Глава 6 : Жертвы стиля
- Эта жаба пыталась нас убить, - настороженно напомнила Ирка.
- Вам же Владычица сказала - это недоразумение! А я просто хотела вас торжественно встретить. Или вы слову самой Владычицы не верите? - тон царевны-лягушки стал таким провокационным, что даже прямолинейный Богдан понял, что не верить Владычице, сидя в одной из змеевых пещер может только самоубийца, желающий помирать долго и мучительно.
- А эта ваша толстуха меня корягой огрела! - тыча в Таньку наманикюренным пальчиком, пожаловалась царевна. Мамки-няньки у нее за спиной осуждающе покачали головами.
- Это недоразумение! - процедила Ирка. - Она просто хотела достойно ответить на твою торжественную встречу. Или ты слову наднепрянской ведьмы не веришь?
- Переодеться-то вам все едино надо, - настороженно глядя то на своих новых подопечных, то на царевну-лягушку, осторожно вмешалась Пан Лун. - Спасибо Владычице, да будет вечно ее крыло над нами, что про наряды вспомнила, а то позор бы земляным драконам вышел, коли гости их в непотребном виде пред очи Владычицы предстанут. Человеков-то у нас не бывает, не любит Великий Земляной человеков, да и лапами в земле возиться легче, чем руками. Вот и нету у нас всяких таких платьев... - змеица повела кончиком крыла, изображая нечто с рюшками. - А жаба эта вечно наряжается - должна разбираться!
- Вы так... любезны, драконица Пан Лун, - кисло скривилась царевна. - Постараюсь оправдать ваше лестное мнение и нарядить наших гостей... в соответствии с их положением и несомненными достоинствами.
- Так, может, Дину позовем? - уцепилась за последнюю возможность Ирка. - Повелительницу Грозы? У нее и наряды из мира людей есть.
- Так это... - морда змеицы стала смущенной. - Не велено никого к вам пускать. Ни Дъну Лун, ни самого Великого Водного. Вроде как мешать они вам будут... Уж не знаю чем, коли вы сами их видеть хотите. - Она смущенно развела крыльями.
- Великий Водный нам безусловно помешает... одеваться, - отчеканила царевна. - А Дъна Лун еще не дала объяснений по поводу его предыдущего побега.
В пещере повисло неприятное молчание. Змеица смущалась, жаба торжествовала, троица ребят украдкой переглядывалась, стараясь ни в коем случае не коситься на скальный карниз под потолком.
- Чего ж это я сижу? - подхватилась Пан Лун. - Схожу ларцы принесу, украшения вам подберем! Богаче, чем у Земли, самоцветов не найдешь! - Толстенькая змеица поспешно сорвалась с места.
- Можете не торопиться обратно - мы тут пока чудно проведем время! - мурлыкнула царевна, будто она кошка, а не жаба. И скользнула к Богдану: - При-ивет, мой дорогой... мальчик! - Ее улыбающееся лицо склонилось над сидящим мальчишкой. Богдан замер с оттопыренной пирожком щекой, завороженно глядя в радостно сияющие глазищи. - Сколько же мы с тобой не виделись! Сто лет, да?
- Год. Почти, - давясь пирожком, пробормотал он.
- Ой, он помнит, помнит! - Она по-девчоночьи запрыгала, хлопая в ладоши. - Еще так точно! Ты считал дни-и-и? - Она кокетливо стрельнула глазками. - Ты по мне скуча-ал?
- Не так чтоб... очень, - сквозь пирожок промямлил Богдан и потихоньку сполз со стула, явно намереваясь убраться подальше. Не тут-то было! Цепкие пальчики ухватили его за подбородок.
- Очень? О-о, как мило! - Из сказанного Богданом она пожелала услышать лишь последнее слово. - Я тоже тебя вспоминала! Ты удивлен? - Она встряхнула головой, позволяя локонам упасть на лицо, и лукаво поглядела на него сквозь завесу волос.
- Все вспомнила, кроме имени, - вмешалась Танька. Ирка поглядела на нее опасливо: гламурная жаба-блондинка хочет одеть их... и пристает к Богдану, и... добром это не кончится! Но Танька была на удивление спокойной - разглядывала царевну-лягушку как экспонат в кунсткамере: неэстетичный, но занятный.
