Глава 17.
POV Рэй
Мой отец ушёл в ярости, словно бушующий ураган, крича и проклиная всё на своём пути до самого выхода из дома. Я стоял и смотрел через окно комнаты, как его машина исчезала из виду. Я устало прикрыл глаза, опустившись в изнеможении от такого перенапряжения на пол и посмотрел на свои дрожащие ладони.
– Как он посмел тронуть тебя? - голос Йо был резким и полным гнева.
Но это так контрастировало с нежностью руки, которой он поднял моё лицо. Его пронзительный взгляд сверлил меня, а скулы напряглись, когда пальцы коснулись области возле раны.
– Всё в порядке, не так уж больно.
– Мне всё равно. Я всегда заботился о тебе хорошо. Какое право он имел ударить тебя?
– Право отца, наверное, - ответил я, беззаботно и со смехом, но Йо не разделял моего спокойствия.
Глаза его метали гром и молнии.
Не знаю, то ли от гнева, то ли от того, что он вот-вот заплачет.
– Йо, чёрт возьми... Меня просто ударили пистолетом. Да, было больно, но не настолько сильно.
Конечно же, я врал... Было очень больно. Голова пульсировала. Но, если бы я сказал ему правду, готов поспорить, то тут же увидел бы, как он расплачется.
Я старался сохранять спокойствие, проводя ладонью по его руке, чтобы уменьшить пламя гнева в его сердце. Наши взгляды встретились. Мои губы растянулись в улыбке, а затем я приблизился и мягко обнял его.
– Я знаю, что ты злишься. Знаю, что тебе больно, что ты не смог меня защитить. Но это не твоя вина, что я получил эти раны. Не сделай этого сегодня, он сделал бы это завтра.
– Я должен был нажать на курок ещё тогда.
– Не позволяй своим рукам запачкаться в этой грязной крови. И потом, если он умрёт, всё закончится слишком легко для него, учитывая, что он делал с нами и Романом все эти годы. Я не хочу просто убить его. Я хочу, чтобы он чувствовал себя беспомощным: не мог контролировать меня, не мог свергнуть Романа. Видеть его в смятении, как недавно – забавно. Но нам нужно быть осторожнее.
Пока я говорил, Йо поднял меня и посадил на стул, словно я кукла. Пальцами аккуратно убрал волосы с моего лица, одновременно внимательно осматривая мою рану.
– Рана небольшая. Я её обработаю.
– Спасибо. А что насчёт завтрака? Может, попросишь своих людей заказать еду? Уже поздно, и, если мы будем ждать, есть риск умереть от голода.
– Делай, как хочешь, но мои люди, скорее всего, не решатся заказывать. Ты закажи. Кстати, можешь заказать для них тоже, побольше. Мои ребята много едят. Когда закончишь, можешь использовать мою карту, чтобы оплатить доставку.
Я кивнул, постепенно расслабляясь, пока Йо осторожно вытирал следы крови с моего лица. Его брови были нахмурены, выдавая, что гнев ещё не прошёл, как и эмоции в его взгляде.
– Если боишься причинить боль, можешь не делать этого. Я попрошу Пао вызвать врача, - сказал я и положил руку на его мягкую щеку, кончиком большого пальца надавливая между бровей.
– Что я могу ещё сделать для тебя?
– Ты уже сделал достаточно, Йо. Я не представляю, смог бы я продолжать жить, если бы тебя не было рядом. Спасибо, что всегда рядом, терпишь мои страхи и помогаешь укрывать меня. Если бы сейчас пришло время умирать, я бы не испытал сожалений.
Я улыбнулся ему, с любовью проводя рукой по его красивому лицу.
Наши сердца связаны так крепко, что их невозможно разделить. Это настоящая любовь, и я верю, что она существует.
– Я не люблю, когда ты говоришь о жизни и смерти, - глубокий голос его звучал резко.
Плотно сжатые губы двигались, когда он крепко обнял меня, впитывая тепло наших тел. Мы молчали. Я погладил его мягкие волосы, закрыл глаза и слушал, как наши сердца бились в одном ритме.
В первый день после свадьбы, во время завтрака, мы договорились вернуться к отцу Йо во второй половине дня, потому что через несколько дней бывший глава клана Гримма собирался уехать путешествовать, как обычно. Если я хотел узнать больше о своих родителях, пришлось бы ждать ещё несколько дней, но это не входило в мои планы.
