Выполняла свой долг.
Весь следующий день я была настолько воодушевлена, что какие-то мелкие неприятности казались пылью. Даже получить тройку за стих, который я выучила за десять минут перемены, было не так обидно. Я все сутки напролёт просто вспоминала эти необычные для меня моменты, на меня впервые так смотрит человек, что от взгляда я начинаю терять рассудок. Я очень благодарна ей за то, что она являлась не только рассказчиком, но и внимательно слушала, задавала вопросы и просто вникала в мою жизнь, пусть я и не особо углубилась в своё прошлое.
Я сидела на предпоследнем уроке и не чувствовала слабость в теле, даже не позавтракав утром, потому что выбрала сон. Немного общалась с одноклассниками, присутствовала на собрании старост и была более улыбчива, чем обычно. Все высказали свои догадки насчёт моего настроения и одна из догадок была связана с влюблённостью в человека. Возможно, это и правда влюблённость.. Потому что когда говорят со стороны, я начинаю анализировать ситуации и брать в учёт всё, что нас связывало с человеком.
Когда учитель вышел за журналом, мы начали разговаривать между собой и некоторые делились новыми знакомствами. Я сидела молча, потому что не могла отпустить вчерашний день и то отношение человека ко мне.. Я начинаю постепенно скучать, требуя к себе больше внимания. Мне хочется быть для неё красивой всегда, если именно когда я была с макияжем, она сделала мне комплимент, значит нужно чаще краситься.
: с каким парнем на свидание ходила?, - обратилась одна из девушек, после чего все в ожидании ответа застыли.
Я: парнем?, - шутливо переспрашиваю, чтобы они догадались о моей симпатии к девушке, - с парнями я никуда не ходила.
: никогда бы не подумал.
: а я знала, что она по-девушкам. Она же выглядит, как типичная лесбиянка.
: тут не соглашусь. Она выглядит, как обычная девушка.
Пока льются обсуждения, я чувствую запах гари. Оглядываюсь вокруг, откуда может идти этот источник запаха и параллельно захватываю одноклассников, которые будто ничего не ощущают.
Я: ребят, кто-то тоже чувствует горелый запах или это только у меня?
Мы начинаем принюхиваться, но, не кипишуем. Все обратили внимание на странный аромат, который доносился из-под двери. Я решила выйти в коридор, чтобы проверить, но там также спокойно было. Никто не догадывался, откуда коридор в тумане под названием "дым". Большинство классов на нашем этаже уже пустые, дети раньше разошлись по домам, а нашего учителя всё нет и нет.
Только я отступаю от класса, я слышу сирену по всей школе.
Я: откройте окна, - сказала я напоследок своим одноклассникам и закрыла их в классе, чтобы сбегать на первый этаж и всё узнать.
Стоило мне спуститься, как я вижу пламя, жадно пожирающее вестибюль. Оно разрасталось, как живое существо, обретая смелость с каждой секундой. Чёрный дым с хриплым свистом вырвался из вентиляционных решёток, наполнив коридоры кислым запахом горящей пластмассы.
Моё предположение, что от перегрузки десятками приборов, электропроводка вспыхнула в щитке, разлетевшись золотыми искрами.
Я понеслась на второй этаж, где все в ожидании сидели на своих местах и даже не подозревали, что выход заблокирован и нам нужно принять единогласное решение насчёт спасения. Никого из взрослых я не встретила на своём пути, когда бежала наверх. Хорошо, сама справлюсь.
Я: без паники, - ворвавшись в класс, - парни, нужно прыгать в окна. Кто из вас самый стойкий?
Один из одноклассников без раздумий соглашается первым спрыгнуть. План был таким: один из парней спускает девочек, второй их перехватывает уже на земле. Я понимаю, что огонь уже на этаже, потому что весь класс был в завесе из дыма.
Первое, что пришло в мою голову, это огнетушитель, который находился около входа на этаж. Я поправляю кофту на нос, чтобы не потерять сознание и открываю дверь. Ещё немного и я бы не смогла подобраться к огнетушителю, стекло которого пришлось разбивать локтём. Я бы попросту не смогла открыть замок, который висел на шкафчике. Это было сделано с той целью, чтобы никто из учеников не решил поиграть с важным школьным оборудованием.
Я схватила этот огнетушитель, которым уже умела пользоваться. Долгое прочтение книг, инструкций ОБЖ - дали свои плоды.
