Часть 7
Утро было, как обычно. Но не для меня.
Я надела на лицо маску спокойствия, а внутри — всё гудело от недосказанного. Я не знала, как смотреть ему в глаза после вчерашнего, и… не знала, хочет ли он вообще что-то изменить.
Когда он вошёл в класс, я подняла глаза на секунду и сказала:
— Привет.
Не так, как раньше. Без света в голосе. Без той искры, которая раньше загоралась только при виде его.
Он немного опешил. И сел, как всегда — рядом. Но между нами было целое пространство молчания. Я не сделала ни одного шага, чтобы заполнить его. Просто слушала объяснение преподавателя, делала вид, что всё нормально.
Он иногда косился на меня. Хотел что-то сказать. Но не решался.
После урока я быстро собрала вещи. Он посмотрел на меня — будто ждал, что я что-то скажу. Что мы как раньше выйдем вместе. Но я просто встала, поправила сумку и прошла мимо.
Он вышел чуть позже. Я уже почти спускалась по лестнице, когда вдруг услышала:
— Серьёзно? Ты теперь вот так со мной?
Я остановилась. Повернулась.
— Что ты имеешь в виду?
Он подошёл ближе, почти кипя от раздражения.
— Это просто из-за общения?! Потому что я не перебил тебя вчера? Или потому что я не написал? Это... это серьёзно?
Я сжала губы. Не хотела говорить — не здесь, не так.
— Я просто сказала "привет", — ответила я спокойно.
— Но не так, как раньше! Ты теперь просто... холодная! — его голос дрожал от эмоций. — Я не понимаю! Вчера — ты вся в слезах, сегодня — будто я никто!
Я молчала. Потому что не могла сказать: "Да, ты был моим всем. А теперь мне больно даже говорить с тобой."
Он провёл рукой по волосам, раздражённо.
— С ума сойти… — пробормотал и отвернулся.
И пошёл прочь.
А я стояла. С комом в горле и вопросом в голове:
Почему он злится, если ему всё равно?
Он ушёл, но его шаги будто продолжали звучать в моей голове. Резкие, обиженные, такие знакомые. Как будто каждая ступенька, по которой он спускался, — это ещё одно "мы", что рушилось.
Я стояла. А потом пошла в другую сторону. Просто, чтобы не пересечься с ним снова. Чтобы не сломаться прямо у него на глазах.
На улице всё было слишком ярко. Люди — слишком шумными. Мир — слишком живым для того, как мне было внутри.
Я спряталась в ближайшем парке и опустилась на скамейку. Просто сидела, вцепившись в ремешок сумки. Пальцы дрожали. И только в телефоне — экран с его именем. Не заблокированный. Не удалённый. Всё ещё любимый.
Если бы ты знал…
Я писала ему это сообщение в голове сотни раз. Но так и не отправила.
"Если бы ты знал, как сложно делать вид, что всё в порядке. Что мне не хочется броситься к тебе и сказать: «Останься». Что каждое твое слово — это как пульс. И когда ты молчишь — он замирает."
Слёзы сами стекали по щекам. Я даже не пыталась их вытирать.
В тот момент я поняла:
я не обижена.
я не злюсь.
я просто... ранимая.
потому что любила.
И самое страшное — он этого не понял.
Вечером я вернулась домой. Усталая, пустая. Даже музыка не спасала. Ни один любимый трек.
Я легла на кровать и закрыла глаза. Мысленно снова видела, как он кричал:
"Это просто из-за общения?!"
Нет, не просто.
Это потому, что каждый раз, когда я делаю шаг — ты отступаешь. А я больше не знаю, как держать равновесие в этом танце, где только я одна двигаюсь.
В ту ночь я снова не смогла заснуть.
А он снова не написал.
Он пришёл в класс рано. Первый раз за всё время.
Ты не пришла.
Сначала он подумал — опоздала. Потом — что просто устала.
