9
У Одноуса было тяжело на сердце, когда он шёл по мосту, чтобы навестить Дымушку у Двуногих. С тех пор как она сказала ему, что ждёт котят, жизнь в племени Ветра становилась всё хуже и хуже.
Грачик и другие молодые коты, ушедшие с ним, всё ещё не вернулись, и теперь уже мало кто надеялся, что когда—нибудь увидит их снова. Целители не получали от Звёздного племени никаких вестей о том, где могут находиться пропавшие коты, а предводители яростно спорили о том, кто виноват в том, что они ушли. Двуногие продолжали разрушать территории племён, их чудовища скрежетали по деревьям и скалам весь день, а иногда и ночь.
Страдало не только племя Ветра. Двуногие посягали и на другие племена. Грозовое племя и племя Теней теряли территорию, а уровень воды в реке падал, угрожая рыбам, которые были главной добычей Речного племени.
Ситуация действительно мрачная, подумал Одноус со вздохом.
Когда он добрался до гнезда Двуногой Дымушки, то обнаружил её лежащей на траве с крошечным белым котёнком рядом. Одноус подумал, что при виде его сердце разорвется от гордости и счастья. «Мой сын!»
Он спрыгнул в сад и подбежал к Дымушке. — Привет, — промурлыкал он, касаясь её носом. — Поздравляю! Он такой красивый.
— Он единственный из моего помёта, кто выжил, — промяукала Дымушка, в её глазах плескались любовь и печаль. — После нашего последнего разговора я погналась за тобой и потеряла ориентацию на болоте. У меня начались страшные боли, я легла в траву и прямо там родила. Мне никто не помог, даже мои домашние. Так что он для меня — всё. Мне ненавистна мысль, что Двуногий заберёт его у меня.
Однозвёзд уставился на неё. Его шкура потеплела от стыда. — Мне очень жаль, — сказал он. — Жаль, что я не знал. Я бы, конечно, помог тебе.
Дымушка на мгновение встретилась с ним взглядом, в её глазах была боль, но потом она с любовью посмотрела на котёнка.
— Пока что мои домочадцы выглядят очарованными им. Но я боюсь, что когда он подрастёт, они прогонят его.
— Но ты ещё сможешь видеться с ним, — успокоил её Одноус. — Кроме того, здесь, с Двуногими, у него будет лучшая жизнь, чем та, которую племена могут предложить ему сейчас.
— Тогда почему бы тебе не привести сюда своё племя, чтобы стать домашними или бродягами, если всё так плохо? — спросила Дымушка.
— Потому что мы коты племени, — ответил Одноус, стараясь говорить как можно увереннее.
Внутренне он должен был признать, что ему очень больно от того, что у него нет лучшего ответа для неё.
«Мы просто не можем этого сделать, как бы плохо ни обстояли дела в лесу…»
Вернувшись на болото, Одноус направился к новому лагерю племени Ветра. Старшие воины решили, что чудовища Двуногих слишком близко подобрались к старому лагерю, поэтому они раскопали заброшенную кроличью нору, подальше от места, где были отравлены кролики. Все надеялись, что там они будут более защищены от Двуногих чудовищ, хотя втайне Одноус считал это слабой надеждой.
Когда он бежал через лагерь, чтобы присоединиться к Белогрудке, он услышал, как Хмуролика бормочет Сумеричнице на ухо. — Я не знаю, почему мы так расходуем энергию, когда мы все так голодны.Сумеричница только пожала плечами, но Одноус понял, почему. Звёздный Луч хотел, чтобы они сделали всё возможное, чтобы выжить. Он старался не признаваться в своём страхе, что племя не сможет выжить, что им грозит уничтожение, если ничего не изменится.
Он отправился с Белогрудкой собирать мох и, как только вернулся, начал перетаскивать подстилку в одну из нор, чтобы сделать удобное гнездо для Звёздного Луча. Находясь внутри, он услышал шум в лагере, голоса котов звучали в смеси радости и гнева.
Что, во имя Звёздного племени, происходит?
Одноус вылез из норы и увидел, что большая часть племени собралась вокруг, когда Паутинник вошел в лагерь, а за ним последовали Совёнок и остальные члены утреннего пограничного патруля. Когда они приблизились, Одноус заметил знакомую шкуру. Кот, шедший у плеча Паутинника, был Грачиком.
