Тишина после финиша

Ландо был просто убит признанием Эмилии, почему все так? Почему он действительно полюбил, а теперь узнает, что он умирает? В мыслях была полная каша, почему она не сказала об этом раньше? Почему молчала? А что бы изменилось? Не общался с ней? Нет, общался. Не влюбился бы? Но как? Ведь именно тогда в кафе он уже влюбился. Судьба любить ту которая скоро умрет. И как ему реагировать? Что делать? Да он обещал ей приехать. И он приедет, ведь Эмилия уже давно стала чем-то большим, она уже глубоко в сердце. Да, он любит ее, пусть и знаком мало. Но она сумела завоевать сердце и подарить ему чувство любви. А теперь она умрет, и что ему делать дальше? На гонке он думал не о том, что ему нужно. Он думал о ней, он не хочет ее терять. Возможно есть выход и лечение, может у нее просто не хватает на это лечение. Он был готов оплатить все что угодно, лишь бы она жила. Его состояние заметили все, но Ландо молчал. Никто не должен это знать. Он решил поговорить лишь с одним человеком об этом, с мамой. Его мама прилетела с отцом на гонку поддержать сына, но Ландо нуждался в разговоре.

Циска видела, что с ее мальчиком что-то не то. Поэтому разговор они не стали откладывать. И сидя в комнате Ландо, где их никто не мог слышать, Ландо не сдержался. Он сел и положил голову на колени матери, та растерялась. Она не видела сына таким никогда. Гладя его по волосам она уже была готова расплакаться. Ландо же всхлипнул и начал.

— Мам, я влюбился. И не просто влюбился, я полюбил. По-настоящему полюбил. — Ландо сел и посмотрел в глаза маме, та улыбнулась.

— Так и в чем проблема, будь с этой девушкой. Борись за за счастье с ней. — от слов мамы Ландо словно ещё хуже стало.

— Она умирает, мам.

— Что? Как умирает?

— Она больна раком, и ей осталось уже меньше четырех месяцев. И ее не станет, а мне что делать? Я хочу быть с ней.

— Милый мой, неужели ничего нельзя сделать? Лечение там или что-то в этом роде.

— Я не знаю, она рассказала мне об этом по телефону. И я не знаю как реагировать. Что я ей скажу? Что мне делать? Она же будет отдаляться от меня. А я хочу быть рядом с ней.

Циска крепко обняла сына, прижав его к себе. Она чувствовала его боль каждой клеточкой своего тела. Как мать, она не могла представить, что чувствует сейчас Ландо. Она всегда учила его быть сильным, добиваться своих целей, но как быть сильным перед лицом смерти? Как бороться с неизбежным?

— Ландо, сынок, я не знаю, что тебе сказать. Я не могу представить, что ты сейчас чувствуешь. Но я знаю одно: ты должен быть рядом с ней. Если ты действительно ее любишь, не отказывайся от нее сейчас. Поддержи ее, дари ей свою любовь, пусть она знает, что не одна.

— Но что, если ей будет больно? Что, если я не смогу смотреть, как она уходит?

— Сынок, любовь — это не только радость, это и боль. Но даже в самые трудные моменты любовь может дать силы. Будь рядом с ней, Ландо. Слушай её, держи её за руку, говори ей, как сильно ты её любишь. Это все, что ты можешь сделать.

Ландо поднялся и посмотрел в глаза матери. В ее взгляде он увидел не только сочувствие, но и поддержку. Он почувствовал, что не один в своей беде. Он должен быть сильным ради Эмилии. Он должен быть рядом с ней, пока это возможно. Он не знает, что его ждет впереди, но он готов ко всему, лишь бы быть с ней.

После гоночного уикенда Ландо сразу же сорвался в Монако. До следующего гран при было две недели, так что он должен был успеть поговорить с Эмилией. Должен. Перелет был долгий, и это не из-за времени. А из-за мыслей Ландо. Он перед вылетом написал ей, что будет ждать ее в кафе, том самом где они познакомились. Но ответа не было и Ландо оставалось гадать придет она или нет.

Ландо сел за руль, но руки дрожали, да и всего его колотило. Он не хотел ее обидеть или как-то отпугнуть своей реакцией. Много думал, что сказать ей, но в мыслях была каша. Да и что говорить? Он любит ее, и будет до конца. Пусть и несчастливого. Но ещё он хотел узнать, возможно есть маленький шанс на то, чтобы отсрочить ее болезнь или вылечить. Он бы отдал все и заплатил кому нужно, лишь она жила.

