Глава 27. "Страшно"
Дарю мою новою, полную и относительно хорошую главу двум замечательным людям: Ailona17 и Ilone090407, которые дали мне хорошего пинка и привели в чувство. Спасибо, ребята.
~~~
Если человек говорит тебе «Доброе утро», это значит, что он думает о тебе сразу после сна.
«Доброе утро, Солнце.»
Она улыбнулась пустоте и попыталась сконцентрироваться на Гермионе, Гарри, Роне и Ксенофилиусе Лавгуде – отце Полумны.
— Бузинная палочка,— сказал он и нарисовал черточку,— Воскрешающий камень,— к низу палочки подрисовал кружок,— И мантия невидимка,— Ксенофилиус заключил это в треугольник. Это и есть Дары Смерти.
Все остальное рассуждение Настя пребывала в своих мыслях, а очнулась только, когда Гари чуть ли не кубарем скатился с лестницы.
— Нам нужно уходить!
Ксенофилиус Лавгуд резко переградил им дорогу:
— Ну уж нет!
— ГАРРИ!!!
Они оглянулись и увидели знакомые очертания людей в черных масках и с метлами. Гарри понял свою ошибку и, как супернинзя, пробрался к своим друзьям.
— Наверх,— прошипела Настя,— Быстро, все трое.
Они притаились в комнате Полумны, стараясь не издавать ни звука.
— Нет! Поттер там, наверху. Клянусь чем угодно!
Гарри и Настя пытались вытащить из-под огромного куска Рона, пока Гермиона заклинанием левитации не облегчила им работу.
— Там кто-то и правда есть.
Послышались шаги.
— Гарри, ты веришь мне? — спросила Гермиона, и он кивнул,— Дай сюда мантию.
Она накинула ее на всех, кроме него.
— Поттер!!!
Три, два, один.
Хлопок.
— Я потому-то и хотела, чтобы они увидели Гарри,— твердила Гермиона,— Чтобы поняли, что Ксенофилиус не врет.
После разговора о Дарах Смерти Гарри Поттер, кажется, совсем зациклился на том, что один из них – а именно мантия невидимка – есть у них, и что он – возможно, потомок Игнотуса Перевелла.
У Насти же от этих постоянных разговорах медленно ехала крыша, у Гермионы начиналась мигрень, у Рона – болели мозги, а у Гарри Поттера – кружилась голова от открывшихся ему перспектив.
И вот спустя, наверное, век мучений, разговор перешел в сторону Волан-Де-Морта.
— На его имени Табу! — крикнул Рон, а снаружи послышались грубые голоса:
— Выходите по-одному! Вы окружены!
Послышался тихий хлопок, и Гарри согнулся пополам. Его лицо медленно раздувалось.
Черт.
— ГЕРМИОНА! ГЕРМИОНА!
— Хватит,— сказал Гарри,— Рон, заткнись...
Послышался громкий крик.
— ГЕРМИОНА!
— Рон!
— Хватит оба! — прикрикнула Настя.
— Гарри? — послышался голос из темноты поместья Малфоев,— Рон? Настя?
— Полумна?
Хоть что-то хорошее.
Веревки упали, как только Полумна перерезала их старым ржавым гвоздиком, давно завалявшемся в подвалах поместья.
Особенно ужасный и страшный крик Гермионы долетел до них.
— ГЕРМИОНА!!!
Рон попробовал трансгрессировать без палочки. Ничего не вышло.
— Здесь чары против трансгрессии,— заметил Оливандер,— Мы уже все перепробовали...
— Но они же не действуют...Бинго! — Настя хлопнула в ладоши, вызывая Кричера,— Забирай их всех на Гриммо.
Эльф кивнул и утащил остальных в неизвестность.
— Это что там за возьня?! Хвост! Иди проверь.
Рон многозначительно кивнул, и Насте странно показалось, что...
Послышался скрежет, а потом железная дверца отворилась. Испуганный Питер Петтигрю вошел в темницу.
Три ярких шарика света висели над потолком противной темницы и открывали ему вид на пустые «хоромы для дорогих гостей» без самих «дорогих гостей».
Тут же произошло сразу несколько вещей. Во-первых, Гарри и Рон вместе набросились на него и повали того на грязный пол, зажимая его рот руками. Во-вторых, Рон грубой магловской силой отобрал у Петтигрю палочку и очень даже хриплым голосом прикрикнул, что все в порядке. В-третьих, железная рука начинала душить Гарри.
— Хочешь его убить, да? — прошипела Настя, помогая Рону держать гнусного предателя,— Ты у него в долгу, Хвост!
Тут же железная рука отпустила шею Гарри и потянулась к шее своего обладателя.
Они втроем, не раздумывая, попытались оттащить руку от горла Питера, но тот в последний раз дернулся и затих.
Страшно.
— Можешь забирать грязнокровочку себе,— пролепетала Беллатрисса Лестрейндж.
— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!!!
Началась жуткая и в то же время страшная перепалка.
— Палочки на пол или мы сейчас узнаем, на сколько у нее грязная кровь.
«План таков: кидаем палочки, потом хватаем в охапку Гермиону и бежать со всех ног.»
Мальчики же ее энтузиазма не разделяли, но все три палочки глухо упали на пол, к ногам Пожирателей.
Люстра со звоном полетела на пол, а тетушка Лестрейндж откинула Гермиону в сторону, спасаясь сама.
Рон подскочил к девушке.
Неужели...
Так и есть.
Беллатрисса со страшным оскалом на лице приставила свою палочку к шее Насти.
— Вот так лучше, дорогая племянница.
Хлопок.
— НЕ ТРОГАТЬ НАСЛЕДНИКОВ РОДА БЛЭК!!!
Кричер и Добби храбро стояли впереди отважной команды Гарри Поттера и закрывали своими маленькими и худыми тельцами их четверых.
Страшно.
В следующую секунду все переменилось, но застывший ужас на лице каждого забыть трудно.
Трудно забыть Добби с кинжалом в груди.
Трудно забыть Гарри, прижимающего к себе его тело.
Трудно забыть предобмарочную Гермиону.
Трудно забыть Кричера и его вид, выражающий весь страх, что он тоже пережил.
Трудно забыть все это.
Страшно.