Охваченные Восхищением.

— Что за хер прислал это сообщение? Широко раскрытыми глазами я смотрела на Коула со своего места в конференц-зале его дома в Самервиле. Его крики были обращены на двух мужчин, которых я никогда раньше не встречала. Они оба сидели за серым столом несколькими стульями от меня и оба судорожно что-то клацали на переносных компьютерах. — Мы не смогли опознать, кто отправил сообщение. Это, кажется, какое-то приложение для текстовых сообщений, где пользователю не нужно вводить личные данные для загрузки, — сказал младший из них. — Поэтому у них даже не было какого-то аккаунта, чтобы скачать эту хуйню? — голос Коула отразился от стен. — Мы работаем над этим, сэр, — сказал другой, не отрываясь от своего компьютера. Я тупо наблюдала. Последние восемь часов прошли в полнейшем тумане. С тех пор как я прочла сообщение, Коул встал, сделал несколько телефонных звонков и, в мгновение ока, мы покинули отель. Пять мужчин в выглаженных черных костюмах проводили нас из нашей комнаты к машине, где ждали еще больше охранников. На этот раз не было личной поездки в джипе без дверей. Нас сопровождали к частной взлетно-посадочной полосе на пуленепробиваемом лимузине, с кортежем машин, окружающих нас. Я знала, что он был богат, что на него работало много людей, но я понятия не имела о таких масштабах. С того времени, как он вскочил с постели и они вывели нас из комнаты, прошло не более десяти минут. В самолете Коул сидел рядом со мной, и его рука крепко сжимала мою. Он продолжал говорить мне, что со мной все будет в порядке, снова и снова нашептывая слова поддержки. Я слышала его, но это не помогало. Я слишком быстро вернулась в реальность и все еще не могла прийти в себя. — Вы уже в течение нескольких часов ищете эту чертову информацию! Вы должны хоть что-то узнать и немедленно! — Коул взревел и грохнул кулаком по столу. Я даже не вздрогнула. Между нежностями, которые он шептал мне на ухо в машине, потом в самолете, а с самолета — по дороге сюда, он яростно говорил по своему сотовому телефону. От того, что он сильно сжимал телефон, вены на его руках были выпучены. Он был очень зол. Озабочен. И все из-за меня. Мне это не нравилось. И кто мог это сделать? Элейн. Она казалась самым очевидным человеком. — Мы узнаем, — с полнейшей уверенностью сказал старший. — Нам нужно время. — Ты не покинешь эту комнату, пока не найдешь его, — сказал Коул, протягивая ко мне руку. — Давай, Джулия. Ты, должно быть, устала. Так и было. За все это время я не сомкнула глаз. Я взяла его за руку. Он открыл дверь и вывел меня из конференц-зала. Как только за нами закрылась дверь, он прижался губами к тыльной стороне моей руки. — Не волнуйся. Мы найдем того, кто это сделал. Я кивнула, увидев любовь в его глазах. — Какого хрена? — визг Элейн заставил меня подпрыгнуть. Она зашагала по коридору, одетая в маленький черный спортивный бюстгальтер и розовые тренировочные шорты. — Ты исчез на целый день, не отвечал на мои звонки, а потом я прихожу домой с пробежки, чтобы найти это? — она махнула рукой в мою сторону, а ее лицо просто излучало отвращение. Я ожидала, что Коул бросит мою руку и начнет вести себя, будто ему на меня наплевать. Если бы он так поступил, я бы знала, что то, что мы разделили, было не реальным, а плодом моего воображения. Но он этого не сделал. Он продолжал держать меня за руку, даже еще крепче. — У меня для этого нет времени, Элейн. — Он потянул меня за ним по коридору. — Ты шутишь, да? — отрезала она. — Разве похоже, что я шучу? — Ты просто прошел мимо меня с этой сучкой, выставляя это дерьмо перед моим лицом? Что-то в ее словах спустило курок. Я не могла сказать, было ли это из-за того, что она назвала меня сукой, или из-за ее намеков, что я была какой-то любовницей. Я был морально и физически истощена. Какая бы ни была причина — я сорвалась. — Да пошла ты. — Я обернулась, выдергивая свою руку от Коула. — Прости? — Элейн прижала тонкую руку к груди, руку, на которой был надет большой сверкающий алмаз, который подарил ей Коул. Он сделал предложение ей, а