- А я его имени и не знала! - хладнокровно парировала блондинка. - Мы были из совсем разных миров...
- Я тогда не думал, что ты из Ирия. - Богдан попятился от надвигающейся на него высокой, туго обтянутой шелковым корсажем груди.
- Я ведущая гламурной программы, медийная персона, селебрити - и ты прыщавый мальчик из подворотни, со своей толстенькой подружкой, - прижимаясь к нему все теснее, ворковала царевна-лягушка. - Но теперь ты та-ак вырос! Я до тебя не доста-ну-у! - Она прижала наманикюренный пальчик к своим губам, а потом к губам Богдана, точно передавая поцелуй. Глаза Богдана начала медленно заволакивать туманная пелена, а на лице появилась дебильно-блаженная улыбка. Царевна торжествующе улыбнулась и повернулась к теткам в сарафанах: - Ну чего встали? Открывайте сундуки!
- А-ай! - с потолка соскользнул чешуйчатый хвост и стукнул Богдана по голове.
Царевна стремительно повернулась, взвихрив длинную, в пол, юбку на кринолине.
- Что случилось, мой милый? Ударился? Болит? Дай подую! - И она снова придвинулась к Богдану. Тот попятился, глядя на нее совершенно трезвыми глазами:
- Спасибо, не надо, еще того... простудишь!
- Такой сильный парень - и боится простуды? Фу-у-у! - Она вытянула губы трубочкой и, почти касаясь Богдановой щеки, легонько подула ему в лицо. Взгляд Богдана снова заволокло мутью, и он потянулся царевне навстречу. С удовлетворенным вздохом она приникла к его груди.
- Не надо меня румянить! - раздался сзади пронзительный Иркин вопль. Грозная надненрянская ведьма через всю пещеру удирала от одной из мамок-нянек. - Я вам не борщ, уйдите от меня с этими овощами, женщина! - В руках у няньки были две половинки разрезанной свеклы.
- Не понимаю, что тебя не устраивает! - Царевна повернулась к Ирке, продолжая кончиками пальцев поглаживать Богдана по щеке. - Вы, бедные человечки, краситесь всякой вредной дрянью, а у нас в Ирии все натуральное.
- Печная сажа вместо брасматика, толченый кирпич вместо пудры? - выпалила Ирка.
- Печная сажа... - мечтательно повторила цареяна-лягушка и кивнула своим подручным. Те закивали в ответ, как игрушечные собачки на ветровом стекле машины.
- Мы не будем краситься совсем, - решительно объявила Ирка. - Нам по тринадцать лет, нам в школе вообще макияж запрещают!
- Значит, так! - Царевна наконец отцепилась от Богдана и точно базарная торговка уперла руки в боки. За ее спиной тяжело дышащий Богдан привалился к стене... и снова получил по голове чешуйчатым хвостом.
- Тебе мало того, что случилось у Пещер? Между прочим, по вашей вине - из-за ваших нелепых платьев! Вы в них были просто неузнаваемы! - Царевна растянула губы в кисло-сладкой улыбочке. - Ты сейчас не в своей школе. Ты в Змеевых Пещерах, здесь владычествует Табити-Змееногая, Тиамат Предвечная и Изначальная! Я, конечно, понимаю, что ты девочка из низов и в твоем овраге, или где ты там живешь, к коровам пускают без соблюдения этикета, но пред очи Владычицы положено представать по всем правилам. А именно: волосы собраны... - Она изящным движением коснулась искусно выложенных вдоль длинной шеи локонов. - Наряд изысканной роскоши - да-да, с юбкой, а не с этими вашими... джинсами! - Она приподняла расшитый в тон нежно-салатовый подол и выставила ножку в усыпанном жемчугом башмачке. - Ну и туфли! На каблучке. А также подобающие аксессуары, - задорно встряхивая сережками и поглаживая жемчужный воротничок на шее, закончила царевна. - А если тебе что-то не нравится... Иди как есть! - Она демонстративно перевела внимательный взгляд с зеленого листа, в который до подмышек завернулась Ирка, на кучку брошенной в углу грязной форменной одежды. - Если вас сожрут драконы за неуважение к Матери-Владычице, я точно плакать не стану! Твоей подружки им даже на двоих хватит.
