Deviangel

Со смерти Бэкхёна прошло две недели, за это время Чонгук стал более холодным и равнодушным. Ангельская сущность в парне, кажется,взяла отпуск. Потому что убивать он стал больше, безразличней и равнодушней. Удовольствия ему это все еще не приносило. И убив очередную жертву на своё день рождение, которое кстати сегодня, он понял, что убивать совсем не приносит ему наслаждение. Чон делает это для галочки и больше не чувствует вины или сожаления. И братья стали замечать это.Тэхён же, зная сущность Гука,не мог понять, его резкую перемену. Но просто списывал все на стресс, из-за смерти брата. А Чон же лишь вредил. То человека случайно убьет без ведома отца, то с одним из охранников или братьев подерётся. А отцу это не нравилось. Но сказать он ему ничего не мог, поэтому придумав справедливое наказание, и обсудив его со старшим сыном, позвал к себе Чонгука.

Из комнаты отца, Чон вышел без настроения. Как это вообще допустимо? Отправить дьявола, тоесть своего ребенка на землю в качестве "подарка" на день рождение. Но Гук не мог спорить, поэтому просто пошел проёбывать время до вечера. Ведь именно вечером, дьявол и будет доставлен на землю. Но отец так же сказал, что за плохое поведение, он отправит Гука не просто отдыхать. А с порцией наказания. Но что на наказание, не сказал. Не то, чтобы Чону было дело до него, но любопытство присутствовало. И единственным правильным решением провести остаток дня с пользой для Чонгука было провести его в борделе. Не один естественно, а со специалистами в этом деле, Чимином и Юнги. Тэхён же, по непонятным причинам, решил остаться дома. Даже не провести может последний день с родным братом? Ха, а Чонгук еще считал его милым. И вот, заходя в уже давно надоевшее место похоти и разврата, Чон понял, что ему все это надоело. Иногда хотелось, просто обычной жизни, с обычным человеком и без всей этой херни. Но быстро откинув эти мысли в сторону, вместе с мещающей кожанкой, Чоны сели на диван. Как не удивительно, но в этом месте присутствовали не только девушки, но и парни, что заметно радовало Юнги. И спустя мгновенье, Юн уже лизался с каким то парнем, чем доставлял массу отвращения Чонгуку. А вот Чимину было все равно. Он словно посидеть сюда пришел. Не смотрел ни на кого, не общался, на заигрывание девушек отвечал холодно. Чон бы подумал что Мин тоже из "этих", но парней он тоже игнорировал, но не всех. Некоторых он прямым текстом посылал нахуй. Кто то обиженно уходил, а кто то пытался неудачно пошутить, за что мог получить в нос.
– Эй, Хён, с тобой все нормально? - поинтересовался Чонгук, после очередного холодного отказа Чимина на заигрывание довольно симпатичной девушки
– Да... Просто я не хочу всего этого - ответил Чимин рассматривая кожаную обивку дивана и водя по ней крохотным пальчиком. С виду и не скажешь, что Чимин кровожадный убийца. Он выглядил таким маленьким и милым, что даже и представить его в роли демона было сложно.
– А зачем тогда пришел сюда? - внимательно осматривая интерьер борделя спросил Чон
– Чтобы попрощаться с Юнги Хёном и тобой - как то грустно ответил Мин, и впервые за все время проведенное тут, посмотрел на Гука - Я еду вместе с тобой, Гуки. Но нас, скорее всего, поместят в разные города. А я хотел провести последние дни тут не так, не в этом месте. - Чонгук заметил, как погрустнел Чимин, поэтому взяв его крохотную лапку в свою, он встал с дивана
– Мы уходим. А Юнги Хён.. Хм, просто забей на него. Он сам выбрал это. - Чонгук повел Хёна к выходу, игнорируя всех, кто пытался дотронуться до них по дороге. А желающих было немало.
– Куда мы идем? - спросил Чимин, когда они наконец вышли из здания
– Веселиться, Мин. Мы идем отмечать моё день рождение, Хён! - Чон улыбнулся и отпустил руку старшего
– Пойдем бухать? - ухмыльнулся Чимин и после такой же ухмылки Гука, парень без слов повел его проводить последнее день рождение вместе.

Горький алкоголь и безудержное веселье. Парни даже не заметили, как раздраженный Юнги Хён выволакивает их из какого то бара, не громко ругая за самовольность, и угрожая, что после такого отец их отправит в город навсегда. Но Чонам было все равно. Им было весело и хорошо, а это самое главное. А дальше все как в тумане. И последнее что помнит Гук это то, как его с ног до головы облили холодной водой. Чтобы, как они выразились, отрезвить. Резко распахнув глаза, Чонгук увидел перед собой Тэхёна, который держал в руках пустое ведро.
– Ты чего?! - раздраженно спросил Гук, вытирая мокрые глаза. Рядом с ним сидел Чимин, а за Тэхёном на диване Юнги и их отец.
– Меньше пить надо было. - тихо, но довольно четко сказал Тэ и отошел, открывая отцу взор на двух, полу трезвых или полу пьяных сыновей.
– Ну что, алкашня, пора навестить землю - сказал Отец вставая с кровати и подойдя к ним, давая по стакану воды. Парни же схватили стаканы и залпом выпили всю воду, не обращая внимания на какой то странно горький вкус. Сейчас им было это необходимо. Выдохнув с облегчением, они облокатились об спины друг друга и вслушались в строгий голос отца
– Помните я говорил про наказание. Так вот, оно будет не очень сложным. У каждого из вас, будет два месяца, чтобы найти свою истинную или истинного. Если же вам это не удастся, вы умрете. - после этих слов, Чонгук широко распахнул глаза и посмотрел на отца, который стоял к нему спиной. Тоесть как это умрете? Совсем? – У вас будет знак на запястье, который будет невыносимо гореть, когда вы встретите того самого человека. Но вам не просто нужно его найти. Вам нужно заставить его полюбить вас такого какой вы есть. Дьявола. Без притворства и обмана. И вы сами должны будете полюбить этого человека. Необходимые жизненные условия у вас будут. Вы очнетесь и таймер начнет идти. У вас будет ровно два месяца. Но я пожалею вас и не буду разлучать. Все таки вы еще маленькие, чтобы выжить один на один с этим ужасным миром – отец ухмыльнулся, и в комнате повисла гробовая тишина, которую разрушил голос отца, и тихие всхлипы Чимина – Если вы думали, что тут Ад, то глубоко ошибались.
Сознание Чонгука начало мутнеть, и он с трудом мог разбирать слова отца, что уже было говорить о картинке перед глазами. Все плыло, и Чон закрыл глаза. В ушах начало звенеть, и парень широко распахнул глаза, но было темно. Словно вечер резко сменился глубокой ночью без капли света. И последнее что услышал Чонгук, были слова Отца
– Ты так долго притворялся тем, кем не являешься, что сам не заметил, как притворство переросло в правду, Чонгук.