Я ставлю тебе условия.
Ночью я засыпала с улыбкой на лице. Что-то внутри расцвело, наполнилось любовью и завёлся тот механизм, который часто давал сбой и не давал мне слиться с человеком. Она поцеловала меня. Если это не будет поводом для дальнейших развитий и Соня продолжит гасить наши чувства, я закроюсь. Закроюсь от всех людей, чтобы не ощущать того же, что ощутила после встречи с ней. Мне не жалко себя и я готова к тому, что человек сделает мне больно, поэтому не хочу сильно нырять в эту романтику, чтобы потом не остаться у разбитого корыта.
Проснувшись утром, я впервые так бодро вскочила с кровати, потому что проснулась не от будильника, а от осознания, что будильник не сработал и я проспала больше, чем положено. Тётя спокойно сидела на кухне с чашкой кофе и совсем не понимала, почему я ношусь по всей квартире и куда-то тороплюсь. Оказывается, что запись к офтальмологу у нас назначена не на утро, а на обед, поэтому моя спешка была бессмысленной. Я чуть штаны не разорвала, в попытках натянуть их на себя. По всей кровати валялась, крутилась из стороны в сторону, потому что это тот фасон джинс, которые нужно натягивать на бёдра, а бёдра у меня костлявые, возникли мельчайшие трудности. Когда поняла, что вся суета была безтолковой, я уже не стала снимать эти джинсы, переодеваться обратно в домашнюю одежду. Я решила остаться так и пойти завтракать. Вчера я сожгла каллории, но, не пополнила их вечером, поэтому завтрак обязан быть плотным приёмом пищи. В прочем, как и всегда. Тётушка успела сделать безупречные блины с яблоками, творогом и корицей. Это бесподобное блюдо проваливалось в меня, будто в желудке бездонная дыра. Я была очень голодной, но я так счастлива после вчерашней ночи. Этот поцелуй остался на моих губах и отложился приятным воспоминанием в памяти. Я бы с радостью хотела поделиться этой новостью с кем-то из близких, но из близких у меня одна лишь тётя. Даже друзей толком нет, так, рабочие отношения из-за тренировок.
Всё же, после длительного времяпровождения за телефоном, мы отправились в городскую больницу. У меня глаз начинал постепенно чесаться, но, тётя мне руки отобьёт, если я начну натирать. Поэтому сидела я в такси с мощнейшим потоком слёз и соплей, а ещё, мне постоянно хотелось чхать. Я уже кручу этим носом, пытаюсь как-то успокоиться, но у меня будто начался приступ. Все раздражители, даже пыль, влияли на моё состояние.
Когда мы оказались в больнице, прошли без очереди и только на осмотре я поняла, что это оказались осколки. Да, это осколки того самого стекла, когда я выбила его, чтобы достать огнетушитель. В тот момент, я ничего не почувствовала и даже внимания не обратила, а всё оказалось куда хуже. Благо, до развития глаукомы не дошло и мы вовремя явились перед врачом. У меня на этом фоне испортилось зрение на один глаз, за что я очень переживала. Когда мне сказали, что можно сделать попытку достать эти частицы, я вжалась в кресло. Все эти неизвестные мне стерильные штуки муляли глаза и тётю попросили выйти, я же не маленькая девочка. В этот момент, я ещё больше хваталась за рукав кофты и рвала ткань ногтями. Меня запугивали, что нельзя дёргаться, можно повредить глаз металлическими инструментами, а когда мне говорят не двигаться - я ещё больше начинаю двигаться и непроизвольно вздрагивать. Попросили вцепиться в стул и широко открыть глаза, буквально выпучить их. Понятное дело, что меня прокапали анестезирующими каплями, чтобы я не ощутила боль, перед этим глаз промыли раствором. Даже если меня ещё не касались пинцетом, я уже накручивала себя, что вот именно сейчас что-то пойдёт не так и мне воткнут эту маленькую хреновину в глаз. Любое действие, которое связано с глазами, для меня уже умопомрачительная моральная давка. Будь-то операция на жизненноважный орган - я бы даже не отреагировала, а тут у тебя в глазу ковыряются и пытаются собрать эти крупинки, при том, что я в сознании и продолжаю видеть происходящее вокруг.
