22
ЛИНА
Сегодня наше первое совместное утро, когда Чонгук просыпается раньше меня. Понимаю, что он уже не спит, когда чувствую, что его рука почти невесомо скользит по моему бедру. Чертит пальцами какие-то узоры, я же едва сдерживаюсь от того, чтобы не засмеяться, так как очень щекотно.
Открываю глаза и тут же натыкаюсь на игривый взгляд черных глаз.
Надеюсь, он просто шутит? Мне кажется, что после сегодняшней ночи я вообще не смогу ходить, как минимум, несколько дней. О том, чтобы продолжать ночные игры, не может быть и речи.
Мои волнения оказываются напрасными. Чонгук, судя по всему, тоже удовлетворен по полной программе. Он, как большой сытый кот, просто балуется с попавшейся в лапы мышкой.
— Сколько времени? — придвигаюсь к нему ближе, прижимаюсь щекой к широкой груди, намереваясь подремать ещё чуть-чуть.
— Уже пора вставать. Завтракай, потом поедем в магазин, потом к Г-же Наён, — рассказывает о наших планах на ближайшее время.
— Давай не поедем, — прошу, продолжая наш ночной разговор, который закончился сразу же, как только мы вошли в квартиру.
— Я обещал. У Г-жы Наён был юбилей позавчера. Лин, Г-жа Наён — это не тот человек, с которым я могу так поступить. Так что выбора у тебя нет. Идешь завтракать сама или помочь? — его ладони сжимают мои ягодицы.
— Так нечестно, — поднимаюсь с кровати, влезаю в футболку Чонгука. Всё ещё стесняюсь ходить перед ним голой. Не так, конечно, как раньше, но всё же…
— Что именно?
— Оставлять без выбора, — с волнением представляю, чем может закончиться сегодняшний день. Если уже Г-жа Чхве, даже не видя меня рядом с Чонгуком, предположила, что я влюблена. То, что будет сегодня, когда Чон постоянно будет рядом? Как на него не смотреть? Как притворяться, что он для меня всего лишь дядя? По-моему, это невыполнимая задача.
— Ты знала, на что шла, — его глаза удерживают мой взгляд.
Что я могу сказать в ответ? Конечно, знала. Не один день была знакома с ним и прекрасно понимала, что таких командиров, как он, попробуй ещё отыскать. Хотя разве я думала об этом? Просто влюбилась и ничего не смогла с этим поделать. Чувства напрочь затмили разум.
— Знала. Чонгук, я только одного не поняла. Ночью ты сказал, что не привык прятаться. Ты же не хотел этим сказать, что собираешься открыто признать сегодня, что мы?.. Что между нами… — я даже не могу отыскать правильных слов.
Его глаза изучают. Оценивают. Анализируют. Мне становится не по себе. Судя по его взгляду и выражению его лица, именно это он и имел в виду. Нет. Я не согласна. Я не смогу. Мне даже представить страшно подобное, внутри всё тут же вибрирует от дикости ситуации. Никто не отменил того, что мы совершили грех. Никто не обнулил наши с Чонгуком счета. И пусть для себя мы сделали выбор, пусть разрешили себе быть счастливыми. Но вынести это на суд окружающих….
— Ты пока не готова, — резюмирует он.
— Не уверена, что вообще буду готова к этому когда-нибудь, — настроение ползет вниз. Можно сколько угодно витать в облаках, но реальность заставляет смотреть правде в глаза.
— Я завтракать не буду, — Чонгук резко встает и идет в ванную.
Вижу, что он злится. Наверняка, из-за того, что происходящее неподвластно нам. Мы ничего не можем изменить. Ни своих чувств друг к другу, ни родственных отношений, которые нас связывают.
Желание завтракать тоже пропадает. Принимаю душ после того, как Чонгук освобождает ванную, сушу волосы, наношу легкий макияж, переодеваюсь в свою одежду.