Эмилия с каждым днём чувствовала что силы покидают ее. Чем ближе было к концу, тем слабее она была. К вечеру она уже не могла ходить, а просто лежала и читала. Днем она хоть и старалась быть активной, но не всегда это получалось. Аппетит стал пропадать, чему была расстроена сильнее мама, которая хоть и не заставляла девочку есть, но готовила небольшие порции. И Эмилия ела, просто потому что надо. Ради мамы и папы. А может ещё и ради Ландо. Она все выходные была в каком-то трансе, ведь знала что он приедет после них. Открыв трансляции формулы она видела какой он. Улыбка была натянула, а сам он витал в мыслях, часто переспрашивая вопросы заданные ему. И было больно думать, что это из-за нее.

Она получила сообщение от Ландо и сначала хотела проигнорировать его, но потом передумала. Как она могла отказать ему в последней встрече в их месте? Она понимала, что ей будет тяжело, но желание увидеть его было сильнее. Умывшись и приведя себя в порядок, она уговорила маму отвезти ее в кафе. Мама была обеспокоена ее состоянием, но видя решимость в глазах дочери, согласилась.

Ландо нервно постукивал пальцами по столу, ожидая Эмилию. Каждая проходящая минута казалась вечностью. Он уже начал думать, что она не придет, как вдруг увидел знакомую машину, подъезжающую к кафе. Его сердце бешено забилось. Эмилия вышла из машины, и он замер, увидев ее. Она выглядела бледной и уставшей, но в ее глазах по-прежнему горел огонь.

Он подскочил и подбежал к ней, обняв ее так крепко, как только мог. Эмилия ответила на объятие, чувствуя, как ее глаза наполняются слезами. Они простояли так несколько минут, не говоря ни слова. Ландо оторвался от нее и взял ее лицо в свои руки. Он смотрел на нее с такой любовью и нежностью, что у Эмилии перехватило дыхание.

— Я так рад, что ты пришла, — прошептал он. — Я должен был увидеть тебя.

— Я тоже хотела увидеть тебя, Ландо. — Эмилия слабо улыбнулась.

Они сели за столик, где познакомились. Между ними повисла тишина, полная невысказанных слов и тяжелых эмоций. Ландо взял ее руку в свою, чувствуя, как она похудела.

— Эмилия, — начал он, глядя ей в глаза. — Почему ты не сказала мне раньше про болезнь, и почему не сказала в лицо?

Эмилия опустила взгляд, чувствуя, как щеки заливаются краской. — Я… я не хотела тебе говорить. Не хотела, чтобы ты знал. Зная, что не увидимся, я думала так будет правильно.

— Почему? — спросил Ландо, сжимая ее руку. — Почему ты решила, что я не должен знать?

— Я не хотела, чтобы ты тратил на меня свое время. Чтобы ты страдал. Я скоро умру, Ландо. У тебя вся жизнь впереди, ты должен быть счастлив.

— А разве мое счастье не в тебе? — Ландо поднял ее подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Эмилия, я люблю тебя. И я хочу быть рядом с тобой, сколько бы времени у нас ни было.

Эмилия снова заплакала, и слезы потекли по ее щекам. Ландо вытер их большим пальцем и нежно поцеловал ее в лоб.

— Пожалуйста, не отталкивай меня, — попросил он. — Позволь мне быть рядом. Позволь мне любить тебя. Вместе мы сможем пройти через это. Может, есть хоть какой-то шанс? Лечение? Что угодно? Я готов сделать все ради тебя.

Эмилия посмотрела на него с благодарностью и любовью. Она знала, что Ландо говорит искренне. Она понимала, что не может отказать ему. Ведь она тоже любила его. И хотела быть с ним, несмотря ни на что.

— К сожалению уже ничего нельзя сделать. Мы пытались, целый год мучений и все без толку. Прости, я не хотела, чтобы все так получилось. — Эмилия снова заплакала.

— Тогда позволь мне быть рядом с тобой, не отталкивай. Я подарю тебе самые лучшие последние месяцы. Ты будешь самой счастливой. — Ландо обнял девушку.

Эмилия прижалась к нему, вдыхая его запах, такой родной и успокаивающий. Она чувствовала себя в безопасности в его объятиях, словно ничего плохого больше не могло случиться. Ландо был ее светом в этом темном туннеле, ее надеждой, ее любовью.

— Хорошо, Ландо. Будь рядом. Но обещай мне, что не позволишь моей болезни сломать тебя. Обещай, что будешь жить дальше, когда меня не станет.

Ландо крепко обнял ее, не в силах произнести ни слова. Он боялся давать обещания, которые не сможет выполнить. Но он знал, что должен быть сильным ради нее.

— Я обещаю, — прошептал он, чувствуя, как слезы душат его. — Я обещаю, что буду жить дальше. Но пока ты здесь, я буду любить тебя каждой клеточкой своего тела.