Когда я поняла, что ничего моему здоровью не угрожает, я немного подрасслабилась, а тут нужно было держаться в напряжении всё время, потому что остаться без зрения - это мучения до конца дней, но, меня добрая медсестра задобрила и смогла влиться в доверие, за что ей низкий поклон и уважение. Вышла из больницы я с антибиотическими каплями, противоспалительными препаратами и повязкой на глазу, как у пирата. Так как меня никак не торкали взгляды окружающих, я спокойно добралась вызванного такси и направилась в школу, где меня уже ждал классный руководитель с половиной учебников, которые мне должны были выдать в прошлый раз, но отдали сейчас.
Лёгкое волнение присутствовало. Я не знала реакцию будущих одноклассников и предугадать не в силах, но, думаю, со слов Сони, они являются адекватными людьми.
: ой, а что это у тебя такое?, - обратилась женщина, так сказать, спутница на ближайшие пол учебного года.
Я: немного с глазом проблемы, уже всё решилось, - трудно развидеть правым глазом окружающие стены и вестибюль, но я максимально старалась рассмотреть.
: сейчас должен быть урок физики. Мой урок. Давай я возьму ноутбук и мы вместе пойдём в класс, заодно представлю тебя ребятам.
Я: я не против.
Прошлась к учительской, посмотрела на детей из средней школы. Все такие весёлые, в то же время серьёзно одеты и поведение не взбалмашное, к чему я не привыкла. Они обычные, но явно отличаются от наших учеников.
: переживаешь?, - с улыбкой выходит классная руководительница, немного погладив меня по спине, - не волнуйся, у нас очень хорошие дети. Быстро вольёшься в коллектив.
Я была сосредоточена, особо не разбрасывалась словами и когда зашла вслед за руководителем в класс - я стала объектом для большинства взглядов, которые, судя по всему, были прикованы к моей повязке.
: Нэнси, приветствую тебя в нашем классе. Соболезную насчёт случившегося, слышала, что ты очень ответственная девочка, помогла всему классу и сама спаслась.
Я: немного, - мои уши уже были не увлечены словами учителя, когда моё зрение упало на сидящую за второй партой Соню.
Ощущение, что она неожидала меня здесь увидеть, возможно, их даже не предупреждали.
: ещё знаю такую информацию, что ты хорошая староста. Не хочешь быть заместителем старосты?
Я: нет. Я или староста, или обычный ученик. Формально быть каким-то заместителем не собираюсь.
: я не отдам тебе свои обязательства, - послышался голос Сони, которая сразу разграничила нас.
Я: не претендую, - сжав челюсть, - могу сесть на свободное место возле окна?, - указав на вторую парту, которая была занята парнем, но, с виду он казался отличником, его выдавали манерные повадки и постоянная писанина в тетради.
: пока что присаживайся. Потом посмотрим, может пересажу вас всех.
Соня единственная, кто сидел с девочкой. С основном, было по правилу мальчик/девочка, а тут девочка с девочкой и смотрелось немного непривычно.
Одноклассники действительно оказались дружелюбными, предлагали свою помощь, только я ненавижу позицию жертвы, поэтому попросила ко мне относиться без излишней заботы. Опека для меня - это каторга. Я привыкла быть сама по себе, а тут ко мне навязываются. Только Соня молча восприняла моё появление. Часто смотрела в мою сторону, просто втыкала, но я не оборачивалась, погружаясь в рабочий процесс. Я прекрасно слышала, о чём подруга Сони пыталась с ней заговорить и какие вопросы задавала, только девушка отмахивалась и всячески прекращала общение, пытаясь переключиться на учёбу. Мне самой было не особо приятно сидеть под наблюдением Сони. Я всё ещё трепетно отношусь ко вчерашнему событию и мягко реагирую, когда взгляды случайно встречаются. Передо мной учебник, тетрадь, я часто выхожу к доске, потому что остальные предпочитают отсидеться до конца урока. А мысленно я будто ещё во вчерашнем дне, стоит только включить воспоминание и я теряюсь, даже успела уронить мел на пол, а потом пройтись по нему ботинком. Я хотела больше внимания от девушки, хотелось просто держать её за руки, рассказать о сегодняшнем дне, послушать рассказ Сони и объятия. Долгие объятия, чтобы каждый из нас успокоился. Никогда я не была щепетильной в такой теме, но сейчас меня кружит эта влюблённость и девушка играет чувствами, как по клавишам фортепиано. От первой до последней октавы. И всё это чередует между собой: от любви к ненависти, от боли к радости, от нежности к грубости. Что ожидать в следующий момент - непредсказуемо. Хочется больше получать ответного тепла, а приходится держать сердитое, безэмоциональное лицо, чтобы никто ничего не подумал, да и чтобы Соня не понимала, насколько я в неё погрузилась.