не тебе. «Он всегда возвращается ко мне». Ее слова с той ночи эхом отозвались в моей голове. Я проигнорировала мою совесть и направилась к ней. — Не называй меня так. Она подняла одну темную бровь. — Не называть тебя как, сукой? — она ухмыльнулась. — Это то, что ты есть. Просто вагина для траха на стороне. Ты же не думаешь... Я никогда не узнаю, что Элейн собиралась сказать дальше, потому что я сжала руку в кулак и ударила ее по тупому и красивому лицу. Она не ожидала, что мой кулак заедет ей прямо в щеку. Большинство девушек таскали за волосы и царапали ногтями. Но не я. Мой отец, даже не смотря на все его ошибки, научил меня, как наносить удар. За эти годы я несколько раз использовала это, но никогда удар не чувствовался таким идеальным, как этот. Элейн отшатнулась, поднеся руки к своему лицу. — Тупая пизда! — воскликнула она. — Что, блядь, с тобой? Я последовала за ее отступлением, мои суставы болели, но в хорошем смысле, чтобы сделать это снова. — Ты просто позволишь этому случиться, Коул? Сильные руки сжали мои плечи, останавливая меня. — Джулия, не надо. — Он потянул меня назад. — Нет. Я еще не закончила! — я яростно покачала головой. Я хотела вымести все свое разочарование и страх на ее тупой заднице. — Нет, ты закончила, — сказал он строго. Я пыталась сопротивляться, пока он не перекинул меня через плечо. — Опусти меня, Коул. Сейчас же! — я кричала ему в спину. — Ты еще пожалеешь об этом, тупая шлюха! — крикнула Элейн. Я подняла голову и взглянула на нее через свои растрепавшиеся волосы. Взгляд, полный ненависти на ее отекшем лице, определенно был направлен на меня. Страх дрожью прошелся по моему телу, и я перестала бороться с Коулом, позволив ему унести меня от Элейн. Он не поставил меня, пока не пришел в комнату, в которой я остановилась две ночи назад. Он захлопнул дверь, и сердито повернулся. — Что это было? — Я ударила ее в лицо. — Ну, конечно. — Я устала от людей, которые рядом со мной, Коул. — Я провела рукой по моим волосам. — Но это не важно. В моей голове пронеслась куча сценариев, где все заволокло злорадное выражение Элейн. — Послушай, я знаю, она тебе не нравится... — Не нравится? — я фыркнула. — Да ладно, Коул. Она же твоя невеста. — Да, но... — И это она пыталась убить меня, — прошептала я, прервав его. — Что? — он потер руками лицо. — Я сказал тебе, что это была не она. — Как ты можешь знать наверняка, Коул? Как ты можешь быть настолько уверен? — я ненавидела мольбу в своем голосе. — Я просто знаю, что это не она. У нее нет средств, чтобы провернуть такую операцию. Плюс, я контролирую ее расходы. И уже просмотрел ее банковские счета. Никакой подозрительной активности. — Он сложил руки на груди.
— Ах-ха! — я осуждающе указала на него. — Видишь, ты ей не доверяешь. Ты говоришь так, будто без сомнения знал, что она не стала бы пытаться убить меня, но все же ты ее проверял. — Конечно, я ее проверял. — Он сделал шаг ближе ко мне. — Я не буду рисковать, когда это касается твоей безопасности. Не опять. Его слова дошли моего сердца и чуть не заставили упасть в его объятия. Нет, оставайся сильной, Джулия. Элейн как-то связана со всем этим. — Хорошо. — Я тоже сложила руки на груди и начала вышагивать по комнате. — Так на ее банковских счетах не было странной активности. Может быть, она не пользуется ими по назначению. Откуда ты знаешь, что у нее нет других банковских счетов? — я перестала ходить, и подошла поближе к Коулу. — Или, может быть, она еще не оплатила их. Я не знаю, Коул, но что-то с ней не так. — Я заломила руки. — Ты не видел ее лица, когда мы уходили. Вещи, о которых она говорила мне той ночью... Коул нахмурился. — Той ночью? Что случилось тогда? — Она сказала мне быть осторожной. Она сказала это себе под нос, но я четко это услышала. И когда я переспросила ее, о чем она говорила, она отмахнулась. Что-то с этим не так, Коул. Он вздохнул и покачал головой, но я не упустила гневное выражение на его лице. — Не волнуйся, ладно? Элейн — последний человек, о котором нужно беспокоиться. Я ошарашено смотрела на него. Его