3 глава
Во время нашего пути на алгебру меня случайно толкнул Щетко, и я упала.
Я: Ааа...
М: Ася, ты в порядке?
Б: Она сама виновата, что шла так.
После этих слов Мира была готова накинуться на него, но я остановила её. Она помогла мне подняться, и я бросила на Богдана косой взгляд.
П: Что здесь происходит?
М: Твой друг Богдан толкнул Асю, и она упала. Он ещё и обвинил её в том, что она сама виновата в случившемся.
Я думала, что Пискуля не станет вмешиваться, но он дал Богдану сильный подзатыльник и сказал:
П: Научись общаться с девушками, а потом уже разговаривай с ними.
Эти слова лишь усилили мою влюблённость в него. Мы вошли в класс, я приготовилась к уроку и села за парту. Мира подошла ко мне, взяла за руку и вытащила из класса. Она спросила:
М: Ты чего так пялилась на Писклю, когда он говорил?
Я: Я? Я не пялилась на него! А слушала!
И тут он прошёл мимо. Я посмотрела на него, и это заметил Кирилл. Я быстро ушла подальше от класса, чтобы избежать лишних вопросов, ведь я знакома с Кириллом с детства.
Мы вернулись в кабинет, и я увидела, что они разглядывают мой пенал, учебник и даже заглядывают в портфель. На моём месте сидел Богдан. Я подошла к нему, дала подзатыльник, забрала пенал, закрыла свой портфель, забрала тетрадку и сказала:
Я: Нечего лазить по чужим портфелям и тетрадям!
В ответ он назвал меня всякоразно, а в конце оскорбил: «Тупая идиотка, тупорылая гуляловка». Я выбежала из класса со слезами и случайно врезалась в Писклю, чуть не упав. Он спросил:
П: Ася, почему ты так бежишь?
К: Ася, ты плачешь опять из-за Богдана?
Я: Да, он лазил в мои тетради и обозвал меня всякоразно.
Они схватили меня за руку и потащили в класс. Я не хотела туда идти. Когда мы вернулись, ребята начали кричать на Богдана за то, что он снова обидел меня. Он пытался оправдаться, но у него не получилось, ему никто не верил.
Оставшиеся уроки Щетко сидел молча и даже не смотрел в мою сторону.
После уроков я снова пошла домой пешком, потому что было всего четыре урока. Шла я не одна, а с Мирой, и мы, как всегда, всех осуждали.
Придя домой, я начала думать о Пискле. Он заступился за меня за сегодняшний день уже дважды, и это было очень странно. Мои мысли прервала мама, которая сказала, чтобы я мылась и ложилась спать.