Пока не погаснет свет

Прошло ещё два дня. Хари чувствовала себя чуть лучше, но её всё ещё ограничивали костыли. В этот день она гуляла по больничным коридорам вместе с Хикари, стараясь хоть немного отвлечься.

— Ты уверена, что тебе можно столько ходить? — обеспокоенно спросила Хикари, слегка придерживая её за локоть.
— Я не стеклянная, — фыркнула Хари, но в голосе не было прежней колкости.

Они свернули за угол, и в этот момент по коридору неспешно прошли двое полицейских. Хари мгновенно напряглась, её пальцы сжали костыли до побелевших суставов. Сердце пропустило удар.

Но полицейские даже не взглянули в её сторону. Они продолжили идти дальше, занятые разговором.

Хикари заметила, как Хари напряглась, и с беспокойством посмотрела на неё:

— Всё в порядке?

Хари сглотнула и отвела взгляд.

— Да… Просто неожиданно.
Но даже если полицейские не обратили на неё внимания, в груди что-то сжалось. Их присутствие напомнило ей о том, что она пыталась загнать глубже в подсознание.

"Убийца."

Хари почувствовала, как по спине пробежал холод. Это слово преследовало её. Даже если никто не произносил его вслух, оно звучало у неё в голове снова и снова.

— Хари? — голос Хикари вернул её в реальность.

Она моргнула, пытаясь скрыть панику в глазах, и натянуто улыбнулась:

— Просто мысли.

Но Хикари её знала. И знала, когда Хари врёт.
Прошел месяц, и Хари наконец могла нормально ходить – только изредка чувствовала дискомфорт. Вроде бы всё начало приходить в норму, но одна вещь её напрягала: большинство мелких подработок, которыми она зарабатывала на жизнь, отказались от её услуг.

"Нам нужны сотрудники без ограничений," – сухо говорили ей по телефону или писали в сообщениях.

В итоге, из всех работ остались только те, что давали Ран и Риндо. И хотя деньги всё ещё поступали, Хари не нравилось, что теперь она зависела только от них.

Прошел месяц, и Хари наконец могла нормально ходить – только изредка чувствовала дискомфорт. Вроде бы всё начало приходить в норму, но одна вещь её напрягала: большинство мелких подработок, которыми она зарабатывала на жизнь, отказались от её услуг.

"Нам нужны сотрудники без ограничений," – сухо говорили ей по телефону или писали в сообщениях.

В итоге, из всех работ остались только те, что давали Ран и Риндо. И хотя деньги всё ещё поступали, Хари не нравилось, что теперь она зависела только от них.

Благодаря Кайто она смогла закрыть два своих кредита. Конечно, она собиралась вернуть ему деньги, но не торопилась — он не настаивал, и у неё было время.

А вот накопленные на операцию Янна средства так и оставались нетронутыми. Хари не могла избавиться от мысли, что Ран может в любой момент передумать и потребовать их обратно.

Она не знала, почему это так её тревожило. Может, дело было не только в деньгах?

Ран изменился в её глазах. Раньше он казался ей лишь очередным человеком, с которым не стоит связываться, но теперь... Теперь всё было не так однозначно.

Ран часто навещал Хари. Сначала это казалось случайностью, потом привычкой, а теперь уже никто из них не удивлялся, когда он появлялся рядом. Можно было сказать, что они стали хорошими друзьями — разговаривали без напряжения, шутили, даже иногда спорили.

Но Хари понимала, что для Рана этого недостаточно.

Он хотел большего, чем просто дружба.

Она видела это в его взгляде, в том, как он задерживал пальцы на её запястье, подавая чашку, как невзначай наклонялся ближе, когда говорил. Но она не подавала вида, будто не замечает. Она просто не знала, что с этим делать.

Ран сидел рядом с её койкой, откинувшись на спинку стула. Он выглядел расслабленным, но Хари знала — это лишь видимость.

— Ты ведь понимаешь, что скоро я выйду отсюда, да? — усмехнулась она, наблюдая за ним.
— Понимаю, — лениво кивнул он. — Но пока ты тут, я могу без повода приходить, и тебе некуда деться.

Хари закатила глаза.

— Неужели у тебя нет дел поважнее, чем торчать тут?

Ран прищурился, будто задумался.

— Может, и есть. Но мне нравится быть здесь.

Хари поймала его взгляд, но быстро отвела глаза, сжимая пальцы на одеяле. Внутри что-то тревожно дрогнуло, но она сделала вид, что ничего не произошло.

