Грань любви

Если бы Дженнифер знала, что всё, что она загадала этой ночью прямиком сбудется, то попросила бы гораздо больше. Она проснулась от тёплого дыхания и нежного прикосновения к своим щекам. С волнением открыв глаза, девушка увидела перед собой Алана. Как и в её мечтах, он смотрел на неё с улыбкой и щурился от настойчивого солнца. Ещё раз она протерла глаза, чтобы убедиться в правдивости того, что видит и улыбнулась.

– Доброе утро, – с мягкой улыбкой прошептал Алан и поцеловал жену в щёку.

– Доброе. Ты сегодня дома? – волнение не покидало её сердце. С чего так резко он стал заботливым?

– Да, я взял выходной. Хочу повести этот день наедине со своей любимой женой.

– Ты пугаешь меня, Алан. Твоё настроение так часто меняется, что я уже и не знаю, чего от тебя ожидать. Я хочу поговорить с тобой о том, что тебя по ночам домой привозит Нэйтан... – она выдала правду ему прямо в лицо, вспоминая и тот удар, которым он её одарил.

– Прости меня. Я знаю, что я не самый лучший муж, и ты ожидала вовсе не этого, выходя за меня замуж. Я обещаю, сегодня я исправлю все свои ошибки, – он поцеловал её в уголок губ, нежно и непринужденно, а затем страстно и жадно уже в самые губы.

Дженнифер понимала в тот момент, что его эмоциональные качели не доведут до добра, но в миг обо всём позабыла, наслаждаясь его горячими поцелуями. Сейчас они вместе, больше ей ничего не нужно. Он не кричит, не поднимает на неё руку. Сейчас он нежен и чувствителен. Вот бы остановить время и продлить этот момент. Мысли окончательно улетучились и теперь они вдвоём наслаждались моментом и друг другом.

Дженнифер осмотрелась, но не увидела Алана рядом. Неужели он ушёл после того, что между ними произошло? Да, конечно, это классика для замужней пары, но не мог же он вот так просто взять и уйти, ведь всё только начало налаживаться.

– Ну зачем ты так поступаешь со мной? Не хочу я этого делать! – послушался голос из ванной. Алан говорил с кем-то по телефону и был не очень доволен разговором.

– Алан, всё хорошо?

– Да, всё в порядке, я уже иду, – он вошел в комнату и натянул улыбку.

– С кем ты разговаривал?

– Звонили по работе, но я дал им понять, что сегодня они не вытащат меня из дома. Я хочу побыть с тобой, любимая, – он вновь одарил её волшебным поцелуем, который заставил Дженнифер вспорхнуть над землей.

– Вот бы ты всегда был таким, – в перерыве между поцелуями проговорила девушка.

Вечером молодые люди пошли в ресторан. Дженнифер давно не выходила в свет со своим мужем, поэтому в этот вечер была более чем счастлива. Они так гармонично смотрелись вместе, когда Алан помогал ей выйти из машины, что люди вокруг не могли сдержать улыбку. Официантки пытались соблазнить красивого мужчину, но Дженнифер в один миг отбила их охоту.

– Дорогуша, мы уже сделали заказ, вы можете идти, – мягко, но с ноткой издевки сказала Дженнифер и посмотрела на девушку сверлящим взглядом.

– Уже ухожу, – дерзила та, и посмотрела на Алана в надежде, что тот успокоит свою ревнивую жену, но тщетно. Пришлось уходить.

– Боже мой, как она глазела на тебя!

– Ну и пусть, я-то смотрел всё время на тебя.

После этих слов девушка смущенно улыбнулась и опустила взгляд на меню. Она чувствовала себя той восемнадцатилетней девчонкой, которая ненавидела Алана всей душой, а затем всей душой полюбила. Да, в их жизни сейчас не всё так гладко. Он часто срывается на молодую жену, даже руку на неё поднял, но она подумала, что всё это обязательно закончится. Ведь этот день, кажется, стал их новым началом. Алан так же внимателен и обходителен, как в первые годы отношений. Свадьба стала их переломным моментом, но сейчас, ей казалось, что всё плохое позади. Они вдвоём в прекрасном ресторане, девушки бросают на её мужа голодные взгляды, но он не отводит взгляд лишь от одной, от своей жены. О чем ещё можно мечтать? Лишь о том, чтобы это не заканчивалось.