Я сказал Йо сначала принять душ, хотя он всячески пытался заманить меня туда же. Если бы я поддался, это было бы, как если бы мясо бросили в пасть тигра.
– Не бойся. Я клянусь, что не трону тебя.
– Твои клятвы ни к чему. Прекрати смотреть на меня своим щенячьим взглядом. Быстро иди в душ, чтобы я мог зайти после.
– Пи Рэй...
– Можешь звать меня хоть сотню раз, это не смягчит моё сердце. Уже полдень, Йо. Мы договорились встретиться с твоим отцом во второй половине дня. Не заставляй старших ждать, - строго произнёс я, сдавив кончик его носа с некоторой игривостью.
Каждый раз, когда он пытался добиться чего-то, называя меня "Пи", он думал, что у меня нет иммунитета к таким штукам?
Но, конечно, нужно признать, что, когда он называет меня "Пи", это вызывает приятные мурашки. Глубокий голос, который так и манит расслабиться... Если бы не важная встреча, я бы, наверное, разделся и последовал за ним в душ.
Я спустился вниз, пока Йо принимал душ.
Люди из группы Гримма были довольно серьёзны, подобно программированным роботам. Они молчаливо стояли, не поднимая головы. Когда я здоровался, они коротко отвечали. Но не все... Некоторые отвечали вежливо и спрашивали, не нужно ли чего либо.
Я не стал никого беспокоить. Мне хотелось выпить воды, поэтому я спустился.
Взяв одну бутылку воды, я собирался вернуться в комнату, но, отступив от холодильника всего на шаг, й
– Ой... извините!
Я быстро повернулся, чтобы извиниться, но голос сорвался, когда я увидел лицо человека, с которым столкнулся. Внутри меня начало сгущаться тёмное облако. Я мгновенно отступил назад, избегая зрительного контакта и не пытался улыбнуться.
– Все говорили мне, что Пи Рэй добр с подчинёнными, общителен и не страшен, в отличие от Пи Романа.
– Это зависит от человека. Я не хочу разговаривать с тобой. Почему бы тебе не вернуться вместе с отцом? Здесь тебе не место.
– Если бы отец не приказал мне следить за тобой, я бы ушёл. Предлагаешь мне ослушаться приказа отца? И потом... мне нравится быть с тобой.
Он говорил с лёгким смехом, явно получая удовольствие от моего недовольства. Его губы растянулись в фальшивой улыбке, самой ненастоящей из всех, что я когда-либо видел.
– Если тебе что-то нужно, говори прямо. Не трать время на пустые разговоры, - сказал я ему прямо, одновременно подняв руку, останавливая подчинённых Йо от вмешательства.
– Так очевидно, да?
– ...
– Ты слишком плохо обо мне думаешь. Я хочу поговорить с тобой. Я вырос единственным ребёнком и всегда хотел иметь брата или сестру, чтобы с кем-то общаться. Мне совершенно безразлично всё это наследство и прочее.
Несмотря на его слова, я не чувствовал ни капли искренности в них. Его глаза были непроницаемыми, а улыбка казалась нарочито наигранной. Поведение больше походило на попытку заманить жертву в ловушку. Никак не верилось, что он подошёл ко мне только ради разговоров как с братом.
– Тебе действительно всё равно? Тогда откажись от брака, который тебе вменил отец.
– Хм? Ты хочешь, чтобы я отказался? Хорошо, если ты пообещаешь пойти со мной на ужин. И ты обязательно должен пойти. Если ты согласишься, я откажусь от этого брака ради тебя. Что скажешь?
Его глаза блестели, словно он предлагал сделку, внимательно наблюдая за мной, пока я обдумывал ситуацию. Хотелось помочь Энг Эй, но доверия к нему не было. За этой улыбкой скрывалось что-то большее, чем я мог предположить.
Но...
– Если бы Энг могла отказаться так же легко, как ты...
– Я сам выберу ресторан. Встретимся там, - ответил я, продолжая торговаться.
– Ладно, но я за тобой заеду.
Я снова задумался. Ситуация не выглядела опасной для меня, поэтому кивнул и ответил:
– Договорились. Надеюсь, ты сдержишь своё слово.
