GREEN MOTH

Он ушёл. Кто-то отчаянно стучал в двери, поэтому, Гарри яростно вышел из моей комнаты. Он оставил меня униженной и разбитой, наедине с собой и той грязью, которую сделал. Это произошло второй раз. Теперь мне не требовался месяц, чтобы прийти в себя. Я сразу побежала в душ, захлёбываясь слезами, смывала с себя позор, боль и увечия. На руках и ногах были фиолетовые следы от верёвок, которые так крепко сжимали мои конечности. На бледных щеках красовались бордовые следы от его пощёчин, а грудь и вовсе, полностью покрылась красовато-лиловыми пятнами.

-Как ты мог, - шептала я, остерегаясь того, что Гарри мог услышать. Теперь я не могла дать ему отпор, вразумить, спрятаться, так, я бы сделала хуже себе самой.

Как оказалось, Гарри никогда и не становился нормальным. Он играл роль примерного парня, чтобы влезть под мою кожу, в моё сердце. Он всегда был безумным. Он всегда хотел делать это со мной. Осознание этого, било меня больнее, чем сильные руки мужчины. Его потеха несколько затянулась и сегодня он, наконец, выпустил себя настоящего на волю. Это я виновата. Мне не стоило давить на него и дерзить, возможно, обошлось бы без того, что произошло.

- Живо заканчивай, Лилит, - он вошёл в ванную комнату с мрачным лицом, будто час назад, он не удовлетворил свои потребности и желания, - нам пора.

- Куда? - испуганно спросила я, беспокоясь о том, что предела его фантазиям нет и он сделает со мной что-то похуже.

- Нам пора уезжать, - рявкнул он.

- Куда? - настырно переспросила я.

- Чёрт возьми, тебе повезло, что у нас нет времени, иначе бы я живо почистил твой ротик снова! - он схватил меня за волосы и потащил в комнату.

Адская боль пронзила голову. Словно, с меня живьём снимают кожу. Я, до сих пор, не могла осознать, что со мной это делает Гарри. Что он не изменится. Что он такой. Что моего Гарри и не существовало. Голова кружилась от боли, от того, что я никак не могла осознать, что всё это, действительно, происходит со мной.

За окном поднялся невероятный гул, пока я была в душе. Мужские голоса, звук железа. Безумная суматоха давила на виски. Что это значит? От чего мы бежим?

- Живо одевайся, - закричал он, судорожно выворачивая комод с одеждой.

- Что происходит?! -не выдержала я.

- Не бойся, они не смогут забрать тебя у меня, - истерично повторял он.

Резкий звук оглушил меня, когда пуля пробила окно в моей комнате.

- Гарри! - завопила я, ложась на пол.

Это был поглащающий страх, хуже, чем то, что случилось недавно. Теперь это был страх за жизнь. Но кто решил сделать это? Кто посмел напасть?

- Лилит, - закричал Гарри, ложась на пол, - живо натягивай костюм, -он протянул мне розовый спортивный костюм, прикрывая мою голову.

- Гарри, пожалуйста, скажи мне, что такое творится? - всхлипывала я, - мне страшно, Гарри!

- Тебя хотят отнять у меня, - закричал он, - чёртов Рик успел передать координаты твоему дядюшке!

Дядя нашёл меня.

- О мой Бог, -шептала я, стараясь, как можно скорее, одеться.

- Не рассчитывай на то, что сможешь жить без меня, Лилит, даже если меня убьют, я воскресну, я заберу тебя, - он схватил меня за шею, -а теперь делай то, что я велю тебе, Лилит, не смей ослушаться, - Его холодное дыхание, почему-то странно обжигало моё лицо. Я не могла поверить в то, что скоро мы можем быть порознь.

Быстрым шагом мы пробрались в коридор, ощущая всем своим нутром, что так или иначе, грядут перемены. Под звуки выстрелов, нам удалось спуститься на первый этаж. Сейчас всё решится. Либо же, я стану свободной, либо останусь пленницей Гарри навечно и свихнусь окончательно. Казалось бы, что тут думать, он показал свое истинное лицо сегодня, он доказал, что не изменится, значит, я точно должна была очнуться, я должна была мечтать о спасениии. Я должна была желать смерти Гарри.