От удивления Одноус открыл рот, он остановился и уставился на ученика. Остальные члены племени, казалось, тоже замерли, их восклицания затихли в тишине. На мгновение единственным звуком стало мурлыканье Хмуролики, когда она неистово вылизывала сына.
Грачик всегда был тощим котом, но сейчас он выглядел более упитанным, чем большинство его соплеменников. Одноус видел, как он был потрясён состоянием своего племени, оглядываясь вокруг широкими, неверящими глазами.
Хотя Одноус испытал облегчение, увидев его, он чувствовал, как внутри него нарастает гнев, словно тучи перед грозой. Как он посмел вот так исчезнуть, а потом войти сюда как ни в чём не бывало?
Паутинник явно разделял то же чувство. — Как ты мог покинуть своё племя в такое время? — потребовал он.
Прежде чем Грачик успел ответить, вокруг него сгрудилось ещё больше кошек, их глаза сияли приветствием. Очевидно, некоторые из племени были так рады видеть Грачика, что готовы были простить ему всё, что угодно. Одноус не присоединился к ним. Он всё ещё был слишком зол; ему потребовалось всё его самообладание, чтобы стоять на месте, а не наброситься с когтями на Грачика, словно на бродягу.
— Мы так рады видеть тебя живым и здоровым! — воскликнула Белогрудка. — Но где ты был?
— Да, расскажи нам, что случилось, — добавил Корноух.
До сих пор Грачик молчал, только приветствовал свою мать. Теперь же он огляделся по сторонам, и в его мордочке появилось что—то такое, что подсказало Одноусу, что он должен сообщить серьезную новость.
— Где Звёздный Луч? — спросил он. — Мне нужно сначала поговорить с ним.
— Здесь, — Звёздный Луч заговорил из глубины толпы, и коты попятились, чтобы дать ему пройти, пока он не оказался перед Грачиком, который почтительно склонил голову перед своим предводителем. — Племя Ветра приветствует тебя, Грачик, но я надеюсь, что у тебя есть веские причины для того, что ты сделал.
— Очень веская причина, Звёздный Луч, — ответил Грачик. — Мы можем поговорить наедине?
Предводитель отрывисто кивнул и повёл его к норе, которую приготовил для него Одноус.
Как только они скрылись из виду, начался шумный разговор. Увидев Белогрудку рядом с собой, Одноус издал раздраженное шипение. — Я бы хотел оторвать уши этому глупому меховому комочку! — прорычал он.
— О, не будь к нему слишком строг, — пробормотала Белогрудка, касаясь носом уха Одноуса.
— Давай сначала узнаем, что он хочет сказать.
— Лучше бы это было что-то стоящее, — фыркнул Одноус, шевеля ушами, словно мог отогнать Грачика, как назойливую муху. — Я иду на охоту. Идёшь?
***
— Пусть все коты, достаточно взрослые, чтобы самим ловить добычу, соберутся здесь, в центре лагеря, на собрание племени!
Одноус услышал голос своего предводителя, когда возвращался в лагерь, с пустыми лапами. Белогрудка поймала крошечную землеройку, которая едва ли стоила того, чтобы нести её обратно.
Звёздный Луч стоял в центре скопления своих соплеменников, рядом с ним был Грачик.
Одноус и Белогрудка проскользнули в заднюю часть толпы.
— Я выслушал рассказ Грачика, — начал Звёздный Луч. Его волнение было понятно Одноусу, который снова задумался над тем, что же рассказал ему Грачик. — Я решил, что должен отправиться к Лунному камню, спросить Звёздное племя, что мне делать.
Одноус обменялся взглядом с Белогрудкой, а коты вокруг них подняли ропот удивления. Предводитель совершал путешествие к Лунному камню только в очень трудные времена.
«Ну что ж, беда больше, чем сейчас вряд ли будет, — размышлял Одноус. — Надеюсь, история Грачика была действительно важной, а не выдуманной им».
Корявый выступил вперёд из толпы.
— Хочешь, я пойду с тобой, Звёздный Луч?
Предводитель покачал головой. — В обычное время я бы согласился, Корявый, но сейчас, думаю, от тебя будет больше пользы здесь, — Звёздный Луч колебался, оглядываясь по сторонам.
— Одноус. Одноус здесь?