– Конечно. Если сравнивать... для меня ты намного ценнее, чем та девушка, на которой отец хочет женить меня.
В его словах не было явной угрозы, но фраза заставила меня сделать шаг назад, увеличивая расстояние между нами. Я не был настолько наивен, чтобы не понимать, что он флиртует со мной, как парни обычно делали с девушками, которых хотели заполучить.
Забыл ли он, что, хотя мы не родные братья, половина нашей крови всё равно общая?
Я прижал бутылку воды к себе, стараясь избежать дальнейшего разговора, развернулся и пошёл обратно наверх. Шаги сзади следовали за мной до тех пор, пока я не остановился и не обернулся.
– Мне безразлично, получил ли ты приказ от отца. Прекрати следовать за мной. Иди куда хочешь. Или, если это необходимо, я могу выкинуть тебя из дома прямо сейчас, - произнёс я спокойным голосом.
Я не был темпераментным человеком, но всему был предел. Хотите следить за мной – пожалуйста, но ходить за мной как курица-наседка – это невыносимо.
– Я не знаю, куда идти. Люди в этом доме совсем не дружелюбны ко мне. Тебе меня не жаль?
– Это твоя проблема, а не моя. Если не можешь остаться, вызови машину и возвращайся.
– Я же говорил, отец приказал мне следить за тобой.
– Рэй прав. Тебе лучше уйти, если хочешь сохранить свою жизнь, - внезапно прозвучал резкий голос.
Тепло Йо окутало меня сзади. Мощными руками он обнял меня за талию, демонстрируя свои права. Лицо Йо было суровым и недружелюбным.
– Что, это угроза? Как страшно, - произнёс Пун, но его взгляд и поведение были провокационными.
Я услышал, как Йо глубоко вздохнул.
Лидер должен быть терпеливым и не действовать импульсивно. Без сомнения, Йо обладал этими качествами, но только когда во всё это не был вовлечён я.
Он пытался успокоить бушующую кровь внутри себя, крепче обнимая меня, а после нежно позвал меня по имени:
– Рэй...
– Что? Говори, - немедленно ответил я, проводя рукой по его тёмным волосам, пока он прижимался лицом ближе.
– Ничего. Но, когда я вышел из ванной, тебя не было. Зачем ты спустился вниз? Мои люди могут достать всё, что тебе нужно. И вообще, почему ты одет так? Хочешь свести меня с ума?
Он выглядел обеспокоенным, пока смотрел на мой халат, пытаясь прикрыть то, что случайно оголилось.
– Твои люди осмеливаются поднять на меня глаза? Неужели они не знают, что их хозяин приказал им смотреть только в пол?
– Ха, они так и делают?
– Именно. Такой ревнивец. Ты же сам каждый день обнимаешь и ласкаешь меня, что плохого, если другие посмотрят? - спросил я.
Мы полностью игнорировали окружающих, словно только мы вдвоём существовали в этом мире. Йо смотрел свысока, пока крепче обхватил мою талию и поднял меня над полом.
– Какой мужчина не будет ревновать свою жену? Кстати, я не собирался тебя пугать. Прости, если ты подумал иначе. Когда вижу других мужчин, то есть других парней рядом с моей женой, становится сложно контролировать эмоции. Надеюсь, ты не обидишься.
Он улыбнулся, но если внимательно присмотреться, можно было заметить проблеск недовольства на секунду, прежде чем он добавил:
– Нет, я не обижаюсь. Я понимаю, такое случается у всех новобрачных.
– Хорошо, что мы не такие. Мои чувства к тебе всегда были одинаковыми, с самого начала и будут такими же в будущем. Я люблю и ревную тебя так же, как альфа-самец ревнует свою пару.
– Ты, должно быть, начитался романов в моей комнате.
– Немного. Ты мой маленький омега.
– Да ладно тебе, Йо.
– Ха-ха, тебе пора в душ. Разве ты не торопился?
Да, я торопился. Если бы меня не отвлекли, я бы уже закончил. После этих слов Йо отпустил меня в ванную, оставшись разбираться с Пуном, который пытался прилипнуть ко мне как пиявка.
Не знаю, как он справился, но, когда я закончил с душем, Йо расслабленно лежал на кровати, напевая песню с довольным лицом.
Ревнивец, который был таким серьёзным, исчез.
– Ты сегодня в хорошем настроении.