На перемене я познакомилась окончательно со всеми, а Соня сделала вид, что мы незнакомы, поэтому подошла ко мне с протянутой рукой и шепнула:
С: я Соня.
Я: Нэнси, - смотря на неё так, будто это последний день, когда я вижу девушку.
Я, практически, сразу поняла, какая из одноклассниц Соне нравилась, так как, именно с этой девушкой она больше всего времени проводила. Между ними была своя химия, только если смотреть на Соню - она не проявляет должного внимания, которое исходит от влюблённого человека. А вот вторая девушка даже смотрит на неё с этой ноткой неловкости и подростковой любви. Эта девушка была очень хорошей, в разговоре со мной она уважительно обращалась и задавала тактичные вопросы, которые не цепляли меня, в отличии от вопросов других одноклассников. Я держалась компании и всё ждала, что Соня подойдёт, но она даже не думала подходить ко мне, когда я нахожусь в окружении других людей. Мы наблюдали друг за другом, находясь на приличном расстоянии и во взглядах не было заинтересованности. Это было скорее, как удостовериться, что мы рядом.
Так проходили все уроки: отстранённо и напряжённо. И сказать друг другу нечего, но и тянет неописуемо. Каждый раз, когда со мной кто-то пытается заговорить, тут же появляется взгляд Сони, которая будто пытается контролировать. Я не ревную к ней людей, но видеть, как она улыбается остальным и смеётся с их шуток, тот ещё маленький огонёк ревности.
После уроков я засобиралась домой. Сняла окончательно повязку с глаза, когда устала от неё. Уже дома заменю чистым бинтом. За окнами солнце не светит, метель, снег сыпется тоннами на ровную поверхность земли. В глазу появляется боль, видимо, перестало действовать обезболивающее средство. Мне хотелось поскорее вернуться домой, поэтому я быстро перешагивала ступени и оказавшись на первом этаже, меня затягивают за угол. Я даже не обратила внимание, кто меня сюда завёл, но это комната уборщиц, которые сейчас моют полы по всей школе. Я оглядываюсь, тем временем, Соня смотрит прямо на меня. Очень мало пространства, тесно даже стоять, мы друг другу в лица дышим.
С: не думала, что твой выбор падёт на эту школу, - её рука уже на моей щеке, мягко и ласково погладив.
В этой комнатке нет окон, лишь ночник, который стоит где-то на столе, даже не в силах осветить наши лица.
Я: почему ты была целый день с кем-то другим?
С: разве я нужна тебе так, как ты нужна мне?
Я: ты первая сделала акцент на том, что мне не светит место старосты. Это было грубо сказано.
С: я действительно это место тебе так просто не отдам, - улыбнувшись, - лишь за ещё один поцелуй.
Я: долго мы будем целоваться? Эти поцелуи даже толком ни к чему не приводят.
С: а чего бы ты хотела?
Я: лидерство.
С: оно превыше всего, что между нами происходит?
Я: а что между нами происходит? Недосказанность? Уж простите, я умываю руки.
Соня ещё больше улыбается, а я уже вжата в стену, но стараюсь держаться от неё подальше, пока ветает эта неизвестность.
С: скажи честно, ты ревнуешь меня?
Я: нет. Я не люблю, когда со мной ведут игру. Если хочешь, чтобы я была старостой, просто отступи. Если не думаешь сделать шаг назад, значит продолжай дальше флирт с той девушкой и будь старостой, я как то без этого буду жить прекрасно.