— Здесь, Звёздный Луч, — позвал Одноус.
— Я бы хотел, чтобы ты тоже пошёл.
Одноус огляделся в поисках Чернохвата, удивляясь, почему Звёздный Луч не выбрал своего глаштая, чтобы сопровождать его, но пестрого бурого кота не было видно.
— Чернохват на охоте, — пояснил Звёздный Луч, прекрасно понимая причину нерешительности Одноуса. — И я не хочу ждать его возвращения.
— Тогда, конечно, я пойду с тобой, Звёздный Луч, — мяукнул Одноус, гордость за то, что его выбрали, немного подняла ему настроение.
Одноус прижался к плечу Звёздного Луча, и оба кота направились через болото в сторону большой Гремящей Тропы. Тощая фигура Звёздного Луча, неуверенные шаги, а также то, как учащалось и сбивалось дыхание, когда тому приходилось взбираться на холм, заставляли Одноуса остро ощущать слабость своего предводителя.
«Ему следовало бы отдохнуть в лагере, — с тревогой подумал Одноус. — А не проделывать этот трудный путь из—за того, что сказал ему этот блохастый ученик».
Уже долгое время Одноус старался заботиться о своём предводителе как мог: уговаривал его есть и отдыхать, брал на себя мелкие поручения при любой возможности. Он знал, что никогда не станет глашатаем или предводителем. Его лапы не были направлены на этот путь, и он был рад этому. Когда он слушал, как Звёздный Луч принимает трудное решение, или наблюдал, как Чернохват каждый день справляется с обязанностями племени, он испытывал облегчение от того, что у него никогда не будет таких обязанностей. Но, по крайней мере, он мог хоть немного помочь племени, делая всё возможное, чтобы их предводитель был в безопасности, поддерживая его в непосильной задаче вести племя через эти трудные времена.
Поначалу Звёздный Луч говорил мало, казалось, погрузившись в глубокие раздумья. В конце концов, когда в поле зрения появилась Гремящая Тропа с ревущими чудовищами, он обратился к Одноусу.
— Скажи, что, по—твоему, должен делать предводитель с необычной историей одного из самых доверенных котов? — спросил он.
Он всё ещё доверяет Грачику после того, что тот сделал? Одноус был крайне удивлён. Правда, как ученик он заслуживал доверия. Тревога на мгновение охватила его, когда он задался вопросом, что Грачик сообщил такого, что заставило Звёздного Луча задать этот вопрос.
У Звёздного Луча такая трудная ноша, размышлял он. Предводитель назвал историю Грачика необычной, но в эти отчаянные времена он, похоже, был готов её рассмотреть. Одноус не решался дать совет — он не был глашатаем племени или его целителем, но утешал себя мыслью, что, что бы он ни сказал, Звёздный Луч примет окончательное решение с помощью Звёздного племени.
— Я не уверен, — наконец ответил он. — Есть ли у него причины лгать?
Звёздный Луч глубоко вздохнул, и Одноус заново осознал, насколько он измотан. — Нет, — пробормотал предводитель, качая головой. — Это просто бессмысленно, вот и всё.
— Тогда, полагаю, ты должен рассудить, — ответил Одноус. — В конце концов, твоя мудрость всегда шла на пользу племени Ветра.
Звёздный Луч Одноуса встретился с ним взглядом, казалось, его слова тронули его, затем кивнул. — Ты хороший воин, — сказал он. — Всегда ли ты будешь таким рассудительным?
Одноус удивлённо моргнул.
«Почему он спрашивает меня об этом?»
— Да, конечно, — пообещал он, борясь с нахлынувшим чувством вины при воспоминании о тех случаях, когда он не всегда использовал свои суждения на благо племени. А Звёздный Луч знает об этом? — По крайней мере, я сделаю всё, что в моих силах, — добавил он.
— Спасибо, — выдохнул Звёздный Луч.
Через Гремящую Тропу земля начала подниматься, склон был гораздо круче, чем на болотах племени Ветра. Трава уступила место тонкой, зернистой почве, а кое—где и вереску. Над головами котов на фоне неба вырисовывались скалы, похожие на ряд зазубренных зубов.
