●Глава 1●
- Ты слишком старая, - голос моей помощницы прозвучал очень жестко, а ведь я всегда думала, что Джихе - милая девушка. - Сколько тебе? Сорок? Сорок пять? Сорок семь?
Вообще-то мне тридцать семь. Или я так плохо выгляжу?
- Признайся себе, ты никогда не родишь ему наследника, - продолжала добивать меня девушка.- Все годы в браке ты только мучила Гука, заставляя проходить через все муки ада, своими бесконечными анализами, пустыми ожиданиями и истериками. Оставь его в покое. Дай нам быть счастливыми.
Наверное, я сильно тупила. В моей голове не укладывалось, как мой Гук и эта девочка?..
- Мы уже полгода вместе, - заявила она.
- Нет... - мой голос прозвучал глухо, как из трубы.
Я не верила ни одному ее слову.
- Да! И я скоро рожу ему наследника!
Не помню, как в моих руках оказался тест с двумя полосками.
* * *
Некоторое время назад.
- В наше время тридцать семь лет - не приговор.
- Но такое ощущение, что у меня нет больше шансов! Я не понимаю! Вы же говорили...
- Врачи иногда не понимают природу бесплодия, - прервал мои рыдания гинеколог. - Как вижу я ситуацию - у вас все должно приживаться. Почему не выходит - не знаю. Попробуйте походить на психотерапию. Я, конечно, за классическую медицину. Но кто знает, может, ваш случай - это психика.
Вот гад! Все на меня свалил! Прямо при муже! Я пойду к другому врачу!
Но сделать этого я не могла. Меня настигла долгая депрессия. Я снова потеряла вкус к жизни, виня в бесплодии себя. Чонгук привык к моему состоянию и знал, что через некоторое время отчетный квартал. Поэтому я по-любому возьму себя в руки и приду с ревизией на работу. Таким образом выйду из этого плачевного состояния.
Вообще я понимала, что Чонгук сам сильно переживает. За семнадцать лет совместной жизни мы достигли многого. Будучи обычными студентами мы поселились в маленьком городке и взяли в кредит участок. Чон работал охранником и иногда разгружал вагоны. Из всего, что было под рукой, что выбрасывали соседи, мы построили свой первый магазин. С этого началась наша империя брендовых магазинов.
Поначалу было очень трудно. Моя учеба, Гук разрывался на подработках, но мы справились. Поэтому не спешили с детьми, так как надо было встать на ноги. Но после тридцати я задумалась о том, что ни разу не залетела за годы совместной жизни.
Поликистоз - плохой диагноз, но в наше время он не приговор. Меня посадили на гормональную терапию, от которой я стала стремительно поправляться. Начались мои мучения, ожидания, разочарования. Стоило мне привести в порядок психику и вес - и снова в бой! Это такие «качели»! Никому не пожелаю подобного!
К тому же все наши друзья, как один, твердили:
- Ну, когда? Вам пора уже. Потом жалеть будете. Кому все нажитое оставите?
В такие моменты я их люто ненавидела. Одна Дженни оставалась на своей волне. Ей самой уже сорок лет. Но она замуж не спешила и занималась своей самореализацией, говоря:
- Если я сама по себе несчастна, то кого смогу осчастливить? Надо начинать с себя. А там все будет - и семья, и дети.
Вот ее совсем не трогали слова друзей. Она им отвечала:
- Найдите мне по вашему мнению достойного, который хочет ребенка. Тогда я выйду замуж и сразу же рожу.
После этих слов все отлипали. Достойных и свободных мужчин после сорока сейчас днем с огнем не сыщешь. Ведь все знают, что в этом возрасте достойные давно женаты и уже обзавелись ребятишками. Это у нас с Гуком все не получается, и я боялась не успеть. Женщина раньше мужчины теряет репродуктивный возраст, и я поражалась спокойствию своей подруги. Не зря она пять лет училась на психолога и, видимо, помогла сама себе.
- И долго ты сидишь в этой темноте? - поинтересовалась она, раздвигая занавески в моей комнате.
- Не знаю. Мне все равно, - равнодушно ответила я.
Дженни вздохнула:
- Понятно. Поехали к психиатру.
- Я не сумасшедшая.
- Депрессия лечится таблетками и психотерапией, - пояснила она.
- Мне нельзя таблетки. Мы снова начинаем стимуляцию. Я просто боюсь. Может, ты станешь моим психологом?
- Дорогая, я не могу, - мягко возразила Дженни. - Во-первых, я не смогу быть с тобой беспристрастной. Наша дружба нам будет мешать. Во-вторых, я давно не практикую.
- Ты же тренер! - эмоционально возразила я. - Ты делаешь женщин счастливыми!
- Я - тренер личностного роста. Чем я тебе помогу? Тебе это не надо. Ты сама бизнесвумен.
- Нет. Я несчастна сама по себе. Помоги мне. Я оплачу личное руководство. Хочу стать такой же счастливой, как и ты. Даже без детей.
Дженни печально улыбнулась и сказала:
- Бедняжка.
Кто бы знал, что ее слова будут пророческими? Что в один день я потеряю все? Только я вовсе не Дженни, и Чонгук для меня является счастьем. Но осчастливлю его не я.