– Алан, я хотела спросить у тебя кое-что, – она отпила немного вина и улыбнулась.

– Что же?

– Когда ты посетишь мою галерею?

– Да хоть прямо сейчас!

– Серьезно? – от удивления девушка подавилась салатом.

– Осторожно, – он подал ей стакан. – А почему бы и нет? Сейчас поужинаем и поедем. Будем там только вдвоём, это же чудесно.

В темноте было сложно справиться с ключами, но Алан включил фонарик, чем немного облегчил работу жены. Когда с дверью было покончено, они вошли внутрь галереи и включили свет. Поздним вечером в ней царила такая чудесная атмосфера, что даже владелица этого сказочного места открыла рот от удивления.

– Тут так уютно, – сказал Алан и обратил внимание на растерянность жены. – Ты в порядке?

– Да, всё хорошо. Просто я не могу поверить, что всё это принадлежит мне.

– Ты большая молодец, моя маленькая принцесса.

Как же давно он не называл её так. А ведь именно Алан однажды прозвал её принцессой, и это прозвище поселилось в душе девушки. Она сделала несколько шагов, которые разделяли их друг от друга, встала на цыпочки и поцеловала того, кого безумно любит. Руки Алана остановились на её талии, затем скользнули выше, до самой груди. Они оба понимали, что последует заключением этой страсти и горели от желания.

– Не хочешь поехать домой? – смущенно спросила Дженнифер.

– «Олидже» ничуть не хуже дома.

Супруги вернулись домой лишь поздней ночью. Милли уснула на кресле в комнате Джона. Увидев это, Дженнифер почувствовала себя неловко. Она укрыла подругу тёплым пледом, поправила одеяло отца и спустилась на первый этаж, погреться у камина.

– В воздухе так и веет атмосфера зимы, – с дрожью в голосе сказал Алан. – С одной стороны, не так уж и холодно, но иной раз до дрожи пробирает.

– Верно, – она подала мужу стакан кофе и села рядом.

– В мой день рождения выпал снег. Мама рассказывала, что это был единственный раз за ту зиму. Когда в роддоме раздался мой крик, за окном все увидели снег. Его не было три года, а тут внезапно выпал. Чудесно, не так ли?

– Да, это так. Может, и в этот раз выпадет снег? Твой день рождения уже так скоро. Вот бы снежок нас порадовал в этот день.

– Надеюсь, что так и будет. Идём, пора спать, – Алан протянул Дженнифер руку и помог подняться, затем супруги скрылись за дверью своей комнаты.

Ночь была крайне спокойной. Ни звука машин, ни ветра, ничего не было слышно. Дженнифер крепко спала на груди любимого мужа, не обращая внимания на его сопение. Видимо, им обоим сниться что-то хорошее. Но момент пришлось прервать. Дженнифер подскочила с кровати, услышав оглушительный крик Милли. Девушка в ту же секунду побежала в комнату, от куда шел крик. В комнату отца. Алан тоже побежал за ней. Дверь распахнулась, затем Дженнифер увидела заплаканное лицо домработницы и бездыханное тело отца на полу. Всё вокруг потемнело, и девушка потеряла сознание.

Запах лекарств и звуки различных аппаратов заставил шатенку поморщиться. Лишь протерев глаза, Дженнифер вспомнила, что произошло.

Крик Милли и настойчивые тряски Алана заставили её открыть глаза. Она потеряла сознание надолго, раз за это время успела приехать бригада врачей. Некоторые из них стояли вокруг неё, а другие осторожно поднимали отца с пола. Последняя капля осознания ударила ей в голову, и слёзы хлынули из глаз горячим потоком.

– Нет, нет, нет, папа! – она бросилась к отцу, которого уложили на носилки. – Что с ним, доктор? Скажите мне, что с ним?

– Нам очень жаль, – типичная фраза всех врачей, когда нужно сообщить о смерти.

– Нет, он не мог умереть! Папа, открой глаза, пожалуйста. Поговори со мной, прошу тебя, – врачи посчитали, что нужно вколоть девушке успокоительное, иначе она сойдёт с ума. Она потеряла сознание и очнулась уже в больнице.

