часть 11.
Боков откинулся на спинку стула, когда дверь кабинета открылась, и вошла Наталья с ворохом бумаг. Её лицо выражало усталость, но глаза горели азартом — она явно что-то нашла.
— Ну шо, Добровольская, есть раскладки? — Боков прищурился, убирая с пепельницы окурок.
Наталья положила материалы на стол и тяжело вздохнула:
— Мы нашли следы обуви в лесу, недалеко от места, где лежал мальчик. Но есть нюанс — следы не совпадают с обувью отца.
Боков наклонился вперёд, его взгляд стал сосредоточенным.
— Так я ж говорил, шо он не виноват. — Он цокнул языком, откидываясь назад. — И шо теперь? Следы вообще проверяли? Есть ли совпадения с кем-то ещё?
Наталья покачала головой:
— Пока нет, но мы продолжаем искать. Следы детские, но размер больше, чем у мальчика. Это странно...
Боков нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное.
— Значит, убийца мог быть подростком? Или... ребёнком постарше? — Он потер подбородок, его мысли уже уходили в другую плоскость.
— Не исключено, — подтвердила Наталья. — Но пока никаких точных данных.
Боков снова цокнул, стуча пальцами по столу.
— А шо вообще о мальчике известно? Узнавали, чем он увлекался? Может, с кем дружил, где пропадал?
Наталья кивнула:
— Мы поговорили с его школьными друзьями. Оказалось, он любил бегать в лес один. У него был маленький ножик, который он везде с собой носил — типа как трофей. Но никто не знает, зачем он туда ходил.
Боков поднялся, прошёлся по кабинету и остановился у окна, глядя на серое небо.
— Значит, надо выяснить, шо он там искал. Может, кто-то знал об этом. Если это не отец, то, возможно, кто-то из его окружения. — Он обернулся к Наталье. — Добровольская, найди мне список всех, кто знал пацана. Друзья, соседи, родственники, все. И проверь, не было ли у него конфликтов в школе.
Наталья кивнула и, собрав бумаги, вышла из кабинета, оставив Бокова одного.
Он ещё несколько минут стоял у окна, пытаясь связать всё воедино. Этот случай не давал ему покоя, но где-то в глубине души он знал, что правда близка. Нужно было просто копнуть глубже.