Позавчера
Волчий месяц завывает за окном вьюгами и звериным голосом, плачет, крупными мокрыми снежинками покрывая затвердевший наст. Неуютно. Ночь Имболка должна быть иная — светлая, с яркой луной и россыпью звезд по небу...
Время к полуночи, пора уже встать с теплого места у очага и выйти в овин, проверить овец, а после в закутке посмотреть хлеб с маслом на маслобойке — мало ли, вдруг брауни* перевернул: младший брат успел того рассердить прошлой ночью.
Но все оставалось на месте: и овин, и овцы, и маслобойка с хлебом.
Брауни надо заплатить за труды и заботу: на блюдечко у очага положить свежую лепешку с травами, налить в небольшую крынку сливок, а там, как закончу дела, какие могу, придет пора спать ложиться. Но сперва рубаха — рубаха не дошита, а завершить надо.
По вороту стежок к стежку ложится голубыми нитками замысловатый узор — переплетение трав, звериных следов и, коли иголка к крупной — одной из пяти — бусин подойдет, вокруг обшиваю ту лепестками, похожими на левкой.
Глаза слипаются. Из рук падает шитье...
Голос тихий...
Шаги за окном. Легкие...
— Хозяйка, открывай гостям, идем с нами танцевать. Богиня Бригита идет по полям, зовет с собой приветствовать весну!
Оборачиваюсь, чтобы в окне увидеть фэйри* — лицо узкое, как клинок, разукрашенное разводами травяного сока и татуировками вайды; белые волосы собраны сзади в высокий хвост, открывая острые уши с золотыми и серебряными украшениями, а на плечах меховой плащ, под которым кожаная рубаха с кожаными же штанами.
— Заворожить вздумал, — улыбаюсь радостно, к дверям подхожу ближе.
— Ночь эта хороша, позволь, хозяйка, показать тебе распускающиеся звездоцветы...
Рукой за щеколду берусь, но медлю, словно другой голос, не такой мелодично-звонкий и нежный, как у гостя, но сильный и волевой в уши бьется:
Коль в волшебном лесу ты найдешь звездоцвет,
Убегай без оглядки иль доверься судьбе.
Бойся фей бессердечных, что в лесу том живут –
Их игры несут лишь страданья тебе...*
Отпускаю щеколду, чтобы отойти подальше. И как забыть могла, что звездоцветом любоваться нельзя — то к бедам.
Эльф за окном нетерпеливо переминается с ноги на ногу, улыбается мне, все еще надеясь выманить за порог.
— Сиди дома, светлая келла, шей рубаху, — голос все тот же властный заставляет отвернуться от окна, вернуться к работе.
— Не сегодня, мой друг, в Сид мне пока не время идти, — отзываюсь на ожидание гостя. Тот печально вздыхает, грозит кулаком кому-то за моей спиной и, подмигнув задорно, растворяется в воздухе.
Оборачиваюсь, чтобы нос к носу столкнуться с высокой златовласой девой. Та прочесывает пальцами длинные свои косы, лукаво смотрит, улыбаясь мягко, и, дождавшись поклона, фыркает довольно:
— А ты послушная, хоть часто и упрямая, как дикая кобыла. Может и выйдет из тебя толк...
Примечания:
Брауни — домашний дух, ночью помогающий доделать хозяевам или слугам то, что те не успели за день;
Фэйри — это не только феи, но и эльфы, да и волшебный народец вообще;
Nenia C'alladhan — Sternblumennacht (https://www.youtube.com/watch?v=Kh6eVsu-FJw)