Вымысел
Мы бежали сквозь ночь, преследуемые зловещим звоном разбитого стекла, который, казалось, исходил отовсюду – из темных переулков, из пустых окон заброшенных складов, даже из луж под ногами. Этот звук не просто преследовал нас – он проникал в самое нутро, заставляя кожу покрываться мурашками. Джулиан тяжело дышал, его Overdrive шагал рядом, розово-зеленые руки сжаты в кулаки. "Это не просто звук, – хрипел он. – Это сигнал". Энрико молчал, но его Last Corridor шел впереди, зеркальное лицо ловило отражения в лужах, где вместо наших лиц мелькали какие-то тени.
Когда мы наткнулись на первое тело, я почувствовал, как Emerald Prism напрягся у меня за спиной. Мужчина лет сорока лежал посреди улицы, его костюм был мокрым от дождя, а лицо... Лица не было. Совсем. Только гладкая, как фарфор, кожа и два широко открытых глаза, уставившихся в небо. "Что... что с ним?" – Джулиан сделал шаг назад, его Overdrive инстинктивно поднял ладони. Энрико осторожно приподнял край рубашки тростью: "Ни ран. Ни крови. Его лицо просто... исчезло".
На стене рядом алела надпись – "FICTION", написанная чем-то липким и красным. И тогда раздался голос: "Вы опоздали". Мы резко обернулись. В конце улицы стоял он – Рендо Линерри. Высокий, огромный, с безумными глазами стенда, в которых мелькали страшные образы – лица, тексты, геометрические фигуры, сменяющие друг друга быстрее, чем мозг мог осознать. А за ним возвышался его стенд – Fiction, розоватый исполин с золотыми наплечниками и такой же безумной, круглой головой без рта.
Боль ударила мне в виски прежде, чем я успел что-то сказать. Это было не физическое воздействие – настоящее вторжение в разум. Воспоминания взорвались перед глазами: голос давно умершей матери, смех бросившего нас отца, шепот Tentacruel из зеркал. Я видел себя – с щупальцами вместо рук, видел Джулиана с пустыми глазами, его Overdrive, стреляющий газом в меня. "СТОП!" – я рухнул на колени, хватая себя за голову. Emerald Prism ревел, его свет бился в конвульсиях. Джулиан кричал, его Overdrive бился в невидимых путах. Только Last Corridor держался, но трещины уже ползли по его зеркальному лицу.
Рендо стоял неподвижно. "Нет. Я просто показываю правду", – сказал он, и Fiction поднял руку. Магнитная вспышка ударила по нам – не звук, а настоящее давление, разрывающее воздух. Last Corridor взревел, его зеркала треснули. Мы с Джулианом рухнули на землю, из носа у меня хлынула кровь.
И тогда из трещин в асфальте, из луж, из разбитых окон начали выползать они – тени с зеркалами вместо лиц. Они шли к нам медленно, неотвратимо. "Они хотят ваших отражений", – улыбнулся Рендо. Я попытался встать, но Prism едва светился. Джулиан не отвечал, его Overdrive лежал, будто мертвый. Энрико с трудом поднялся, Last Corridor был сильно поврежден.
Fiction поднял руку. "До свидания, Джостар", – произнес Рендо. И в этот момент раздался выстрел. Пуля пробила плечо Fiction. Из темноты за нами вышел человек в длинном черном пальто, с дымящимся револьвером в руке. "Кажется, я вовремя", – сказал он, прицеливаясь в Рендо. Fiction замер, его глаза вспыхнули яростью. Рендо медленно кивнул: "До следующей встречи", – и они исчезли, растворились в тенях, как фантомы.