Классный Номер.

Глава 17.
От имени Эмери.

–  Куда, чёрт возьми, ты собрался?

Я медленно повернулся лицом к отцу, который стоял в коридоре, держа за горлышко бутылку пива.

Чёрт, это я виноват в том, что слишком долго лежал в своей постели. Я даже не слышал, как он вошёл в дом.

– Сегодня выходные.

Я перевёл взгляд на него. У него была странная особенность смотреть мне в глаза. Он всегда считал, что я бросаю ему вызов, даже если я просто заводил разговор. Всё и так шло наперекосяк.

Последнее, что мне было нужно, - это ссора с ним.

– Я иду с друзьями на вечеринку в честь Хэллоуина.

Точнее, к Мэнди. Она написала мне полчаса назад, спрашивая, почему я не пришёл на её вечеринку в честь Хэллоуина.

Хотя праздник на самом деле на следующей неделе, она решила, что если ей не придётся конкурировать со всеми остальными вечеринками, которые будут проходить на
Хэллоуин, то на них придёт больше людей.

Несмотря на то что раньше я говорил себе, что не пойду, я уступил.

– В таком наряде ты не пойдёшь. –  сказал папа.

Я купила панковский костюм Эдварда Руки-ножницы в прошлом году, но так и не смог его надеть.

Короткая плиссированная юбка из чёрной кожи, которую я надела поверх чёрных колготок, сочеталась с чёрным прозрачным топом с золотыми акцентами.

Чёрный пояс туго стягивал талию и демонстрировал мою фигуру. Костюм дополняли черные сапоги на каблуке и перчатки длиной до локтя.

– Это костюмированная вечеринка, папа. Никого не волнует, что я надену.

– То есть ты хочешь сказать, что я никто?

– Я ухожу.

Я пригнулся достаточно быстро, чтобы избежать бутылки пива, которую он бросил мне в голову, но она ударилась о дверь, и на меня посыпались осколки.

Острый укус вонзился мне в щеку.

Я осторожно прикоснулся к этому месту, и на руке осталась тонкая полоска крови.

Не говоря ни слова, я распахнул дверь и выскочил наружу так быстро, как только мог, на своих каблуках.

– Эмери! Вернись! Я ещё не закончил с тобой.

Но с ним было покончено. Я с ним закончил.

Я прыгнул в машину и уехал, оставив его ругаться и трясти кулаками на подъездной дорожке.

– Почему ты так меня ненавидишь?

Я смахнул набежавшие на глаза слёзы и стиснул зубы.

Сегодня я буду развлекаться с Мэнди.

Позже я смогу подумать о том, где провести ночь.

По крайней мере, Эйба там не будет. Если бы он был, это могло бы побудить меня искать его в утешительных объятиях, а я даже не знал, что, чёрт возьми, мы сейчас делаем.

Когда я подошёл к дому, в воздухе гремела громкая музыка.

Люди высыпали на лужайку и резвились в бассейне.

Что за чертовщина? Как я не догадался, что Мэнди ожидает столько людей? Мы пригласили только старшеклассников.

С некоторым трудом я нашёл место, где можно припарковать машину.

Как я найду Мэнди в этой толпе? Как только я вошёл в дом, до меня донёсся запах алкоголя.

Мой желудок сжался. Она обещала Эйбу, что вечеринка будет безалкогольной, но, конечно, Эйб не был таким наивным.

Если собрать вместе кучу старшеклассников, то, помимо всего прочего, будет ещё и алкоголь.

Умная девушка хотя бы прикрыла мебель в гостиной.

На длинном диване примостились две парочки в разной степени раздетости, которые целовались под голодными взглядами и одобрительными возгласами одноклассников.

Я протиснулся сквозь толпу на кухню, где закуски были разложены на стойке рядом с огромной ванной, наполненной льдом и банками пива.