- Подавятся! - процедила Ирка, краем глаза наблюдая, как чешуйчатый Айтов хвост мерно постукивает по голове замороченного Богдана, точно рассчитывая достучаться до разума. Мысли ее метались. Значит, вот это и есть те самые мелкие гадости, о которых говорил Айт. Мелкие? Как бы не так! Царевна-лягушка собирается их фактически убить: не смогла физически, так прикончит морально - кто станет уважать послов, явившихся на официальный прием, считай, у королевы, как два чучела? Или кто-то тут наивный и доверчивый и всерьез верит, что гламурная жаба не планирует их с Танькой изуродовать? Ну и что теперь делать - снова ей по голове навернуть? Прибить личную представительницу Табити посреди Змеевых Пещер за пару часов до аудиенции у Владычицы... Ирка, конечно, знала за собой склонность к простым силовым решениям, но даже для нее это было слишком! После такого бежать не имеет смысла, а остается только сразу вешаться! Так что, позволять жабе делать что та захочет? - Значит, так... - Ирка тоже уперла руки в бока жестом, гораздо более говорящим, чем у царевны.
- А что дальше? - вдруг спросила Танька.
Уже изготовившиеся к скандалу, Ирка и царевна дружно повернулись к ней.
- Когда «дальше»? - растерянно переспросила царевна.
- Оденемся мы и накрасимся по всем правилам. - Танька выразительно покосилась на половинки разрезанной свеклы в руках у мамки-няньки. - А потом? Что там полагается по пещерному этикету?
- Пойдем... - промямлила царевна-лягушка.
- Куда? - терпеливо продолжала Танька.
- Вы Владычице представляться собираетесь или младшему кухарю? Понятно, что в Тронную Пещеру!
- А дальше? - Выражение Танькиного лица было как у воспитательницы детсада, строчку за строчкой выковыривающей из уст подопечной стишок для Деда Мороза.
- Дальше ждем, - сдалась царевна. - Специальная комнатка есть - все для удобства посланников! - сладко улыбнулась она.
- Долго? - продолжила допрос Танька.
- Пока Владычица появится, потом Великие - глашатай, объявление, представление, то-сё... Потом Грэйл Глаурунг, раз вы под его крылом, просит для вас разрешения приблизиться к Тронной Скале... и тут уже появляетесь вы! - царевна хихикнула, явно предвкушая грядущее зрелище. - В подобающем виде!
- Вот именно! - воинственно начала Ирка.
Танька удовлетворенно кивнула, будто услышала именно то. что хотела услышать.
- Прекрасно! Просто замечательно! - и бросила уже было открывшей рот Ирке: - Пусть эта жаба делает что хочет. - И уселась на стульчик, сложив руки на коленках жестом примерной школьницы, и даже шею вытянула, подставляя щеки под свеклу.
Ирка зажмурилась, морально готовая к чему угодно: что это не Танька сказала, что Таньку заколдовали, что Таньку подменили... Открыла глаза.... Мамка-нянька сосредоточенно терла Танькины щеки свеклой, аж стул ходуном ходил.
- Как это - что хочет? - настороженно переспросила Ирка. - Ты на клоуна похожа! - Зеркала перед Танькой конечно же не было, вот она и не видит!
- Я уверена, конечный эффект будет потрясающий! - заверила Танька и улыбнулась пакостно-препакостно.
Царевна-лягушка занервничала. Вопросительно уставилась на мамок-нянек.
- В чем дело? - демонстративно скривилась Танька. - Отказываемся - вы не рады, соглашаемся - вы тоже энтузиазмом не блещете!
Если Танька что-то задумала, пусть даже непонятно что именно, надо просто делать как она предлагает! Ирка решительно плюхнулась на соседний стул:
- Уговорили! Кто мы такие, чтоб идти против самой Табити-Змееногой, благодетельницы нашей? Где тут ваши парадные платья?
- З-замечательно... - неуверенно пробормотала царевна. Подвох она чуяла, но... отступать было уже поздно. Что она Владычице скажет: ведьмы согласились на все и поэтому я сбежала? - Одевайте их! А тобой я сама займусь! - она хищно повернулась к Богдану.
