Часть 13 «Закат»
— … Также всплыла информация о том, что погибший ещё до суда адвокат Хайтани, которого обвинили в нескольких убийствах и связи с преступной группировкой, отбывал срок в исправительной колонии в период с двенадцати до тринадцати и с семнадцати до восемнадцати лет.
Голос диктора новостной программы заставил ухмыльнуться и отвлечься от нарезания овощей, чтобы перевести взгляд на экран со знакомой фотографией светловолосого мужчины в деловом костюме, ставшим для общественности едва ли не самым большим преступником года. Хоть и шумиха вокруг него за последний месяц уже начала спадать, но некоторые каналы только и делали, что пытались поднять рейтинги за счёт скандального дела.
— Так вот почему я никак не могла найти в твоём личном деле информацию о тех годах, — горько шепнула сама себе Кохана, продолжив готовку.
А уже через десять минут в коридоре послышались звуки открывающейся двери, длившиеся дольше, чем она привыкла.
— Ещё не приловчился? — крикнула Кохана в коридор и поставила на стол тарелку с обедом.
— Эта дверь всё никак не хочет мне поддаваться! — возмутился Хидеки, направляясь на кухню. — Будто во всех городах они разные, самые удобные только в Токио, а в Кофу — наоборот!
Старшая Хаттори позволила себе лёгкую улыбку, омрачённую тенью, преследующую её уже месяц. Но в душе даже радовалась, что с момента переезда самой большой трудностью для младшего брата стал только неудобный замок на входной двери, а не смена города, школы, ещё большее отдаление от навязчивой матери, любимой тётушки и всего остального.
— Мой руки и садись обедать уже.
— А ты со мной не будешь?
— Нет. Мне нужно съездить кое-куда. Побудешь сам до вечера или ночи?
— Кохана, мне уже семнадцать, — напомнил Хидеки непривычную для сестры цифру, совсем недавно ставшую реальностью, и закатил глаза. — Можешь не волноваться. Но куда ты? По работе вызывают?
— Нет, — выдохнула девушка, облокотившись спиной о белую столешницу и приковав взгляд к окну с новым видом, где пёстрыми красками сгущалось позднее лето. — Хочу навестить Риндо, а то ни разу за это время так и не получилось.
Хидеки понимающе кивнул и только попросил быть осторожной в дороге, на что Кохана улыбнулась и после недолгих сборов покинула квартиру, направившись на вокзал, а спустя два часа в поезде наконец-то попала в Йокогаму.
В порту у самой кромки воды, если верить словам одного из коллег Рана и Риндо из Канто, которого Кохана запомнила ещё со времён школы и Иори из-за его длинных розовых волос, и был развеян прах братьев Хайтани. В это место она боялась придти на протяжении целого месяца после смерти Риндо и даже не осмелилась заявиться накануне переезда, стыдясь показываться на этой импровизированной могиле и саму себя убеждая, что не имеет права, тем более когда рядом развеяли и Рана.
— Здравствуй.., — начала она сдержанно и тихо, что даже самый лёгкий ветер прятал в себе её голос, и уставилась на горизонт, где искрился яркий закат.
В тишине, не считая звуки волн и крики летающих над водной гладью чаек, Кохана сама не знала, сколько простояла, потерявшись во времени, пока не решилась сказать что-то ещё.
— Прости, Риндо… Мне очень жаль, что вся эта история так обернулась, что я не смогла и не успела что-то сделать, чтобы помочь тебе, пока ты спасал меня даже за решёткой, — со щёк потекли горькие слёзы, выпуская наружу чувства настоящей, а не придуманной любви, и её потери. Руки затряслись, а в районе живота появилась неприятная тяжесть. — Прости, что так долго не могла придти сюда и даже не явилась на похороны. И прости, что я такая дура и так поздно поняла, как сильно ты мне дорог и как я тебя люблю…
Ноги подкосились и чтобы не упасть Кохана присела на край цементного помоста, прижавшись лбом к коленям и несколько раз всхлипнув — было невыносимо тяжело, но в то же время становилось легче без по своей воле нагруженных обязательств отомстить и добиться справедливости, как было с Иори, которого девушка уже даже забыть успела за короткий месяц, хоть и не могла сделать это больше восьми лет до появления Риндо.
— И я обещаю, что буду хранить воспоминания о тебе в своём сердце, но больше не повторю ошибку, — слова, которые, по мнению Коханы, Риндо был бы рад услышать, резали горло и давались тяжелее всего. — Я не буду зацикливаться на мести или чём-то подобном. Думаю, ты бы точно посчитать меня идиоткой за такое…
Лёгкий ветер подхватил её смешок и разнёс по пристани, смешав с шумом волн под ярко оранжевый цвет заката.
— Я правда любила тебя, Риндо. И до сих пор люблю…
Хаттори, продолжая говорить это закату и морю, смотрела перед собой и не собиралась оборачиваться, будто это означало бы вновь окунуться в прошлое и все его ошибки. Хотела смотреть и двигаться только вперёд, но при этом хранить частицы Риндо в своей душе как самые ценные для неё сокровища.
И даже не подозревала, что была не одна в порту, и из-за огромного железного ящика за ней наблюдала пара фиалковых глаз, за зрительный контакт с которыми она бы в тот момент отдала всё и даже больше.
«Я тоже люблю тебя, Хана», — только в мыслях смог сказать Риндо, закусив щёку изнутри и едва сдержался, чтобы не запустить руку в отросшие и уже окрашенные в фиолетовый и синий цвета волосы, чтобы не привлечь ненужного внимания. Или же нужного — он не знал и метался между вынужденным желанием уйти и оставить всё как есть, чтобы вновь не тащить Кохану в пучину опасностей, из которых состояла его жизнь и деятельность уже в Бонтене, в который преобразился Канто, или кричащей жаждой выйти из укрытия, чтобы встретиться с ней и сказать, что жив и здоров, а смерть была обычной фикцией с целью выйти из тюрьмы.
Мысли, предположения и два абсолютно противоположных желания разрывали изнутри, а для реализации любого из них хватило бы всего одного шага — или вперёд, навстречу Кохане, или назад, в тень. Какой именно сделать, Риндо никак не мог выбрать, а потому и оставался на месте в нерешительности и раздумьях.
Кохана же в это время поднялась на ноги и, вытерев с улыбчивого лица слёзы облегчения, будто последний и самый тяжёлый груз с её плеч спал и утонул в блестящем от солнца море, которое волнами почти дотягивалось до ног, сделала шаг назад и уже почти развернулась, чтобы покинуть порт.
И именно в этот момент Риндо решился и тоже сделал шаг навстречу будущему, которое выбрал сам.