Такие теплые объятия
-Ты что творишь? - с этими словами, а вернее воплями Чимин вошёл в квартиру.
-Так ты уже знаешь?
-Да, и я повторюсь, что ты творишь?
-Это мой выбор.
-А моё мнение?
-Чиминни, я уже все решил.
-Нет! Ты ни за что не будешь моим донором! Ты понимаешь, что я не могу убить тебя?
-Тебя и не спрашивают. Хочешь ты этого или нет, я буду твоим донором.
-Да я лучше сдохну прямо сейчас, чем лишу тебя жизни!
Чимин кричал, срывая голос, ведь паренек не хотел лишать свою любовь жизни, а тот не хотел чтобы умирал его ЧимЧим. Парадокс, не правда ли?
Но всё равно кто-то в этой истории должен умереть.
-Ты понимаешь, что я делаю это ради тебя?
-Прошу, не надо. Мы можем найти другого донора, ведь время еще есть.
-А если не найдём?
-Я умру.
Слова были сказаны тихо и с отчаянием, ведь парень действительно не хотел умирать, не хотел бросать Юнги. Но это единственный выход, единственный правильный выход. Но Юнги молчит, не говорит не слово, кажется, что он даже не дышит.
*****
-Я принимаю ваш выбор и понимаю всю ситуацию. Но вероятность того, что мы успеем найти донора не велика, - говорит лечащий Чимина, чем совсем не внушает надежду.
После небольшого разговора с врачом Чимин все же выходит из кабинета. И уверенно, будто все хорошо идет к Юнги.
А тот рассматривал медленно падающие листья. На щеках был лёгкий румянец, губы растянуты в довольной улыбке, а глаза словно у довольного кота - маленькие щелочки.
Всё таки на улице холодно, но Юнги нравится, он любит такую погоду. Вскоре заметив Чимина, выходившего из больницы, его лицо меняется, от мордочки довольного кота не остается и следа. Ведь Юнги понимаешь, что все плохо, Юнги слишком хорошо знает Чимина.
-Они нашли донора.
-Не ври, все плохо, да?
И вот Чимин уже не такой уверенный, а лицо грустное - прегрустное. Он кивает, а из глаз уже катятся слезы, он так хочет жить. Юнги заключил Чиму в объятия. Они такие теплые, внушают надежду, что может они успеют, может найдут донора. Но реальность не так добра и тепла, как Юнги и его объятия, поэтому Чимин плачет. Плачет так горько, иногда даже подвывая, что Юнги хочется прямо сейчас застрелиться, лишь бы не было так больно. Лишь бы сердце так сильно не болело.