Я в долгу пред ним.
Клер:
Лил холодный дождь. В небе букетом искр рассыпалась молнии. Я бежала по старому, потресканному асфальту и каждый мой шаг отдавался щелчком в густом шуме ливня. Мой капюшон полность вымок и с волос уже тоже бежала вода. От челки, прилипшей к лицу, дорожками сбегала вода и капала с подбородка. Мне пришлось ускорить темп, чтобы не промокнуть окончательно.
- И вот надо же забираться каждый раз в такую глушь!? - громким, разгневанным криком пронеслось по всей улице. Я забежала в один из подъездов. Пахло сыростью, плесенью и чем-то еще, похожим на то, как пахнет в кабинете врача. Меня пронзала жгучая боль легких из-за бега на холодном воздухе. И наконец отдышавшись, я встала и начала забираться по старой лестнице на второй этаж. Ветер сильно бил по стенам этого дома, от этого складывалось ощущение, что дом сейчас сложится как карточная пирамидка. Гроза жалобно и тоскливо выла свою скорбящую песнь об утерянном лете. Мои шаги эхом отдавались во мраке темных коридоров здания,что наверняка предупредило человека, за которым я шла в такую то даль. Дойдя до конца коридора, я прислонилась к одной из дверных рам, двери с петлей которых были сняты уже давно.
- Ты снова здесь. - тихим голосом проговорила я.
- Да... Привет, Клер. - сказал черноволосый парень оборачиваясь ко мне. - Ты вся вымокла.
- Я волновалась, не стоит пропадать никого не предупредив. - сказала я и с грохотом упала на стул по среди комнаты.
Автор:
Эрос подошел к углу комнаты, где стояла небольшая тумбочка и вытащил из нее полотенце. Подойдя к Клер, он сдернул ее капюшон и начал сушить волосы.
- Ты простудишся. - спокойно сказал он.
- Чья бы корова мычала! С твоим то здоровьем... здесь слишком сыро и холодно.
- За меня не волнуйся.
- Ты и в прошлый раз так говорил... А что потом было? - она с энтузиазмом развела руками. - В итоге мне пришлось все свои каникулы провести дома и о тебе заботиться!
- Ты могла и уйти, за мной бы и прислуга преглядела.
- Я бы потом все время волновалась! А если бы ты помер, винила бы себя! - Клер обидчиво сложила руки на груди.
- Ну, - посмеялся он - помирать я пока не собираюсь, мне надо дожить хотя бы до твоего совершеннолетия, чтобы передать тебе компанию.
- Я же говорила, что она мне не нужна.
- Деньги не кому лишними не бывают. Хотя деньги это и не главное... - оп просушивал каждый локон шоколадных волос и мило улыбался.
- А что же главное? - спросила девушка.
- Ну одна моя знакомая говорила, что самое главное, это подарить человеку улыбку.
- Улыбку?...та самая подруга? - он сглотнул, на секунду перестав прочесывать волосы, но затем, вздохнув, снова начал сушить непослушные пакли девушки.
- Да...
- Не отвечай так мучительно, будто я тебе нож в спину втыкаю...нужно уметь забывать боль. - спокойно сказала Клер.
- Это не так легко, сама ведь знаешь.
- Все, закрыли эту тему! - грозно сказала девушка. - Ты ушел, а Эд мне все мозги вытрепал со своим: "Леди, вы не видели господина?". Ты ему то хотя бы докладывай куда идешь, а то потом мне приходится от него убегать.
- В этом весь Эдвард... - он досушил волосы и повешал взмокшее полотенце на сломанную спинку стула.
- Я уверена, что он будет здесь... - она отодвинула рукав посмотрев на циферблат устаревших, дешевеньких часов - примерно через 15 минут.
- Ну тогда посидим и побалтаем.
- О чем?
- Как дела в школе?
- Ну вот только не начинай нотации, ты мне не папашка.
- А кто же тогда? - сщурив глаза и пристально посмотрев, спросил он.