- Гарри, я, ведь, любила тебя! -закричала я, в отчаянии, от переизбытка чувств.

- Ты и сейчас любишь, Лилит, - кричал он, в ответ, утягивая меня к задней двери. Внешний вид Гарри выдавал его страх, его смятение.

Снова выстрел за дверью. Истошные крики.

- Нет, я любила другого Гарри, не тебя!

- Ты всегда любила меня настоящего, ты бы  поняла это совсем скоро, если бы не твой чёртов дядя, - он сжимал мою руку крепче.

- Ты даже не спросил, собиралась ли я бежать, после разговора с Риком!

На секунду мужчина остановился в искреннем непонимании. Его губы приоткрылись.

- Что ты хочешь сказать?

- Я не сказала тебе о разговоре не потому что, решила бежать. Да, в моей голове было множество сомнений и непонимания, но я не думала о себе, я думала о нас. Что будет с нами!

- То есть?

- Я бы не смогла бросить тебя тогда.

- А сейчас? - его глаза, будто, на миг, стали прежними, а может, мне это почудилось от шока и страха.

-Сейчас ты - не мой Гарри.

У задней двери уже стояли люди. Это были не люди Гарри. Это были незнакомые мне мужчины. Гарри потянул меня за собой в другую сторону, чтобы выбраться через подвал, но было поздно. Входную дверь выбил дядя Брэд, который, в ярости, перезаряжал пистолет.

- Лилит, не двигайся! -зарычал он, когда все остальные вломились в дом с кучей оружия. За дверью я увидела с несколько десятков парней Гарри, которые либо лежали в луже крови, либо же их держали люди дяди Брэда.

Что делать? Он убьёт его! Убьёт его прямо сейчас?! Готова ли я проститься с ним? Заслужил ли он смерть? Нет. Я не была готова к этому. Всё время рядом с Гарри, я размышляла, представляла себе этот день, но когда он настал, я так и не смогла решить, кто мы друг другу и готова ли я потерять его.

- Нет! - закричала я, встав перед Гарри, закрывая от пули.

- Лилит! - в ярости закричал дядя. Ну ещё бы, на его месте, я бы тоже была в ярости. Но он ничего не знает. Мне нужно сказать ему.

- Дядя, нет! Опусти пистолет! Умоляю тебя!

В следующую секунду, один из мужчин сзади, скрутил Гарри, с трудом, конечно. Поэтому, подключилось ещё несколько человек, чтобы полноценно обездвижить его. Я бы не смогла помешать, мой дядя сразу же подбежал ко мне и заключил в крепкие объятия, схожие с объятиями отца. Он рыдал, крепко сжимая мои плечи.

- Лилит, Боже Мой, - шептал он, убирая волосы с моего лица.

Я тоже принялась разглядывать его постаревшее, за эти месяцы, лицо. На лбу выступало пару морщин, как и в области глаз, которые были уставшими и опечаленными. Конечно, пережить столько потрясений за раз совсем не просто. Его, некогда, чёрные, словно смоль, волосы начинали седеть у висков.
Моё сердце отбивало тысячу ударов в секунду. Я дрожала, не веря тому, сколько всего может случиться за один единственный час. Неужели мой дядя, вот так просто, стоит передо мной сейчас?

- Что же он сделал с тобой? - шептал он, так тихо, что это слышала только я. Он оглядывал моё, опухшее, от слёз лицо, вглядывался в следы от верёвок на руках и ногах, провел пальцами по шее, где красовались следы от рук Гарри, - я убью тебя, сукин, ты, сын! - он сделал несколько шагов к Гарри и со всей силы впечатал его голову в пол, одним ударом ноги.

- Дядя, - закричала я, - не надо! Не трогайте его!

- Дитя, ты в своём уме? Ты защищаешь его? После всего этого? -гневно кричал дядя Брэд.

- Прошу, не трогайте его!

Мужчины связывали руки Гарри настолько крепко, что он не мог пошевелиться, от слова совсем. Небрежность их поведения, словно, показывала мне, насколько гнусно, то, что он делал со мной и как нужно с ним обращаться, а сочувствующие взгляды, резали без ножа.

- Почему ты защищаешь его? - с глазами, полными слёз, спросил дядя.