С: прослушивается агрессия в твоём голосе.
Я: агрессия не так выглядит. Так что, уступишь или будешь дальше притворяться перед всеми, что ты непробиваемая?
С: даже если я уступлю, а дальше что будет? Вновь ссориться из-за пустяков, кричать друг на друга, а наедине раскрываться?
Я: ты делаешь выбор не в мою пользу.
С: а ты вообще не ответила на моё предложение.
Я: то, что я должна тебя поцеловать? Целуйся с теми, с кем планируешь не интрижку, а большее.
С: я тебе уже кричу о своих чувствах, а ты только и делаешь, что пытаешься всячески лучше меня казаться. Разве так поступают?
Я: ты не готова даже перейти на другой этап взаимоотношений, значит от тебя мне нужно только лидерство. Передай мне его и будешь свободна.
С: да запросто. Думаешь, я не способна уступить девушке, от которой я без ума?
Я: не думаю, что ты так просто это сделаешь.
С: Нэнси, хватит пустых разговоров. Ты сейчас ведёшь игру со мной, её даже не я начала.
Я: я ставлю тебе условия.
С: я тоже поставила своё условие. Хочешь быть старостой - целуй.
Я: я не буду тебя целовать за привилегию.
С: а я хочу получить твой поцелуй.
Я: Соня, это происходит не из корыстных мотивов. Этим должны руководствоваться чувства.
С: значит, вчера мной руководили чувства. Достаточно понятно для тебя?
Я молчу, но уже знаю, что поцелую её и то место старосты мне не так важно, это скорее проверка. Готова она пожертвовать репутацией или же в приоритете то, что же подумают одноклассники, если она уступит новенькой.
Мы одновременно притянулись друг к другу. Поцелуй был резким и отчаянным, будто мы пытались стереть упрёки и споры, которые всегда нас держат вместе. Гнев растаял под напором губ девушки. Это было так, словно плескались остатки ярости, но уже проростала нежность. Я знала, что должна была оттолкнуть и этот поцелуй вновь будет лишь минутным удовлетворением, но тело предавало мои мысли. Между нами пульсирует что-то непреодолимое. Я хотела бы вырваться, но руки девушки скользнули на талию, удерживая так, будто сковывает пальцами. В поцелуе было всё: вызов, насмешка и опасность, от которого ещё больше разжигалось желание продолжать. Это был не просто жест примирения, а борьба, в которой мы обе одновременно проигрываем и побеждаем. Поцелуй, который ломает границы и рушил наше хрупкое равновесие. Каждый вдох и выдох я ощущала, сладко утопая. Соня может меня уничтожить, но почему-то именно это притягивало сильнее всего.
Остановившись, губы горели. В груди облачная лёгкость. Всё не укладывается в моей голове. Что теперь?
Соня только хотела отпустить, тяжело вздыхая, а я лишь сильнее надавила на её плечи ладонями, растерянно смотря на лицо девушки.
С: если тебе так важно быть лидером, пожалуйста, уступаю. Обещание держу.
Я: успокаивайся, - понимая, что Соню задели мои слова, я попыталась обнять, боясь негативной реакции, но, она лишь сомкнула руки за моей спиной и уткнулась в плечо.
Наши объятия настолько грубые, будто я пыталась удержать её, но она не сопротивлялась. Утешая девушку, я до сих пор не могу докопаться до её искренних чувств, пусть даже она о них говорит прямо, но нет тех моментов, в которых бы я сказала - да, это то, что я хотела.
Я: я просто привязана к тебе и не представляю, что было бы, если бы ты была с другой девушкой.
С: да не нужна мне другая девушка, Нэнси, я требую поцелуи от тебя.
Я: а мне не нужны позиции выше тебя, - клянусь, мои глаза уже таили слёзы, я очень чувствительна к словам, пусть и скрываюсь, раз девушка не понимает мои побуждения, - я хочу быть с тобой, но, это кажется невозможным.
С: почему?
Я: характеры одинаковые.
С: это же нам не мешает.
Я: гордость, - погладив голову возлюбленной, - гордость нам мешает, Сонь.