Парень стоял, расслабленно прислонившись к стене... и легко придерживая за рукоять упертый в каменный пол меч. Царевна-лягушка качнулась к Богдану - и остановилась, напоровшись не на меч, а на насмешливый взгляд. Заколыхалась туда-сюда широченная юбка.
- Можно... я подойду поближе? Тебя тоже надо переодеть!
- С тех пор как мне исполнилось три года, я переодеваюсь сам, - отрезал Богдан и демонстративно провел кончиком меча по полу разделительную линию. Сталь мерзко и пронзительно проскрежетала по камню.
- Фи, какой ты... нелюбезный! Ты только посмотри, что я тебе приготовила! - царевна метнулась к сундуку, с трудом распахнула крышку.
Безрукавка из кожи тончайшей выделки и впрямь была неплоха - если не считать нежно-салатового цвета, точно в тон платью царевны. Дальше следовала тончайшая белая рубашка... с кружевным жабо. И штаны, темно-салатовые... круглые. Шортики-шарики до колен - в памяти Богдана всплыл парень, одетый под испанского гранда на прошлогоднем турнире по историческому фехтованию, отлично шпагой владел. У него похожие штаны были, как-то так они назывались, похоже на «колеса», но не «колеса» [Такие штаны называются «кельсес».]... И к ним чулки! Чулки-и! И туфли. С пряжками. На каблуке. Именно. Да.
- Это... мне? С кружавчиками?
- С кружевами! - возмутилась царевна и любовно погладила чулки. - Тебе нравится?
- Безумно. - Из горла Богдана вырвался полуписк-полувой, начисто заглушивший тихий смех под потолком, и он перехватил меч за рукоять, недвусмысленно примериваясь к шее царевны. После кружев и чулок никакие соображения межмировой дипломатии его остановить не могли.
- Надевай, - негромко сказала Танька.
- Ты серьезно? - Богдан замер, держа меч на изготовку и не глядя на подругу.
- Совершенно! - подтвердила Танька. - Ее болотное высочество так старалась, чтоб нас приодеть... покруче, а ты ей хочешь сорвать задуманную гадо... наше эффектное появление перед змейским обществом? Торжество вкуса, стиля и моды? - Танька откровенно издевалась.
Царевна занервничала, взгляд ее заметался по сторонам, выискивая несомненный подвох.
- А чего это ты им распоряжаешься? - истерично квакнула она.
- Твое какое дело? - очень спокойно ответила Танька. - Дали тебе задание нас одеть по этикету, вот и одевай, а наши отношения тебя волновать не должны.
- Я тебе не прислуга! Я дочь жабьего царя, а вы жалкие человечки и...
- То есть мы можем все это снимать? - Танька потянулась к высоко зачесанным волосам.
По лицу царевны пробежали сразу все оттенки зеленого, она закусила губу, зло фыркнула и отвернулась.
- Я там переоденусь, - зло пробурчал Богдан. Пятясь, как перед самым страшным врагом, которому нельзя показывать спину, Богдан отступил в травяную пещерку. За ним ускользнул на диво молчаливый кот, которого попытка одной из мамок-нянек повязать ленту ему на шею повергла в глубокую депрессию. Царевна фыркнула и вернулась к девчонкам.
Мамки-няньки выставили из сундуков платья. Именно выставили, как шкафы: юбки крепились на жесткий металлический обод, корсажи и рукава не гнулись от покрывающего их золота и драгоценных камней.
- Это... что за антиквариат? - с ужасом глядя на эти сооружения, не выдержала Ирка.
- Это очень, очень ценные платья! Из личного гардероба Владычицы! К тому же единственные, которые подходят вам по размеру. Снимайте свои листочки! - потребовала царевна.
Желание выдать «Вот пусть она сама их и носит!» было фактически нестерпимым. Оставалось надеяться, что Танька и впрямь что-то задумала. Ирка бросила злой взгляд на потолок. Свернувшийся кольцом змей скроил снисходительную морду и демонстративно неспешно и томно прикрыл глаза кончиком хвоста. И пусть только попробует подглядывать!
Мамки-няньки раскрыли платья на спине, как раскрывают дверцы двустворчатого шкафа, и девчонки шагнули внутрь. Платья захлопнулись на них, будто шитые золотом ловушки. Мамки-няньки подскочили, нанося завершающие штрихи на лица и волосы.