Мэнди, с раскрасневшимися щеками, смеялась с несколькими болельщицами. Она была одета в костюм Чудо-женщины и держала наготове лассо. Она выглядела потрясающе, и одно её появление поднимало мне настроение.

– Эмери! Она помахала мне рукой.

– Ты сделала это.

Я крепко обнял её, а потом отступил назад.

– Да, едва-едва. Вечеринка просто грандиозная.

Я схватил банку пива, оторвал закладку и сделал большой глоток.

– Правда? Не могу поверить, что пришло так много людей. – она завизжала, вскочив на ноги.

Я наклонился к ней поближе.

– Твой отец будет в бешенстве из-за этого.

Она взяла меня за руку и повернулась к остальным девушкам.

– Наслаждайтесь вечеринкой.

Она потащила меня за собой к лестнице.

Смеясь, она толкнула дверь своей спальни.

Мы остановились при виде одного из футболистов, которому сосали член две очень знакомые девушки.

– Брайсон, убирайся отсюда, –  крикнула Мэнди.

– Никому не разрешается подниматься наверх, а это моя спальня.

Девушки вскочили на ноги, смущённо протискиваясь мимо нас к выходу из спальни.

Брайсон не пытался прикрыть свой член, и, учитывая то, что он собирал сделать, я его вполне понимал.

– Эй, Брайсон, нам вроде как нужна комната.

Я жестом указал на его пах.

– Тебе стоит убрать эту штуку и уйти.

Он ухмыльнулся нам обоим.

– У меня есть идея получше. Может, вы двое продолжите то, на чём они остановились? У них все равно ничего не получилось.

– Вряд ли это произойдёт. Убирайтесь. Уверен, ты не хочешь, чтобы тренер узнал, что ты домогаешься его дочери.

Он соскочил с кровати, словно его задница была на раскалённых углях, и засунул член обратно в гаремные штаны.

Жалкое оправдание для Аладдина, которым он был.

– Ты действительно такая стерва, как о тебе говорят. Правда, Эмери?

Когда он ушёл, Мэнди закрыла за ним дверь.

– Ты действительно думаешь, что папа так разозлится? –  спросила она.

– Он твой отец. Ты должна знать его лучше, чем я. Что ты думаешь?

– Но в последнее время ты проводишь с ним много времени.

Моё сердце заколотилось.

– Нет.

– Конечно, проводишь. Бегаешь вокруг него, убираешь за ним, как его маленькая секретарша.

Она хихикнула.

Проклятье. Почему она давала мне идеи?

– Ты пьяна?

Я нахмурился.

– Сколько ты уже выпила?

– Не так уж и много. Да ладно, Эмери. Это же выпускной класс. Не будь сегодня в дураках. Мне нужен друг для вечеринки.

Она подошла ко мне и коснулась моей щеки.

– У тебя здесь небольшой порез. Что случилось?

Я покачал головой.

– Ничего. Просто несчастный случай.

– Ты...

– Мэнди, это твоя вечеринка, и она пользуется огромным успехом. Все будут говорить об этом неделями. Я не хочу, чтобы говорили обо мне. Где ты взяла всю выпивку?

– Я не брала. Она просто появилась. Думаю, одна из чирлидерш встречается с парнем постарше, и он принёс немного. Его друзья принесли ещё. Честно говоря, вечеринка и без этого была очень!

– И что теперь?

– Не знаю, как вы, а я собираюсь наслаждаться вечеринкой, пока она длится. Завтра я буду наказана так сильно, что мне нельзя будет выходить на улицу несколько недель.

– А если это выйдет из-под контроля?

Так уже казалось. Небольшая вечеринка - это хорошо, но бочонки на кухне говорили о другом. Что скажут в школе, если узнают, что мы подали весь этот алкоголь в дом тренера?

– Не скажут.

Я коснулся её руки.

– Твой отец - учитель, Мэнди. У него могут быть неприятности из-за этого.

– Почему? Это не его вечеринка. – она нахмурилась. – Почему ты такой зануда? Это на тебя не похоже.

