хочу тебя убить, потому что люблю
Кисаки:
— прошу тебя, дай мне пожить ещё...
Парень еле слышно стонал, он уже потерял голос и просил Такемичи хриплым голос дать ему жить. Он смог умолять его на коленях, потому что его гордость не позволяла ему этого сделать. Но даже так, его уродливое лицо само стало умолять Такемичи освободить того.
Такемичи:
— и как такое отродье общество могло мне понравится? Я считал тебя умным, но ты меня разочаровал. Ты глупее даже Кейске Баджи. Сдохни, тварь!
Кисаки:
— а вот с тем, глупый я или умный, ты провалил. Вспомни где мы находимся. Если ты меня убьёшь, мой труп обязательно увидят.
Такемичи:
— вот именно, что только труп и увидят. Мы сделаем из тебя прекрасный ужин. Они будут счастливы, как и я.
Кисаки:
— тварь здесь только ты, Ханагаки Нейл.
Кисаки схватился за шею парня и также начал его душить из последних сил. Но обстоятельства сделали Такемичи победителем. Такемичи первый кончил, задушив его. Он поднялся на ноги и посмотрел на труп. Мужчина на полу всё ещё дышал, хоть и прерывно. Глаза ещё не полностью закрылись, но руки и ноги уже давно перестали подчинятся, его тело и не смело подниматься.
Такемичи:
— живучая псина!...
Такемичи сразу смыл со своей кожи всю кровь и пошёл к себе в комнату. Там он переоделся и поправил причёску. Труп был давно вынесен им самим и заперт в надёжном по его мнению месте.
Такемичи вышел из ванной грустный. Он прижался к стене и скатился вниз. Поджав ноги к себе, он подумал о том, как было бы хорошо переродиться в другом мире и другом теле. Но вдруг его мысли прервал чей-то тихий хрип с другой стороны двери. Было слышно как кто-то прислонил свою тяжёлую ладонь к стене.
Кисаки:
— ты обрываешь со мной все связи?..
Парень промедлил с ответом услышав как тяжело говорит мужчина. Он сильнее сжал свои ноги и опрокинул на них свою голову, позволяя своим волосам закрыть его глаза от посторонних вещей.
Такемичи:
— нет. Мы ещё с тобой увидимся. Мы ведь... Вечные враги?...
Кисаки:
— а если я не хочу быть твоим врагом?...
Мужчина замолчал, сказав последние слова. Парень за дверью слегка удивился сказанному. Он немного расслабился и спокойно спросил.
Такемичи:
— что это значит?
Было видно как тяжело удается мужчине говорить эти жалкие слова, которые доводят парня до внутренней истерии и слёз. Но продолжал говорить. В душе ему казалось, что он очень виноват перед ним и готов был сорвать чтобы тот услышал его.
Кисаки:
— я хочу бросить всё.... И борьбу, и хулиганство, и банду, и даже Ханму...
Такемичи:
— нет! Ты не бросишь Ханму!... Ты обещал ему, ты будешь предателем и изменником. Разве ты готов на это пойти!? Конечно нет, ты ведь вечный трус. Я прекрасно помню как ты бегал за этой девчонкой в детстве, а спустя столько лет ничего не изменилось! Разве что, ты сам стал как женщина.
Разговоры прекратились. Такемичи сжалился над ним и смолк, дав ему шанс восстановить своё дыхание. Находясь за закрытой дверь, он всё равно мог отчётливо слышать как течёт с этого монстра кровь. Насколько же он его ранил, что даже спустя столько времени, он не может остановить кровь? Возможно Такемичи также не является человеком.
Такемичи:
— а знаешь, мы чем-то похожи.
Кисаки:
— правда?... Чем же?
Проговорил хрипя он.
Такемичи:
— ты готов мучить людей до такой степени, что они сами умоляют тебя на коленях дать им умереть. Но когда ты видишь перед собой кого-то тебе близкого и родного ты делаешь всё, чтобы он не узнал о тех людях, которым ты причинил боль и вред. А я же мучаю только себя и стараюсь не рассказывать об этом близким и родным. Мы будто два чудовища, что выбрались из дикого леса, чтобы научиться быть людьми.
Кисаки:
— хреново у нас это как-то получается, не так ли...
Такемичи:
— ты прав, никто кроме нас не может так успешно провалить это задание.
Кисаки:
— В те когда мы были вместе, тебе не казалось, что наши дни стали более стабильнее и даже нормой для обычного человека?
Такемичи:
— хах... Хочешь сказать, что мы может дополнять друг друга своими недостатками. Идеальная пара, два монстра, так ещё и геи...... Обещаешь в следующей жизни жениться на мне?
Кисаки:
— я клянусь, что женюсь на тебе. Хочешь ты этого или нет. Ты будешь моей женой.
Такемичи:
— тогда... Если мы по настоящему будем жить вместе, нам надо будет купить две машины. Я не позволю тебе возить меня. У меня самого есть права.
Кисаки:
— права, водительские? Хаха, ну тогда надо будет. Ещё детей из дет дома брать не придется.
Такемичи:
— ага,
Вместе:
— нам и своих отпрысков вроде Манджиро хватает.
Такемичи:
— кстати, что ты думаешь о Манджиро?
Кисаки:
— я?... "Что я думаю о нём?"... Я думаю тебе не надо с ним связываться или более того, сближаться. Да и вообще иметь дело с гопниками плохая идея.
Такемичи:
— пока что они мне нужны. И я буду вертеться возле них до того времени, пока они не перестанут быть мне нужными. Я просто использую их, я одолжу их физическую силу и работу на какое-то время.
Кисаки:
— ....
Такемичи:
— ничего не говори, на твоём месте я бы тоже промолчал.
Такемичи встал и медленно открыл дверь. Кисаки начал падать вниз от потери сознания, но Мичи успел того подхватить. Взяв того за плечи, он медленно притянул поближе к себе. Какое-то время Мичи просто перебирал поди волос Кисаки, что прилипали к его лицу.
Ран:
— Такемучи, мы идём все за покупками в хозяйственный. Будем ждать тебя там.
Такемичи:
— я не смогу пойти с вами, я занят.
Ран:
— .... Всё же приходи, если успеешь закончить до семи вечера.
Такемичи:
— ....
Ран не став дожидаться ответа, вышел. Такемичи же в свою очередь, аккуратно понёс человека на его руках к углу ванной, а сам вышел. Пришёл он уже со своими свободными вещами, для Тетты. Кисаки продолжал лежать без сознания и дожидаться, пока Мичи не сможет закончить его раздевать. Такемичи его помыл и одел. Мичи довольный стоял перед спящим Кисаки с феном и нежно перебирал его волосы, суша каждую волосинку на его голове. Такемичи очень понравилась необычная текстура его волос и их цвет. Как бы ни странно это не звучало, но даже будучи без сознания, его брови взбиты в кучу.
Такемичи осторожно понёс его на свою огромную кровать и уложил того спать. Прикрыв одеялом его, он побежал на кухню. Там ему понадобилось пару часов, чтобы приготовить Кисаки съедобный ужин. Покормив, он ушёл, оставив его одного.