23 глава
Подойдя к ящикам, Накахара начал что то искать, пока Осаму вжался в угол, держась рукой за голову, которая раскалывалась от боли.
- может это тебя приструнит?
Спросил Накахара и вытощил из ящика..намордник. Настоящий, собачий, железный намордник. И увидев его, Дазай сжался сильнее, ели сдерживая слёзы.
- не надо!...
- заткнись.
Чуя схватил шатена за волосы и тот закричал, как вдруг ремни резко сжали челюсть, не давая нормально сказать ни слова. Начав громко мычать, шатен не сдержал слез. Как вдруг по щеке больно хлыстнули стеком, от чего Осаму заскулил.
- ты мой. И я тебе об этом всегда буду напоминать.
Шатен поднял на хозяина мокрые глаза и встал перед ним на колени.
- ты так мило смотришся с этого ракурса
Ухмыльнувшись сказал Накахара, и завел руку шатену в волосы.
- когда ты молчишь, ты мне нравишься гораздо больше
Осаму опустил голову, и Накахара погладил его по голове.
- и чего же ты ждёшь? Ты прекрасно знаешь, что делать.
Резко сменив тон, сказал хозяин и шатен замотал головой, надеясь, что Чуя его пощадит. Но послышался новый удар и вскрикнув, Осаму задрожал и медленно начал раздеваться.
- так бы сразу.
Холодно сказал Накахара и начал ждать пока его щенок не остался перед ним без рубашки, но в штанах, так как ему это приказал хозяин. И нацепив на беднягу ошейник с поводком, Накахара ухмыльнулся ещё сильнее.
- прекрасное зрелище, как по мне
Осаму что то промычал, но голубоглазый дёрнул за поводок, давая понять что он не имеет право открывать рот. Дазай сжался, и схватился на поводок, надеясь успокоить хозяина, но это его разозлило только сильнее.
- ну всё. Ты доигрался.
Накахахара сжал в руке стек и приказал шатену повернуться к нему спиной.
- «нет..пожалуйста...»
- давай. Я долго ждать не буду.
Сердцебиение участилось а дыхание стало прирывистым. Пока Накахара не ударил Осаму по лицу, тот не пошевелился и когда через силу сел к нему спиной, сразу получит удар по плечу от чего громко промычал.
- я на тебе живого места не оставлю.
Сказал Накахара и размахнувшись, со всей силы, ударил Осаму по спине. Шатен от боли выгнулся и заплакал, в то время, как хозяин продолжил жестоко его пороть, оставляя на спине бедняги яркие следы. С каждым ударом следы становилось видны сильнее и уже через пять адских минут, по спине Осаму потекла кровь. Мычания усилились а слезы продолжили течь. Начав извиваться и мотать головой, Дазай пытался хоть как то спастись от ударов но это разозлило хозяина ещё сильнее.
- ах ты ж тварь! Хочешь довести меня?! Что ж, ты этого добился!
Резко потянув Осаму за поводок, Накахара вышел из комнаты, заставляя Осаму спотыкаясь идти за ним. Резко Осаму упал на пол, прямо посреди зала, в то время как Накахара громко начал звать всех работников.
- идите все сюда! Полюбуйтесь на это отродье!!
На шум вместе с остальными работниками, пришел и Фёдор, и увидев своего друга в крови на полу, он быстро пошёл в сторону Накахары, пробираясь сквозь толпу.
- этот паганец посмел испортить пиршество к которому мы все так долго готовились!
Громко заявил Чуя и все начали громко вощмущатся. Все..кроме Фёдора. Поняв, что выйти и при всех остановить это, было бы не разумно и он остался стоять, с искренней болью смотря на Осаму. В то время как он сам прикрывая лицо руками, тихо плакал сжавшись. Оголенная грудь, железный намордник, ошейник и кровь стикающая со спины на живот..от всего этого Фёдор начал шататься на месте, стараясь сдержаться, что бы не выкрикнуть Чуе, что бы он прекратил.
- этот урод не заслуживает удобств?!
Резко спросил Накахара и все начала выкрикивать "нет", от чего Осаму сжался ещё сильнее. Сейчас он надеялся только на одно, на чудо. Просто что бы этот кошмар прекратился. Но Накахара делал все, что бы его жизнь превратилась в ад. Схватив его за волосы, Чуя кинул шатена в толпу, от чего все кто был там, набросились на бедного Осаму, начав бить и пинать, пока тот пытался сквозь слезы спастись от ударов. И на мгновение открыв глаза, Дазай увидел среди толпы Фёдора, спокойно стоящего и смотрящего прямо на него. Осаму промычал его имя, но темноволосый дернулся и быстро ушёл, оставив Осаму одного на растерзание толпы.