- Я влюблена в него, дядя, - прошептала я, не веря, что после всего пережитого сегодня, всё ещё, люблю.

- Какого чёрта? - шептал один из головорезов дяди, - Брэд, пора это заканчивать, он девчонке мозги запудрил!

- Маркус, - рявкнул дядя, - Лилит, ты больна, это не любовь, понимаешь?

- Я знаю только одно, что не смогу жить без него, - призналась я, - называй это, как хочешь, но не убивай его!

- Лилит, ты его совсем не знаешь!

- Я знаю, всё, что мне нужно было знать, - врала я, чтобы убедить дядю в серьёзности своих слов.

- Вот как, - усмехнулся он.

- Не надо, - подал голос Гарри, - делайте со мной, что хотите, но...

- Ты смеешь ставить мне условия, выродок? - дядя дал Гарри ужасающе сильную пощёчину, - так ты ничего не знаешь, да? - теперь уже, дядя обращался ко мне.

- Нет, она не должна знать! - по лицу Гарри катились слёзы, его глаза покраснели.

- Знать, что? - задыхаясь от паники, спросила я, молча, умоляя все высшие силы о том, чтобы эта правда была не столь ужасающей.

Дядя молча подошёл ко мне и взял за руку. Он был несколько растерян и напуган, видимо, он считал, что я всё знаю, что я уже смирилась с правдой. Его глаза изучали моё лицо, он выглядел так, будто, эта самая правда безумно ранила его, будто, он боялся того, что я буду переживать эту истину так же тяжело, как он. Но оставлять меня в неведении он не мог. Дядя видел, что всё зашло слишком далеко.

- Ты знаешь кто такой Гарри Стайлс? - аккуратно спросил дядя.

- Я знаю, что он владеет бизнесом, что занимается нелегальными перевозками, что следил за мной на протяжении всей жизни, что в детстве мы с ним даже играли, но отцу это не нравилось, - на одном дыхании выпалила я, но поняла, что это всё. Всё, что я узнала о Гарри за прошедшие месяцы. Этого чертовски мало.

- Хорошо, - сдержанно кивнул он, - это всё?

- Да, - кивнула я, - но, ведь, это не самое страшное, вы с отцом тоже занимались преступностью.

- Ах, вот оно что, - он повернулся к Гарри, - значит, это ты рассказал, а как же остальное? - зло усмехнулся он.

- Брэд, не надо! - Гарри пытался вырваться, кричал от безысходности.

- Дядя, прошу тебя, - всхлипнула я.

- Лилит, это не простой мальчик, который, просто, захотел с тобой подружиться, - мужчина положил пальцы на переносицу и зажмурил глаза.

- Но кто же? Не мог же он с раннего детства заниматься такими грязными вещами!

- Конечно же не мог, - кивнул дядя, - всё это было не просто так, Лилит.

- Так скажи, - повысила голос я, отчего глаза дяди расширились. Мужчина никогда не слышал от меня грубости,
и повышенных тонов. Общение в нашей семье всегда было нежным, спокойным, доверительным.

- Лилит, он твой брат.

Кажется, я падаю. В тёмную пропасть, в яму, которую закапывала себя самостоятельно с самого первого дня. Его глаза так часто напоминали мне что-то знакомое. Будто я видела их раньше. Но я даже не подозревала, насколько эти глаза знакомы мне.

____
-Тебе, ведь, тоже есть кого оплакивать, Гарри, - я всматривалась в его отражение, когда он пристально и безучастно смотрел в мои глаза.

-У меня тоже был отец, - выдавил он из себя. Его глаза, за несколько секунд налились кровью, - и я каждый день вижу его, вот от этого никак не уйти.
______

-Но там, ведь, не прямая линия инцеста, скорее, речь идёт о нездоровой привязанности, о полноценной близости душ, ты мыслишь поверхностно, милая, - он с азартом наблюдал за моей реакцией.

-Возможно, ты прав, я поверхностно отношусь к этому вопросу, но они спали вместе голышом, она смотрела, как брат ублажал себя, брат смотрел, как её лишают девственности, так ещё и сам подвёл ребят к этому. В моих глазах, это нездорово, что бы не скрывалось под этим, - настояла я.