- Дед-пердун, деньги которого мне нафиг не нужны! - серьезно сказала Клер.
- Ну уж прости, любая другая на твоем месте прыгала от счастья получая такие деньги. И я старше всего на 19 лет, не обзывайся, мне обидно.
- Я, не любая, и я мне нечего делать с этими деньгами.
- Дом?
- Заработаю.
- Еда.
- Тоже.
- Но тебе ведь и работать не надо, там денег, тебе до конца жизни хватит.
- А компания?
- Ее можно и продать. - безразлично сказал Эрос.
- Но как же?
- Мне и самому она без надобности... Есть и есть...
- Но ты ведь там работаешь!
- Меня заставили... Тогда еще мои родители были живы и ооочень хотели, чтобы я унаследовал компанию. Но никто не упоминал, что я должен ее кому-то передавать.
- Да ты изверг...
- Но все же я передаю все в твои руки.
- И почему я? В том дет.доме откуда ты меня забрал было много детей, красивей и умней меня.
- А тебе напомнить, как это было?
Шесть лет назад:
Эрос:
После долгого собрания в компании я устало ехал в машине. Мой шофер/секретарь/дворецкий Эдвард перечислял дела на завтра и тихо, почти про себя шептал, что-то о моем положении и скорее росте компании в экономическом плане. От его нудения глаза в кучу сводились.
- Эдвард, куда нам дальше? - спросил я, потягиваясь на заднем сидении.
- В приют, господин, помните вы сделали пожертвование. И они попросили вашего визита, для того чтобы поблагодарить вас.
- Это обязательно? Взяли бы деньги и все! К чему им это?
- Господин, сегодня планов у вас больше нет...
- Именно поэтому я и хотел пораньше домой.
- Но думаю пару минут вы уделить сможете!
- Кхм...ладно. - я обиженно сложил руки. Мы быстро доехали до приюта. Там меня встретили воспитатели, радостно приняли меня, дети просились поиграть. Но я устало бродил по коридорам приюта высматривая новшества, которые мне показывали воспитатели и дети. Мне еле удалось скрыться от них в многочисленных коридорах.
- А вроде снаружи здание казалось маленьким... - я на секунду остановился, заметив сидящую на подоконнике девочку. Она по видимому меня не заметила. Окно было открыто и оттуда дул прохладный осенний ветерок. Я подошел ближе и аккуратно потрепал шоколадные волосы.
- Не сиди здесь, простудишся же. - девочка мгновенно подняла глаза посмотрела на меня и в ее глазах что-то вспыхнуло, ярко и злобно, словно осенняя листва, сгорающая под лучами ненасытного солнца.
- Не трожь меня, противный. - для меня эта реакция была неожиданная. С самого моего приезда в город ко мне относились бережно, с уважением, как к наследнику компании, а тут на тебе отворот поворот, особенно я не ожидал его от ребенка.
- И чем же я тебе так противен?! - приседая на подоконник рядом с девочкой спросил я.
- Ты один из этих...
- Каких таких "этих"?
- Те у кого много денег! - сказала она и резко отвернулась к окну.
- И что с того? Разве это плохо, я вот дал деньги вашему приюту. Почему я противен?
- Все вы одинаковые, жадные, лишь бы загрести побольше деньжат. А благотворительность это показуха, типо вы хорошие.
- Так почему бы не понравится мне?
- Ты чё педафил?
- Ой ой, откуда такие слова... И я не в этом смысле, я говорю, почему бы не втереться мне в доверие, заставить полюбить, чтобы я взял тебя к себе и у тебя было много денег?
- Они мне не нужны!
- В наше время и в туалет бесплатно не сходить. Деньги всем нужны. И где ты видела таких плохих богатых людей, букашка?
- Не называй меня так, дед- педафил! И... Мой отец был таким же как ты! - она стиснула маленькие кулочки. - Он делал так и объяснял мне как нужно пользоваться людьми, он был безчеловечным!
- А что потом?
- Его жадность его и погубила! Тоже вскоре случиться и с тобой!
