мам
Она тянулась на простынях, кудри ее были разбросаны по подушке, а ноги были придавлены Маратом. Руки протёрли сонные глаза, которые ещё не успели открыться, а сама Даша промычала. Голос отдавался хрипотой и звучал уж слишком по домашнему.
- Марат! - девушка шевельнула ногами. Точнее попыталась. Слабые мышцы после пробуждения и вес младшего брата не дали ногам даже двинуться. - Марат! - прикрикнула она, вновь дёрнув ноги, наконец достав их из под тела мальчика.
Он резко вскочил, еле открывая глаза и покрутил головой.
- подъем.
По комнате долго раздавались зевки и недовольные вздохи, прежде чем двое оказались на кухне. Марат как всегда вливал в себя сгущёнку из жестяной банки, запивая крепким черным чаем, а Даша, как обычно, растягивала стакан воды, спокойно дыша, и поглядывая в окно.
В коридоре послышался хлопок двери.
- встал кто-то? - Диляра обеспокоенно, и тяжело дыша, прошла на кухню, ставя полную сумку на стол. - доброе утро. - она оглядела Дашу, а потом глянула на Марата, неодобрительно нахмурившись. По ее мнению завтрак был главным приемом пищи и должен быть правильным и полезным, и, конечно же, ей хотелось бы, что бы ее сын питался также, но сейчас он вливал в себя порции сахара в жидком виде.
- доброе. - так и не выбираясь из своих мыслей произнесла Суворова.
- доброе. - Марат шустро закрыл банку, отставив ее, выпрямил спину под взглядом Диляры и сделал глоток чая.
- ужас, что на улицах творится. - она вздохнула. Руки ее подрагивали и нервно выкладывали продукты из сумки. - идиоты какие-то пристали, мол, деньги давай. В сумку заглядывают, прохода не дают. - она бросила на стол пакет риса и приложила ледяные от страха руки ко лбу и тяжело выдохнула. У нее крутило живот, ноги подрагивали, а ладони блестели от холодного пота на них.
Даша и Марат переглянулись. На лицах обоих было глубокое удивление; нахмуренные брови и широко раскрытые глаза.
Брат и сестра одновременно вскочили со стульев. Марат схватил мать за плечи и посадил на свое место, а Даша схватилась за стакан и налила воды, поднося его к женщине.
- кто? - Марат сразу сообразил, что произошло. Точно не универсам. Они б на женщину не полезли. Тем более на своем районе.
- я откуда знаю? Два каких-то... Лет по шестнадцать.
- раньше на глаза попадались? - выясняла уже Даша.
- в первый раз видела. - она пила воду, пытаясь успокоиться.
Брат с сестрой вновь повернули друг к другу головы, заглянув в глаза напротив.
Не наши. Точно не наши.
Универсамовцы часто шлялись по району и Марат с Дашей часто выслушивали от Диляры забавные ситуации, которые она видела своими глазами, когда выходила из дома.
Так, например, она однажды рассказала, что проходя мимо автовокзала, увидела, что из маршрутки выходит целая толпа парней разных возрастов. И даже описала почти каждого.
"Один смешной такой, волосы дыбом стояли и губы так сжимал, даже улыбку вызвал у меня. Низкий, а ходит так сурово."
В этом описании братья и сестра узнали Кирилла, скорлупу.
"Второй лысый"
"Третий с носом разбитым шел, кровь по всему лицу была"
"У четвертого рукава от куртки не было"
"А ещё Валеру встретила, тоже там был".
На этом моменте Марат и Даша похолодели и заметно изменились в лице, побледнев, а Вова спокойно сделал глоток кофе.
Потом же выяснилось, откуда мачеха Вовы и Даши и мать Марата знает Туркина.
Оказалось, что Вова встретил Диляру на улице, когда та возвращалась домой, решил ее проводить и с сумками помочь как раз. А навстречу турбо. Ну, старший руку ему по привычке и пожал. А Диляра же женщина любопытная, спросила, кто это, откуда знает. Вове и пришлось сказать, что это младший брат его сослуживца.
Диляра глупой не была. Несмотря на все эти разговоры остальных взрослых, мол, "нет у нас никаких группировок, выдумывают всё, как всегда", она знала, что они есть, она была уверена. И, что ещё хуже - она знала, что ее сын, падчерица и пасынок с группировками тесно связаны. Не зря же младший приходит частенько побитым. Не зря же прошлой ночью, зайдя в комнату к Даше, она обнаружила лишь открытое нараспашку окно и пустую кровать. Просто молчала об этом. Молчала и переносила все в голове. Отец троих же этого не замечал. Дома был лишь поздно вечером, выходные у него выходили редко и поэтому в жизнь детей он лез меньше, чем мог бы и очень многого не замечал.