-Ты ещё слишком юна и не готова, - почти шёпотом произнёс он, словно, не хотел, чтобы я услышала.

- К чему не готова?

-Не готова понимать многие вещи, не готова смотреть глубже, -помотал головой он, - хотя, я, конечно, понимаю, такое очень трудно понять.
____

-У тебя очень необычный цвет глаз, Гарри, - неподумав, ляпнула я, - у моего папы был похожий цвет. Это так удивительно.

-Не даром говорят, что девушки выбирают себе избранника похожего на своего отца, - застенчиво улыбнулся он.

-Ты совсем на него не похож, Гарри, - мной овладела грусть, до сих пор, не могу поверить, что на свете больше нет такого человека, как папа.

-Я похож на него больше, чем ты думаешь, милая, - расплылся в улыбке он, - хочешь в кровать?

___

О мой Бог! Он так часто намекал на это, но как я могла понять? Какая мерзость. Он мой брат? Он, действительно, мой брат? Но, ведь, он делал со мной такие ужасные вещи! Мы целовались...Мы не только целовались!

К горлу подступил ком, и я, со всех ног, помчалась в уборную комнату на первом этаже. Меня выворачивало около двадцати минут. Это отвратительно. В горле жгло, ведь, совсем недавно он пихал свой член в мой рот, в моё горло.

Снова вырвало.

Задыхаясь, я сидела у унитаза. Задыхаясь не только от того, что меня стошнило, от слёз, от горя, от страха. От всей мерзости, что натворил Гарри, зная, что мы кровные родственники.

Я вышла из уборной, когда Гарри усадили на диван. Его лицо стало белее снега, крупные слёзы скатывались по его изувеченому лицу. Сквозь тонкую кожу губ сочилась бордовая кровь.

Не могу на него смотреть...

- Лилит, - дядя подскочил с места, чтобы поддержать меня, ведь, моя голова кружилась, как никогда раньше, я пошатывалась из стороны в сторону.

Дядя приобнял меня и положил мою руку к себе на плечо.

- Сука, - ядовито прозвучал мой голос, когда Гарри поднял на меня свои, ужасающе красные, глаза.

- Милая, я не мог, милая, позволь мне объяснить, - пламенное начало его речи прервал удар под дых, одного из мужчин.

Дядя помог мне сесть на стул и закурил сигарету прямо в гостиной.

- Держи, - он протянул мне одну сигарету, и, встретившись взглядом с моим растерянным лицом, он ответил, - да брось, мы давно знали, что ты куришь.

- Спасибо, - прошептала я, практически не смущаясь.

- Мне стоит продолжать или лучше это сделать позже?

- Продолжай, - ответила я, сделав очень большую затяжку крепкой сигареты.

- Он является твоим братом по отцу, - продолжил он, - тогда твои мама и папа не были вместе, поэтому Мэт жил обычной разгульной жизнью. Мы творили разные дела, гуляли и веселились. У твоего отца было много воздыхательниц, одна из них была, уж, очень упрямой, - он перевёл взгляд на Гарри, который, теперь молчал, но в глазах читалась немая просьба перестать резать нас правдой, - она всеми силами пыталась привязать Мэта к себе, манипулировала, лгала, устраивала сцены, пыталась покончить жизнь самоубийством и куча подобных вещей. Она часто манипулировала тем что беременна, на самом же деле, это было ложью, но однажды, это, действительно, оказалось правдой. Конечно же, Мэт не поверил. Через пару месяцев он познакомился с Роуз. Они были без ума друг от друга, дело сразу же начало близиться к свадьбе, Мэт перестал гулять, разбойничать. В день помолвки Роуз и Мэта, в наш дом заявилась Эмилия, та самая девушка. Она рассказала Роуз обо всём, про прошлую жизнь Мэта. Ко всему прочему у неё уже виднелся живот. Роуз не стала скандалить и устраивать сцен, она попросила девушку уйти, после чего серьёзно поговорила с Мэтом. Он признался ей во всём, к тому же, Мэт объяснил ей, что Эмилия забеременела раньше, чем он встретил Роуз. Твой отец был в ярости, когда узнал, что беременность оказалась не выдумкой, он направился к Эмилии, чтобы предложить аборт, чтобы девушка, наконец, оставила его в покое. Он сказал, что не сможет принять ребёнка.