доверие к Элейн начало еще больше беспокоить меня, чем их отношения, что о чем-то говорило. Я хотела потребовать, чтобы он заставил ее уйти, но какая-то часть меня боялась, что он отвергнет мою просьбу. Я не думала, что моя неустойчивая психика сможет справиться с этим. — Тогда кто еще мог написать мне сообщение о том, где я была прошлой ночью? — спросила я. — Ты слышала ее. Она понятия не имела, где был я или были мы прошлой ночью. Я обдумывала то, что он сказал. Она выглядела очень удивленной, увидев нас. — О, она могла притвориться. Кто-нибудь из твоих охранников прошлой ночью присматривал за болотом? — На всякий случай, несколько человек находились в обозначенных масштабах, прежде чем мы уйдем, но это все. — Вот и все, — сказал я с полной убежденностью. — Они следили за нами и сказали ей! — Все части начали складываться. Коул изучал меня. — Я поговорил с ребятами, — он смягчился. — Но я знаю, что это не из-за этого. Почему он по этому поводу так категоричен? Его отказ с каждой секундой заставлял меня чувствовать себя неуютно. — Почему ты так уверен? — Двумя парнями, которые все проверяли, были Рэнди и Леон. — Они помогали тебе преследовать меня, — ответила я. — Ты нанял их на работу в моем доме следить за мной. Так кто сказал, что они не помогали Элейн в попытке убить меня? Боль мелькнула на лице Коула. — Я с ними поговорю, — сказал он тихо. Я почти почувствовала себя плохо после этого разговора. Я хотела прыгнуть в его объятия и сказать ему, что все будет хорошо, что он был прав насчет своих друзей, но я не могла этого сделать. Страх сжал мое нутро. Я не собиралась рисковать только потому, что он считал, что доверяет кому-то. Я думала, что знала своего отца, я думала, что знала Кевина, да еще и маму в придачу, но при этом все они меня одурачили. Я думала, что знала Коула, но он преследовал меня. Я узнала на своей шкуре, что не могла доверять никому. — Я не могу оставаться здесь. — Я бросилась к своему чемодану, который до сих пор стоял нераспакованный. — Я собираюсь поехать в другое место. Вдруг до меня дошла истинная реальность моих мыслей. Если Элейн была к этому причастна, если Рэнди или Леон помогали ей, то опасность была везде, особенно с Коулом, который не верил, что любой из них мог быть к этому причастен. — Нет. Здесь ты в безопасности. — Действительно? — я повернулась. — С этой чокнутой стервой в коридоре и твоими людьми, прочесывающими это место. Черта с два! Я повернулась обратно к своему чемодану, но Коул остановил меня, схватив за плечи. — Твою же мать, Джулия, ты дрожишь. Впервые я заметила, что у меня стучали зубы. — Я не могу остаться здесь. Боль снова отразилась на его лице. — Конечно, детка. Я отвезу тебя в любое место, куда ты только захочешь. В любое место, где ты почувствуешь себя в безопасности. — Но твои люди не смогут последовать за нами. Все виды эмоций отразились на его лице. — Без них ты не будешь в безопасности. На тебя не нападали, пока мои люди следили за тобой. Я говорю тебе, мои люди и Элейн не имеют с этим ничего общего. Я взвешивала, что он сказал. В его словах был смысл, но слишком много указывало на нее и их помощь. — Может быть, в этой очевидности и был смысл. Она думала, что в ту ночь я умру, Коул. Она наняла кого-то убить меня, только у него это не получилось. Так что теперь она волнуется. Это имеет смысл! — Почему она на тебя напала, когда я, наконец, позволил тебе уйти, когда я, наконец, убрал за тобой слежку? — он сжал мои плечи. — Я не знаю. — Я прикусила губу. — Но я им не доверяю. Любому из них. И я не останусь рядом с ними. — Ты ведешь себя неразумно, они здесь, чтобы защитить тебя. Чтобы защитить... — Блядь, Коул! — я взмахнула руками и отошла от него. — Ты, мать твою, не слушаешь, что я говорю. Я не останусь здесь с этой сукой или с этими мужиками. Если ты не позволишь мне уйти, я позвоню в полицию и вызову сопровождение. — Джулия. — Он смотрел на меня, разочарование отразилось на его великолепном лице. — Ты сумасшедшая, если думаешь, что я собираюсь отпустить тебя одну. Мы останемся здесь только