Хари не могла точно сказать, в какой момент всё изменилось. Ран всё так же приходил в больницу, всё так же ухмылялся и поддразнивал её. Но теперь это не раздражало. Или раздражало меньше.

Он привык приносить ей что-то — чай, шоколад, даже книги, хотя сам их явно не читал. Она привыкла к его присутствию. Иногда ей казалось, что он просто заполняет пустоту, которая образовалась в её жизни после больницы и потери работы.

Ран тоже изменился. Он уже не просто бросал колкие шутки, а слушал её. Не давил, не требовал. Просто был рядом.

Но он хотел большего. И Хари это знала.

Ран, как обычно, сидел рядом с её койкой, лениво прокручивая в пальцах зажигалку. Хари смотрела на него украдкой, но тут он внезапно заговорил:

— Ты всегда так делаешь?
— Что? — она нахмурилась.
— Крутишь кольцо на пальце, когда нервничаешь.

Она резко остановилась, осознав, что действительно всё это время теребила серебряное кольцо на среднем пальце.

— Ты наблюдательный, — пробормотала она, пряча руку под одеяло.
— Я просто смотрю, — небрежно ответил он. — Привычки многое говорят о человеке.
— А что говорят мои?
Ран усмехнулся и наклонился чуть ближе.
— Что ты не такая безразличная, как пытаешься казаться.

Хари напряглась, но не нашлась, что ответить. Он видел её насквозь, и это раздражало.

Как-то раз, когда она уже могла ходить без костылей, но всё ещё чувствовала слабость, Ран пришёл раньше обычного.

— Что-то ты неважно выглядишь, — заметил он, бросив на неё оценивающий взгляд.
— Глубокий анализ, Хайтани, — буркнула Хари, садясь на край койки.

Ран усмехнулся, но потом что-то бросил ей. Она машинально поймала — это была маленькая упаковка с витаминами.

— Что это?
— Полезная штука. Будешь пить — быстрее восстановишься.

Хари удивлённо посмотрела на него.

— Ты серьёзно пришёл ко мне с витаминами?
— Не злись, Тэнгу, это не отравленный подарок, — усмехнулся он.
— Я не Тэнгу.
— Для меня — Акане, я помню, — кивнул он. — Просто прими и не спорь.

Она закатила глаза, но, к своему удивлению, убрала упаковку в карман.
Поняла! Ран никогда не будет называть Хари «Тэнгу». Спасибо, что уточнила!

Давай я перепишу сцену без этого, сохранив суть, но изменив детали.

Хари и Ран сидели на лавке возле больницы, наблюдая за тем, как медленно заходило солнце. Она уже могла ходить нормально, но торопиться не хотелось. Ран тоже никуда не спешил.

— Ты всегда так много времени проводишь с ранеными? — спросила Хари, лениво потягиваясь.

— Только с особыми случаями, — усмехнулся он.

Хари закатила глаза, но ничего не ответила.

В этот момент послышались лёгкие шаги, и перед ними появилась Хикари.

— О! — она остановилась, переводя взгляд с Хари на Рана. — А я думала, ты сегодня одна.

— Ну… — Хари не успела придумать ответ, как Ран лениво махнул рукой.

— Решил составить ей компанию.

Хикари моргнула, внимательно посмотрела на подругу, потом на Рана.

— Вы стали ближе.

Это прозвучало скорее как факт, чем вопрос.

— В каком смысле? — Хари нахмурилась.

— В том смысле, что ещё недавно ты бы не сидела с ним вот так спокойно, — рассмеялась Хикари. — И он бы не смотрел на тебя так.

Хари почувствовала, как внутри что-то сжалось.

Ран лишь слегка усмехнулся, но ничего не сказал.

— Не выдумывай, — пробормотала Хари, отворачиваясь.

Хикари только улыбнулась.

— Я ничего не выдумываю. Я просто рада, что ты больше не одна.

Эти слова почему-то задели сильнее, чем всё остальное.

Прошло полтора месяца, и вот наконец Хари выписали из больницы. Она могла вернуться к привычному ритму жизни, но чувство облегчения было неполным. Янн всё ещё не приходил в сознание.

Она часто навещала его, сидела рядом, держа его тёплую, но неподвижную руку, и старалась говорить, хоть и не знала, слышит ли он её. Врачи говорили, что шансы есть, но когда именно он очнётся — никто не мог сказать.