- Ну вот, другое дело! - удовлетворенно сказала царевна-лягушка. Мамки-няньки закивали, любуясь делом рук своих.
Ирка поглядела на Таньку, и из груди у нее вырвался сдавленный хрип. Лицо Таньки теперь походило на пластиковую физиономию Рональда МакДоналда у входа в «Макдоналдс»: лоб покрывала белая пудра, на щеках багровели пятна свекольного румянца, рот по-вампирски красный, а глаза от черной обводки похожи на две темные дыры. Громадная юбка, валики на бедрах и жесткие рукава превращали Таньку в толстую короткорукую карлицу, а высокий, расшитый камнями воротник уничтожал даже намек на шею, и голова будто росла прямо из плеч. Ирка невольно снова вскинула глаза к потолку. Змей больше не лежал вальяжно под потолком, он завис, будто в трансе раскачиваясь всей передней частью тела, глаза у него были огромные, и даже по невозмутимой чешуйчатой морде читалось: «Только не спрашивай меня, как ты выглядишь!» Если Танька такая, то сама Ирка...
- Ты во что их превратила, жаба болотная?! - раздался сзади жуткий рев. Ирка попыталась обернуться - и застопорилась, застряв в чудовищной юбке. Но и так было понятно, что вернулась Пан Лун.
- Не пытайтесь меня оскорбить! - с достоинством заявила царевна. - Я лишь выполнила волю Владычицы: привела их в тот вид, в каком они достойны... - она сильно надавила на последнее слово, - предстать пред царствующими и иными змеями!
- Не знаю я, что тебе поручила Владычица! - снова сорвалась на рев змеица. - А Великий Земляной точно не возрадуется, коли придется ему такое чучело под своим крылом на показ вывести.
- Это у вас украшения? - царевна бесцеремонно ткнула пальцем в сундук, в лапах драконицы кажущийся небольшой шкатулочкой. - Давайте их сюда, и никто не обвинит Землю в скаредности! - Царевна откинула крышку, и на плечи Ирке опустилась тяжеленная гривна старого золота, усыпанная плохо обработанными тусклыми самоцветами. Ирка почувствовала, как ее клонит к земле.
- Я этого не допущу, - тихо и зло сказала Пан Лун. - Переодевай девчонок немедленно, ты...
- Поздно! - блондинистая жаба расхохоталась.
У входа в пещеру послышались шлепающие шаги, и внутрь влетела зеленокожая ящерица-сэв в простом домотканом сарафане:
- Скорее! Все уже собрались! Владычица в Тронную Пещеру отбыть изволили, Грэйл Глаурунг ругается - где там гости... Ой! - Она увидела Ирку с Танькой, гребень на ее голове поднялся дыбом, из зеленого став болезненно-желтым, и ящерка с визгом метнулась вон из пещеры.
- А ну стой! - нагнал ее рев змеицы. Ящерка опасливо выглянула из-за угла и зажмурилась, не решаясь глядеть на девчонок. - Точно все? - безнадежно спросила Пан Лун.
- Великого Айтвараса Жалтиса найти не могут. У вас тут нету? - подозрительно поинтересовалась ящерка, но заглянуть в пещеру не решилась.
Наверху, не зная, что ему делать - то ли уползать быстрее, то ли махнуть хвостом на волю Владычицы, свалиться сверху и ободрать с Ирки жуткое платье, - заметался змей.
- Очешуела вовсе? Тут девочки переодеваются! - возмутилась Пан Лун. - Хотя лучше бы не переодевались.
- Не волнуйтесь! Мы всем-всем довольны, - кренясь под тяжестью платья, прохрипела Танька, делая змею знак уползать.
- Делать нечего - идти надо, - повернулась к девчонкам змеица. - Великому Водному, может, опоздание еще простится, а вот нам...
Змей шустро потек к травяной пещере - видно, не был так уж уверен, что ему опоздание и впрямь простится. Обостренным слухом борзой Ирка услыхала из соседней пещеры тихий шепот:
- Не знаю, что задумала твоя девушка, но сейчас это выглядит хуже раздавленной на глубине рыбины!