Я совсем на каплю остановила огонь, вернувшись в класс. Все спускаются в темпе, а мне приходит ещё одна идея. На батарее расположены тряпки, которыми мы вытираем доску, а в конце класса всегда стоит ведро с чистой водой. Я начинаю мочить эти тряпки и затыкать ими дверные щели, чтобы не задохнуться и попытаться сбить огонь, чтобы он шёл дальше. Во мне играл адреналин, который выкидывал всё более эффективные способы, чтобы остаться вживых. Я слышала, что подъезжают пожарные машины, но спокойствия это мне не давало. Одна из одноклассниц начала терять сознание, поэтому я приводила её в чувства с другой стороны окна, дав ей полный доступ к свежему воздуху и не мешая другим эвакуироваться.
Я: нужно выбраться, понимаешь? Сделай огромный шаг и уже когда окажешься на свежем воздухе - теряй сознание, - я толкнула к другому окну, чтобы её поскорее спустили, сама же начала выкидывать рюкзаки, которые удалось спасти.
Парни ждали лишь меня одну, чтобы спустить, а я, как староста, не могла оставить одного из одноклассников в закрытом помещении. Тряпки уже до сраки, в классе нечем было дышать. Мы одновременно уселись на подоконники, свесив ноги вниз. Это слишком высокая дистанция от земли, поэтому я боялась просто переломать себе ноги. Парни более прыгучие, у меня с этим всегда были проблемы. Девочки хотели сделать попытку меня словить, но кому-то на голову приземлиться также не хотелось. На счёт, мы прыгнули вниз, потому что огонь уже на территории нашего класса. Мои ноги будто переломались, это был грубый контакт с землёй. Стопы моментально завибрировали, колени тряслись, я не могла поднять себя. Я просто лежала и пыталась отдышаться, а все вокруг подумали, что я действительно получила перелом.
: Нэнси, локоть..
Я обращаю внимание, что весь мой рукав промок от крови, разорвав кофту осколками.
Я: похуй, - откинув голову на сырую поверхность.
Вскорее, огонь захватил классы, разбросав алые отблески на старые деревянные парты и выцветшие занавески. Лампы, всё ещё горевшие, замигали и погасли одна за другой, уступая место хаосу. В этом горящем здании школьные стены, пропитанные теплом прошлых лет, трещали и крошились. Снаружи было слышно, как сирена пожарной машины разрывает вечерний воздух, но пламя уже уверенно пировало в здании, разбрасывая искры, подобно бенгальским огням. А за окнами темнела ночь, словно скорбя по школе, чьи стены были обречены стать пеплом..
Все те, кто исчезли из школы, резко появились рядом с нами и оказывали помощь, проверяя нас на наличие травм. Все школьники были выведены заблаговременно, но, о нас все забыли и в моих мыслях было одно: спасти каждого своего одноклассника. Я чувствовала ответственность за них и мне больно осознавать, что если бы не спустилась на первый этаж.. всё могло закончиться очень плачевно.
Я попросила меня не трогать, просто лежала и в спину бил холод, который охлаждал мои мысли. Я видела снизу, как наш класс взрывается от огня, а сбоку одноклассники, который разбирают свои уцелевшие рюкзаки. У каждого есть то, что он не хотел бы потерять в пучине огня, поэтому я угодила всем, но осталась с полным опустошением внутри. Адреналин переиграл, а сердце билось, как последний раз, будто готово было покинуть мою грудь.
Не подавая голос, я читала молитву, которую никогда до этого не знала. Я не верующая с тех пор, как не стало моих родителей, хоть и крещённая. Это был момент, когда я окончательно успокоилась, отдав свои угнетающие мысли вверх, к Господу.
Медицинская помощь подоспела очень быстро, но, помощь нужна была лишь мне одной, потому что всё это время я лежала и не имела сил подняться. Одноклассники окружили меня, пытаясь как-то расспросить, что же я чувствую. Может, я чувствую кровотечение, помимо локтя. Может, перелом, из-за которого не поднимаюсь долгое время. Я не разговаривала, получив огромный стресс. Фельдшера закрыли меня в карете скорой помощи, обеспечив безопасность. Здесь мне не задавали вопросов, потому что это нарушает границы. Они пытались меня осмотреть, но я просилась выйти на улицу и наблюдать всё воочию. Меня до гнева доводило то, что я не контролирую ситуацию и на любое действие я отмахивалась. Угомонили меня тем, что на месте работают специалисты, а все одноклассники и учителя также в зоне безопасности. Им ничего не угрожает. Для и так испорченной психики, мне идут на уступки. Усаживают под окно, чтобы я могла всё видеть своими глазами, а не полагаться на слова.