- а дальше? - Даша погладила плечо женщины.
- вмешался парень. Тот, который лысый. Помните, я рассказывала? - она начала поправлять волосы. Даша замечала это не в первый раз. Диляра так успокаивала себя. - часто его видела на улице и в компаниях. Мол, чего к женщине пристаете. Они на него так посмотрели, испугались, видно было. Потом он их отвел ненадолго и что-то сказал. Меня парализовало от страха, представляете? - она оглядела двоих. - поговорили они, те, как гиены какие-то разбежались, а парень этот меня до дома проводил. Представился. Вахит зовут.
И в который раз Марат и Даша переглянулись. Рот девушки раскрылся в немом шоке, а на лице Марата едва можно было уловить нахмуренные брови.
- ясно. Разберемся. - Марат отошёл. - ты сейчас лучше? Просто у меня дела небольшие, уйти надо. - Даша махнула головой. - Марату тоже. - сейчас надо было разобраться. Вова был на базе, было ясно. Значит, Марату нужно бежать туда. Даже если Вахит уже все рассказал.
- да. Да, идите. - она провела руками по лицу и выдохнула.
- не переживай, все нормально. - Даша в последний раз окинула Диляру взглядом, взяла Марата за руку и вывела из кухни.
- беги на базу, рассказывай Вове в чем дело. Потом мне все расскажешь. - шептала она, ткнув указательным пальцем парню в грудь.
- понял. А ты?
- у меня дела. Бегом.
Марат кивнул и рванул в спальню одеваться, а Даша направилась в ванную.
Марат залетел в подвал, заставив некоторых парней выругаться или дрогнуть от неожиданности. Тело мальчика тут же окутала желанная прохлада.
- Вов! - он тут же забил тревогу и захлопнул за собой дверь.
- знаю уже. - бросил Адидас. По правую сторону от него стоял Вахит, а по левую Валера. - не знаешь откуда? - старший поднял глаза на Зималетдинова.
Видимо, Марат подоспел вовремя и разъяснения ещё не начались.
- отвел их на разговор. Спросил. Сказали, что кинопленка.
- серьезно блять? - всполошился турбо. - с какого это хера они на нашем районе? Вов!
- угомонись. - Вова потер глаза и встал с дивана, делая размеренные шаги по комнате. - будем со старшими разговаривать.
- выловить бы их ещё. И заставить разговаривать. - добавил Вахит. - может и не захотят за скорлупу отвечать.
- а куда денутся? - Марат стукнул кулаком по ладони. - заставим.
- да погодите вы. Пока мирно попробуем. - Адидас сжимал челюсти. - на нас разъезд зубы точит, если не забыли. Пока этот конфликт не решим, в другой не полезем. А иначе что? - он оглядел каждого присутствующего.
- два конфликта могут стать одним большим... - задумчиво произнес Зима, сверля ковер взглядом.
- да. И тем более сейчас по всем соседним районам инфа гуляет, что Дашка вернулась. Подорвем с кем-то мир - могут воспользоваться этим. Поэтому ждём. Кстати о Даше. - Вова глянул на брата. - дома?
- нет, ушла куда-то. Сказала по делам. - он нахмурился. Одна мысль, что из-за их драк и ссор между районами и улицами могла пострадать его горячо любимая старшая, доводила его до дрожи от злобы и страха.
- деловая какая. - Вова тяжело вздохнул и закатил глаза.
Через час девушка уже подходила к высокому зданию. На ней шорты, футболка и синие кеды. Кудри были заплетены в небрежный пучок, а недостаточно длинные завитки вместо того, чтобы находиться в хвосте, выбивались на лицо Суворовой, попадая на глаза. Из-за этого она периодически дёргала головой и поддувала на них воздухом, в желании смахнуть их с лица. День сегодня был безумно жарким.
Даша открыла массивную высокую дверь и вошла внутрь. Расписанные стены, потолки со всякими граничными узорами, изысканная мебель, разноцветная плитка, нагоняющая мысли о какой-нибудь Италии, огромные зеркала во всю стену. Все это давало Даше безумное воодушевление и вдохновение, когда его так не хватало. Она невольно улыбнулась. Все здесь было таким родным и знакомым... Нахлынула ностальгия.
Она прошла к лестнице и поднялась на второй этаж. На нем не было ничего, кроме пяти дверей по разные стороны от Суворовой.
На каждой прикрученные таблички.
