2
Намджун тихо выдыхает, стараясь унять лёгкое волнение, пока проходит в свою личную комнату отдыха, спиной чувствуя острый изучающий взгляд и слегка морщась. Гамма терпеть не может запах мяты, он кажется удушливым и вызывает у мужчины лёгкую тошноту. "Усмешка судьбы, - с иронией думает Намджун, - с раннего детства ненавидеть этот запах и теперь лечь в постель с обладателем этого противного амбре, да ещё и таким нетипичным".
"Как это унизительно..." проносится в голове у гаммы. Да, он бы мог отказать при всем желании, но только не человеку, почувствовавшему его запах - запах фруктового чая.
Сколько Намджун пытался найти своего истинного, будучи уверенным, что это омега? Он когда-то попробовал несколько омег, пытаясь почувствовать тот самый запах, что сведет его с ума. Но всё тщетно, мало того, что гамма по-прежнему был равнодушен к их запахам, так ещё и ни один омега либо не уловил, либо не оценил запах фруктового чая, исходящий от Кима, те, кто чувствовали, позволяли себе назвать Намджуна себеподобными. Естественно, отношения у гаммы так и не сложились ни с одним представителем слабого пола. Он разочаровался. Сущность гаммы, что ему досталась, предполагала, что он может стать либо альфой, либо омегой, если ему повезёт, и он всё-таки сможет построить отношения. Или же так и остаться кем-то средним, будучи одиноким. И Намджун начал пить подавляющие, категорически не соглашаясь со своей сущностью, которая была податлива, словно пластилин, и готова перестроиться под кого-то.
И вот теперь, когда Намджун уже столько лет успешно притворяется бетой, и даже привык считать себя ею, его запах почувствовали. Возможно, он бы и отказался, но какая-то безумная мысль посетила его, подталкивая на этот шаг. Ни один омега или альфа за эти годы даже вблизи не чувствовал его. Гамма был снова не согласен, его сущность отталкивала запах Мина, даже не воспринимала его, как настоящего альфу, и это значило, что клиент никак не может быть его истинным. Но всё же...
Дверь заперта, Намджун стоит спиной к широкой кровати, перед ним - Юнги. Гамма был высоким, поэтому альфе пришлось поднять голову, чтобы посмотреть на лицо того. Тонкие бледные холодные пальцы коснулись смуглой кожи на скулах Кима, скользнули к шее и зарылись в его волосы, начиная поглаживать. Намджун вдруг замурчал от удовольствия, подставляясь ласкам, и тут же ошарашенный своей реакцией, одернул себя.
Юнги даже умилился, настолько это выглядело забавно, и, не удержавшись, запустил руку дальше, начиная массировать затылок мужчины. Зрачки гаммы стали непроизвольно расширяться, а взгляд - затуманиваться, и даже если Намджун отрицал, его сущности это нравилось. Остановившись, Юнги обхватил шею гаммы и притянул к себе, коротко коснулся его пухлых губ и улыбнулся. Юнги не выглядел сейчас, как те типичные альфы с хищным взглядом, глазами трахающие товар, который им демонстрируют. Взгляд Юнги был очень ласков, даже восхищенный. Будто бы сейчас он не снял очередную шлюху на ночь, а готовился подарить нежность своей половине в её первый раз.
Намджун завороженно смотрел на своё отражение в чёрных глазах Юнги, и даже не смел дышать, внутри все внезапно затрепетало, волнение не давало связно мыслить, и он, поддавшись какому-то странному порыву, потянулся и сам коснулся губ альфы, мягко обхватывая их.
Юнги слабо ответил, скрывая улыбку, Намджун отстранился, чувствуя себя неловко, шагнул назад, опираясь на кровать и опускаясь на неё. Альфа сделал шаг к нему, теперь смотря сверху вниз и удивлённо прислушиваясь к своей сущности, что сейчас рокотала, глухо и с каким-то удовлетворением, которое Мин не чувствовал никогда раньше. Намджун протянул руки и начал медленно расстегивать пуговицы на рубашке мужчины, стараясь смотреть куда угодно, но только не в глаза Юнги, который сейчас очень пристально разглядывал его. Намджун должен делать свою работу, он должен ублажать клиента, а не дрожать, как девственная омежка, которую собрались трахнуть в старой отцовской тачке. Но у гаммы ничего не выходило, пальцы бились тремором, а мысли путались. Внезапно альфа обхватил его ладони, медленно отстраняя, и, уперев руки в его плечи, толкнул назад.
Намджун откинулся на перину, которая слабо спружинила под его весом. Юнги наклонился над ним, опираясь ладонью о матрац у его головы, недолго смотрел в глаза гаммы, и поцеловал. Намджун, который никогда раньше не испытывал ничего подобного, сейчас был в замешательстве, его сущность, которую он подавлял столько времени, ластилась и растворялась под нежными касаниями альфы.
Юнги и сам не понимал, что сейчас он делает, всегда ведомый только животным инстинктом, он совершенно не проявлял нежность ни к одному из своих партнёров. Но тут, прямо сейчас, он аккуратно раздевал купленное для утех тело, целовал смуглую гладкую кожу, заполняя свои лёгкие запахом фруктового чая, который становился все ощутимее, тщательно и стараясь не причинить боль, подготавливал гамму, а после вовсе ублажал рукой его член, пока медленно и нежно наслаждался узостью Намджуна.
Ласковый, гамма был настолько податливый и настоящий, он не лгал, когда начал стонать, как-то сдержанно, стыдливо по началу, и по нарастающей. Это подкупало. И Юнги наверное впервые сейчас получал не столько физическую разрядку, сколько удовольствие эмоциональное, полноценное, на грани эйфории.
Раскинувшись на кровати, еле дыша и улыбаясь, словно сумасшедший, Юнги чувствовал, будто переродился сейчас. А когда Намджун, не контролируя себя, весь пунцовый, мокрый и дрожащий после оргазма, прижался к его боку и замурчал, Мин даже не мог описать, что с ним такое.
Правда, это летящее чувство испарилось спустя несколько минут, и альфа, вернув себе свой обычный скепсис, довольно бесцеремонно освободился от объятий разнеженного гаммы, встал, и голый направился в ванную.
-Хей, придурок! Я тоже хочу помыться!- тут же запротестовал Намджун, пытаясь встать и коротко охнув от боли. Сейчас он вдруг захотел чего-то иного, нежели плату за секс с клиентом. Ему вдруг захотелось, чтобы Юнги проявил к нему нечто большее? И поэтому сквозь закрытую тонкую дверцу улыбающийся альфа снова слышит ворчливое:
-Эй! Так не честно, чёртов альфа! - но не спешит выходить.