За это время многое изменилось. Её привычные подработки пришлось оставить, осталась только работа у братьев Хайтани. Хикари и Кайто поддерживали её, но особенно часто рядом оказывался Ран. Они будто сами не заметили, как стали ближе — разговоры перестали быть колкими, а молчание между ними уже не казалось неловким.

В этот холодный декабрьский день она вернулась домой. Впервые за долгое время.

Многие вакансии, на которые она натыкалась, требовали высшего образования или хотя бы диплома колледжа. Хари сжимала губы, пролистывая объявления. Университет… Когда-то у неё были планы, но после смерти отца и болезни Янна учёба отошла на второй план. Она просто не могла себе этого позволить.

Она помнила тот день, когда окончательно решила уйти. Финансовые проблемы давили со всех сторон, и выбирать приходилось между лекциями и работой. Тогда ей казалось, что она сделала единственно возможный выбор.

Но теперь, просматривая вакансии, Хари впервые задумалась: а что, если тогда всё сложилось бы иначе? Получила бы она диплом, смогла бы работать в офисе, иметь стабильную зарплату и не ломать голову, где найти деньги на еду?

Она вздохнула, отбрасывая ненужные мысли. Сейчас важно было другое — найти работу, которая ей подойдёт.

Вдруг она вспомнила, что у неё неплохие знания английского. Пролистывая объявления, Хари заметила вакансию преподавателя английского на курсах. Основное требование — знание языка на уровне B2.

Глаза Хари загорелись. Это был шанс! Она тут же написала резюме, сомневаясь, но всё же надеясь на лучшее. Ответ пришёл быстрее, чем она ожидала — её приняли. Уже с понедельника она должна была приступить к работе.

Хари не могла поверить, что так быстро нашла подходящую работу. Конечно, это не было пределом мечтаний, но по крайней мере, теперь у неё появится стабильный доход.
Вечером телефон Хари завибрировал от нового сообщения.

Ран: Завтра вечером свободна? Давай встретимся.

Она некоторое время смотрела на экран, размышляя. Они и так часто виделись, но это сообщение звучало немного иначе. Всё же, спустя пару минут, она коротко ответила:

Хари: Где и когда?

Ответ пришёл почти сразу.

Ран: В 7 вечера, кафе „Aoyama“. Не опаздывай.

Хари вздохнула, убрала телефон и закатила глаза. „Не опаздывай“, — кто бы говорил. Но отказывать не стала.
Она привычно вставила пирсинг в уши, провела рукой по своим пушистым волосам, которые едва доходили до талии, и поправила воротник куртки. Её стиль не был особенно женственным — чёрные джинсы, кожаная куртка, грубые ботинки. Но этого и не требовалось. Её волосы сами по себе добавляли мягкости и утончённости её образу.

— Вроде нормально, — пробормотала она, кидая последний взгляд в зеркало, прежде чем выйти из дома.

Они встретились в небольшом уютном кафе, и, как обычно, разговор шёл легко. Хари сама не заметила, как время пролетело — с Раном можно было просто болтать обо всём и ни о чём. Он шутил, а она, хоть и закатывала глаза, иногда всё же смеялась.

Но в какой-то момент Ран вдруг посмотрел на неё чуть пристальнее и спросил:

— Откуда у тебя столько долгов?

Хари мгновенно напряглась, сжимая пальцы на чашке кофе. Она отвела взгляд в сторону, будто изучая узор на деревянном столе.

— Почему ты спрашиваешь? — её голос звучал ровно, но в глазах мелькнуло напряжение.
— Просто… ты постоянно на нескольких работах, и я знаю, что у тебя были кредиты. Это из-за семьи? — в голосе Рана не было осуждения, только любопытство.

Хари чуть прикусила губу, а потом нехотя ответила:

— Янн. Лечение стоило денег. Ещё похороны отца… ну и жить на что-то надо было.

Она пожала плечами, будто говорила о чём-то незначительном, но Ран видел, как её плечи чуть сжались.

— Ты ведь почти всё уже закрыла, да? — он слегка наклонился вперёд, заглядывая ей в глаза.
— Почти, — коротко ответила она.
— А если бы я не оплатил операцию Янна, ты бы взяла ещё один кредит?

Она молчала.
— Ты говорила об отце и Янне. А как насчёт остальных? Где твоя мать?