На первой - "Зал 1. Конюхов Н.М"
На второй - "Зал 2. Ларина М.А"
На третьей - "Зал 3. Васильева А.Д"
Суворова вновь улыбнулась и вошла внутрь. Тут же послышались крики, громкие переговоры, звук свистка, падение чего-то на пол. Вновь сердце облилось теплом и нахлынули воспоминания.
Посередине зала стояла до боли знакомая фигура, спиной к Суворовой. По всему спортивному залу передвигались девочки, лет десяти. Кто-то крутил обруч, кто-то делал колесо, перекатываясь по залу, кто-то кувыркался на матрасах, кто-то сидел на шпагате, а кто-то просто разогревался.
Кудрявая чуть ли не бегом, улыбаясь, преодолела пол зала и встала возле женщины, держащей около рта свисток.
- Александра Дмитриевна! - улыбка стала ещё шире.
- Дашенька, неужели! - ранее строгое выражение лица сменилось удивлённое и радостное. - как же я соскучилась!
- я тоже, Александра Дмитриевна!
Женщина затянула Суворову в объятия.
- Алин! Алиночка! - Александра подозвала к себе девчонку, которая стояла неподалеку. - проведи разминку.
Девчонка кивнула, а тренер обняла Дашу за плечи и повела в комнату, ведущую из спортзала.
- ну рассказывай, как ты, хорошая моя? Куда пропала то?
- я сейчас хорошо. Отец увез меня на год. - она нахмурилась. - там запутанная история, в общем-то.
- ужас какой. А куда увозил?
- да там под Москвой частный сектор. - девушка прокашлялась. Не хотелось говорить об этом ещё раз. - вы как?
- как всегда. - она беззаботно пожала плечами и легко улыбнулась. - обучаю новое поколение. Ты представляешь? У нас у взрослых девочек тренировка сразу после самых младших. Девочки так восхищаются! Смотрят, как девушки на восемь - десять лет их старше трюкачат. - она заботливо улыбнулась.
- да, Александра Дмитриевна, кстати об этом. - Даша нервно сглотнула. Руки начали блуждать по лицу, в надежде успокоить нервозность.
- вернуться хочешь? - она вздохнула. - не выйдет.
Даша раскрыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же замолкла. Она думала...нет. она знала, что ей это удастся. Она же...любимица!
- прости, хорошая моя, никак. - Александра развела руки. - сама то посуди. Тебя не было год. Во-первых, ты вряд-ли в той же форме. Во-вторых, на мне сейчас особое внимание жюри. - тренер заметила выгнутую бровь Даши. - не спрашивай, там все запутанно. Если увидят, что у меня на соревнованиях девчонка, которая не занималась год, то у меня проблемы будут. - она откинулась на спинку стула.
- жюри же везде разные! - Даша от шока только и смогла что возразить. По телу уже разливалась злоба.
- но информация то у всех одна, Даш. Я бы тебя взяла с радостью. Не мо-гу.
- ясно. - она резко вскочила с места, распахнула дверь, чуть не прибив ею маленькую гимнастку и рванула к выходу. Ей вслед смотрела Александра Дмитриевна.
- Даш, ну правда не могу! - ее глаза наблюдали быстро идущую по деревянному полу Суворову.
- ага. - прикрикнула она, но тон тут же утих. - нахуй пошли вы все. - она закатила глаза и со всей силы толкнула дверь спортзала.
Мечта ее зародилась в пять лет.
Хочу стать великой гимнасткой и выигрывать все соревнования!
Именно так когда-то сказала маленькая Суворова.
Конечно, великой она не стала, но считать медали за первые места она устала где-то после пятнадцатой. Гордо на полке возвышался даже кубок.
Гимнастика была ее пристанищем. Прыжки, выселение эмоций физически. Даша боготворила эту усталость после несколькочасовых тренировок. Она боготворила боль, когда просыпалась после этих тренировок или соревнований, где выкладывалась на всю тысячу процентов, боль, которую чувствовала, когда мышцы ее тянулись в шпагате. А все остальные боготворили ее. То, как за всего пару секунд она оказывалась на шпагате, как умело ходила на руках, как делала всякие "выкрутасы", по словам Марата.
До десяти лет она не вылазила из спортзала, все тренировалась. После двенадцати стала появляться там реже, но была готова поклясться всеми своими родственниками, своей жизнью, что никогда и не за что не бросила бы дело своей жизни.
Но отец ее увез.
Отец увез ее от ее мечты.
Виноват он.
