Искра души

После физры день тянулся как в тумане. Элиас так и не вернулся в класс, и Алекс всё время ловил на себе косые взгляды одноклассников, будто все уже знали, что между ними что-то произошло. Он не выдержал, сорвался с последних уроков и ушёл.

Коридор пустел, окна отражали тусклый вечерний свет. Алекс шёл быстро, будто пытаясь убежать от собственных мыслей. Но внутри всё кипело: картинка того, как Валери касается Элиаса, как он сам вцепился в него… как смотрел на его губы.

У выхода из школы кто-то окликнул:

– Алекс!

Он обернулся. София стояла у лестницы, волосы спущены на плечи, в руках учебники. Она улыбнулась чуть смущённо, но глаза светились живым интересом.

– Ты чего такой? – спросила она, подходя ближе. – Будто мир рушится.

Алекс усмехнулся, но без радости.

– Может, так и есть.

София посмотрела на него внимательнее и чуть нахмурилась.

– Хочешь… пойдём ко мне? У меня как раз пусто дома. Просто посидим, чай попьём.

София всё ещё смотрела на него с ожиданием, когда Алекс вдруг резко покачал головой.

– Извини… не сегодня.

Он почти бегом вышел из школы. Холодный воздух встретил его словно пощёчина. Внутри всё горело — злость, ревность, непонимание. Хотелось куда-то деть себя, выговориться или хотя бы разбить что-нибудь. Но ноги сами привели его в сторону леса.

Шум листвы постепенно заглушал шум мыслей. Алекс шёл, не разбирая дороги, пока вдруг не заметил проблески отражений между деревьями. Озеро.

И там, на берегу, сидел Элиас. Согнувшись, подперев голову рукой. Рядом лежал рюкзак, но сам он смотрел в воду так, будто искал там ответы.

Алекс остановился. Сердце сжалось. Он ведь только что хотел его ненавидеть — за Валери, за этот нелепый засос, за все недомолвки. Но сейчас, глядя на его одинокую фигуру, не смог.

Элиас сидел, согнувшись, и не шелохнулся. Лишь плечи выдавали — то ли дыхание сбивалось, то ли он сдерживал себя, чтобы не разрыдаться.

– Прячешься, – тихо сказал Алекс, обходя и садясь сбоку.

Элиас не поднял головы. Он уставился в чёрную гладь воды, пальцы судорожно сжимали траву.

Алекс какое-то время молчал. Смотрел, как ветер колышет поверхность озера, как по щекам Элиаса прокатилась тонкая блестящая дорожка. Он делал вид, будто не замечает.

И вдруг, будто в нём что-то сломалось, Алекс хрипло произнёс:

– Я задолбался, Элиас. Задолбался злиться, ревновать, драться с тобой.
– …
– Я просто хочу сказать то, что крутится в башке уже хрен знает сколько времени.

Элиас едва заметно дёрнулся, но всё равно не посмотрел.

Алекс наклонился ближе, стиснул кулаки.

– Ты нужен мне. Понял? Ты мне нравишься. Больше, чем кто-либо.

Слова сорвались резкими, как удар. Но после них повисла тишина, куда громче любой ссоры.

Элиас так и не поднял головы. Его дыхание стало неровным, он сглотнул, будто пытаясь проглотить комок в горле.

Алекс в отчаянии усмехнулся.

– Ну давай, скажи мне «иди к чёрту» ещё раз. Только… – он резко втянул воздух, – только знай: я не отстану.

В этот момент Элиас наконец прижал ладонь к лицу, прикрывая глаза. Он не смог скрыть того, что слёзы всё же текут.

Алекс хотел протянуть руку, но остановился в сантиметре — не решаясь коснуться.

– Элиас… – тихо позвал Алекс, но тот лишь сильнее сжал кулаки.

Секунда тишины показалась вечностью. И вдруг Элиас резко развернулся — сам, неожиданно для себя. Сердце колотилось так, что, казалось, его услышат птицы над озером.

Он не сказал ни слова. Просто схватил Алекса за ворот футболки и, почти вслепую, резко прижался губами.

Алекс замер, глаза широко раскрылись — он не ожидал, что Элиас на это решится. Но уже через миг сжал его плечи и ответил, осторожнее, глубже. Их дыхание смешалось, мир словно исчез, остался только этот первый поцелуй, наполненный страхом и желанием.

Когда Элиас отстранился, он тяжело дышал, а щеки горели ещё сильнее.

– Я… – прошептал он, но не закончил, опустил взгляд.

Алекс сжал его ладонь и тихо сказал:

– Не надо. Я понял.

Алекс всё ещё чувствовал вкус поцелуя, когда заговорил, чуть тише обычного, но твёрдо:

– Здесь нас могут увидеть… Нам нужно место потише.
Он наклонился ближе и добавил:
– Дом пустой. Отец с Алисой(младшая сестра) уехали. Пойдём.

Элиас резко вдохнул, будто хотел возразить, но слов не нашлось. Он только кивнул, стараясь не встретиться глазами, и поднялся вслед за Алексом.

Дорога до дома заняла всего пару минут, но для Элиаса они тянулись вечностью. Он чувствовал, как ладонь Алекса то и дело задевает его руку, и от этого становилось только жарче.

Когда они вошли, Алекс захлопнул за собой дверь и повернул ключ в замке. В доме стояла тишина, только слабый запах древесины и знакомая прохлада коридора.

– Теперь никто не помешает, – сказал он и прошёл в гостиную. Его шаги отдавались слишком громко, будто подтверждая серьёзность момента.

Элиас остановился на пороге, не зная, куда деть руки. Сердце колотилось, щеки пылали, и он боялся, что Алекс это заметит.

Алекс обернулся, улыбнулся чуть дерзко и жестом позвал его ближе:
– Ну что, сосед… теперь скажем всё честно?

Элиас сел на диван, опустив голову. Алекс устроился рядом и какое-то время просто молча наблюдал за ним. Его взгляд невольно упал на шею Элиаса — на коже были еле заметные следы, оставшиеся после того, как он сжал его в раздевалке.

– Чёрт… – тихо сказал Алекс, и в голосе впервые прозвучала вина. – Я не хотел… это всё из-за злости.

Элиас резко передёрнул плечами.
– Ты думаешь, эти следы больнее, чем то, что я видел потом? – его голос дрогнул. – Ты с Софией… и все вокруг говорят, что вы пара.

Алекс скривился.
– Я с ней ничего не чувствовал, понял? – он подался ближе, взгляд стал жёстким. – Ничего. Весь этот грёбаный мир мог исчезнуть, и я бы заметил только тебя.

Элиас, сжав руки в кулаки, попытался отвернуться, но Алекс перехватил его подбородок и заставил смотреть прямо в глаза.
– И эти следы на твоей шее… – он провёл пальцами по ним осторожно, почти ласково. – Они не должны были появиться. Но знаешь что? Лучше пусть ты знал, насколько я могу сойти с ума рядом с тобой, чем я снова увижу на тебе метку от Валери.

Элиас выдохнул, и в этот момент слёзы блеснули в его глазах. Но он не отстранился — наоборот, сам подался вперёд и впился в губы Алекса.