4
ВЕЧЕР, КОГДА МАФИОЗИ СТАЛ ЧЕЛОВЕКОМ
После долгого рабочего дня т/и наконец вернулась в свою комнату.
Она была измотана.
Голова гудела от цифр и таблиц, руки дрожали от усталости.
Но расслабляться не успела — дверь вдруг открылась.
Не резко.
Спокойно.
Будто человек за дверью не хотел её пугать.
В проёме стоял Господин Кассар.
Но что-то было не так.
Он был без костюма.
Без галстука.
В простой чёрной рубашке, слегка расстёгнутой у воротника.
Таким она его ещё не видела.
Он выглядел... настоящим.
— Ты занята? — спросил он ровно.
— Я пыталась отдохнуть, — ответила т/и, скрестив руки. — Но, видимо, это не входит в мои права?
Он сдержанно вздохнул.
— Пойдём. Хочу поговорить.
Она подняла бровь.
— Мы не разговариваем. Мы только спорим.
— Сегодня не спор, — сказал он. — Разговор.
Секунду подумав, она всё же последовала за ним.
⸻
Он привёл её не в кабинет, не в зал собраний, а... в зимний сад.
Стеклянная комната, сплошь заполненная зеленью.
Тёплый свет, запах жасмина, мягкий ветерок от вентиляции.
Т/и замерла — не ожидала увидеть такое у главы мафии.
— Здесь... красиво, — сказала она тихо, почти невольно.
— Да.
Он сел на скамью среди растений и жестом пригласил её рядом.
Она села на расстоянии — не слишком далеко, но и не близко.
— Почему ты показал мне это место? — спросила она.
— Потому что здесь я могу говорить спокойно, — ответил он.
Его голос был низким, мягким... не таким, каким она привыкла слышать.
⸻
Он посмотрел на неё внимательно — не как на должницу, не как на часть контракта, а как на человека.
— Ты ненавидишь меня?
Она моргнула.
Прямой вопрос.
Без маски.
Без высокомерной интонации.
— Я... не знаю, — честно ответила она. — Я злюсь. Обиделась. Чувствую себя загнанной.
— Понимаю, — сказал он.
Она удивлённо посмотрела на него.
— Вы умеете понимать?
— Больше, чем ты думаешь, — спокойно сказал он.
Он на секунду опустил взгляд — словно собирался с мыслями.
— Ты видишь меня как монстра. Это нормально. Люди видят только силу. Но... никто не интересуется тем, что было до неё.
Т/и тихо спросила:
— А что было?
Он задумался.
А потом начал говорить — медленно, честно, без пафоса.
— Я вырос в районе, где выбора не было. Либо ты становишься сильным, либо исчезаешь. Я слишком рано научился защищаться. И слишком рано понял, что защищать других — это тоже сила.
Она слушала.
Не перебивала.
— Я создал «Монарх», чтобы контролировать хаос. Чтобы другие не делали глупостей, которые видел в детстве. Чтобы хотя бы какая-то часть преступного мира была под правилами, — он чуть улыбнулся. — Моими правилами.
— Жёсткими правилами, — заметила она.
— Но честными, — ответил он. — Я никогда не трогаю тех, кто не касается мира мафии. И не ломаю людей без причины.
Она прищурилась.
— А что насчёт меня?
— Ты оказалась в моей зоне ответственности, — произнёс он. — И я не собираюсь позволять, чтобы твоя жизнь закончилась из-за чужих ошибок.
Он говорил это ровно, но в голосе слышалось нечто, чего раньше в нём не было:
искренность.
Т/и замолчала.
Она не ожидала увидеть в нём человечность.
И она точно не ожидала почувствовать, как в груди немного смягчается злость.
Кассар повернулся к ней:
— Т/и... если я слишком давлю на тебя — скажи.
Она удивлённо моргнула.
— Ты... спрашиваешь моё мнение?
— Да.
— Почему?
— Потому что ты не боишься говорить правду. Мне это ценно.
Это прозвучало почти как признание.
Она отвернулась, чтобы скрыть, что ей стало теплее внутри.
— Ты пугающий, — сказала она.
— Я знаю, — спокойно ответил он.
— Но... сейчас ты... другой.
— Это настоящий я.
Между ними повисла тишина — не враждебная, а тяжёлая, тёплая... новая.
Он поднялся.
— Если захочешь поговорить ещё — скажи Софии. Я всегда найду время.
Он подошло к ней наклонился ближе посмотрел в глаза как будто спрашивая разрешение на поцелуй она смотрела на него и вот он поцелуй он был страстный но не чего больше просто она ответила ему на поцелуй когда закончился воздух они отстранилась
- спасибо что разрешила поговорить
- Пожалуйста
Он сделал шаг к выходу, но остановился.
— И, т/и...
Она подняла глаза.
— Сегодня ты была сильнее, чем сама думаешь.
И ушёл.
Оставив её одну в саду.
С теми словами, которые она не сможет выбросить из головы.