А потом — начал проверять сторис, общие чаты, искать глазами хоть намёк на твоё присутствие.
Но тебя не было.
— Ты её видела? — спросил он у подруги.
— Нет, она не отвечала мне тоже. У неё, наверное, всё в порядке… просто она изменилась в последнее время.
— Изменилась?
— Стала тише. Словно душа у неё дрожит, но она улыбается. И знаешь, всё это началось после тебя.
Он не ответил. Только отвернулся. Что-то в этих словах засело в сердце. Заныло.
После урока он остался, как будто всё ещё ждал. Проходя мимо твоего стола, увидел тетрадь, оставленную небрежно.
И из неё — аккуратно сложенный лист бумаги. Почерк — твой.
Он не должен был читать. Но прочитал.
> "Я не писала это, потому что боялась, что тебе будет всё равно.
Но каждый твой взгляд, каждое слово для меня были всем.
Я бы отдала многое, чтобы ты понял.
Чтобы ты просто взял меня за руку и не отпустил.
Но теперь я учусь жить без этого.
Без тебя."
Он закрыл глаза. И впервые — не разозлился. Не оттолкнул.
Он просто сидел. С этой болью. С твоими словами. С пустотой внутри.
Прошла неделя.
Ни сообщений. Ни сторис. Ни её в классе. Только пустое место, оставшееся после неё, будто весь воздух стал холоднее.
Он пытался не волноваться. Пытался убедить себя, что она просто хочет отдохнуть, перегореть, но с каждым днём его тревога росла. И когда прошло уже семь дней, он не выдержал — отправился к ней домой.
Он стоял у её двери с комом в горле, не зная, откроет ли кто-нибудь. Но дверь оказалась незапертой. Внутри — тишина. Только лёгкий запах её духов в воздухе.
На столе лежало письмо. Он медленно взял его в руки, сердце колотилось, как в последний экзамен в жизни.
"Если ты читаешь это, значит, ты пришёл. Прости, что исчезла, мне нужно было время. Просто… иногда слишком много чувств — это тяжело. Я хотела рассказать тебе всё, но не смогла вслух. Поэтому записала. Посмотри запись. Там всё, что я никогда не говорила…"
Он нашёл камеру. Включил.
На экране она — его девочка. Со слезами на глазах, в тишине, сидит на полу своей комнаты.
— Я не знаю, услышишь ли ты это. Но я люблю тебя. И любила всё это время. Даже когда ты был рядом и не понимал. Даже когда молчал. Я была готова пройти через всё — с тобой. Я верила, что ты тот самый. Может, я ошиблась. А может, ты просто не был готов…
Он выключил камеру. Не мог больше слушать. Сердце сжалось.
---
Прошло ещё три дня.
Он пришёл в класс, как обычно, без ожиданий.
И вдруг — дверь открылась. Она.
Молча вошла. Села на своё место. Сказала лишь одно:
— Привет.
Не как раньше. Без сияющей улыбки. Без огонька в голосе. Просто "привет".
Он не знал, что делать. Смотрел на неё, как на призрак.
Звенел звонок. Урок начался, но никто не мог сосредоточиться.
Он вышел первым после занятия. Сердце вылетало из груди. И вдруг — она прошла мимо, даже не посмотрев.
— Серьёзно? — крикнул он. — Просто "привет"? После всего?
Она обернулась, но ничего не сказала.
— Ты знаешь, как я искал тебя? — голос сорвался. — Ты знаешь, как мне было? А теперь просто молчишь?!
Молчание.
— Ты правда думаешь, что всё это было ничем?
И тут она впервые посмотрела в его глаза. Долго. Медленно.
— Нет, — ответила она. — Но иногда даже любовь не спасает от боли.
Он хотел что-то сказать. Подойти. Обнять. Но она уже отвернулась.
В классе позади кто-то шепнул друзьям:
— Они такие… как из фильма. Шипперю.
Но никто не знал, что настоящие фильмы — не всегда с хэппи-эндом.