вдвоем, если это заставит тебя чувствовать себя в безопасности, — он смягчился. — Я сделаю это. — И куда мы направимся? — Дверь в спальню открылась, и на пороге стояла Мэнди, ухмыляющаяся от уха до уха, с хвостиком на голове. — Боже мой, Мэнди! Ты здесь! — я подбежала и обняла ее. Я не могла объяснить, почему была так рада ее видеть, но ее присутствие утешало меня, пока я была настолько неуверенной. Она была одета в черную футболку с белой надписью СТЕРВА на груди. Это было так грубо, так в стиле Мэнди. Я не могла сдержать улыбку. — Да, я пришла, чтобы увидеть Рэнди. — Рэнди? — переспросила я. — О, да. — Я отстранилась и посмотрела на нее. — Вы теперь встречаетесь? Она пошевелила бровями. — Я чертовски на это надеюсь. Взрыв смеха сорвался с моих губ. Она продолжала, возясь с куликом в одном ухе: — Я удивилась, когда он недавно прислал мне сообщение, что вернулся в город. Я думала, вы пробудете там дольше. — Она повернулась к Коулу. Я упала духом. — Чт-то случилось? — она нахмурилась. — Я скажу тебе позже. Пойдем со мной? Она взглянула на меня и Коула. — Хорошо, это как-то связано с черным синяком под глазом? — она ткнула большим пальцем за свою спину. — Потому что это дерьмо выглядит довольно ужасно. Из моих губ опять сорвался смех, от чего я схватилась за живот и согнулась вдвое, будучи не в состоянии себя контролировать. Это звучало не очень смешно, но почему-то мне казалось наоборот, видимо, сказывалась моя усталость. — Подожди, это сделала ты? — спросила Мэнди. Я не могла произнести ни слова, поэтому только кивнула. — Ну, нахрен, девчонка, ты просто сделала этот день еще лучше! *** — Ты уверена, что хочешь здесь остановиться? — скептически спросил Коул. Я не была уверена уже ни в чем. У меня не было на уме ни одного конкретного места, когда мы загружались в грузовик Коула. Я просто знала, что не хотела находиться в одном доме с этой стервой. Когда мы уходили, я не встретила ее, чему осталась довольна. Хорошая часть меня хотела надрать ей задницу. — Да это же восхитительное место, Джулия. Я показала Мэнди средний палец и поставила свою сумку на одну из двух двуспальных кроватей в номере. Этот захудалый мотель не был идеальным, но он казался лучшим вариантом. Почему когда хреново, я всегда оказываюсь в таких местах? В прошлый раз я хотела поехать куда-нибудь, где меня не смог бы найти Коул. В этот раз я хотела держаться подальше от Элейн. Я рассматривала очень много мест. Дом моей бабушки, даже дом моего отца, но мысль подвергнуть их опасности заставила меня отбросить эти идеи. Я уже ставила под удар Коула и Мэнди. — Я думаю, что это подойдет. Ты уверен, что за нами не следили? Коул кивнул. — Да. Я пять раз петлял вокруг, детка. Никто не следил, я обещаю. — Он приобнял меня сзади. — Я сказал всем своим людям оставаться на месте. Я не сказала им, куда мы направляемся. — Ты думаешь, они тебя послушают? — Послушают, если хотят сохранить свои рабочие места. Они знают, что я не треплюсь попусту. Я улыбнулась и повернулась к нему, впервые за весь день, чувствуя себя в безопасности. — Спасибо. Он оставил мягкий поцелуй на моих губах. — Мы найдем этого парня и того, кто дергает за ниточки, и я заставлю их пожалеть, чертовски пожалеть. Его слова вышли рычанием и одновременно обещанием. В моем сердце заклокотало предвкушение боли. — Эй, ребята? — Мэнди прочистила горло, и я отстранилась от Коула. Она просто сияла. — Что? — спросила я, зная, что мои щеки просто пылали. — Да ничего. — Но она не переставала лыбиться. В кармане загудел мой телефон, и, чувствуя благодарность за то, что отвлек меня, я вытащила его. На экране засветилось имя Вика. — Привет. — О Боже, Джевел. Это ты. Это действительно ты. — Звук его голоса был для меня как бальзам на душу. — Да, это я. Как ты? — Как я? Ты прикалываешься? Как ты? Ты в порядке? Что случилось? Крис сказал, что просто пришел и увиделся с тобой, но не узнал ничего конкретного. Я волновался и хотел приехать, но у нас просто не было денег. Я ненавидел себя за то, что не смог поехать и быть рядом с тобой. — Он