Одноус не ходил на Высокие Камни с тех пор, как был учеником, совершая путешествие, которое совершает каждый кот, прежде чем стать воином. Он и забыл, насколько тяжелым был этот подъем: голый камень твердел под их лапами, а пронизывающий ветер грозил сбить их с лап. Одноус не знал, как Звёздный Луч справляется с этим. Когда они достигли зияющей пропасти Материнского Истока, предводитель опирался на его плечо, и каждый вздох давался ему с трудом.
— Отдохни немного перед тем, как войти, — предложил Одноус.
Звёздный Луч покачал головой. — Это слишком срочно, Одноус. Нужда племени слишком велика.
— Тогда позволь мне пойти с тобой, — взмолился Одноус, тревога за своего предводителя росла с каждым ударом сердца.
— Это то, что я должен сделать один, — ответил Звёздный Луч.
Он глубоко вздохнул, поднял голову и хвост, а затем бесстрашно шагнул в тёмный туннель. Одноус увидел, как на мгновение мелькнули белые части его шкуры, а потом он исчез.
Одноус устроился за пределами пещеры, нетерпеливо работая когтями и желая найти себе занятие по душе. Он подумал об охоте, но среди этих бесплодных скал не было бы никакой добычи. Кроме того, это было бы неуважительно по отношению к Звёздному племени, учитывая, что никому не разрешалось есть во время путешествия сюда. Наконец он поднял голову и взглянул на небо, где дневной свет всё ещё скрывал от его глаз воинов Звёздного племени.
«Я не предводитель и не целитель, — взмолился он, — и я не понимаю, почему это происходит с моим племенем, но, пожалуйста, Звёздное племя, покажи нам, что делать. Это не может быть Твоей волей, чтобы мы были уничтожены. Направь наши лапы на правильный путь».
Наконец, когда Одноус начал сомневаться, не погиб ли его предводитель в туннелях, Звёздный Луч, пошатываясь, вышел на открытое место и прислонился к ближайшему камню, делая огромные, задыхающиеся вдохи.
— Звёздное племя говорило с тобой? — обеспокоенно спросил Одноус.
Прошло несколько мгновений, прежде чем Звёздный Луч смог ответить. — Да, они даровали мне видения, — наконец мяукнул он. — Ужасные, страшные видения Двуногих чудовищ, ломающих деревья и разрывающих болото. Остановить это невозможно. Мы должны уйти, — он сделал ещё один глубокий вдох. — Но куда мы можем пойти? — спросил он с отчаянием в голосе. — Неужели для каждого в племенах найдется новый дом?
Вскоре Одноус вспомнил вопрос Дымушки. Почему бы не пойти к Двуногим? Но тут же отбросил эту мысль. Даже если быть домашним — лучшая жизнь, взять с собой всех не получится. А из слов Звёздного Луча следовало, что все они в опасности.
Звёздный Луч вздохнул и встряхнул свою шкурку. — Пойдём домой, — мяукнул он.
К тому времени как Звёздный Луч и Одноус вернулись в импровизированный лагерь, солнце уже село. Чернохват вернулся с добычей.
— Хорошая добыча, — сказал Одноус, садясь рядом с Белогрудкой, чтобы съесть кусочек, который был его долей.
— Действительно здоровая добыча.
— Где Чернохват нашел его? — спросил Белогрудка. — Может быть, завтра мы снова сможем там поохотиться.
Звёздный Луч печально покачал головой. — Не спрашивай, — пробормотал он.
Одноус посмотрел на Белогрудку и увидел отражение собственной тревоги в её глазах. Быстро оглядевшись по сторонам, Белогрудка наклонилась к нему. — Я могу сказать, что ты думаешь о том же, о чём и я, — прошептала она. — Чернохват
охотится на территории другого племени, а Звёздный Луч позволяет ему это делать!
Одноус почувствовал жар под своей шкурой, стыд одолевал его. Он никогда не рассказывал Белогрудке о своих тайных охотничьих патрулях с Чернохватом. — Я... уже знал это. Я надеялся, что у нас это не войдёт в привычку, — признался Одноус. Он знал, что Звёздный Луч спокойно принял совет Чернохвата и приказал своему глашатаю продолжать работу. Белогрудка была права: где ещё они могли найти достаточно добычи, чтобы прокормить племя? И всё же, не в силах разобраться в собственных чувствах по поводу патрулей, Одноус намеренно избегал своего предводителя и глашатая, когда они пытались отвести его в сторону, чтобы поручить ему охоту на территории другого племени. Через несколько дней оба перестали к нему приставать.
