Глава 12. Храбрый лев
Вариан:
После наступления зимы, на заставе стало гораздо лучше находиться. Не потому что я люблю холод. Нет! С дозорных стен открывался удивительный пейзаж. В Элвине снег выпадает не часто, а если и выпадет, то стоит очень недолго.
Мы с Артасом и Гареном вновь были во дворе. Гарен продолжал тренироваться с мечом, а Артас чистил меч. Признаться, честно, Гарен неплохо справлялся.
— Хороший удар, — хвалю его я. — Попробуй ещё сильнее, — он наносит сильный удар, который я блокирую. — Уже лучше!
— Всё благодаря вам, милорд, — отвечает Гарен, вставая в стойку.
— Гарен, тебе не пора возвращаться к работе? — говорит Артас и Гарен кивает, а затем покидает двор.
— Чего ты? — спрашиваю я Артаса. — У него только стало получаться.
— То, что он пропускает свою работу, в угоду своим тренировкам не сделают его хорошим воином. Он хороший кузнец, а не солдат, — сказал Артас, убрав свой меч в ножны.
— Но он прекрасно справляется, — Артас просто ухмыльнулся и промолчал.
— Лучше вернёмся домой, — говорит Артас. — Сегодня именины министра науки. Лучше нам не опаздывать.
— Не понимаю, зачем ты берёшь меня на все эти именины, — с удивлением говорю я. — Я у себя то на них никогда не ходил.
— Ты же мой друг и почётный гость.
Собрав все вещи, мы отправились в путь. Спустя пару часов езды, погода сильно ухудшилась. Сильный буран настиг нас, но мы продолжали путь. Артас шёл впереди. Неожиданно конь Артаса остановился и начал брыкаться.
— Эй ты чего? — говорит Артас своему коню, но тот лишь встал на дыбы.
Артас не удержался в седле и упал на землю. Затем мой конь сделал также, но я спрыгнул. Мы не заметили стаю диких псов, которые набросились на коня Артаса. Из-за бури их было трудно видно. Но я разглядел одного из них. Большой, с синеватым оттенком кожи и широкой челюстью. На его спине была красная грива. Он приближался к Артасу, который вставал на ноги. Пёс уже готовился к прыжку. Мне хватило пару секунд, чтобы ринуться на помощь. Я встал между ними и прыжок собаки достался на меня. Я почувствовал сильный удар лап, который сбил меня с ног. Он вцепился мне в лицо своими клыками. Они были острые и большие. Я едва смог прикрыть глаза. Ещё несколько минут и он бы разорвал меня, но, когда силы уже покидали меня я почувствовал горячую кровь на лице и отрубленную голову дикого пса. Я откинул труп и вдохнул. Кровь лилась ручьём. Я едва различал вблизи Артаса, размахивая мечом, отгоняя зверей. После я потерял сознание.
Артас:
Вариан лежал без сознания. Я не знал, что мне сделать. Его лицо было разорвано. Повсюду была кровь. Один конь убежал, второй был убит. Я начал кричать. Звал на помощь, но никто не услышит всё равно! Я поднял его на спину и изо всех сил начал тащить на заставу. Я не брошу его здесь! Но меня хватило на несколько минут, после я упал на колени. Я проверял пульс Вариана каждую минуту. Он был всё слабее и слабее. На наше счастье, нам попался один старик с повозкой, которой вёз сено в столицу, но также попал в буран. По моей просьбе он помог положить Вариана на повозку и довести до столицы. Там его сразу же отправили в лазарет. У меня тряслись руки. Я мог потерять друга. Лучшего друга! Он прикрыл меня собой...
Благо всё обошлось. Лекари зашили раны и дали обезболивающие лекарства. Пару недель Вариан пролежал в лазарете без сознания, а затем его перенесли в замок, где он и очнулся. Я приходил каждый вечер, ждал пока он откроет глаза и вот это случилось. Приоткрыв глаза, Вариан, слегка промычал.
— Привет, Вариан, — говорю я, сидя рядом на кровати. Он слегка улыбнулся, преодолевая боль. — Ну как ты?
— Паршиво, — произносит он тихим голосом. — Что там случилось?
— Ты спас меня...
— Мм, — он скривился от боли, которая дала о себе знать. — Я думал, что погибну.
— Зачем ты это сделал? — спрашиваю я. — Ты и правда мог погибнуть.
— Но ведь не погиб, — говорит Вариан, подёргивая бровями. — Я бы не дал тебе умереть вот так. Глупо! От какой-то собаки.
— Я клянусь тебе, что верну этот долг. Клянусь перед светом, что когда тебе понадобиться моя помощь, то ты всегда получишь её от меня.
— Перестань! Ты бы поступил также, — я киваю и кладу кулак ему на грудь.
— Конечно, бы сделал! — уверенно говорю я. — Я бы прикрыл тебя от любой угрозы. Ты ведь мой друг, — Вариан легонько встаёт с кровати, прикасаясь к своему лицу.