- Ну это вряд ли...
- Увидишь! Обещаю тебе...
- Не все люди одинаковы. Все разные.
- Да что ты говоришь! - девочка с презрением посмотрела на меня. - Все в этом приюте, включая воспитателей подлизываются к тебе уже пол вечера, жадные, хотят твоих денег, ВСЕ ОБСОЛЮТНО!
- Не правда...
- Да? Назови мне хоть одного, кому это сегодня было без надобности! - Она уже пыхтела от злости. Я покосился на нее.
- Ты... - я развернулся и начал уходить по коридору, в отражении стекл я увидел заплаканное, удивленное лицо девочки. Я в тот момент понял, что она характером такая же как я и Элли. Без сомнений я пришел к воспитателем и директорам дет.дома и оформил все документы на девочку. Все кто услышал о том что я хочу забрать именно эту девочку сотни раз пееспрашивали: " Вы уверенны? Она ее самый послушный ребенок.". Я не слушал их, мне просто захотелось чтобы мое вечное одиночество разбавлял похожий взгляд на жизнь. Потом эта девка где-то спряталась нехотя ехать со мной, но с помощью других детей, знающих знание наизусть, нам удалось ее найти. Воспитатели прежде чем отправить ее со мной, что-то ей прочитали на ухо. Затем она повернулась и грозно посмотрела на меня, а я стоявший у машины с открытой дверью скорчил ей рожу и показал язык. Она оскалившись высунулась язык мне в ответ, но директор вякнула на нее, а я засмеялся. Так оно и было. И давно уже прошло. Мне казалось, что я взял ее просто для интереса, но оказалось за ней, как за питомцем ухаживать надо... В общем мы с ней сдружились. Вместе проводили праздники, делали домашку, играли. Я понял, что она не чуть не похожа на Элли, но она стала мне как родная дочь. Взгляд ее на людей поменялся, конечно не без моей помощи, но я рад, что она выросла такая, какая есть сейчас. Я ей горжусь.
Сейчас:
Клер:
Он снова завел свою шарманку о том, каким я была чудесным ребенком...вот лишь бы он на людях не заикался обо мне. Вскоре, послышался скрип и в дверной проем влетел Эд. Как всегда в красивом, хорошо выглаженном костюме с зонтиком.
- Леди, Господин, я приехал за вами на машине, не стоит находиться в таком грязном и сыром месте, это может сказаться на вашем самочувствии.
- Ну вот, второй папашка песню завел. Вы сговорились против меня? - я повернулась лицом к Эросу.
- Поехали домой, Клери. - он накинул на меня свой пиджак и поплел к входу.
- Эй, ты блин, снова заболеешь, надень сейчас же.
- Уж лучше я, чем ты. - не оборачиваясь сказал он. Мы вышли, сели в машину, этот придурок чихнул, я на него злобно покосился, а он отмазался аллергией на пыль. Езжая по залитым дорогам города он всегда молчал, смотрел как собираются капельки на стекле. А я наблюдала за ним. Я помню тот день, когда он меня забрал. Помню, как говорили мне воспитатели, мы гордимся, что он берет ребенка из нашего приюта и ты должна вести себя примерно, чтобы сохранить теперешний престиж. Если бы не он тогда, я бы наверное, до сих пор не любила людей, думая о том, что они все от природы жадные, от части конечно это так...но... У всех все по-разному и он доказал мне это. Я всегда помнила своего отца, но как таковым я его не любила, или по другому говоря, я была нужна ему, как украшение, мою мать он не любил, но она не видя его вот таким жадным и озлобленно, умерла. Теперь мой отец сидит в машине, на против меня, и разглядывает запотевшее окно. В его голубых глазах отражались тоска и спокойствие. Я хотела бы отплатить ему, за то, что он сделал для меня, но единственное, что я могу сделать для него, так это улыбаться ему, как бы грустно не было мне, хочу, чтобы он больше не тосковал по белому, хочу, чтобы он был счастлив. Я этого всем своим сердцем хочу!