Дженнифер поднялась с неудобной больничной койки и выбежала в коридор. Там уже стояли все её друзья, родители Алана и он сам. Все они смотрели на Дженнифер тем взглядом, который она ненавидела всей душой. Взгляд, который жалеет её.

– Дорогая, как ты себя чувствуешь? Тебе нельзя было покидать постель, – дрожащим голосом сказала Эмили и обняла невестку.

– Где доктор Уильям? Он занимался лечением отца, я должна с ним поговорить.

– Дженнифер, тебе нужно отдохнуть, вернись в постель, мы проведём доктора, – Брайан взял девушку за плечи и повёл обратно в палату.

– Скажите мне, как он? Я не верю, что он умер. Папе просто стало плохо, так ведь? Сейчас всё наладилось? – Дженнифер говорила эти слова, но подсознание заставило её замолчать. Отца больше нет, он покинул её. Нужно держать себя в руках, иначе она совсем свихнется.

– Я приведу Уильяма, он всё тебе расскажет. Держись, дорогая, мы рядом.

Держись. А за что держаться то? С момента смерти матери, Дженнифер держалась лишь за отца, он стал её главным смыслом жизни. Сейчас она потеряла его. Жгучая боль сковала её сердце, но слёзы не шли из глаз. Их больше не осталось. Ей хотелось рвать и метать, но вместо этого девушка просто молчала. Разве её истерики вернут отца к жизни? Разве своими слезами она сможет изменить то, что уже произошло? Нет. И она это понимает. Даже сейчас, когда сердце ноет от боли, Дженнифер не теряет рассудок. Меньше всего ей хотелось бы сейчас кого-то видеть, но друзья все вместе вошли в её палату. Все в черном. Именно сейчас её любимый цвет стал самым ненавистным. Первой подошла Шайни. Она знала, что сейчас испытывает Дженнифер, поэтому просто обняла её, ничего не сказав. Но стоило ей отстраниться, Дженнифер тут же потеряла над собой контроль. В такие моменты лучше находится одной. Тяжело, но ты справишься. А сейчас, когда они начинают жалеть её, слёзы сами по себе катятся по щекам. Стефан повторил действия Шайни, затем подключились Стейси и Итан. Все сидели молча, не нарушая тишину, которая нависла над ними. В этой тишина можно было расслышать только звуки приборов и всхлипывания Дженнифер. Через какое-то время в палату вошёл Нэйтан. Шайни непонимающе взглянула на подругу, затем на её бывшего возлюбленного, который сломал её.

– Всё в порядке, мы с Нэйтаном друзья, с недавних пор. Не находила момента, чтобы рассказать Вам, но так уж вышло, – Дженнифер всё-таки прервала тишину. Но не успел никто ничего сказать, как в дверях появился доктор.

– Прошу всех выйти. Мне нужно поговорить с миссис Уайт.

Когда все выполнили просьбу, Дженнифер села на край кровати и подняла свои пустые глаза на доктора.

– Я хочу знать всё, что только тебе известно, Дженнифер.

– Я думала, что это вы мне всё расскажите.

– Конечно, но позже. Постарайся ответить на мои вопросы. Я знаю, что это тяжело, но так нужно.

– Да, конечно, я понимаю. Спрашивайте.

– Ты замечала, что с твоим отцом происходило что-то странное в последнее время?

– Да, – в этот момент Дженнифер пожалела, что не обратилась к доктору в тот самый момент, когда отец начал бредить. – Он снова видел маму, но уже намного чаще. И это было не во сне. Папа утверждал, что видел маму в реальности. Он, как будто, потерял рассудок. Жил в том времени, когда мама была жива. Будто она и не покидала нас. Это меня сильно взволновало, но я не сказала вам, ведь побоялась, что вы отправите его в психушку.