Одноус не мог заставить себя сказать Белогрудке, что он когда—либо был частью этого, как только увидел неодобрение в её глазах. — Мы должны что—то сделать, — слабо закончил он.
— Не это, — Белогрудка решительно вильнула хвостом.
— Должно быть другое решение. Мы воины с честью, а не отъявленные бродяги, жаждущие получить всё, что смогут.
Одноус не мог с ней не согласиться, но в основном он сочувствовал Звёздному Лучу. Здесь нет хорошего выбора.
Когда все коты закончили свою скудную трапезу, Звёздный Луч поднялся на лапы и позвал Грачика подойти и встать рядом с ним. — Пришло время тебе рассказать племени, что именно произошло во время твоего путешествия.
Грачик сделал небольшую паузу, прежде чем начать говорить. Одноус подумал, не нервничает ли тот. Должен был бы, после того как вот так заблудился! Потом он увидел напряженное выражение в голубых глазах ученика и понял, что то, что он должен рассказать, настолько важно, настолько весомо, что ему трудно подобрать слова.
— Звёздное племя послало знак четырём котам, — начал наконец Грачик. — По одному коту от каждого племени. Я был избран от племени Ветра, а другие — Ежевика из Грозового племени, Рыжинка из племени Теней и Ласточка из Речного племени.
Одноус подумал, что голос его слегка дрогнул, когда он называл имя последней кошки, но ученик быстро оправился и продолжил.
— Колченогий говорил со мной во сне и сказал, что в новолуние я должен встретиться с тремя другими котами и послушать, что скажет нам полночь. Мы встретились у Четырёх Деревьев и ждали полуночи, но никакого послания не было.
— Минуточку, — прорычал Чернохват. — Мы знаем, что в это ваше путешествие отправились шесть котов. Ты упомянул только четырёх.
— Только четверо из нас получили послание из Звёздного племени, — пояснил Грачик. — Но Ураган пришёл от Речного племени, потому что он был братом Ласточки и не хотел отпускать её одну, а Белочка пришла от Грозового племени, потому что... ну, потому что она — Белочка.
В племени слушателей поднялся благодарный ропот. Большинство из них знали своенравную ученицу Грозового племени; если Белочка хотела куда—то попасть, она не позволяла даже Звёздному племени встать у неё на пути.
— Потом Ежевика увидел ещё один сон — о водной глади, такой большой, что не было видно края, — продолжал Грачик. — Каждую ночь солнце тонуло в ней.
— Тонуло солнце? — Сумеричница не поверила. — Да ладно, Грачик. Даже котёнок знает, что солнце не может утонуть.
— Утонуло, исчезло, неважно, — раздраженно отмахнулся хвостом Грачик. — В общем, Ежевика думал, что Звёздное племя велит нам пойти к этому солнцу. Он узнал от Горелого — знаете, ученика Грозового племени, который живёт в сарае с Ячменем, — что это было реальное место, и Горелый имел представление о том, как его найти. Ну, в конце концов, все мы ушли. Нам пришлось очень нелегко, скажу я вам! Собаки, Двуногие, крысы... Но всё это неважно. Важно то, что мы нашли то самое место. Это было потрясающе. Ужасающе. Земля заканчивалась отвесными скалами с пещерами, а внизу была... вода. Волны обрушивались на скалы, засасывая их, и так без конца. Ежевика упал в воду, и он бы утонул, если бы Белочка не спасла его.
— Что же произошло потом? — спросила Зарянка.
— Ну, после того как Ежевика и Белочка выбрались, — продолжил Грачик, — мы оказались в пещере и стали думать, что делать дальше. Там мы встретили Полночь.
— Вы встретили полночь? — спросил Корноух. — Грачик, это сказка для котят?
Грачик издал слабый смешок. — Вы совершаете ту же ошибку, что и мы. Мы думали, что Звёздное племя имеет в виду середину ночи. Но мы ошибались. Полночь — это барсук. Так её зовут.
Племя разразилось изумленными возгласами.
Одноус обменялся изумленным взглядом с Белогрудкой. — Они встретили барсука по имени Полночь? — мяукнул он. — И выжили, чтобы рассказать об этом?
— Она напугала нас, — признался Грачик, не обращая внимания на шум. — Но оказалось, что Полночь — наш друг. Она рассказала нам...