- Это ужасно, - шептала я, вытирая слёзы с лица.

- Да, поэтому, Роуз настаивала на том, чтобы Мэт принял это дитя, и он постарался, но когда близилось время родов, Эмилия снова пыталась покончить жизнь самоубийством, чтобы Мэт остался с ней, чтобы он бросил Роуз. Мэт отказался, но присторил к ней круглосуточную охрану, пока она не родила. Когда на свет появился Гарри, Мэт пытался проводить время с сыном, но Эмилия была против и стала манипулировать ребёнком, не давала нам видеться с ним, не давала заботиться. Я предлагал Мэту забрать парнишку и лишить мать Гарри родительских прав, но Роуз была категорически против, она говорила, что нельзя лишать дитя материнского тепла. Эмилия становилась безумнее, она травмировала Гарри, чтобы Мэт чаще приезжал, говорила, что навредит ребёнку больше, если Мэт не вернётся, но со временем она успокоилась. Позже Роуз и Мэт поженились, а потом на свет появилась ты. Мы беспокоились, что рано или поздно Эмилия доберётся до тебя, но, к счастью, ты ей была безразлична, - дядя рассказывал размеренно, но совершенно беспокойно, то ли боялся моей реакции на правду, то ли боялся моей реакции на поведение отца, - Однажды, вы с Гарри встретились, конечно, Мэт сразу узнал его. Мэт устроил скандал и был совершенно против того, чтобы ты общалась с мальчиком, в частности, из-за того, что его мать могла как-то повлиять на тебя. Годы шли, Мэт, конечно, пытался общаться с сыном, пытался полюбить его, но происки Эмилии не давали расти этой любви. Мы думали что с годами, Гарри перестанет тянуться к тебе, но так или иначе, конечно, не на прямую, он был в твоей жизни. Мы стали замечать странные машины неподалёку от дома, от мест, где ты находишься. Мы смогли сложить два и два, узнали, по своим каналам, кто преследует тебя. Это был Гарри, уже взрослый, такой же, как мы в его годы, правда, он превзошёл меня и Мэта, у него уже были свои люди, своя компания. К нему было совсем не просто подобраться. Роуз, конечно же, ничего об этом не знала, иначе бы рассказала тебе. Нам тоже нужно было рассказать, но мы пытались защитить тебя.

- Боже мой, но зачем? - перебила я, - так я бы могла быть осторожнее!

- Лилит, мы, ведь, очень хорошо тебя знаем, ты бы сама полезла на рожон, зная, что у тебя есть брат, - психанул дядя, - ты такая же как Роуз, ты не похожа на нас с Мэтом. Ты добрее, великодушнее.

- Но тогда никакого похищения бы не было, - закричал Гарри, - тогда мы бы просто общались, мы бы были рядом.

- Ты поэтому её насиловал? - свирепо, но устрашающе тихо спросил дядя, -потому что хотел быть рядом? Если бы ты хотел быть с ней, просто рядом, просто общаться, ты не посмел бы сотворить с ней это. Ты бы оберегал её.

- Я оберегал!

- Чёрта с два, сукин сын, ты не принёс ей ни грамма пользы! Ты насиловал её, избивал, покалечил психику! Вспомни, какой она была раньше, а теперь посмотри, во что она превратилась! - дядя Брэд указал пальцем на меня.

Гарри поднял голову, по его глазам больше не катились слёзы. Кажется, он выплакал всё, до последней капли. Его губы дрожали, но это, всё равно, был не мой Гарри. Я ненавижу это чудовище.

- Она никогда не знала боли и рукоприкладства, мы растили её, как самый дорогой, редкий цветок, мы берегли её, - теперь голос дяди дрожал, - а ты её уничтожил, внушил ей, что она может полюбить тебя, что ты хороший парень, что ты вдруг стал героем!

- Дядя, -обратилась я, закурив вторую сигарету, - я прошу, давай закончим это, теперь я всё знаю. Я больше не могу здесь находиться.

- Думаешь, это всё? - усмехнулся дядя.