– Ты так думаешь? По-моему, я всегда в хорошем настроении, - произнёс он своим низким голосом, вставая с кровати и направляясь ко мне, пока я неторопливо застёгивал рубашку.
– Йо...
– Кто он? - внезапно задал он вопрос.
– Ещё один сын моего отца от его новой жены. Хотя, если честно, она никогда официально ею не была. Они встречались ещё при жизни моей матери.
– Брат? То есть он твой родной брат по крови? Но, насколько я видел, он совсем не смотрит на тебя как на брата. Скорее как на объект, который хочет заполучить.
– Если ты это тоже заметил, значит, я не ошибся.
– Я не позволю тебе связываться с опасным человеком вроде него.
– Поздно. Пришлось ввязаться. Отец хочет, чтобы Пун женился на Энг. Ты же видишь, ему нельзя доверять. Он сказал, что если я соглашусь встретиться с ним за ужином, то он откажется от этого брака, навязанного отцом, - рассказал я, обдумывая вероятность того, что он выполнит своё обещание.
– А ты уверен, что он сдержит слово? А если он начнёт постоянно ставить новые условия?
– Я уже не ребёнок, Йо. Если он не сдержит обещания, я отступлю. Я не собираюсь играть по его правилам.
Йо нахмурился и вздохнул, видя, что я не намерен отказываться от ужина.
– Ладно, ты всё равно не передумаешь. Я понимаю. Это не хорошо, что подруга выходит замуж за такого человека. Но ты не пойдёшь один... Дай мне браслет, который ты купил. Перед вашим свиданием я его верну.
Услышав это, я почувствовал облегчение и без колебаний отстегнул браслет, который он заказал для меня.
– Что ты собираешься делать?
– Отдам встроить устройство слежения с системой прослушивания. Возможно, придётся заменить подвеску.
– Ну что ж, раз уж ты не можешь просто быть рядом, то хотя бы устройство слежения и прослушивания сгодится. Чёрт возьми! Мы так занялись этим разговором, что совсем забыли – нам нужно было встретиться с твоим отцом. Уже почти час дня! Давай поспешим!
Я хотел подтолкнуть Йо к сборам, но сам же задержал нас. Всё вышло так, как я и предполагал: мы опоздали на встречу с семьей Йо. Но хозяин дома, его отец, не стал ругаться. Он тепло улыбнулся и заговорил с сыном как обычно.
– Ты опоздал.
– А ты почему не начал есть без меня? Или ты такой одинокий старик, который ждёт, пока дети придут обедать?
– А разве я не могу дождаться, чтобы поесть с женой моего сына?
– Ха! Я скажу моей матери, что ты слишком вмешиваешься в жизнь моей жены.
– Когда ты был маленьким, ты тоже обычно лез к моей жене.
Как обычно...
Я выдавил натянутую улыбку, слушая их перепалку. Хотя они огрызались друг на друга, атмосфера была тёплой и семейной... гораздо теплее, чем когда я общался со своим отцом. Йо махнул рукой, чтобы служанки покинули столовую и начал сам накладывать еду, наливать воду для своего отца, который сел во главе стола.
– Садись рядом со мной, пусть Йо сядет там.
– Да, Кхун.
Я был сыт после завтрака, но не хотел отказываться, ведь отец Йо ждал этого совместного обеда всей семьёй.
– Я и не спрашивал Йо, что ты любишь есть, поэтому все блюда – это то, что любит мой сын.
– Не беспокойтесь, я могу есть всё, что нравится Йо.
– Какой сговорчивый парень. Именно поэтому мой сын никуда не мог уйти. Каждый раз, когда речь заходила о женитьбе, он начинал упрямиться и говорил, что у него уже есть любимый человек. Я сказал ему привести тебя, неважно, мужчина или женщина. Но он так и не приводил тебя, пока я не узнал, кто ты. Теперь понятно, почему.
– Извините, пожалуйста. Йо рассказывал мне о вас, но я...
– Ладно-ладно, я знаю, что к чему. Не нужно об этом. Давайте лучше поедим. Остальные разговоры подождут.
Чем больше я общался с отцом Йо, тем больше понимал, что он обладал всеми качествами хорошего отца. Несмотря на их постоянные перепалки, это была лишь игра между отцом и сыном. За весь обед я наблюдал, как отец время от времени подкладывал любимые блюда сына на его тарелку. Он подкладывал и мне, и я принимал это с благодарностью.