— Рассказала? — мех на плече Чернохвата зашевелился, когда он рыкнул на своего ученика. — Теперь я знаю, что ты лжешь. Мы не можем понимать барсуков!
— Я не лгу! — ответил Грачик, глядя на своего наставника. — Полночь не была обычной барсучихой. Она могла говорить с нами и даже знала о Звёздном племени.
— Она знает Звёздное племя? — воскликнул какой—то кот из толпы.
Хмуролика вытянула хвост и успокаивающим жестом положила его на плечо Чернохвата. — Я верю Грачику, — мяукнула она, — и не только потому, что он мой сын. Спросите себя, Чернохват, какой кот стал бы рассказывать такую историю и ожидать, что ему поверят, если только это не правда?
Чернохват фыркнул, его шерсть постепенно разлеглась обратно.
— Отлично. Продолжай, — пробормотал он Грачику.
Молодой кот вздохнул и начал снова. — Полночь сказала нам, что Двуногие уничтожат наши территории и что все племена должны будут уйти. Она отправила нас к нашим племенам, чтобы мы передали им её сообщение.
Одноус видел сомнение своих соплеменников, но он чувствовал, как каждый волосок на его шкуре поднимается в ответ на странность, совершенно не совпадающую в его опытом. — Это то самое видение, которое Звёздное племя послало Звёздному Лучу на Лунный камень, — пробормотал он Белогрудке. — Должно быть, это правда.
— Но как мы можем уйти? — спросила Белогрудка. — Куда мы пойдём?
— Полночь обещала нам место с холмами, лесами и бегущими ручьями, — ответил Грачик. — Новый дом, где мы могли бы жить в мире.
— Ах, если бы только... — вздохнула Росинка.
— Это всё очень хорошо, — хмыкнул Овсоус, сидя рядом с Росинкой. — Но этот твой барсук сказал тебе, как его найти?
— Да, перед тем как мы ушли, Полночь дала нам знак, — Грачик кивнул на старейшину, объясняя своим соплеменникам. — Она сказала: «Когда вернётесь, встаньте на Великую скалу, над которой сияет Звёздное племя. Умирающий воин укажет путь».
— Что это значит? — спросил Паутинник, скривив губы. — Один из нас умрёт, если мы пойдем к Великой скале?
— Сомневаюсь, что всё так просто, — ответил Корявый; до сих пор целитель слушал молча, хотя Одноус видел на его морле пристальный интерес. — Что бы ни означал «умирающий воин», это какая—то кошка или что—то вроде того, кто знает, куда мы должны идти.
— Никто ещё не сказал, что мы куда—то идём, — прорычал Чернохват.
Среди членов племени разразился хор споров, некоторые соглашались с Чернохватом, некоторые готовы были с ним спорить. Звёздный Луч немного подождал, затем поднял хвост в знак молчания. — Грачик, продолжай свой рассказ, — мяукнул он.
— Я должен рассказать ещё кое—что, — продолжал ученик. — Мы отправились обратно другим путём, через горы, и там встретили еще одно племя, только они называли себя Кланом. На них напал огромный лев, которого они называли Острозубом. Каждый день он убивал одного или двух из них, — он вздрогнул. — Я чуть не погиб там. У них есть своё Звёздное племя, — продолжал он, — и они послали пророчество, что серебряная кошка спасёт их от Острозуба. Этой кошкой была Ласточка. Она убила Острозуба и спасла мне жизнь, но при этом умерла. Мы провели бдение по ней и похоронили её там, в горах, — его голос прервался, и он склонил голову. — Потом мы вернулись домой.
Одноус сжался от горя. Он не знал близко Ласточку, но она была храброй и верной воительницей Речного племени. Приглушенный ропот вокруг него говорил о том, что его соплеменники чувствуют то же самое. И она, очевидно, много значила для Грачика. На мгновение он остро ощутил тепло Белогрудки рядом с собой и то, как её шкура касается его.
«Что бы я делал, если бы потерял её?»
Надвигалась ночь, котов почти не было видно, только блеск их глаз в темноте. Но никто и не думал уходить в своё логово. История Грачика держала их вместе.
«Мы находим силу друг в друге, — подумал Одноус. — Вот что значит быть племенем!»
