Заявление
–Билл, нас раскрыли, за нами следят! - при первой же встрече, сильно нервничая сказала девушка вместо приветствия. На самом деле, она не знала, правильно ли она делает. Она была словно между двух огней: с одной стороны, она хотела разбить эти оковы плена, манипуляций и медленной депрессии, с другой, она была преданна своему "предводителю", тому, кто как ей казалось, дарит любовь. Но больше всего ее пугало, что будет с ней, если Билл узнает о лжи. Тогда она предаст его, наплюет свысока. Именно совесть, которая была не к месту заставила всё рассказать парню.
–Это не смешные шутки, малышка. - не вслушиваясь в ее слова, он поправлял ее волосы и вглядывался в миловидное и беззащитное личико при виде которого в мыслях проскакивало "Она моя. Ничья больше. Моя.".
–Билл, я не шучу! Слышишь! Та тетка из участка...
–Зачем ты ей всё рассказала? - не дав договорить сказал Билл, убирая свою руку с волос девушки, словно ошпаренный. Его взгляд стал холодным и сразу же пошли обвинения, чтобы, вероятно, запугать девушку.
–Нет, Билл, ты что я не... Она сама как то узнала... Я растерялась и, ну, точнее, я всё отрицала!
–Спокойно говори. - сказал парень и мягко взял ее лицо в свои ладони, но голос так же звучал в приказном тоне. Холод и нежность чередовались каждую секунду, но больше всего он сейчас пытался узнать, что известно тому менту.
Они все обсудили и Билл начал сам мысленно, паниковать, но внешне оставался спокойным и придумывал, что делать. Несколько дней они не виделись, Билл не выходил из дома, чтобы лишний раз не попасться на глаза людям. Но ведь заявления нету, значит пока что всё в порядке. Главное, не подтверждать мыслей той тетки в погонах, перебеситься и успокоиться. Всё могло бы быть более менее гладко, если бы не одна, последовательная ситуация. Билл вновь довел Женю до слез, играя с ее чувствами. Она сильно обиделась, ушла плакать на тот самый берег речки в одиночестве. А тут и Люся рядом, по "совершенной случайности". Тут то, со зла и обиды Женя всё высказала. Все свои чувства, всю свою любовь и возмущения, в то время как женщина успокаивала ее от бесконечного потока слез. На эмоциях и в желании отомстить, мол "почему это только я страдаю, боюсь, тревожусь!? Ты тоже поволнуйся, нервы не восстанавливаются!" Женя не знала, что делает, поэтому с лёгкостью написала заявление, не думая о последствиях, ей казалось, что это заявление не серьезное и оно не дойдет до прокуратуры. Вот тут то всё и понеслось.
Люся ворвалась в участок с документом, пока подросток не передумала и дело было объявлено открытым. В ту же секунду, когда бумага передавалась на рассмотрение, Женю осенило. Холодный пот и страх накатились огромной волной, она была готова вырвать заявление из рук того пузатого мужчинки в форме и разорвать его, но уже слишком поздно. Она выбежала из участка на поиски Билла. Здесь всё начало происходить как в дешёвой мелодраме: каким то образом полиция спохватилась и побежала по пятам за подростком. Они поняли, что происходящее нифигашегьки не шутки.
Pov Bill:
Не знаю что со мной происходило. Я был... Я был не я. Мною овладел другой разум. Я никогда бы не мог подумать, что стану таким... Эгоистичным абьюзером. Все мои действия были направлены лишь на то, чтобы сделать ей больно. Но я просто хотел, чтобы она была рядом!.. Ладно, одно и то же оправдание, вероятно, это уже надоело. Но это действительно был не я, когда оказывался рядом с ней. Словно чужой вселялся в меня и управлял моим разумом, он хотел причинять боль и иметь собственность в виде неокрепшей психики подростка.
Я спокойно стоял и курил недалеко из одних деревенских магазинчиков, пока не услышал бел позади меня. Обернулся. Женька. Настроение у меня было хорошим, а сейчас стало ещё лучше, увидев ее. Неужели ко мне так спешит, что аж задыхается? Вроде только недавно поссорились, а уже ко мне бежит. Моя девочка.
–Привет, моя хорошая, как дела у тебя?
–Билл! Беги, прячся! Быстрее! Они тебя, они всё знают... Я случайно написала заявление и... прости... Прости меня.... - запинаясь, чуть ли не плача и пытаясь отдышаться девушка хваталась за мои плечи, одежду, судорожно сжимая пальцы. Я не понял, что происходит, но когда увидел в дали мусоров и дядек в погонах... Сразу осенило, какой то щелчок в моей голове. Странный, непонятный, как будто меня резко заменили на другого человека, а мысли отключились. Меня накрыло неописуемой волной неконтролируемой злобы.
–Сука гребаная! Прибью! - закричал я на девушку и схватил её за локоть. Я дёрнул ее так сильно, что казалось у нее рука могла спокойно оторваться. Нужно бежать. И бежать я буду с ней. Она моя и она мне нужна. Она может уже молиться о том, чтобы я ее пощадил и простил, как только мы оторвемся от копов.