17
Ее старая драная сумка моталась перед ногами. Они были полностью полярно противоположны друг другу. Опустив глаза от своего отражения, Лиза уставилась на кончик своего ботинка. Она заметила на нем большое пятно от томатного соуса, которое подавалось в кафе. Вытащив платок из сумочки, она присела и стала яростно оттирать пятно с ботинка. Господи, как же она ненавидит беспорядок. Лиза не могла поверить, что до сих пор не заметила пятно на обуви.
– Лиз, что случилось? – наклонился к ней Данила.
– Я должна очистить этот беспорядок. Мне повысили зарплату за уборку, и я не могу поверить, что мои стандарты падают.
Рука Дани накрыла её.
– Прекрати это, – сказал он.
Лиза подняла голову. Слезы, обидные и крупные, словно горошины, скатились по ее щёкам. Даня нежно вытер их рукой.
– Я не похожа на неё. Я не грязная. Я люблю чистые вещи, и я много работаю. Я не люблю ее.
– Нет, ты не похожа на неё.
Данила понятия не имел, о ком она говорила, но вслух согласился с ней. Парень убрал ее руку от ботинка.
– Всё уже чисто, Лиз. Успокойся. Ты в полном порядке.
Она обвила руки вокруг его шеи.
– Я сожалею.
Звонок в лифте прозвенел, давая им понять, что они приехали на нужный этаж. Данила поднял Лизу на руки и, выйдя из лифта, понёс по коридору до своей квартиры.
Положив голову ему на грудь, она ждала, когда он откроет дверь.
– Надеюсь, мне не нужно будет бороться с полуголыми девицами в твоей квартире? – поддразнила она Даню.
– Нет. Конечно, нет.
– Ну, вот и хорошо.
Сердце Дани громко билось в его груди прямо под ее ухом. Он вошёл с ней в квартиру и, сев на диван, притянул Лизу к себе на колени.
– Я слишком тяжёлая, – сказала она и попыталась встать с его коленей. Но он остановил её, ещё крепче прижимая к себе.
– Даже не думай об этом. Ты никуда не пойдёшь.
Даня гладил ее волосы, стараясь успокоить. Лиза закрыла глаза, смакуя близость с ним.
Несколько минут спустя он поднял ее со своих колен и положил на диван. Он снял с неё ботинки и носки.
– Я не хочу, чтобы ты вставала. Лежи. Отдыхай. Я всё сделаю сам.
– Я сожалею о том, что произошло в лифте. Я не знаю, что на меня нашло, – пробормотала она, стыдливо опуская глаза.
– Ты знаешь, что это. Это твоё таинственное прошлое. Ты не хочешь об этом говорить, и это нормально. Ты не должна говорить об этом, если не хочешь. Но я надеюсь, что когда-нибудь ты доверишься мне и всё расскажешь.
Он похлопал ее по ноге и заставил себя отойти.
– Это всё моя мать. Она единственный человек из моего прошлого.
– Она ругала тебя за беспорядок? – Спросил Данила, присаживаясь снова рядом с Лизой.
Жар распространился по её щекам, когда она вспомнила беспорядок внутри прошлой квартирки.
– Ей было плевать на беспорядок и на многое остальное. Но я не похожа на неё.
Опустив глаза, она обняла себя за колени. Данила вздохнул, понимая, что она больше ничего не расскажет и, взяв со столика пульт, протянул ей.
– Посмотри пока телевизор, а я приготовлю ужин для нас.
–Ты действительно умеешь готовить? – поддразнила его она.
– Ты видела кухню моей мамы. Неужели ты думаешь, что она не научила сына заботиться о себе?
– Твоя мама такая.... Она хорошая мать, – вздохнула Лиза. – Тогда я с нетерпением буду ждать твоих кулинарных шедевров.
Он оставил ее в покое, и она нажала кнопку включения телевизора. Экран был очень большим и, смотря на него, Лиза улыбнулась. Данила давно пытался заставить ее принять в подарок от него телевизор. Но она упорно сопротивлялась.
Ей не нужны от него подарки. Ей достаточно дружбы с ним. Покачав головой, она стало листать каналы.