Звёздный Луч снова вышел вперёд и обратился к племени. — Это странная история, — начал он, — но я должен сказать вам, что верю в неё. Ранее сегодня я ходил к Лунному камню, и Звёздное племя показало мне именно то, что только что рассказал вам Грачик: Двуногие разрывают всю нашу территорию своими огромными монстрами, не оставляя для нас места. Мы должны уйти, и поскорее.
— Что? — Паутинник вскочил на лапы. — Мы жили здесь сезон за сезоном. Неужели мы позволим нескольким Двуногим изгнать нас?
— Паутинник, если ты знаешь, как их остановить, то поделись с остальными, — сухо произнёс Звёздный Луч. — Я не верю, что у нас есть выбор.
— Но куда мы пойдём? — спросила Сумеричница.
Белогрудка задала тот же вопрос, и Одноус пожелал, чтобы он мог на него ответить. Несмотря на то, что Звёздный Луч рассказал ему ту же новость ранее, он всё равно был потрясен рассказом Грачика до кончиков когтей. Но по мере того, как он слушал отчаянные вопросы своих соплеменников и попытки Звёздного Луча ответить на них, его удивление ослабевала, и постепенно на него накатывала покорность.
— Если Звёздное племя говорит нам, что для этой территории действительно наступил конец, — мяукнул он, — то нам следует поторопиться и покинуть её, пока у нас ещё есть силы добраться до нашего нового дома.
— Одноус прав, — согласился Корноух. — Мы ведь верим Грачику, не так ли? — по племени прокатился ропот одобрения. — Поэтому мы должны решить, что будет дальше.
Его слова и слова Одноуса, казалось, успокоили племя, хотя многие всё ещё сомневались.
— Но сможем ли мы пережить такое путешествие? — спросила Хмуролика. — Посмотрите на нас! А ведь скоро начнётся листопад.
— А что будет дальше? — спросил Чернохват.
— А если мы не найдем этот так называемый знак? А как же другие племена?
— Мы — другие коты и я, те, кто путешествовал... — Одноус подумал, что ученик выглядит смущенным, говоря о группе котов из других племён как о «нас». — Мы договорились встретиться у Четырёх Деревьев завтра вечером и взять с собой наших предводителей, если получится. Ты придёшь, Звёздный Луч? — закончил он, обращаясь к своему предводителю.
Звёздный Луч наклонил голову.
— Обязательно. И я верю, что если Звёздное племя говорит нам уходить, значит, это возможно, — мяукнул он, заглушая все возражения взмахом хвоста. — Завтра я разыщу этот знак. А до тех пор мы должны выспаться. И пусть Звёздное племя пошлёт нам хорошие сны.
***
Ещё один день бесплодной охоты подходил к концу. Одноус смотрел, как исчезают с неба последние алые полосы, и ждал, когда первые воины Звёздного племени пронзят тьму.
«Интересно, какой знак ты нам подашь?»
Он уже смирился с тем, что отправится в гнездо голодным, когда на вершине холма над воронками послышалось шевеление, и в лагерь вбежали четыре кота. В полумраке Одноус не сразу узнал Чернохвата и Грачика, а также Паутинника и его ученика Куничку. Все они несли добычу; особенно Грачик шатался с ястребом, почти таким же большим, как он сам.
Одноус вскочил на лапы, и вокруг него стали собираться всё больше его соплеменников, издавая удивленное мяуканье.
— Где вы всё это нашли? — воскликнула Белогрудка.
Охотничий патруль бросил свою добычу на скудные остатки кучи свежего мяса.
— Вы должны поблагодарить Грачика, — ответил Чернохват, бросив благодарный взгляд на своего ученика. — Я никогда не видел такой охоты. Он даже сбил ястреба.
Грачик наклонил голову и несколько раз смущенно облизнул шерсть на груди. — Я научился этому, когда мы были в путешествии, — объяснил он.
Одноус почувствовал, что потеплел к молодому коту, и его прежний гнев угас. — Молодец! — мяукнул он.
— Благодаря тебе племя хоть раз будет сыто.
В воздухе витала надежда, когда племя собралось, чтобы поесть, — надежда, которая, казалось, навсегда пропала, когда Двуногие и их чудовища пожирали всё больше и больше леса. Ещё один опытный охотник помог бы племени прокормиться. Кроме того, теперь перед ними открывалась перспектива нового, мирного дома, о котором говорила Полночь. Лапы Одноуса так и чесались начать путешествие, чтобы найти его.