– Я просто волнуюсь.

– Не стоит. На кону моя задница, а не твоя.

– Хорошо, если ты уверена.

– Кроме того, ты поможешь мне убраться до того, как мама с папой вернутся из отеля завтра. Не так ли?

Воздух вылетел из моих лёгких, как будто кто-то ударил меня в живот.

– Отель?

– Да, мама изначально должна была уехать из города, но, кажется, что-то случилось в фирме, где она работает. Она стала чаще бывать дома.

– Да?

– Да. Думаю, мама пытается наладить их брак.

Вдохнуть было больно. Проклятье, эта новость сильно ударила по мне.

Я хотел Эйба для себя.

Я надеялся, что их отношения разрушатся и сгорят. Это было эгоистично с моей стороны, но Эйб был счастлив со мной, а я так давно ни с кем не чувствовал себя так хорошо.

Разве это неправильно, что я хочу сохранить это чувство?

– Я думал, ты хочешь, чтобы они развелись.

– Да, чтобы они не ссорились, но, если они могут работать над своим браком, я тоже за это. Они женаты уже много лет, Эмери. Будет печально, если они разведутся. Так что ты скажешь? Поможешь мне привести это место в порядок, когда все уедут?

Я кивнул, преодолевая боль, которая грозила захлестнуть меня.

– Конечно.

– Хорошо. Я позову на помощь ещё нескольких человек. Ты сейчас спускаешься?

– Давай. Наверное, мне не стоило надевать эти каблуки. Нужно немного посидеть.

– Хорошо, но у нас одинаковый размер обуви. Почему бы не взять пару туфель из моего шкафа? Я не против.

В голове промелькнуло ревнивое замечание Эйба о том, что я ношу вещи его дочери. Он был бы против.

А может, и сейчас?

– Спасибо.

Она вышла из спальни, оставив меня одного. Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

С каждым выдохом боль становилась почти невыносимой. После того, что Эйб сказал мне в своём кабинете, я решил, что ему нужно время, чтобы сначала порвать с Терезой.

Разве не это он имел в виду? Неужели я как-то неправильно истолковал его слова?

Я выскользнул из спальни, но вместо того, чтобы спуститься вниз, остановился у комнаты, которую Эйб делил с женой.

Я огляделся вокруг, затем попробовал открыть дверь и с удивлением обнаружил, что она не заперта.

Как беспечно. Что, если один из этих озабоченных детишек зайдёт внутрь, чтобы потрахаться на его кровати?

Я вошёл, закрыл дверь, повернул замок и включил свет. Внутри никто не прятался.

Я осмотрел роскошную спальню, кровать королевских размеров с горой подушек, ковёр, дорогие шторы цвета слоновой кости и мебель из тёмного дерева.

Что ты здесь делаешь, Эмери?

Шкаф был открыт, и я двинулся к нему.

Его одежда лежала справа, её - слева. Обувь они расставили на подставках у стены. Как все парно.

Одежда Терезы была дизайнерской. Я прошёлся по вешалкам, восхищаясь каждой вещью - сексуальными платьями и костюмами. С каждой вещью, к которой я прикасался, моя уверенность падала. Тереза была утончённой, зрелой женщиной. Она была матерью ребёнка Эйба. Они обменялись клятвами. Они вместе прошли через дерьмо и пережили счастливые времена.

Как я могу конкурировать с ней?

Я отступилё от шкафа, и сердце моё сжалось не столько от того, насколько прекрасной была комната, сколько от того, что она собой представляла. Здесь Эйб каждую ночь лежал рядом со своей женой. Здесь он занимался с ней любовью.

Я никогда не спрашивал его об этом, потому что не хотел знать. Трахал ли он её с тех пор, как начался наш роман?

Я убеждал себя, что нет. Что я был единственным.

Теперь это имело смысл.

Он возражал против того, что я делаю ради денег. Я едва мог смириться с мыслью, что он держит её с той же нежностью, что и меня. Дарил ли он ей мою особую улыбку?