- Главное, чтоб ничего серьезнее подставы со шмотками твоя мамаша не придумала, - мрачно буркнул Богдан.
- Куда уж серьезнее! - нервно хмыкнул Айт, и послышалось журчание воды - не иначе как вытек обратно сквозь отверстия в скальном потолке. «Душ... вертикальный, чтоб его помойным ведром вычерпали! Как он смел увидеть меня в таком виде!» - Ирка злобно покосилась на Таньку.
- Богда-ан, где ты там? - кокетливо пропела царевна-лягушка.
Мрачный Богдан выглянул из соседней пещеры... ниже, на уровне его колен высунулась морда кота. Кот издал пронзительный вопль и взвился Богдану на голову, прямо на лихо сдвинутый набок берет с пером. Перо хрустнуло. Богдан шарахнулся, глядя на девчонок расширившимися глазами:
- Ой, мамочки! И правда - куда уж... - Теперь он уже не считал себя самым несчастным человеком в двух мирах. По крайней мере, его безрукавка подчеркивала широкие плечи, а шорты-шарики оказались забавными, но не уродскими.
- Ты отлично выглядишь! Идемте же скорее, а то Великий Грэйл Глаурунг и впрямь будет в ярости. - Царевна улыбнулась так довольно, что было ясно - ради этого она и старалась.
То и дело спотыкаясь в мучительно узких туфлях, Ирка поковыляла на выход. Металлический обруч в слишком длинном подоле платья мерно постукивал об пол. Сзади погромыхивала Танька.
- Я тебя убью! - прошипела Ирка не оборачиваясь. - Ты меня кем перед Айтом выставила?! Уродиной?!
- Ты, кажется, еще на Источниках говорила, что не к Айту сюда приехала, а по делу, - пропыхтела Танька.
- Я немножко не так говорила! - шмыгнула носом Ирка. И с каких это пор дело - причина выглядеть перед парнем как чучело? Даже если он Великий Водный, весь в змейских интригах - особенно если он Великий Водный! Слезы закипали на глазах, а реветь нельзя - если черная сажа потечет по выбеленным щекам... нет, такого удовольствия она царевне-лягушке не доставит!
«Ненавижу! Всех, всех ненавижу! - запрокидывая голову, чтоб не дать слезам пролиться, думала Ирка. - Осталось решить, кого больше!»
- Прекрати немедленно! - прошипела сзади Танька, кандидатка то ли на первое, то ли на второе место в Иркином списке ненависти. - На меня мой парень, между прочим, тоже смотрит, а я терплю!
- Зачем вообще это было на себя напяливать? У нас есть платья от босоркань!
- А на бал ты в чем пойдешь? Пан Лун сказала, еще бал будет, - спокойно, будто ее не шатало под тяжестью наряда, возразила Танька.
Бал? Были уже балы в ее жизни, и каждый - каждый! - сопровождался такими неприятностями, что... ой! Впрочем, чего волноваться, когда неприятности у нее прямо сейчас!
- Я могла сделать наряд из... из чего угодно! Я уже у чертей так делала...
- Думаешь, змеев можно удивить чаклунством, да еще из их собственного змейского «чего угодно»? Мы из мира людей, из этого и надо исходить, - хмыкнула Танька, поглядела на злющую Иркину физиономию и вздохнула. - Вот не доверяешь ты мне! - упрекнула она. - Когда тебе делают продуманную гадость, избавиться от нее можно или силой, пли хитростью. Мы можем тягаться силой со всем родом драконов?
Ирка резко мотнула головой - она и с одним Айтом никогда силой тягаться не могла, даже и не пробовала.
- А хитростью со змеюкой, прожившей кто знает сколько тысяч лет? - добила Танька и тут же коварно улыбнулась и почти беззвучно шепнула: - У нас только один выход - в самый последний момент передернуть карты!
- Что вы там шушукаетесь? - Сзади раздалось звонкое цоканье каблучков, и мимо пронеслась царевна-лягушка, волоча упирающегося, как не желающий гулять бульдог, Богдана. - Нам сюда!
Высокие каменные двери распахнулись.
