III
☆ﾟ*･｡*･☆ﾟ*･｡*･☆ﾟ*･｡*･
ЯИ сидела за столом, склонившись над документами. Бумаги были серыми, как небо за окном, и такими же пустыми внутри. Она держала в руках карандаш, но не писала. Просто водила грифелем по краю листа, вычерчивая невидимые круги. По спине медленно стекал холод — не от сквозняка, а от того, что происходило в ней самой.
Внутри — тишина. Слишком тяжёлая, что бы быть покоем. Слишком ровная, что бы быть обидой. Это была та самая фаза, где боль уже не болит, а просто присутствует. Как кислород. Как ткань под ногтями.
Дверь открылась.
Без стука. Тихо. Но ЯИ почувствовала его до того, как он вошёл. Его шаги — она узнала бы их из тысячи. Как стук собственного сердца. Тот, который она больше не хотела слышать.
Рейх зашёл в кабинет.
Она не подняла головы. Не спросила, зачем он пришёл. Просто продолжила чертить свои круги на бумаге.
— ЯИ… — голос был низким, сдержанным, но срывался на резкость — Пожалуйста… выслушай.
— Нет — спокойно сказала она, не поднимая взгляда — Я не хочу.
Молчание.
— Это не так, как ты подумала — наконец заговорил Рейх — Я просто… я не хотел будить тебя. Ты спала так тихо. Я…
— Ты ушёл. Как вор. — она подняла глаза. Холодные, пустые — Не надо объяснять. Мне достаточно фактов.
Рейх медленно вдохнул.
— Это не про тебя. Это про меня. Я просто… — он сделал шаг ближе — Я испугался, что если останусь — сделаю только хуже. Я не хотел, что бы ты думала…
— Я всё равно думаю — она встала. Повернулась к нему. Глаза — ровные, как лёд. Голос — спокойный, почти ласковый, но без теплоты — Рейх, ты опоздал. Понимаешь? Даже если твои слова и правда что-то значат — они пришли после. А после — не считается.
Он чуть качнулся, как будто её слова ударили физически.
— Просто… дай мне шанс — сказал он — Мы оба…
— Мы ничего — перебила она — Ты и я — это не «мы». Это две параллельные линии, которые однажды пересеклись. И зря.
Рейх замолчал, потом коротко кивнул.
— Хорошо. Я ухожу.
Он повернулся, и в этот момент, когда он уже почти закрыл за собой дверь, тихо, почти не слышно, произнёс:
— Только не сдавайся. Не сдай себя самой. Не делай им легче.
ЯИ ничего не ответила. Только осталась стоять. Дверь закрылась. Щёлкнул замок. И только тогда, спустя минуту, две, может, вечность — она опустилась обратно в кресло. Карандаш всё ещё был в руке. Она снова начала чертить круги — теперь глубже, до вмятин в бумаге.
"Не сдай себя."
Что это было? Утешение? Приказ? Или его способ остаться хоть как-то?
"Не дрогни."
Рейх знал, где её слабость. Он всегда знал. Не внешность. Не цвет кожи. А желание верить. Хоть кому-то. Хоть раз.
Она не дрогнет. Не сегодня. Но внутри что-то всё равно шевельнулось. Тонкое, слабое, едва живое. И ЯИ знала: оно будет расти. Назло ей.
***
Рейх вышел из её кабинета с каменным лицом. Дверь за спиной закрылась ровно, без щелчка. Всё было слишком гладко, слишком спокойно. А внутри всё дрожало. Он не знал, что именно сейчас разрушилось — доверие, остатки близости или просто надежда — но чувство было таким, будто рухнул дом, построенный слишком высоко и слишком быстро.
Он шёл по коридору, не замечая, куда ступает. Пройдя мимо отдела снабжения, свернул в холл, потом зачем-то поднялся на второй этаж — как будто само движение могло заглушить мысль, забить пустоту. Её взгляд не отпускал. Ни голос, ни слова — именно взгляд. Лишённый всего, кроме холодного понимания: он опоздал.
"Ты и я — это не «мы». Это две параллельные линии, которые однажды пересеклись. И зря."
Он прошёл через библиотеку, где кто-то шептался у стеллажей, потом вернулся назад, к чертёжной, потом к буфету — всё по кругу, по спирали, как будто пытался найти путь назад. Назад — туда, где можно было бы сказать что-то иначе. Повернуть. Изменить.
"Как же её достать… Как пройти сквозь эту броню?"
ЯИ не просто злилась. ЯИ отгородилась. Камень, сталь, ледяной покров — всё разом. А он — уже не имел ключа.
— Рейх — чей-то голос отозвался сбоку, и он вздрогнул, только сейчас заметив шаги — Ты что, опять ходишь кругами, как лев в клетке?
Это был Италия. Спокойный, вечно ироничный. Его светлый плащ был как всегда аккуратно застёгнут, в руке — планшет с заметками.
— Ты помнишь, что через десять минут общее собрание? — продолжил он, поднимая бровь. — Уже пора выходить. Оно в другом корпусе, и если мы опять опоздаем — нам точно всыпят за пунктуальность.
Рейх кивнул, машинально. Будто слово «собрание» пришло с другого мира.
— Да… да, я иду. Пошли.
Они свернули в коридор, ведущий к заднему выходу — тот, что вёл к соседнему зданию, где находился большой актовый зал. Италия ещё что-то говорил про повестку, про то, что будут представители из центральной, про обновлённые квоты — но Рейх его почти не слышал. Он шёл, глядя перед собой, и только образ ЯИ не уходил из головы.
***
А в это время ЯИ стояла у себя в кабинете. В руках — список фондов, нужных для сверки. Архив. Первый этаж. Спуститься, взять нужное, вернуться — просто. Она вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. Шаги гулко отдавались по полу, туфли стучали чётко, как метроном.