Наконец, когда наступила ночь, Звёздный Луч поднялся на лапы. — Пора, — мяукнул он. — Мы с Грачиком отправимся к Четырем Деревьям — или, по крайней мере, туда, где раньше были Четыре Дерева.
— Кто-нибудь, пожалуйста, скажите мне... — Грачик тоже поднялся и повернулся к своему предводителю, его глаза расширились от беспокойства. — Что случилось с Четырьмя Деревьями? Почему я слышу, что от них ничего не осталось?
— Двуногие уничтожили его, — печально сказал ему Звёздный Луч. — Они срубили дубы и опрокинули Великую скалу.
Грачик вздрогнул, словно его что—то ударило, и на мгновение замер, склонив голову. Одноус вздрогнул, вспомнив, как впервые стоял на вершине котловины и смотрел вниз на разрушения: деревья, вырванные с корнем и разорванные на куски чудовищами, Великая скала, брошенная вниз, словно камешек. Никто из племени Ветра не был спокоен, когда увидел, что натворили Двуногие.
Наконец Грачик поднял голову. — Мы должны идти, — мяукнул он. — Звёздное племя подаст знак, чтобы мы знали, что делать.
Бок о бок они со Звёздным Лучом зашагали прочь от временного лагеря. С надеждой в сердце Одноус и остальные члены племени смотрели им вслед, пока они не скрылись во тьме.
***
В ту ночь Одноус не мог заснуть, ожидая, что Звёздный Луч и Грачик вернутся в любой момент. Но прежде чем они появились, на небе забрезжил рассветный свет. Как только он увидел их, Одноус понял, что хороших новостей не будет: они шли с поникшими головами и хвостами, словно усталость въелась в их кости.
Коты начали выходить из своих гнёзд, толпясь вокруг двух котов, когда они достигли центра лагеря.
— Что случилось? — нетерпеливо воскликнула Зарянка.
— Да, что Звёздное племя рассказало тебе? — добавила Белогрудка.
Звёздный Луч стоял неподвижно, обводя взглядом своё племя. — Ничего, — наконец пробормотал он с поражением в голосе.
— Никаких следов. Никто не умер. Звёздное племя не появилось. Ничего.
Среди собравшихся котов поднялись тревожные крики.
— Этого не может быть! — воскликнул Корноух. — Только не после того, что рассказал нам Грачик.
— Если он сказал правду, — хмыкнул Овсоус.
Одноус почувствовал, как в глубине его живота зашевелилось беспокойство. Сейчас не время для того, чтобы племя начало сомневаться в Грачике, не сейчас, когда его новости так хорошо согласуются с тем, что Звёздный Луч видел у Лунного Камня.
— Я в таком же замешательстве, как и ты, — мяукнул Грачик, не отрываясь глядя на племя. — Это не то, чего я ожидал.
— А что думают другие предводители? — спросил Одноус. — Верят ли они в историю, которую им рассказали их странствующие ученики?
— Насколько я могу судить, они не знают, что и думать, — ответил Звёздный Луч. — Но я не вижу, чтобы кто—нибудь из них был готов отправится в долгое, трудное путешествие, когда и понятия не имеет, куда идти и что найдёт в конце пути. Чернозвёзд говорил о том, чтобы взять своих котов и отправиться жить к Двуногим.
«Что?» — удивился Одноус, вспомнив, как Дымушка предлагала ему то же самое, когда он видел её в последний раз. Тогда он не поверил, что целое племя может найти дом у Двуногих. Но, конечно, Чернозвёзд, должно быть, имел в виду большой Двуногий дом на другой стороне территории Грозового племени, где раньше жило Кровавое племя. Там было бы много места для племени Теней.
— Пятнистая Звезда не верит, что Речное племя сильно пострадает от Двуногих, — продолжил Звёздный Луч. — Река уменьшается, но Двуногие чудовища не вторглись на их территорию.
— А Грозовое племя? — спросил Одноус.
Звёздный Луч покачал головой. — Огнезвёзд хочет уйти, — ответил он, — но он не уйдёт без остальных. Должны уйти или все, или никто.
Одноус обменялся встревоженным взглядом с Белогрудкой.
— Что же нам теперь делать? — спросила она.