Кровные узы между ними были настолько крепкими, что я, будучи посторонним, чувствовал себя согретым этой атмосферой.
– Ешь побольше. Ты похудел, что ли?
– Нормально всё. Это потому, что долго не видел своего сына. То и дело говоришь, что я похудел.
– Если бы приходилось видеть тебя каждый день, у меня бы болела голова по три раза на дню.
Как тепло...
Я положил ложку в тарелку, больше не в силах есть и спокойно слушал их разговор, пока обед не закончился. После этого мы переместились в гостиную, где сели пить чай с десертом.
– Ну что, ты хотел узнать о твоих родителях, верно? - спросил отец, поставив чашку и повернувшись ко мне с расслабленным видом.
Мне было комфортно разговаривать с ним и я не чувствовал никакого давления.
– Да, я хочу знать о моих родителях. И ещё – почему Тигры и Гримм стали врагами?
– Давай сначала о Тиграх и Гримме. Раньше мы не были такими враждебными. Мало общались. Жили своей жизнью, правда иногда случались трения из-за бизнеса.
– Что-то произошло? - спросил я.
– Эта история связана с твоими родителями, а также со мной и моей женой. Предыдущие лидеры считали, что Тигры и Гримм должны сотрудничать в бизнесе. Если бы это удалось, другие группы никогда не смогли бы достичь того же уровня. Поэтому наши поколения были первыми, кто вырос вместе и был близок друг к другу.
Я никогда не знал об этом раньше. Никто не говорил, что наши лидеры когда-то были близки. Наоборот, мой отец всегда показывал ненависть, вбивая её в мою голову каждый день.
– Удивлены, да? - обратился он к Йо и ко мне одновременно. – Я никогда не рассказывал тебе эту историю, потому что думал, что это бесполезно. Твой отец, Рачендра, тоже, скорее всего, молчал. Потому что последующие события оставили неизгладимую боль. Я, Вакул, Рачендра и Линрада...
Мы с Йо молча сидели, наши руки сжимались в тесном объятии, когда мы услышали имя той женщины, которую они оба любили.
– Я и Рачендра были очень близки. Мы окончили университет вместе, планировали создавать новые компании и развивать наш бизнес. Но это стало началом печальной истории. Твой отец одобрял теневые дела, считая их необходимыми для нашей авторитетной группировки. Он говорил, что полиция никогда не осмелится вмешаться. Но я, Вакул и Линрада не согласились. Мы хотели, чтобы Тигры и Гримм расширялись без этих дел. Это стало первой трещиной в наших отношениях.
– Он никогда не отходил от незаконных дел, - вставил я.
Мы с Романом знали о торговле людьми, но у нас никогда не было достаточно доказательств, чтобы привлечь его к ответственности.
– Этот бизнес приносил огромные деньги. Когда втягиваешься, трудно остановиться. Рачендра был способным человеком. Он искал выгодные контакты и связывался с влиятельными людьми. Со временем мы начали отдаляться. В следующий раз мы встретились, когда Рачендра встал на колени и признался в любви к Вакул.
– Удивительно, да? Но это правда. Твой отец влюбился в мою жену. После успеха в теневом бизнесе он начал ухаживать за ней, пока не узнал, что мы встречаемся. Он почувствовал предательство. Мы не рассказывали ему об этом, я, был его близким другом.
– Вы не виноваты, Кхун. Я не думаю, что мой отец может кого-то любить. Если бы он действительно любил Вакул, он бы не впутывался в дела, которые она ненавидела. Такой человек любит только себя.
– Возможно... возможно. После этого трещина между нами углубилась до точки разрыва. Линрада, твоя мать, пыталась примирить нас, ведь она любила Рачендру с университета. Но ничего не помогло. Наоборот, его гнев усилился. Он решил, что я настроил Линраду против него, чтобы поссорить его и Вакул.
– После этого Рачендра объявил о разрыве со мной и Линрадой. Я помню, как твоя мать рыдала и просила прощения. Особенно тот момент, когда она пыталась обнять его. Именно тогда я понял, что между ними были близкие отношения. Но Рачендра не любил её так, как она любила его. Когда эта история дошла до старших, его заставили жениться на Линраде. Его ненависть росла с каждым днём. А узнав, что мы с Вакул готовимся к свадьбе, его сердце наполнилось местью.