И тут — голоса.
— …если он опять забудет, кого назначали ответственным, будет цирк — говорил Италии, и голос его отражался от стен.
— Я напомню — коротко ответил Рейх.
Она замерла. Не потому, что хотела слушать — а потому, что не ожидала, что они окажутся так близко. Двое мужчин проходили внизу, у главного выхода. Их силуэты мелькнули за перилами.
Рейх шёл с прямой спиной, лицо его было как из камня. Рядом — Италия, в своей обычной неторопливой манере, подкидывал в воздух лёгкие замечания. Но всё внимание ЯИ было приковано к Рейху.
"Наконец-то…"— мысль пришла с облегчением. Она почти не заметила, как её плечи осели, как дыхание стало глубже.— "Хоть ненадолго. Хоть на пару часов — без него. Без этого взгляда. Без этой попытки добраться до меня."
ЯИ спустилась по лестнице, не спеша, позволяя им отдалиться.
Архив ждал. Пыльный, тёплый, уютный в своей предсказуемости. Там не задают вопросов, там не смотрят на тебя, как будто ты всё ещё что-то должна.
Сегодня это всё, чего она хотела.
Что бы никто не пытался её спасать. Особенно — Рейх.
***
Рейх и Италия шли по дороге, ведущей к административному корпусу. Плитка под ногами была мокрой — прошёл ночной дождь, и теперь под ногами тихо хлюпало, как будто сама земля не была уверена, стоит ли сегодня терпеть вес человеческих шагов. Слева тянулся ряд деревьев — облетевших, кривых, как усталые старики. В воздухе висел сырой холод. И в этой промозглой тишине шаги двоих звучали глухо, но ровно.
Италия бросил косой взгляд на Рейха.
— Слушай — начал он, с видом человека, который сначала несколько минут собирался, прежде чем сказать — ты сегодня как будто в себя ушёл. Даже молчишь как-то... громче обычного. Это из-за собрания?
Рейх не сразу ответил. Он продолжал смотреть вперёд, будто считывал по воздуху маршрут. Только когда они подошли к кованым воротам соседнего корпуса, он чуть замедлил шаг и тихо выдохнул:
— Нет. Не собрание. С этим как раз всё ясно.
Италия кивнул, хотя на лице было написано: "Ага, ну конечно."
— Тогда что? Проблемы с кем-то из старших? Новые приказы? Или, может… — он сделал паузу, слегка насмешливо подняв брови, — сердце?
Рейх усмехнулся уголком губ, почти невидимо. Но взгляд остался тяжёлым.
— Знаешь — сказал Рейх после паузы — бывает… ты держишь что-то в руках, как воду. Бережно, осторожно, что бы не пролилось. Но чем осторожнее — тем быстрее утекает сквозь пальцы. Потому, что вода не любит, когда её боятся.
Италия вскинул брови. Потом хмыкнул:
— А ты, значит, про чувства, да?
Слушай, если ты не скажешь прямо, я начну фантазировать.
— Фантазировать безопаснее, чем знать— сухо отозвался Рейх — Это история не про драму. А про… ошибку. Когда ты хотел, что бы человек чувствовал себя рядом с тобой в безопасности, а в итоге — сделал ему только хуже. Без намерения. Без злобы. Просто потому, что не знал, как правильно.
Италия замолчал. Потом медленно произнёс:
— Хочешь совет?
— Зависит от цены.
— Бесплатный. Как от одного идиота другому. Ты, значит, облажался. Не специально. Хотел как лучше — получилось как всегда. Первое: не умничай. Не выстраивай вокруг своей вины философские колонны. Признай её. По-человечески. Второе: не торопись залезать обратно в душу человеку, если тебя уже оттуда вытолкали. Оставь пространство. Но не исчезай.
Рейх сдвинул брови.
— А если человек не хочет, что бы ты даже рядом был?
— Тогда не стой рядом. Но будь рядом. Понимаешь? Это звучит как бред, но в таких делах всё бред. Ты просто будь рядом так, что бы он сам захотел повернуться. Пусть даже спустя время.
Они подошли к зданию. Перед входом уже скапливались сотрудники из разных отделов. Шумели, курили, обсуждали слухи. Над всеми висел тот самый актовый зал, как огромная закрытая сцена.
Рейх остановился перед дверью. Не сразу вошёл.
— Спасибо, Италия — сказал он, глядя в сторону.
— Не за что — пожал плечами тот. — Только если потом всё наладится — скажи, что это был я, кто тебя спас. Чисто для протокола.
И вошёл первым, с тем своим шагом — лёгким, как у человека, которому всё даётся легко.
А Рейх остался на секунду снаружи, один. Глядя на мутное небо и думая, что, может быть, в этот раз — всё-таки не слишком поздно.
☆ﾟ*･｡*･☆ﾟ*･｡*･☆ﾟ*･｡*･
Привет :3
Вот и продолжает ((o(^∇^)o))
Как видите прошло не так много времени, на меня напало вдохновение, да и к тому же сейчас лето, так что парочку бессонных ночей ничего мне не сделают (а уж тем более мои синяки под глазами станут больше, и это круто).
Ну что касается глав, возможно, их будет больше чем я планировала. Выходить они, если у меня будут получаться, то чаще. И как только закончится это фанфика я буду писать новый. Уж поверьте, он будет пророботан и не будет цельный (а не как этот)
Так же огромная благодарность тем кто ставит звёздочки и комментирует ❣️❣️❣️
Я своё сердце отдаю вам 🫀
☆ﾟ*･｡*･☆ﾟ*･｡*･☆ﾟ*･｡*･
До встречи (ゝω・´★)