– Это не хорошо, что ты промолчала, но, думаю, даже если бы ты рассказала об этом мне, данного исхода нельзя было бы избежать. Дженнифер, твой отец угасла каждый день после первого инфаркта. У него началось помутнение рассудка, что никогда не ведёт ни к чему хорошему. Твой отец был сильным человеком, столько лет он гасил свою боль, но она, всё же, взяла вверх над ним, – был... После этих слов Дженнифер опустила глаза, но продолжала слушать доктора. – Он умер от инфаркта. Остановка сердца. Видимо, и в этот раз он видел твою маму, но уже не смог выдержать этого и ушёл за ней. Дженнифер, ты уже взрослая девушка, и я говорю с тобой откровенно, не пытаясь смягчить ситуацию. Я знал твоего отца очень хорошо, мы были приятелями, поэтому я знаю, как тяжело ему приходилось. Мне очень жаль, но ты должна держаться. Ради памяти о своих родителях.

– Спасибо, – это слово испарилось в воздухе. – А теперь я хочу побыть одна.

Сколько бы она не старалась сдерживать слёзы, Дженнифер понимала, что так продолжаться не может. Лучше выпустить все эмоции наружу, иначе они начнут губить её изнутри. Все, кто находился в коридоре отчётливо слышали душераздирающие крики девушки, но не осмеливались войти. Она справится, обязательно, но сейчас нельзя её трогать.

Эмили тихо плакала на плече Брайана и держала за руку своего сына. Стейси, Стефан и Шайни сидели на полу, полностью опустошенные. Итан ушёл за кофе, а Нэйтан не отрывал взгляд от Алана. Тот стоял молча, но на его лице нельзя было распознать ни одну эмоцию. Так было всегда, и смерть отца жены ничего не изменила. Алан ни разу не входил в палату жены, даже сейчас, сторонился её.

– Алан, ты нужен ей, – сквозь слёзы произнесла Эмили.

– Мать верно говорит, тебе сейчас нужно быть с женой.

– Давайте я сам решу, что мне нужно? – Алан освободился из рук матери и направился к выходу.

– Если ты сейчас уйдёшь, я оставлю тебя без гроша, – четко сказал Брайан, не обращая внимание на вгляды со стороны. – Ты понял меня?

– Понял, – он выдохнул, а после развернулся и пошёл в сторону палаты, где находилась Дженнифер.

Девушка лежала на неудобной койке лицом к окну. Ветер раскачивал голые деревья из стороны в сторону, птицы стаями пролетали мимо больницы, чему радовались пациенты. Но Дженнифер не замечала их. Она, казалось, смотрит куда-то сквозь горизонт. В никуда. Одинокая слеза скатилась по щеке, сердце сжалось от дикой боли. После недавней истерика осталось лишь это и тупая боль где-то в области души. Дженнифер слышала, что кто-то вошёл в палату, но оставила посетителя без внимания.

– Дженнифер, ты в порядке? – крайне холодно спросил муж.

– Мне двадцать три года, я ещё очень молода, но уже потеряла обоих родителей. Мой муж устраивает мне эмоциональные качели и пугает меня своим поведением. Да, Алан, я, чёрт возьми, в порядке.

– Я понимаю, тебе сейчас очень тяжело, но постарайся успокоиться.

– Успокоиться? Это ты будешь говорить мне про спокойствие. Где же было твоё спокойствие, когда ты поднял на меня руку? – боль поселилась в её сердце и сейчас девушка высказывала всё, что только накопилось в её душе.

– Это было всего один раз, неужели ты будешь припоминать мне это до конца жизни? – мужчина не выдержал и перешёл на крик, вследствие чего прибежали родители.

– Всё нормально, оставьте нас, – спокойно сказала Дженнифер, после чего Эмили и Брайан недовольно посмотрели на сына и ушли.

– Всего один раз, – повторила она его слова. – Даже этого одного раза не должно было быть.

– Я знаю, Дженнифер. Поэтому прошу тебя, давай забудем об этом.

– Забудем, – снова повторила она. – Как легко сказать. Если бы это было возможно, я бы предпочла забыть, что у меня умерли родители, чтобы не мучаться так каждый Божий день.

– Давай я вернусь, когда ты успокоишься.

– Вечно ты так. Всегда оставляешь меня в тот момент, когда я так сильно нуждаюсь в тебе. Катись, я не хочу тебя видеть, – прокричала она ему вслед, но сердце ныло от боли и молило: «Алан, прошу, не уходи. Не слушай меня. Ты мне нужен, очень нужен».