От этих слов Хари нахмурилась. Она привычно сунула руки в карманы куртки, слегка приподняв плечи, но ничего не ответила.

Ран внимательно смотрел на неё, ожидая хоть какого-то ответа, но Хари лишь отвела взгляд, сосредоточив его где-то в стороне.

— Хари? — в его голосе не было давления, но было явное ожидание.

Она молчала несколько секунд, затем выдохнула, будто пытаясь собрать мысли.

— Это неважно, — сухо сказала она, не меняя позы.

Ран не стал сразу настаивать, просто кивнул, хотя в его взгляде читалось: я не забыл этот вопрос, и ты знаешь, что я к нему вернусь.

Они вышли из кафе и неспешно направились в сторону дома. Воздух был холодным, но не пронизывающим, а неоновый свет улиц создавал ощущение странного уюта.

Ран молчал, давая Хари возможность заговорить первой. Он чувствовал, что её молчание уже не было попыткой уйти от разговора — скорее, она подбирала слова.

Наконец, она глубоко вздохнула, будто решившись, и начала говорить.

— Мне двадцать три, — спокойно начала Хари. — У меня была непростая семья. До шести лет я жила с родителями и старшим братом, Изуми. Тогда ему было десять. Мы жили нормально, пока мать не изменила отцу и не ушла. Завела новую семью и просто… исчезла из нашей жизни.

Ран молча слушал, не перебивая.

— Изуми изменился после этого. Стал раздражительным, замкнутым. Мы то ладили, то ссорились. В двадцать лет он уехал в другой город и почти не выходил на связь. А отец… — Хари запнулась на мгновение. — Он пытался наладить жизнь. Женился на женщине по имени Мари. Она была хорошей. Доброй. Изуми её не принял, а я… Я старалась.

Где-то вдалеке послышался шум проезжающей машины. Хари продолжала:

— Когда мне было семь, у нас родился младший брат — Янн. Всё было нормально… какое-то время. Но счастье долго не держится, да? Мари погибла в аварии, когда мне было четырнадцать. А когда мне исполнилось семнадцать, у Янна обнаружили болезнь Арнольда-Киари. Тяжёлая форма.

Ран слегка нахмурился. Он знал, что болезнь серьёзная, но не представлял, насколько.

— Отец начал брать кредиты, работать сверхурочно, лишь бы Янн получал лечение. Но болезнь не отступала, а долги росли. В итоге через три года… он умер.

Хари замолчала, стиснув зубы.

— Мне было двадцать. Опекунство над Янном легло на меня. А вместе с ним — все долги. Все обязательства. Мне пришлось бросить учёбу, отказаться от своей мечты и работать, как когда-то работал отец.

Она устало выдохнула.

— Теперь ты знаешь.

Ран ничего не сказал сразу. Он только смотрел на неё — долго, внимательно, оценивающе.

— Ты держалась всё это время. Одна, — наконец произнёс он.

— А у меня был выбор? — криво усмехнулась Хари.

— Нет, — честно ответил Ран. — Но не каждый бы справился.

Он не стал жалеть её, и Хари это нравилось. Жалость ей была не нужна. Она не хотела выглядеть слабой.

— Янн — единственное, ради чего я живу, — призналась она после небольшой паузы.

Ран не ответил. Но в его взгляде появилось нечто, от чего у Хари внутри что-то дрогнуло.

Хари почувствовала, как Ран остановился, а затем осторожно притянул её ближе, заключая в тёплое объятие.

Она замерла. Не от страха, не от смущения — от неожиданности. Сердце сжалось, но она не пошевелилась, не оттолкнула его. Просто стояла, чувствуя, как его тепло проникает сквозь её куртку.

Она не видела его лица, но чувствовала, как его дыхание касалось её волос.

Почему он это сделал? Из жалости? Из сочувствия? Или потому что хотел этого сам?

Хари зажмурилась.

"Ран действительно ли хороший человек?"

Этот вопрос словно застрял у неё в голове.

Он всегда улыбался с той лукавой, чуть насмешливой ухмылкой, говорил мягко, но с каким-то скрытым подтекстом. Он платил за операцию Янна, помогал, приходил к ней в больницу. Но у него был тёмный шлейф прошлого, его мир никогда не был простым.

"Ты держалась всё это время. Одна."

Его голос всё ещё звенел у неё в ушах.

Она могла бы разорвать этот момент. Сказать что-то язвительное, пошутить, сделать вид, что ей всё равно.

Но почему-то не хотела.