говорил настолько быстро, что я еле успевала понимать, о чем шла речь. — Все нормально, Вик. На самом деле. Ты ничего не мог поделать. Я в порядке. — А твоя шея? Я сглотнула и отвернулась от Коула и Менди. — Там есть шрам, все еще очень красный. Они говорят, что со временем он станет не таким заметным. — Я вздохнула. — Но он останется навсегда. — Я уверен, что ты всегда будешь прекрасной, — сказал он тихо. — Пока не оденешь старую, поношенную хоккейную толстовку. Ты же не носишь ее, правда? Я хихикнула. — Ты и этот чертов свитер! Я не понимаю, почему ты так ненавидишь его. Я думала, что он мне очень шел. Вик фыркнул. — Да, ты была в нем горяча, если собиралась быть похожей на бомжа. — Ты же знаешь, это мой любимый стиль. Но раз уж ты спросил, нет. Я не ношу его. — Умница. — У нас образовалась минута молчания. — Боже, как же я скучаю по тебе. Как старый Уизли? Я видела, как мой комочек шерсти развалился на дорогом на вид диване в кабинете, когда мы собирались. Пока он спал, домработница подметала деревянный пол. — Ах, ты же знаешь эту ленивую задницу, с ним все в порядке. — Что смешного он... — наш разговор продолжался еще несколько минут в беззаботном стебе. — Я скучаю по тебе, Джевел, — сказал он еще раз, когда наш разговор подошел к концу. Я закусила губу. — Я тоже скучаю. — В ближайшее время я собираюсь навестить тебя. Я люблю тебя, ты же знаешь? — Я знаю, что любишь. Я тоже люблю тебя, Вик. — Я повесила трубку и почувствовала себя лучше. Только услышав голос Вика, я почувствовала утешение, так же как и то, что Мэнди находилась здесь, рядом со мной. Я повернулась к ней, увидев, как она возилась со своим телефоном. Коула нигде не было видно. — Где Коул? — Он вышел. — Она подняла глаза. — И выглядел не слишком счастливым от этого звонка. Я пожала плечами и упала на кровать. — Тебя это не волнует? Я сделала уклончивый звук. — Волнует. — Я слишком волновалась обо всем, что касалось Коула. Я даже не знала, что произошло между нами накануне вечером. Слишком многое произошло, чтобы об этом думать, учитывая все произошедшее. Я знала, что Коул любил меня. Это было видно по всем тем поступкам, что он для меня сделал. Но он еще был с Элейн, и я не могла понять, почему. Даже если он сегодня утром не вел себя с ней как влюбленный мальчишка, он все равно не собирался с нею расставаться. — Это сложно. — Да. Похоже на то. — Она молчала несколько минут, прежде чем добавить. — Ты кого-нибудь имеешь в виду, кто за всем этим стоит? — Элейн. — Действительно? — ее голос прозвучал скептически. Я быстро села. — Ты нет? — Я не знаю. По словам твоей бабушки, кажется, что она тупая сука. Я не знаю, способна ли она на все это. Она относится к такому типу девушек, которые не тратят время на размышления ни о чем другом, кроме себя. — Мэнди потерла шею, красочные татуировки изгибались на ее пальцах. — Да, возможно. Но ты бы видела ее лицо после того, как я ударила ее в лицо. Она выглядела, как дьявол во плоти. — Действительно? Это страшно. — Она замолчала. — Подожди, а что насчет того парня, твоего бывшего, который одной ночью пришел на заправку. Что-то в нем было не так. — Кевин? Я так не думаю. Он чокнутый, но я не думаю, что он будет все это делать. Если бы он захотел навредить мне, он сделал бы это сам. — Я насторожилась. — Он бил всегда рукой, когда приходил, чтобы причинить мне боль. — Имеет смысл. Теперь достаточно об этом. Лучше расскажи о том, что вы делали в Новом Орлеане. Я хочу подробности! Я позволила своей взбалмошности взять вверх и рассказать Мэнди обо всех хороших вещах. У меня было такое прекрасное чувство, когда я рассказала ей все. Она «охала» и «ахала» на всех нужных моментах, заставляя меня снова чувствовать себя подростком. — Ты его любишь? — спросила она, как только я закончила. — Люблю. Она улыбнулась и похлопала рукой по груди. — Господи, помоги нам всем. — Да, заткнись ты! — и бросила в нее подушку. — Интересно, что он делает? Я посмотрела на мой телефон и в груди почувствовалась боль, когда поняла, что прошло больше часа с тех пор, как он покинул