– Почему моя мать любила его?
– Иногда любовь необъяснима. Как, например, между тобой и моим сыном.
То, что я узнал, больно ранило меня. Я вспомнил, как в последний момент жизни мама говорила мне и Роману не хранить ненависть к нашему отцу.
Но знала ли она, что человек, которого она так сильно любила, пытался убить Романа не один раз и сколько раз уничтожал меня? Этот человек совершенно не заслуживает искренней любви. Он не достоин быть ни чьим возлюбленным и ни чьим отцом.
– После этого твоя мать забеременела. Мы с Вакул были очень рады. Мы пошли навестить Линраду, но то, что мы там увидели, заставило меня горевать о том, как обстоят дела... Твои родители хотели избавиться от ребёнка.
– Не сердись и не стоит ненавидеть свою мать за её решение. Линрада решила так потому, что не хотела, чтобы ребёнок родился среди ненависти. В тот раз Вакул поговорила с твоей матерью. Я не знаю, о чём они говорили, но после этого твоя мать передумала и оставила ребёнка. И, как и ожидалось, Рачендра не взял на руки своего первого сына, он никогда не возвращался домой.
– Звучит так, будто у меня не было шанса родиться, - сказал я, холодно рассмеявшись.
– Но ты родился и для своей матери ты был бесценен, как и для моего сына. Ты и твой брат – это самое лучшее в жизни Линрады. Я слышал, что Роман уже создал семью.
– Да, у моего брата есть жена и их сын очень милый.
– Это хорошо. Я не думал, что у Линрады будет второй ребёнок. Они почти не виделись после рождения твоего брата. Прошли годы, и когда мы с Вакул решили пожениться, Рачендра пришёл на свадьбу, пылая ненавистью. Он чуть не разрушил нашу свадьбу, но старшие успокоили его. Кто бы мог подумать, что он направит всю свою ненависть на Линраду... После этого твоя мать снова забеременела.
Слёзы медленно текли по моим щекам.
Я всегда считал, что мой отец плохой, но представить не мог, насколько он может быть жесток. За всё время, пока мать была жива, я понятия не имел, через что ей пришлось пройти. Если бы он не любил её, я мог бы понять и простить, ведь чувства – вещь сложная. Но не любить и причинять боль... Я не могу простить его, сколько бы ни пытался.
– Рэй, - мягкий, утешительный голос прозвучал рядом, и Йо попытался обнять меня, осторожно вытирая мои слёзы.
– Объединение Тигров и Гримма не удалось, и отношения настолько разрушены, что их уже невозможно восстановить. Рачендра контролирует Тигров в своём направлении и запретил людям в группе говорить о прошлом, связанном с Гриммами. А я больше ничего не знаю с тех пор, как услышал о смерти твоей матери.
– Врачи сказали, что тело матери было слабым, а психическое здоровье недостаточно крепким, чтобы бороться с болезнью. Я думаю, это к лучшему. Если бы мать осталась жива, отец продолжал бы издеваться над ней снова и снова. К тому времени, когда у меня и Романа появилась бы власть защитить её, кто знает, насколько повреждённой оказалась бы её душа.
– Да, возможно, это к лучшему, как ты говоришь.
– Спасибо, что рассказали мне обо всём этом.
– Не за что. Если хочешь узнать больше, приходи ко мне почаще. Поверь, я знаю много такого, что тебя удивит.
– Я же сказал тебе не флиртовать с моей женой. Иди лучше к своей.
– Смотри-ка, кто заговорил. Если я пойду к твоей матери, не приходи потом плакать и жаловаться.
Отец и сын продолжали разговаривать ещё около часа, прежде чем попрощались, когда пришло время уходить. Снаружи небо уже начало менять цвет, когда мы с Йо вышли из дома. Легкий ветер создавал прохладу и листья деревьев шелестели, создавая неповторимую атмосферу.
Когда мы выходили, позади раздался глубокий голос:
– Позаботься о моём сыне.
Я остановился и обернулся, заметив отца Йо, который стоял неподалёку и провожал нас.
Хотя я ничего не ответил словами, я пообещал себе заботиться о нём как можно лучше.
ЛУЧШЕ, ЧЕМ О СВОЕЙ ЖИЗНИ...