Грань любви

Алан поднялся с дивана и огляделся. Уютная, просторная комната отеля заставила его вспомнить о произошедшем. Он слегка ухмыльнулся и посмотрел на спящую блондинку. Никогда он не чувствовал к ней ничего, кроме сексуального влечения. Им хорошо вдвоём, но не в плане любви и отношений. Алан знает, что Айша никогда не начнёт с ним разговор о любви, свадьбе и верности. Он придёт к ней, когда захочет, уйдёт, когда посчитает нужным. Она же, в лёгкую вытягивает с него деньги. Все остаются только в плюсе. А как же жена? Нормального мужчину мучила бы совесть, что он изменил своей жене, да ещё и в такое сложное для неё время. Но Алан не думал о Дженнифер. Он уже давно о ней не думает. Ни о её чувствах, ни о её преданности. Она просто послушная собачка, которая сидит у порога и ждет его. Прощает все оплошности и принимает таким, какой он есть. Иногда его удивляет, как же любовь изменила эту девушку. Пять лет назад она была совершено другой. Не верила во все эти сказки, презирала влюблённых, а сейчас сама погрязла в этом болоте и не замечает, что её муж уже не питает той любви. Да и питал ли вообще когда-нибудь?

Дженнифер открыла глаза и вновь закрыла.

«Зачем я просыпаюсь? Для чего? Что ждёт меня этим днём? Очередные страдания и слёзы, вот и весь ответ. Я устала. Безумно устала. Я была сильной слишком долго, сейчас я просто хочу упасть в объятия и расплакаться. Но в чьи объятия мне упасть, чтобы не утонуть?»

– Дженнифер, ты уже проснулась? – в комнату вошла Эмили, в её руках был поднос с едой. – Тебе нужно набраться сил. Покушай.

– Спасибо, миссис Уайт, я не хочу.

– Дорогая, ты разбиваешь мне сердце. Ну какая миссис Уайт? Ты ведь звала меня мамой, – Эмили села на край кровати и разрыдалась.

– Прости, мамочка, я сейчас совершенно не в себе, давай поговорим позже. Оставь меня одну.

– Ты вчера провела в одиночестве половину дня, вечер и ночь. Сегодня я тебя не оставлю. Ты должна покушать.

– Хорошо, я поем, но я хочу побыть одна, ещё немного.

– Ладно, позовёшь, когда закончишь завтракать.

Дженнифер насильно пихала в себя пищу и плакала. Есть совершенно не хотелось. Долго завтракать таким образом не получилось, желудок отказывался принимать пищу, и девушка бросилась в ванную. Её вырвало.

– Дженни, ты здесь? – послышался голос Итана в дверях комнаты.

– Я в ванной, подожди снаружи, – выдавила она, и к горлу снова поступил ком.

– С тобой всё хорошо?

– Оставайся снаружи! – повторила девушка.

Когда Дженнифер вышла из ванной, Итан не смог не заметить состояние подруги. Мешки под глазами и бледное лицо заставили парня нахмуриться.

– Ты покушала?

– Нет. Я не могу, не получается.

– Что значит, не получается?

– Желудок не принимает пишу, меня вырвало только что, – скрывать что-то от друзей ей не хотелось, поэтому пришлось сказать правду.

– Дженни, – он сел рядом с девушкой и обнял её. – Держись, я с тобой. Все мы с тобой.

– Где Алан? – эти слова заставили парня тяжело выдохнуть и разжать объятия.

– Я не знаю, его не было дома всю ночь, – после этих слов Итан вышел из комнаты, но Дженнифер не увидела в его поведение ничего странного. Её мысли путались, как новогодняя гирлянда или старые наушники.

После обеда Дженнифер поехала в галерею, она хотела написать пост на сайте и закрыть «Олидже» на некоторое время. У неё нет ни сил, ни желания заниматься делами галереи на данный момент. Возле здания она увидела незнакомую девушку.

– Здравствуйте, прошу прощения, но галерея не будет работать некоторое время. Приходите через неделю, а может и две, – последние слов она произнесла шёпотом.

– Здравствуйте, вы, наверное, Дженнифер Смит, верно?

– Вернее, Дженнифер Уайт.

– Извините, ошиблась. Я хотела посетить вашу галерею, ну раз так, значит, я приду потом. До свидания.

– Всего доброго.