комнату. Я бросилась к двери и открыла ее. Меня накрыло облегчение, когда я увидела на стоянке Коула, освещенного желтыми огнями и сумраком надвигающейся ночи. Он прислонился к грузовику и что-то сердито говорил в свой сотовый телефон. Его красивое лицо было в напряжении, как будто он пытался препарировать каждое слово звонившего. Он взглянул на меня, и напряжение исчезло, сверкнув быстрой улыбкой, которая заставила мое сердце забиться сильнее, прежде чем произнести губами, что он в скором времени подойдет. Я с удовлетворением закрыла дверь. — Он в порядке? — Да. — Я улыбнулась Менди. — Спасибо, что приехала сюда со мной. Ты не должна была. Просто знай, это очень много значит для меня. — Конечно. Я не могу позволить тебе прятаться самой по себе! Я хмыкнула и забралась на кровать. Был еще вечер, но я была измотана. — Я думаю, что собираюсь лечь и постараюсь уснуть. — Хорошо. Я тоже. Я не спала, к тому же только в четыре утра вернулась с вечеринки со старыми друзьями. Я лежала несколько минут, размышляя. — Эй, Джулия? — прошептала Мэнди. Я повернулась и встретила ее взгляд. — Да? — Я просто хочу, чтобы ты знала, что я рада, что ты открылась мне в ту ночь на работе. Твоя дружба очень много значит для меня. У меня сжалось сердце. — Ты не представляешь, что значит для меня твоя дружба. Я имею в виду, блядь, за все те вещи, через какие мы прошли за то короткое время, что мы были друзьями. Мэнди хихикнула. — Вот для чего нужны друзья. — Она замолчала, и ее лицо стало серьезным. — Я рада, что с тобой все хорошо. Они найдут этого парня и все наладится. Я знаю это. И тогда мы сможем снова жить беззаботной жизнью. Я хихикнула. — Я не могу уже дождаться. — Спокойно ночи, Джулия. — Спокойно ночи. — Я отвернулась от нее, позволяя счастью поселиться в моем сердце. Но даже когда я лежала, изнывая от отсутствия сна почти сорок восемь часов, я просто не могла отключиться. Мое тело было истощено, но мозг работал, будто никогда не уставал. В моей голове витало сотни сценариев, высасывая из меня все счастье. Ты в безопасности, Джулия. Не волнуйся. Никто за тобой не следил. Повертевшись около пятнадцати минут, я заметила, что Мэнди крепко спала. Она лежала спиной ко мне, так что я могла видеть только ее затылок и черные волосы, связанные в пучок. Подойдя на цыпочках к своей сумке, я достала бутылочку снотворного, которое прописал мне врач, прежде чем меня выписали из больницы. — Некоторые люди имели проблемы со сном, пережив такую травму, как у вас. На всякий случай, хорошо иметь их про запас, — сказал он. Я не употребляла их, но сегодня была как раз подходящая ночь. Я в безопасности и мне нужно выспаться. Я взяла одну и проглотила, запив стаканом воды. Большая таблетка тяжело заскользила у меня в горле. Я выглянула из-за двери; мое раннее облегчение исчезло. Коул стоял там же, все еще споря с кем-то по телефону. — Ты в порядке? — спросила я его одними губами. Он кивнул и приложил к динамику руку. — У меня есть некоторые дела, которые я должен согласовать по работе. К сожалению, это не должно было занять столько времени. — Он посмотрел на меня извиняющимся взглядом. Я подошла к нему и обернула вокруг его талии руки. — Не волнуйся, — прошептала я. — Делай то, что нужно. Я иду спать. Он посмотрел на меня, его взгляд прошелся по моему лицу. — Ты в порядке? Этот вопрос, казалось, подразумевал миллион других. Я уже не могла думать и об этом, так как казалось, от одной лишней мысли мой мозг мог взорваться. Я не могла с этим справиться. — Я в порядке. — Я слабо улыбнулась. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, детка. — Он наклонился и оставил на моих губах целомудренный поцелуй. Даже после всех стрессовых ситуаций, которые произошли в последнее время, жар охватил мое тело, намочив трусики. Как он это делает? Я оставила невысказанный вопрос и поспешила вернуться в номер. Тепло от губ Коула вызвало во мне что-то помимо желания. Сладкое упоение сонливости заструилось по моим венам. И я едва успела добраться до подушки перед тем, как погрузиться в крепкий сон.