Мы одинаково сломаны
На следующий день Даша не могла думать ни о чём, кроме него.
Каждое слово Юры, каждый взгляд, запах сигарет и дождя, смешанный с холодным ветром, словно оставили на ней отметку.
Она шла домой через парк, где трава была мокрая, а листья лежали на земле в странных пятнах золота и грязи. Юра сидел на скамейке, куртка промокшая, капюшон опущен, руки дрожали чуть заметно.
— Ты снова здесь, — сказала Даша, присаживаясь рядом.
— Я… ждал тебя, — тихо признался он. — Или сам не знаю, зачем.
Между ними повисло молчание. Даша заметила, что его глаза не смотрят на неё прямо, будто боятся правды.
— Юра… — она осторожно коснулась его руки. — Хочешь поговорить?
Он медленно вздохнул. Слегка улыбнулся, но улыбка была горькой.
— Даша… мне трудно. Не потому, что ты здесь. Просто… я… — Он замялся, сжав кулаки. — Иногда кажется, что я никогда не смогу быть нормальным.
— А что значит «нормальный»? — тихо спросила она.
Он посмотрел на неё, и в его глазах было столько боли, что сердце Даши сжалось.
— Значит… жить без этого, — он указал на бутылку рядом, потом на сигарету в кармане, — без всего, что тянет меня вниз.
— Ты не один, — сказала она, почти шёпотом. — Я здесь.
Он снова усмехнулся. На этот раз улыбка была чуть теплее.
— Знаешь… — начал Юра, — ты напоминаешь мне меня самого. До того, как… — он замолчал. — До того, как я начал прятаться за этим всем.
— То есть мы одинаково сломаны? — спросила Даша, чуть улыбаюсь.
Он кивнул.
— Да. И, наверное, это страшно… — сказал он тихо. — Но и приятно одновременно.
Она сжала его руку. Тёплую, дрожащую, настоящую.
— Мне приятно, — призналась она. — И страшно тоже. Но я хочу быть рядом.
Он на секунду закрыл глаза, будто стараясь впитать её слова. Потом посмотрел прямо.
— Даша… если мы вместе, я не знаю, что будет. Я могу вести тебя в темноту, которую сам не умею осветить.
— Тогда мы будем освещать её вместе, — сказала она уверенно. — Даже если больно.
Юра чуть улыбнулся, и на мгновение казалось, что весь его груз стал легче.
— Ты… удивительная, — прошептал он, почти для себя. — И, наверное, я никогда не смогу быть таким для тебя…
— Но ты можешь быть собой, — сказала она. — А я приму всё.
Он замолчал. Дым сигареты растворился в холодном воздухе, а дождь капал на мокрую землю, создавая ритм, в который они оба будто вписались.
— Знаешь, — сказал он спустя время, — никогда не думал, что кто-то сможет увидеть меня таким.
— Я вижу, — ответила она тихо. — И не отступлю.
И они сидели так, рядом, сливаясь с дождём, холодом и странным теплом, которое рождалось между ними.
В этот момент Даша поняла: они одинаково сломаны, но вместе могут быть целыми хотя бы на мгновение.
Но тень в его глазах напоминала, что эта целостность будет временной, и рано или поздно боль снова придёт за ними обоими.