Ирка шагнула внутрь - и поняла, что ее кошмарное видение насчет хихикающих вслед змей начинает сбываться. В громадном зале оказалась куча обслуживающего змейского персонала: пестрые змеи-ямм с метелочками в хвостах смахивали пыль, замороченные делами ящерицы-сэв мчались куда-то, прижимая к груди коробки с. бумагами, а мелкие змейки балансировали подносами на головах. А еще под потолком мелькали крохотные пестрые дракончики, судя по зажатым в лапках свиткам исполняющие роль курьеров. И вся эта пестрая толкотня замерла, стоило девчонкам появиться на пороге.
На чешуйчатых мордочках сперва появилось изумление, потом откровенный ужас, а потом... шур-шур-шур! Весь обслуживающий персонал мгновенно дернул прочь, оставив гостей в совершенно пустом зале - только двери захлопали. И уже оттуда, из-за дверей, донесся взрыв дикого хохота!
- Ужас! Хуже, чем на портрете! Еще и с пестрым котом!
Вышагивающий впереди Мак сбился с лапы и виновато покосился на Ирку.
- На каком еще... портрете? - сквозь зубы процедила Ирка. Лучше бы она полезла в драку сразу! Лучше погибнуть в схватке с драконами, чем сдохнуть от их насмешек!
- Я же вас специально для этого сюда и привела. Так и знала, что вам будет интересно! - царевна-лягушка широким жестом обвела опустевшую залу и торжественно провозгласила: - Прошу, галерея драконоборцев!
На стенах, освещенные прозрачными трубками с пляшущими внутри молниями, красовались... портреты. Скульптурные бюсты и барельефы, тонкие акварели и выложенные самоцветами панно, совсем древние, как картинки из учебника истории, раздел «Древний мир», и более современные. Несмотря на различие времен и стилей, во всех портретах было что-то общее - они напоминали фотографии со стенда «Их разыскивает милиция».
- Я с ума схожу, или это Катигорошек, про которого у нас сказки рассказывают? - Богдан остановился перед выполненным в ассирийском стиле барельефом простецкой курносой славянской рожи, рядом небрежными ударами резца были очерчены контуры здоровенной дубины.
- Крылатые змеи считают, что врага, сумевшего справиться с их собратьями, стоит помнить. - Царевна пожала плечами, не понимая такого внимания к врагам.
С некоторым трудом Ирка узнала Сигурда - вырезанная из камня мордель выглядела еще более уголовной, чем в реальности. Чернокожий - наверняка Мамади из Вагаду. Сент-Джордж, вечный воитель, зверски скалился с византийской фрески, а яркий русский лубок демонстрировал аристократа Добрыню Никитича с физиономией дворового гопника. Рисунок на шелке даже изображал плывущую на облаке девицу в китайских церемониальных одеждах. Яоцзи, Нефритовая дева пуляла огнем из пальца, а с неба градом сыпались убиенные драконы.
- А у них еще ко мне претензии! - разглядывая портрет предшественницы, обиженно пробормотала Ирка.
- Сюда, сюда, вот! - поманила лукаво улыбающаяся царевна.
Ирка с удивлением покосилась на черно-белую групповую фотографию взвода десантников... И замерла перед последним, завершающим галерею портретом.
На ростовом полотне красовалось... существо. Кажется, женского пола - жилетку из лохматой шкуры распирала грудь размером как у Анны Семенович и Памелы Андерсон вместе. Зато мышцы на руках - как у Шварценеггера в лучшие годы. Черные кустистые волосы этой мечты сумасшедшего бодибилдера торчали во все стороны в классической прическе «ведьма в полете». Глазищи светились красным, как у зомби. Существо тянуло к зрителю когтистую лапу и жутко скалилось.
- Самого маэстро Кокатрикса полотно! - горделиво провозгласила царевна-лягушка. - Лучший художник Ирия!
- Очень... впечатляюще. - Ирку передернуло. - И кто это... такое... такая?
- А это Хортица, убийца драконов! - самым милым и нежным голоском проворковала царевна. - Хотя сейчас я думаю, что маэстро тебе польстил! - окидывая Ирку выразительным взглядом, припечатала царевна.
- Воображение всегда было моей сильной стороной! - раздался за спиной самодовольный голосок.
Ирка медленно обернулась, сжимая кулаки, чтоб не было заметно стремительно удлиняющихся когтей. Никого перед собой не увидела...