Я сел на кровать и прижался лицом к ближайшей подушке. Запах был не совсем подходящим. Я потянулся к другой и уткнулся в неё носом.

Эта... Это была подушка Эйба. Я вдыхал её так, словно оставленный им аромат был наркотиком, и мне нужно было срочно принять его. Я вдавил подушку в грудь и свернулся калачиком на кровати.

– Ты больше не любишь её. Ты любишь меня. –  прошептал я.

Трахал ли он её на этом мягком постельном белье? Стонала ли она от него так же, как я?

Задыхаясь, я спрыгнул с кровати и расправил простыни.

Я вытер мокрые щеки и выбежал из комнаты, злясь на себя за слёзы.

Неужели Эйб почувствовал, как во мне разгорается зависть, когда я нахожусь рядом с ним и его женой?

Я соскользнул с лестницы и направился прямиком на кухню. Я не стал доставать консервированное пиво, а взял стаканчик Solo.

Какой-то парень, назначивший себя хозяином бочонка, наполнил его до краёв, и я выпил все одним махом.

Рядом со мной появилась Мэнди, взяла стаканчик из моих рук и наполнила его.

– Вот это Эмери, которого я знаю! –  сказала она мне на ухо.

От неё несло алкоголем, но она сияла. Она выглядела такой беззаботной.

– Мэнди, сколько ты уже выпила? –  спросил я.

– Мало.

Она поднесла чашку к моим губам.

Мне оставалось только открыть рот или быть облитым алкоголем.

Я выпил половину содержимого, пока она не забрала чашку и не выпила остальное.

– Потанцуй со мной.

Мэнди схватила меня за запястье и, уже второй раз за этот вечер, потащила за собой.

Шум вечеринки был сосредоточен в гостиной, где музыка звучала достаточно громко, чтобы разорвать барабанные перепонки.

Мы танцевали, кружась друг вокруг друга, делая преувеличенные движения, чем ещё больше подбадривали толпу.

Эта школа была намного лучше прежней.

Если бы я появился в своём наряде на таком мероприятии в старой школе, меня бы дразнили и издевались надо мной до слёз.

Вскоре мы с Мэнди танцевали уже не одни.

– Сзади к нам подходили случайные парни, и, пока ни одна из их рук не наглела, я был не против.

Эйб был в отеле со своей женой. Почему я должен дуться и тосковать о том, что он делает с этой фригидной сучкой? Неужели он так быстро забыл, как она разговаривала с ним, словно была лучше него?

В груди защемило от стыда за то, что я так думала о его жене.

Я знал, что мою неприязнь к ней подпитывают обида и боль, но вместо того, чтобы стать лучше от осознания этого, чувство стало ещё хуже.

Я так сильно хотел её мужа. Но он был не моим.

Мой телефон завибрировал в кармане, оповещая о сообщении, и я достал его.

У меня было два пропущенных звонка от Эйба.

Эйб: Как дела на вечеринке? Не говори Мэнди, но я скоро проскочу мимо. Могу я тебя увидеть? Нам нужно поговорить.

Мое сердце заколотилось.

Эйб хотел меня видеть. Я поднял кулак вверх, и на моих губах расплылась ухмылка.

А потом наступила реальность. Мэнди сказала, что сегодня вечером он будет с Терезой.

Что, если он помирился с ней и хочет покончить со мной навсегда?

Я с трудом вдохнул и привалился спиной к стене.

Если Эйб действительно ушёл, как я мог его отпустить? Но он никогда не был моим, чтобы держаться за него.

Кто-то столкнулся со мной, вырвав меня из раздумий.

– Отличная вечеринка, да?

Отличная вечеринка. Отличная вечеринка.

Вот дерьмо.

Эйб возвращался домой. Если бы он увидел эту вечеринку, то наказал бы Мэнди до самого выпускного.

Нам нужно было вывести всех этих детей отсюда.