серьезно? Меня чуть инфаркт не хватил, когда ты сказала, что отношения на расстоянии не работают… Вернее, повторила мои слова.

Она улыбнулась.

– Вот и хорошо. Так тебе и надо за все то, что ты заставил меня пережить в последние недели.

Без предупреждения я подхватил ее на руки. Она взвизгнула, но улыбка на ее лице сказала мне, что она счастлива. Ее ноги обхватили мою талию, руки – шею, и я сжал ее так сильно, что на миг испугался, что переломаю ей все кости.

– Боже, как же дьявольски сильно я люблю тебя!