Глаза пылали злобой, Вахит бы пошутил про то, что видит там пламя от костра. Она часто сглатывала, а ногти впивались во внутреннюю часть ладоней. Зубы безумно болели под напором противоположного ряда. Челюсти были сжаты до скрежета. Ещё немного и зубы повылетали бы.
Даша распахнула входную дверь квартиры и влетела внутрь. Девушка чувствовала на себе взгляд Вовы и Марата из кухни с открытой дверью. Дома ещё точно была Диляра, но Суворову младшую это слабо волновало, если волновало вообще.
Она наспех разулась, придерживаясь за стены, чтобы не упасть из-за неравновесия и быстрым шагом, стуча пятками по полу, прошла в комнату.
Как назло на глаза тут же бросилась полка с медалями и кубком на вершине.
- с-с-сука. - прошипела она, захлопнула дверь и тут же поморщилась от громкого звука. Казалось, температура ее тела действительно повысилась от злобы. Стало душно. Кровь кипела.
Три шага и Суворова стояла возле стены, сверля все свои достижения в золотом виде взглядом.
- толку от вас? - прокричала девушка, трясясь от злости. - толку? - девичья рука ухватилась за отдельно весящую холодную медаль и резко потянула. Глаза зажмурилась.
Рука девушки замахнулась и откинула медаль с гравировкой на ковер.
Руки в охапку выхватили все остальные медали и дернули, так и не сняв с полки.
Сорвались не только награды с крючка, но и полка с гвоздей. Ее левая сторона висела в воздухе, а вторая оставалась прикованной к стене.
Кубок съехал и упал на пол. Это добило Суворову до конца.
- твари! Все их не устраивает! - она нагнулась, схватилась пальцами за ручки по бокам кубка и осмотрела его.
На табличке снизу был текст
"Награждается Суворова Дарья Кирилловна, занявшая первое место по регионам."
- от тебя толку тоже теперь никакого! - орала девушка, набирая полные лёгкие воздуха.
Рука поднеслась ввысь и...
Кубок попал в середину зеркала. По нему поползла крупная трещина.
По комнате раздался звонкий грохот, а позже крик.
- ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!
Она не знала, кому это было адресовано. Отражению, где было лицо, отображающее лишь ненависть и злобу, отцу, из-за которого это все происходило, или этим ебаным жюри и ебаной Александре Дмитриевне.
Суворова подскочила к зеркалу и глянула в отражение.
- терпеть не могу! - который раз рука поднялась на уровень головы девушки, ладонь превратилась в кулак и....
Удар.
Мгновение.
Суворова взвизгнула, некогда белые костяшки покрылись трещинами и начали просачивать алую кровь.
Зеркало раскололось и осколки посыпались на пол, впиваясь в ворс ковра.
Вторая ладонь обволакивала раненую, от чего неприятно защипало. Даша согнулась, прикладывая кровавые руки к животу и села на пол, недалеко от места, где лежали десятки осколков.
В комнату ворвался Вова, а за ним Марат.
По полу разбросаны медали и осколки, валялся кубок. А оперевшись спиной на бок кровати, на полу сидела их сестра. Волосы закрывались лицо и руки, но шипения и редкие взвизги было не утаить.
- хорошая моя, - Вова подлетел к младшей и убрал волосы с лица, замечая оголенные от боли белые зубы Даши и крепко зажмуренные глаза. Но не заметил ни слезинки.
Суворова сама не заметила, когда от негативных эмоций начала злиться, а не плакать. Раньше было иначе. Злость - слезы. Грусть - слезы. А сейчас все заканчивалось агрессией.
- Даш! - прикрикнул Марат, подлетев с другой стороны.
- мам... - Даша сидела на лавке перед могильной плитой. - мам... Они все портят... Ты бы меня поняла, я уверена. Ты бы с этим что-то сделала... - ее глаза невероятно грустны, а в душе сейчас была лишь тоска.
Перед Дашей могильная плита. А на плите надпись.
Суворова Анфиса Игоревна
- мам... Я его ненавижу. - из ее губ вырывалось шипение. - всю мою жизнь губит. Почему я должна скрывать своего любимого человека, мам? - она хныкнула. - почему не могу из-за него заниматься тем, чем хочу? Почему все так несправедливо, мам? - наконец по щеке скатилась слеза.
Рука была перемотана бинтом, а на ней горизонтальный кровавый след.
Она смотрела в чёрно-белые глаза кудрявой женщины с широкой улыбкой и искренним взглядом. Но Даша то знала, глаза у Анфисы такие же оливковые, как и у нее самой...
2535 слов
Новый тгк: пион на снегу
Ссылка: https://t.me/pioninthesnow