У меня в кармане был телефон и первый человек, которого я решилась набрать - это была Соня. Мне так нужно услышать её голос, что даже с болью в локте, я набрала её через социальную сеть и в голос произносила:
Я: прошу, ответь. Ответь мне.
Через несколько секунд, мне девушка отвечает, но молчит в трубку.
С: Нэнси, что-то важное? Я на уроке.
Я: пожалуйста, забери меня, - надрывистый голос дал ей понять, что со мной не всё впорядке.
С: где ты?
Я назвала ей адрес своей школы, но не рассказала всё то, что произошло. Она поймёт, когда увидит своими глазами этот ужас.
Классный руководитель, видимо, позвонил моей тёте, которая также сорвалась с рабочего места и приехала ко мне. Я продолжала молчать, будто набрав в рот воды. Меня обнимали, меня словесно поддерживали, а я вела себя неадекватно и грызла изнутри губу. Даже когда пожар устранили через какое-то время, я продолжала думать, что ничего не закончилось и пожар может произойти в машине скорой помощи. Единственное, что я приняла без сопротивлений, это горячий чай, которым отогрели всех нас. Я обожгла губы, но нервно пила его, сидя с пледом на плечах. Меня колотило до тех пор, пока я не вышла на улицу, чтобы встретиться Соню. Она изначально шла быстрым шагом, а потом сорвалась бежать, когда увидела меня, стоящую в грязной одежде. Я не плакала, я не люблю плакать без причины и даже сейчас, испытывая множество эмоций, я не выдавила из себя слёзы. Я скинула плед и побежала на встречу к Соне. Эти объятия были будто приятным завершением судьбоносного дня..
Девушка обнимала и просто смотрела из-за моей спины, что произошло со школой. Она прижала мою голову к своей груди, закрыв уши, чтобы ничего не слышала, лишь её дыхание.
С: ты в порядке?, - шёпотом обратившись.
Именно такая тихая речь была очень нужным элементом, чтобы привести меня в чувства.
Я: да. Да, со мной всё хорошо, - мягко погладив её спину, в то время, как девушка гладит мои волосы, - спасибо, что пришла.
С: нет, это не то, за что нужно благодарить.
: Нэнси, идём домой, - крикнула тётушка, которая наблюдала всё и женщину явно раздражает, что я не бросилась в её объятия, а ждала какую-то подругу.
Я: можешь сегодня побыть со мной?, - слегка отстранившись, - хотя бы час.
С: сколько тебе потребуется, столько и буду. Лишь бы твоя тётя меня не выгнала.
Я: я не хочу возвращаться домой.
С: у тебя очень красные глаза, - большим пальцем погладив щеку, которая покрыта чёрной сажой.
Глаза действительно воспалились. При длительном контакте и вдыхании токсичных веществ, но, я всё ещё чётко вижу девушку и не могу представить, что было бы, если бы она не смогла прийти прямо сейчас.
С: тебе оказали медицинскую помощь?
Я: да, - указав на локоть.
С: где ты так?
Я: стекло выбивала, чтобы огнетушитель взять, - упав вновь на её плечо.
Взявшись за руки, мы вернулись ко всем остальным. Родители большинства приехали, чтобы забрать своих детей. Должны проводиться поиски людей в сгоревшем здании. Учителя пересчитывают своих подопечных. Некоторые продолжают греться рядом со скорой помощью. Кто-то в слезах утопает, кто-то пытается от шокового состояния отойти, кто-то обсуждает произошедшее между собой, кто-то так вообще пошёл по моему принципу и легли на землю, потому что у всех присутствовала неописуемая слабость в теле.
Тётя вела разговор с медиками, пока я не отлипала от Сони и она была не против такого рода тактильности. Некоторые одноклассники подходили ко мне, чтобы поблагодарить, а девушка не понимала, за что столько внимания.
С: расскажешь мне?
Я: выполняла свой долг, - прикрыв веки и горько сглотнув привкус дыма во рту, - ничего особенного.