Алан вернулся домой ближе к вечеру. Родители не произнесли ни слова, когда сын попытался с ними заговорить. Его это не удивило. Конечно, они всё поняли. Друзья жены смотрели на него неодобрительно, но это ещё ничего, по сравнению со взглядом Шайни. Девушка смотрела на него с ненавистью, презрением и желанием дать хорошую пощечину.

– Что-то случилось, Шайни? – спросил он, наливая в стакан воду.

– Похмелье мучает? – задала она встречный вопрос.

– Возможно. Так, что случилось?

– Ничего, Алан. Для тебя - ничего. А для Дженнифер разрушилась жизнь, а её любимый мужчина даже поддержать её не может.

– А кто ты такая, чтобы читать мне нотации? Что вы вообще все делаете в этом доме?

– Мы делаем то, чего не можешь сделать ты! Какое же ты ничтожество, Алан Уайт, самое настоящее ничтожество. Жаль, что никто из нас не разглядел этого раньше.

– Забавно, – он громко засмеялся. – Ты закончила?

– Да пошёл ты, – Шайни ещё раз одарила мужчину презрительным взглядом и направилась в комнату для гостей.

Дженнифер вернулась поздним вечером, когда родители Алана уже подняли всех на уши своими переживаниями.

– Где же ты была, дорогая?

– Мама, мистер Уайт, простите, что не предупредила вас, я захотела прогуляться и потеряла счёт времени.

– Ничего, Дженнифер, но в следующий раз хотя бы отправь сообщение, мы место себе не находим тут, – Брайан тепло улыбнулся.

– Хорошо, простите ещё раз.

Она пересеклась с Аланом на кухне. Он готовил себе какао и не заметил, что жена появилась в дверях.

– Привет, – тихо произнесла она.

– Привет.

– Где ты был?

– Гулял.

– Всю ночь?

– Да.

– Алан, ты ни о чём не хочешь со мной поговорить? Может, я сделала что-то не так? Что между нами происходит?

– Принцесса, – произнёс он, но не так, как делал это раньше. Сейчас в этом слове не было той нежности и любви. – Давай ты не будешь грузить меня этими вопросами, хорошо? Я устал и хочу спать.

– А ты не хочешь спросить, как прошел мой день?

– Нет, я знаю, что он был ужасным.

– Алан, – тихо произнесла девушка.

– Ну, что ещё?

– Я люблю тебя.

– Доброй ночи, принцесса, – он чмокнул жену в лоб и ушёл.

«А ты любишь меня? Скажи, что всё ещё любишь».

Эмили тихо постучала в дверь спальни и заглянула внутрь. Дженнифер не спала, поэтому женщина вошла и села на кресло.

– Ты сейчас в состоянии поговорить со мной?

– Да, всё нормально, я слушаю.

– Сегодня, когда тебя не было дома, мы с Брайаном всё подготовили к... к похоронам, – она остановилась, чтобы оценить реакцию девушки, затем продолжила. – Мы всё купили для самих похорон и поминок, с тебя требуется только держать себя в руках. Мы переживаем за твоё состояние.

– Когда?

– Послезавтра, – коротко ответила Эмили.

– Хорошо, я поняла, спасибо.

– Доброй ночи, Дженнифер, – женщина поцеловала девушку в лоб.

– Доброй, мама.

Сердце больно сжалось в груди, ком подошёл к горлу и Дженни расплакалась. Сначала тихо, беззвучно, а затем громко, с истерикой. В последнее время она не могла сдерживать свои эмоции, да и зачем? Она больше не хотела притворяться. Ей больно. Безумно больно и одиноко. Фото родителей на стене погрузило девушку в прошлое. Такое теплое и любимое прошлое.

Маленькая девочка бежала по тропинке парка, часто оглядываясь назад. Мама несла в руках букет цветов и мороженое, а папа катил тяжелый чемодан.

– Мамочка, я так рада, что ты вернулась. Твои командировки такие длинные!

– Ты же знаешь, Дже, маме нужно искать вдохновение, чтобы писать картины, – женщина опустилась на колени и поцеловала дочку. – Обещаю, я буду отлучаться как можно реже.

– Я люблю тебя, мамочка!

– И я люблю тебя, котёнок.

