●Глава 11●
Когда Чонгук буквально ввалился в мою квартиру, я не знала, что с ним делать. Пришлось вызвать скорую помощь, от которой он отказывался, так как не хотел называть свое имя. Разумеется, я оплатила оказанную Гуку первую помощь. Когда мы остались наедине, мой бывший муж вдруг сказал:
— А ты все также хороша. Нет, даже стала красивее.
— Ты бредишь. Кого роды красят? — возразила я.
— Ты родила…
— Это личное, — свернула тему разговора я и спросила: — Что с тобой случилось?
— Меня решили убить раньше, чем планировалось. Я чудом выжил, Лиса.
Признаться честно, я сильно засомневалась в словах Гука. Поэтому, напоив его чаем, я удалилась из комнаты брата, где мы его разместили. Когда пришел Тэшка, то его мы уложили на диване в гостиной.
— Ведь добьешься, что я уйду от тебя, Лиска! Меня, любимого брата, единственного главу семейства, положить на проходной! — возмутился Тэха.
— Еще скажи труженика и кормильца, — рассмеялась я.
— Да! Я — твой надежный тыл! А ты меня из собственной комнаты выгнала! У твоего бывшего мужа есть целый дом и деньги! Пускай в гостиницу едет, если ему нужно разнообразие!
— Вот завтра и уедет.
— Обещаешь? Я тут долго не протяну. Лизка так орет, а Лиличка громко хрюкает, когда ест. Когда ты сделаешь в своей комнате нормальную шумоизоляцию?
— Тэ, заработай и сделай, если тебе так надо!
— Да ты что! Спятила⁈ А на свидания с чем я буду ходить⁈ Влюбился в крысу с душой сороки. Любит только дорогое и все, что блестит! С вами, бабами, одни беды!
* * *
Всю ночь я не спала, так как на меня нахлынули воспоминания, а с ними и горькая обида, которая отравляла мою душу. Я ничего не забыла. Боль еще жива, а рана от его предательства кровоточила и гноилась. Всю ночь я проплакала в подушку.
Утром я решила выгнать Гука, но он оказался слишком слабым, вдобавок затемпературил. В больницу мой бывший муж ехать отказался, пришлось ему вызывать на дом врача, а затем нанимать медсестру. Ни денег, ни документов с собой у него не было, так как они сгорели вместе с машиной.
Жалость к бывшему мужу смешались с обидой. Все-таки я стала выхаживать его сама, но почти не разговаривала с ним.
— Покажи мне девочек, — однажды попросил Чонгук.
— Они слишком маленькие. Ты их заразишь.
— У меня температура от воспаления ожогов. Я незаразен.
— Зачем тебе мои дети?
— Лиса, ты меня ведь не предавала? — жалобно спросил он.
На этот вопрос я не захотела отвечать, поэтому быстро вышла из комнаты. Слишком больно. Слишком бередит душевную рану.
До меня лишь на другой день дошло: «А почему Чонгук об этом спросил? Ведь он сам подстроил эту ловушку, чтобы отделаться от меня и быть белым и пушистым!» Хотя этот вопрос не давал мне покоя, я старалась избегать Гука. За ним стали ухаживать его бабушка и приходящая медсестра.
Тем временем мой брат пропал: трубку не брал и прислал сообщение, которое гласило: «Спать в гостиной не могу. Ты слишком громко рыдаешь. Ухожу к своей гадюке».
С уходом Тэхёна я поняла, что в действительности он мне очень помогал с детьми. Теперь гулять с малышками мне пришлось самой. Да и по делам я не могла надолго уехать. Я уже начала забывать про себя. Потом еще нам сделали прививки, а Лизочка их переносила тяжело.
Однажды меня вызвали на сдачу объекта. Я оставила детей с бабулей и вернуться смогла только к вечеру. Когда я пришла домой, то застала невероятную картину. Мой бывший муж переодевал девочек после прогулки и так мило с ними сюсюкался. Даже трусишка Лиличка с ним гулила и смеялась.
Втирается в доверие? Что ему от нас нужно? Наверняка у него родился уже свой сын.
— Где бабуля? — мой голос на удивление прозвучал слишком нервно, даже девочки вздрогнули.
— У нее давление. Но ты не волнуйся, детей я покормил и погулял с ними. Правда, теперь они снова голодные. Похоже, вот эта в штаны навалила, — показал Гук на Лили.
— Как ты с ними справился?— удивилась я, а потом вспомнила о ребенке от Джихе.
— Я же на курсы отцовства ходил. Забыла?
Да, и это было в нашей супружеской жизни. Тогда мы очень старались и готовились, думая, что это приблизит мою беременность. А я все никак не могла…
— Как твой сын? — вырвалось у меня. — Джоном назвал или Соном?
— Ко-го? Лиса, ты о чем?
— Джихе же была беременна. Я все знаю. Не надо притворяться, будто не ты подстроил этот розыгрыш с букетами и украшением. Мне все известно, — боже мой, почему я опять плачу? Так не вовремя! Я быстро стерла слезы и, улыбаясь, добавила: — Возвращайся к сыну и жене. Я справлюсь. Найму няню.
— Лиса, нет никакой жены, тем более детей. Кроме вас, у меня никого нет.
— Чонгук! Я все знаю! Не надо меня жалеть! Не смотри на меня так!
— Лиса, но это правда. Я не женат. Да, я развелся с тобой. Потому что меня убедила Джихе, что ты ходишь налево. Что ты влюбилась, поэтому так преобразилась. Ходила вся такая счастливая и окрыленная. Я тебя такой сто лет не видел. Мне голову снесло от ревности. Когда я вас застал… Кто же знал, что это твой брат?
— Я пыталась тебе сказать, но ты все концы оборвал. Даже о детях я сообщить нормально не смогла.
— Я подумал, что мы биологически не подходим друг к другу и пожелал тебе с другим счастья. В благодарность за годы совместной жизни и работы я оставил тебе дом и назначил содержание. Я знал, как ты сильно хотела стать матерью. Думал, ты от другого… А оказывается, они мои.
— Они мои, Чонгук. Ты променял нас на Джихе с ее ребенком.