Шрамы были большими. Один глаз был задет, и почти покраснел от налитой крови. Он это тоже понял.
— Ужасно, да? — спрашивает он.
Я отворачиваюсь, чтобы не огорчить его ещё больше. Он полностью встаёт с кровати и подходит к зеркалу. Его глаза чётко направлены на лицо. Шрамы по всему лицу. Задетый глаз, изуродованная щека, большие раны, проходящие от брови, через нос, до самой верхней губы.Вариан с отвращением отходит от зеркала. Его начинает шатать. Я беру его за руку и сажаю на кровать.
— Это ужасно! — он хватает себя за голову. — Лучше бы я умер!
— Не смей так говорить! — прерываю его я. — Ты спас мне жизнь...
— Но теперь я калека, с одним глазом... Как меня запомнят? Король-урод?
— Тебя запомнят храбрецом! Никто бы не сделал так, как ты, — я положил ему руку на плечо. — Ты самый храбрый человек, которого я знаю, — Вариан выдохнул, но его всё равно что-то мучило.
— На самом деле, когда я был на волосок от смерти, я... Я так боялся умереть.
— Это естественно, бояться смерти.
— Я боялся не смерти, — говорит Вариан. — Я боялся потерять всех, кто мне дорог. Я боялся, что оставлю родителей одних. Что я не стану тем, кем хотел видеть меня отец. Я вспомнил, как разочаровал отца перед уходом...
— Я думаю твой отец давно уже забыл это. На то он и отец.
— Он всегда хотел, чтобы я был королём достойней его. И сейчас я понял это, — Вариан поворачивается ко мне и говорит. — Прости, Артас, но я вернусь домой, — на его глазах появились слёзы. Впервые я вижу их.
— Я понимаю, — отвечаю я.
Ллейн:
Дни в столицы шли незаметно. Я наслаждался компанией Тириона как мог. Признаться, мне этого не хватало. Отдых от всей этой королевской заботы. Мы вспоминали молодость. Говорили про жизнь в королевствах. Однако, я понимал, что это возможно последние дни, когда мы с ним проводим время. Тирион очень не хотел уходить. Это было видно. Он был не готов! Но болезнь брала своё. Он ослабевал с каждым днём. Его глаза становились бледными и стеклянными. От его крепкой фигуры осталась лишь кожа, натянутая на кости. Все украшения уже были сняты, так как не держались на пальцах. В очередной вечер ему вновь стало плохо. Он не стоял на ногах и поэтому его перенесли в покои. Меня не покидала мысль, что это за болезнь такая, которая мучает его так долго? Ныне никому неизвестная, даже великому мудрецу.
— Всё, последние недели моей жизни, Ллейн, — хриплым голосом говорит Тирион.
— Я не знаю, что сказать, — слова не шли в голову.
Сколько можно было себя обманывать. Тирион умрёт, это лишь вопрос времени.
— Вот и не нужно, — Тирион снимает корону и кладёт её на тумбу рядом с кроватью. — Ллейн, за эти дни я долго думал, что станет с королевством после моей смерти?
— Твой сын хорошо позаботиться о нём. Он хороший человек.
— Да...хороший человек. Он глупец, Ллейн, не стану скрывать, — я не ожидал услышать такого от Тириона. — Весь в меня. Хороший воин, но не король.
— Будь ты плохим королём, то все бы воевали друг с другом за клочки земли.
— Кхе-кхе... — его кашель разносился по всей комнате. — Боюсь он не справится с такой тяжёлой ношей, — качает он головой. — Он ещё не готов. Но есть одно решение. Я знаю, оно тебе не понравится, но я буду просить тебя стать лордом-регентом моего сына. Ты поможешь ему...
— Тирион... — такого поворота я не ожидал. — Я не могу. Моё королевство...
— Будет в сохранности ещё долгое время. Будешь регентом до того момента, как посчитаешь моего сына готовым.
— Назначь кого-то ещё, — продолжал я.
— Кому я могу доверить безопасность своих детей, как не тебе? — он пристально смотрел на меня. — Я прошу тебя не как твой король, а как твой друг, — я опустил голову и тяжело выдохнул.
— Хорошо, Тирион, я стану регентом.
— Возьми на столе пергамент, — он слегка поднимает руку, показывая на стол.
Я беру завернутый пергамент и чернила.
— Пиши! Я Тирион Фордринг, третий своего имени, король Азерота и защитник всех королевств, и далее далее... Назначаю Ллейна Ринна, лордом-регентом моего сына. До тех пор, пока лорд-регент не посчитает нужным оставить пост, — я закончил писать, но не поднимал глаза на Тириона, а затем поставил печать. — Ты прекрасно справишься, Ллейн, так всегда было, — я крепко сжал письмо и посмотрел на своего друга.
— Сделаю всё, что в моих силах!