Слёзы обжигали лицо, но Дженнифер не вытирала их. В отражении стеклянной рамки, она увидела своё лицо. Бледное, заплаканное, с синяками под глазами. Сама на себя не похожа. Да и это неважно. Уже послезавтра она отдаст отца земле. Она потеряла его, потеряла навсегда. Больше не будет его тёплых, отцовских объятий и нежных слов. Ничего не будет. Всё, что осталось от её родителей, это фото и воспоминания. Но этого недостаточно. Как же хочется, чтобы они были рядом, обнимали и целовали свою любимую и единственную дочурку. Дженнифер думала над тем, что ей было бы легче, но в то же время сложнее, если бы у неё были братья и сёстры. Они бы поддерживали друг друга. Дженнифер понимала бы, что это не конец. Что у неё есть родные люди, ради которых нужно жить.

«У меня нет брата, некому будет продолжать род нашей семьи. Отец был единственным выжившим членом семьи Смит».

Отец Джона, дедушка Дженнифер, погиб ещё до рождения внучки. Брат Джона, Джейкоб, умер в младенчестве, после чего его мать не смогла больше родить. Весь род держался на Джоне. Но вместо мальчика у них родилась дочка, чудесная и любимая Дженнифер.

– Прости, дорогой, – Оливия опустила глаза.

– Милая, что ты говоришь!? Я уже люблю нашу дочь, – сказал Джон, когда узнал, что у них родится девочка.

Он любил её всегда. Когда она была в утробе, когда появилась на свет, когда сделала первые шаги и произнесла первое слова. Её первым словом было – папа. Любил её, когда она проказничала, когда спала, смеялась, дурачилась. Он любил её такой, какая она есть. Любил всегда, до самой смерти.

Дженнифер могла бы сказать, что у неё никого больше не осталось. Что она теперь совсем одна будет проживать остаток своей жизнью с болью о прошлом, но это ложь. Рядом с ней есть люди, которые смогут залечить её раны, только если она позволит. Шайни, которая знает девушку лучше, чем она сама. Стефан, который в любой момент готов бросить все дела и примчаться к ней на помощь. Милли и Стейси, которые так сильно её полюбили в первые минуты их знакомства. Итан, который любил её в школе, не давал ей прохода, а сейчас она и сама не хочет его отпускать от себя. Даже Нэйтан, который когда-то разбил ей сердце, сейчас ведёт себя так, будто он всегда был её другом. А ещё родители Алана, которые всеми силами стараются сделать её счастливой. Все они никогда не дадут ей почувствовать себя одинокой и никому не нужной. Но, что касается её мужа, Дженнифер сомневалась в нём. Она любит его, любит до безумия. Но испытывает ли он подобные чувства к ней? Будет ли он с ней рядом в горе и радости, пока смерть не разлучит их, как звучало в их клятве? Она не знает.

Уснуть никак не получалось, поэтому Дженнифер спустилась вниз, чтобы сделать себе кофе. Если уж в таком состоянии она хочет кофе, значит не всё ещё потеряно. Но это не самая лучшая идея пить только кофе, нужно и поесть чего-нибудь, но аппетита совершенно нет.

– Ты проголодалась? – Итан стоял у окна гостиной, когда увидел Дженнифер.

– Хочу выпить кофе, пойдёшь со мной?

– С удовольствием, позвать Стефана?

– Нет, не стоит, он, вероятно, уже спит. Не будем будить его по таким пустякам. Кстати, у вас всех нет своих дел? Сидите целыми днями возле меня. Чувствую себя некомфортно, я же, сто процентов, отвлекаю вас от дел.

– Не думай об этом, мы будем рядом столько, сколько посчитаем нужным. Даже Алан не сможет выгнать нас от сюда.

– Что ты говоришь? Он уже пытался?

– Наговорил тут Шайни лишнего, но это неважно. Она не обращает внимание на его слова.

– Ох, прости, я с ним поговорю. Не обижайтесь на него, он не со зла.

– Да ладно. Не будем об этом. Хочешь чего-нибудь к кофе, в холодильнике были пироженки, – Итан с улыбкой взглянул на подругу и протянул ей десерт.

– Нет, спасибо, не хочу, – лицо в тот же момент побледнело.

– Что с тобой?

– Мне не хорошо, – к горлу поступил ком, и девушка побежала в ванную. Через некоторое время она вернулась к другу. – Прости, что-то меня мутит.

– Дженнифер, может, вызовем врача?

– Нет, это на нервной почве, только и всего. Скоро пройдёт. Не волнуйся. Я сейчас приготовлю кофе.

«После похорон я обязательно обследуюсь», – подумала она и тяжело вздохнула.