– Теперь я понимаю, почему ты хотел подарить мне большой телевизор. Но думаю, он бы всё равно не вписался в мою квартиру, – сказала она, обращаясь к Дане.
– Каждый заслуживает большого экрана. Я могу выбрать такой, который подойдет именно к твоей квартире, – ответил он.
Лиза рассмеялась.
– Я тогда точно не осилю счета за электричество. Ты хоть знаешь, сколько это будет стоить?
– Прекрати дразнить меня и наслаждайся.
Она продолжила листать каналы, как он ей и сказал. Пролистав несколько спортивных каналов, она наткнулась на канал для взрослых. Лиза покачала головой и, быстро переключив его, остановилась на новостном канале. Это был самый безопасный канал.
Данила вернулся из кухни, принеся с собой стакан молока для неё.
– Новости? Ты смотришь новости? – спросил он с притворным отвращением.
– Я подумала, что это всё же лучше, чем каналы для взрослых, – приподняла она бровь. Данила усмехнулся и снова ушёл.
Осмотрев взглядом комнату, Лиза заметила несколько фотографий его семьи, стоящих на полках.
Она вздохнула и вернулась к просмотру новостей.
***
Если бы он ещё дольше продержал Лизу на своих коленях, то она точно бы заметила эрекцию в его брюках. Данила чувствовал себя самым лучшим другом в мире. Пока она плакала на его коленях, он наслаждался ощущением ее в своих руках, тем как она прижималась к нему.
Открыв холодильник, он достал соус, собираясь приготовить макароны. Даня не давало покоя, что Фёдор вновь вернулся на сцену. Данила переживал за Лизу. Позвонив Мише, он приказал ему не спускать с девушки глаз. Но это всё равно не решало проблему. Ему надо было избавиться от Фёдора. И он найдёт способ сделать это. А пока же он приготовит для них свои фирменные макароны, которые научила его готовить мать.
Наполнив кастрюлю водой и поставив на плиту, он заглянул в комнату к Лизе. Она всё ещё была расстроена и нервно теребила подол своей униформы.
Его телефон загудел в кармане и он, достав его, увидел, имя матери, мелькавшее на экране.
– Чем ты занимаешься так поздно? – Спросил Данила, приложив телефон к уху.
– У меня всегда есть дела. Но я звоню, чтобы узнать о рождественском подарке для Лизы. У меня есть новый каталог, и я увидела в нём несколько платьев, которые будут шикарно на ней смотреться.
Полина воспринимала Лизу, как члена семьи и Данила был этому рад.
– Каких цветов платья?
– Есть синее и фиолетовое. Я склоняюсь к фиолетовому. Оно точно будет на ней хорошо смотреться. Но мне нужен её размер.
– Что папа думает обо всех этих заказах? – Ухмыльнулся Данила.
– Твой отец ничего не думает. Он просто оставил мне то, что я делаю лучшего всего – присматриваю и забочусь о моей семье. И мне кажется, Лиза станет членом нашей семьи, – сказала Полина.
Данила убавил огонь на плите и пошёл в свою спальню.
– Я хочу кое-что сказать тебе.
– Давай, сынок. Я всегда готова к сплетням.
Он рассмеялся, а затем рассказал ей все, что произошло с Фёдором и об эпизоде в лифте.
– Она была ранена, сын. Я думаю, ты должен принять её одержимость чистотой и действовать медленно и внимательно.
Данила взял её совет на заметку и повесил трубку.
Выйди из спальни Данила отметил, что Лиза всё так же сидела и смотрела новости.
Он быстро закончил готовить ужин и принёс ей тарелку дымящихся макарон.
– Очень вкусно пахнет, – сказала она.
Она закрутила пасту вокруг вилки и всосала её в рот.
Данила смотрел на то, как ее губы сомкнулись вокруг вилки, и как подросток представил их на другой части своего тела.
Он будет гореть в аду из-за своих мыслей.
– М–м–м. Действительно вкусно.
– Меня многому учили. Но это приготовить проще всего.
– Полина – удивительная женщина, – улыбнулась Лиза.
– Я рад, что она тебе нравится. Она любит тебя, ты знаешь об этом?