- Что может быть хуже? - руки задрожали. Кажется, дядя хочет озвучить мою догадку, немой вопрос, который преследовал меня так долго. Дядя молчаливо кивнул, опуская в пол глаза, которые наполнялись скупыми мужскими слезами. Я видела этот взгляд однажды. Когда мы хоронили маму и папу, - Нет! -я замотала головой, переводя взгляд на Гарри, - Гарри, прошу, скажи, что это не ты убил родителей.

Гарри согнулся. Его плечи вздымались так быстро, а потом он снова зарыдал, то ли от осознания того что сделал, то ли от того, что я никогда не прощу его.

- Дядя, - меня трясло так сильно, что я, чуть, не упала со стула, - Нет...

- Да, Лилит. Мы узнали, что по всему дому были установлены камеры, только тогда, когда он похитил тебя. Он узнал, когда твои родители  уедут, по какому шоссе. Он подстроил аварию. Он убил Роуз и Мэта.

- Нет! -закричала я, бросившиссь на Гарри с кулаками, - мразь! Как ты мог убить моих родителей?! Ты знал, как сильно я люблю их! Как ты мог отобрать их у меня, а потом клястся в любви, паршивая тварь?! - я мало, что помню, но я наносила такие удары, что лицо Гарри покрылось кровью и ссадинами в первые секунды. Кажется, мне предстояло познакомиться с собой новой. Безумной. Беспощадной. - ты лишил меня жизни, тварь! Я ненавижу тебя!

- Лилит, я люблю тебя, - бесконечно повторял он, - я люблю тебя! Я сделал это ради нас, - всё шептал он, - Ты любишь меня, а я тебя!

- Заткнись, мразь! Я ненавижу тебя! - кричала я и продолжала бить, пока он не начал плеваться кровью.

- Лилит, -крепкие руки дяди, с трудом смогли оттащить меня.

Я рыдала и говорила много грязных слов которые заслуживал этот убийца. Я кричала самые мерзкие слова, и сказала бы больше, но не знала столько слов. Я рыдала и задыхалась от осознания всего ужаса, что открылся мне в одночасье. Эта правда обрушилась на меня с такой силой, что сердце начинало колоть. Я чувствовала, что не смогу это выдержать. Ощущала, что вот вот умру.

- Лилит, я убью его прямо здесь и сейчас, - тихо сказал дядя после того, как я немного успокоилась.

- Нет,- после минутного молчания сказала я. Безжизненно. Тихо.

- Что? - не понял дядя, - ты понимаешь, что говоришь?

- Смерть-самое меньшее, что мы можем сделать с этой тварью.

- Чего же ты хочешь?

- Он будет вечно гнить в психиатрической клинике, в самой отвратительной, он станет овощем, - тихо, но едко, чётко проговаривая слова, произнесла я.

Ещё полгода назад я бы не поверила в то, что буду так жестока. В эту самую минуту рождалась другая Лилит. От светлого, цаетущего дитя теперь не осталось и следа. Теперь мне хотелось причинять боль. Теперь мне хотелось сеять жестокость. Теперь старая "я" умерла.

- Так даже лучше, согласился дядя, мы лично будем следить за тем, чтобы в больницу не проникли его люди, лично будем следить за тем, чтобы он страдал, - медленно согласился дядя после недолгой паузы.

- Отлично, - я, в последний раз обратила свой взор на Гарри.

Жалкий, искалеченный, униженный. Таким я и запомню того самого Гарри, который заставил моё сердце впервые биться так сильно, того самого Гарри, которой сломал мою жизнь, мою душу, моё тело, того самого Гарри, который некогда возвышался надо мной, над обстоятельствами, того самого Гарри, который получил мою любовь, нежность, веру, до самой крупицы, того самого Гарри, который будет гнить в психиатрической клинике, того самого Гарри, который был красивее любого человека на этой земле, того самого Гарри, которого я так сильно любила, того самого Гарри, которого я так сильно презирала и ненавидела.

Он был, действительно, сломлен. Теперь он был искалечен так глубоко, так больно, что всё его, некогда массивное и эффектное тело скрючилось, будто он старик. Его глаза, всё такие же, безумные, изучали меня напоследок. Я знала, что творится в его душе. Я знала, о чем он мечтает, о чем думает.

- Я люблю тебя, Лилит, - прошептал он, напоследок, когда я, в последний раз оглядела этот дом и выбежала прочь.