Их реакция на сексуальное белье
Джейсон
Джейсон замер в дверном проеме, рука все еще на косяке. Он только что вернулся, и тихий шелест из спальни заставил его замедлить шаг. Он заглянул внутрь и увидел ее.
«Черт возьми...» — вырвалось у него шепотом, грубоватым, но полным искреннего изумления.
Она стояла спиной к нему у комода, и свет от лампы мягко очерчивал изгибы ее тела, обтянутого темным шелком. Это было нечто воздушное, кружевное, и вид этого контрастировал со всем, что его обычно окружало - пыль, бетон, камуфляж. Он видел, как мурашки пробежали по ее коже, когда она почувствовала его взгляд и медленно обернулась. На ее губах играла смущенная, но довольная улыбка.
«Вернулся пораньше?» — сказала она, и голос ее звучал немного дрожью.
Джейсон оторвался от косяка и сделал шаг внутрь, дверь тихо закрылась за ним. Он не сводил с нее глаз.
«План изменился. Слишком много бумажной волокиты, я свалил», — пробормотал он, приближаясь. Он остановился в шаге от нее. «А ты... что это тут у нас?»
«Думала, может, вечер будет особенным», — она потупила взгляд, потом снова посмотрела на него, бросая вызов.
«Особенным, говоришь?» — Джейсон протянул руку, пальцы едва коснулись кружева на ее бедре, ощущая тепло кожи под ним. Он тяжело вздохнул, и все напряжение дня, вся привычная скованность начали таять. «Ты выглядишь... божественно. Серьезно. Я даже слов не подберу».
«От тебя это многое значит», — она положила руку ему на грудь, над его сердцем, которое билось часто и гулко.
«Просто заткнись на секунду», — он сказал это беззлобно, почти нежно, и наклонился, чтобы прижать лоб к ее лбу. Его большие, сильные руки осторожно обхватили ее талию, притягивая ближе. «Просто дай мне немного постоять так. Подумать, как же мне повезло». Потом он отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. «А потом мы займемся чем-нибудь другим. Поинтереснее».
Салим
Салим собирался постучать в слегка приоткрытую дверь спальни, но замер, услышав мягкую музыку и увидев движение внутри. Он приоткрыл дверь чуть шире, и дыхание его застряло в горле.
Она стояла перед зеркалом, поправляя тонкую бретельку на плече. Это было что-то цвета ночной фиалки, струящееся, делающее ее похожей на сон или на джинна из старых сказок. Сердце Салима забилось сильнее, переполняясь такой теплой, всепоглощающей нежностью, что он почувствовал легкое головокружение.
«Дорогая...» — вырвалось у него само собой, тихо, как молитва. «Свет моих очей».
Она вздрогнула и увидела его отражение в зеркале. Краска залила ее щеки, но глаза сияли счастьем. «Салим! Ты же сказал, вернешься позже».
«Аллах привел меня домой именно в этот миг, чтобы одарить меня самым прекрасным зрелищем», — сказал он, входя в комнату. Его голос был густым от эмоций. Он подошел сзади, смотря на ее отражение, его глаза блестели. «Ты похожа на луну в ясную ночь. На самую редкую жемчужину в глубинах моря. Я... я не достоин такой красоты».
Она обернулась и положила ладони ему на щеки. «Перестань. Ты достоин всего самого лучшего».
Он наклонился и поцеловал ее ладони, один раз, потом другой. «Когда я вижу тебя такой, вся моя усталость, все тревоги улетучиваются. Остается только благодарность. И любовь. Такая огромная, что, кажется, сердце не вместит». Он обнял ее, прижал к себе, чувствуя тонкую ткань и под ней стук сердца. «Моя любимая. Моя единственная. Спасибо, что ты у меня есть».
Эрик
Эрик остановился на пороге, его ум на секунду полностью отключился. Она стояла, примеряя что-то алое, и его мозг выдал первую, чисто техническую мысль: «Контраст с цветом ее кожи выглядит так сексуально».
Он почувствовал, как тепло разливается по его груди, а в животе закружилось знакомое, приятное напряжение.
«Вау. Это... неожиданно», — произнес он наконец, и его голос, обычно такой ровный и собранный, звучал немного сбитым с толку.
Она обернулась, и он увидел в ее глазах смесь смущения и надежды. «Эрик. Привет. Я... хотела сделать сюрприз».
«Миссия выполнена. На все сто», — он кивнул, медленно входя в комнату, снимая очки и задумчиво потирая переносицу. «Я просчитывал варианты на вечер. Ужин, разбор полетов по работе, возможно, фильм. Этот сценарий... намного лучше». Он подошел ближе, его взгляд скользил по ней, изучающе с неподдельным восхищением. «Он превосходит все другие».
Она засмеялась. «Перестань меня смущать. Нравится?»
Эрик глубоко вздохнул. «Нравится? Дорогая, ты выглядишь потрясающе. Абсолютно сногсшибательно». Он протянул руку, коснулся ее плеча, провел пальцем по бретельке. Он наклонился и поцеловал ее в шею, нежно, губами, потом еще раз, уже ниже, к ключице. «Единственная задача на сегодня - это ты». Его голос стал тише, увереннее, потерял всю былую расчетливость.
Ник
Ник застыл как вкопанный, сумка с инструментами, которую он нес, со стуком упала на пол. Все его внимание было приковано к ней. Она наклонилась, чтобы поправить что-то на щиколотке, и силуэт в этом черном, откровенном белье заставил его кровь буквально загустеть в жилах.
«Господи...» — выдохнул он, и это был низкий, хриплый стон, идущий из самой глубины груди.
Она выпрямилась, увидела его, и улыбка, которая появилась на ее лице, была одновременно застенчивой и дерзкой. «Ник! Я не слышала, как ты вошел».
«Я... я только что», — он прокашлялся, сглотнул. Голос не слушался. Он прошелся рукой по коротко стриженным волосам, привычный жест смущения. «Ты... э-э... собираешься куда-то?»
Она покачала головой, делая шаг навстречу. «Нет. Я ждала тебя».
Ник всегда был человеком дела, простым, прямым. И сейчас все его мысли свелись к одной, простой и ясной истине. Он скинул грубую рабочую куртку на пол, не отрывая от глаз от возлюбленной.
«Ну что ж», — сказал он, и его голос обрел твердость, низкую и насыщенную. «Тогда, похоже, мой рабочий день закончился». Он подошел к ней, движения его были плавными, а его большие, сильные руки взяли ее за талию, подняли почти без усилий и прижали к себе так, чтобы она могла почувствовать все его возбуждение, всю силу его желания. «Ты невероятна. Знаешь это?» — прошептал он ей в губы, прежде чем поцеловать. Поцелуй был властным, жадным, полным той самой прямой, физической страсти, что была в его природе. «Просто невероятна. И сейчас вся моя».