Чонгук уже готов к выходу. Он стоит на лоджии, курит. Подхожу к нему со спины, обнимаю, прижимаюсь к крепкой спине. Чувствую, как он напряжен. Я напряжена не меньше. Наверное, наш путь — это путь в никуда. И чем больше дней проходит, тем ближе мы приближаемся к концу этого пути.
Обнимаю его сильнее. Пытаюсь отогнать плохие мысли. Не получается. На душе тяжело.
— Готова? — он тушит окурок, поворачивается и уже сам крепко меня обнимает. Чувствую, как его нос прячется в моих волосах, как после этого он глубоко вздыхает.
— Скажи, что всё хорошо, — прошу, поднимая взгляд на Чонгука. Мне так нужна сейчас его уверенность, непробиваемость.
— Лучше быть не может, — сжимает меня так, что я визжу от боли. Кажется, что все кости готов переломать. — Выбрось из головы всё плохое, — просит он.
Всеми силами пытаюсь выполнить его просьбу. И к тому моменту, когда мы подъезжаем к дому, у меня это получается. Сам Чонгук уже тоже в хорошем расположении духа. Радостно приветствует хозяев дома и их гостей. Среди приглашенных много знакомых мне лиц. Например, Кай, который подходит ко мне, как только заканчивается приветственная часть.
— Лин? Вот уж кого не ожидал здесь увидеть.
— Почему? — чувствую себя немного неуютно. Чонгук же никому не рассказывал о нас? Даже лучшему другу?
— Насколько я знаю, вы не общаетесь особо с Чонгуком.
— А… Ну, да. Так получилось, что встретились сегодня. Он предложил поехать сюда, — придумываю на ходу более-менее внятное объяснение.
— Рассказывай, как жизнь молодая?
— Всё хорошо. А ты как? Дом ещё не купил? — вспоминаю нашу прошлую встречу с ним здесь, наш разговор.
— Пока не до этого. Да и зачем мне одному дом?
— В чем проблема? — не понимаю я. — Возможно, пришло время, чтобы обзавестись семьей.
— Так я не против, — громко смеется Кай. — Дашь мне свой номер телефона?
Сразу же понимаю, к чему он клонит. Чувствую, как начинают полыхать щеки. А когда вижу, что к нам направляется Чонгук, становится ещё жарче. Чону точно не понравится, что его друг клеится ко мне.
— Наверное, не стоит.
— Почему? — Кай с интересом смотрит на меня, затем переводит взгляд туда, куда я бросаю быстрые взгляды. — Он, значит, и с тобой подобные беседы проводит? — снова смеется мужчина.
— Какие беседы? — от волнения совершенно не понимаю, что имеет в виду Кай.
Но узнать мне не суждено. Чонгук подходит уже совсем близко. Не сводит глаз с друга. Затем наконец обращает внимание на меня.
— Лин?.. — ощупывает меня пристальным взглядом.
— Болтаем с Каем, — улыбаюсь я, мечтая о том, чтобы Кай не стал продолжать начатый разговор. Я не хочу, чтобы у Чона и Кая были недопонимания, тем более из-за меня.
— Лин мне свой номер дала, — выдает неожиданно Кай. — Ты же не будешь против, если я позвоню как-нибудь, приглашу твою племянницу на ужин?
Взгляд Чонгука темнеет. В противоположность этому на губах появляется улыбка.
— Вы ж вроде взрослые. Без меня должны разобраться, — язвит он. — Правда, Лин?
Не понимаю, он шутит или действительно поверил, что я дала номер Каю?
— Правда, — говорю на автомате. Сама же не могу оторвать от него взгляда. Молю, чтобы не верил словам, чтобы не уходил сейчас.
— Ладно, я за стол, а вы болтайте, — Чонгук, засучив рукава рубашки, направляется вглубь двора.
Напоследок даже не смотрит на меня.
Хочется броситься за ним следом, объясниться, но понимаю, что так делать нельзя.
— Видишь, дядя уже не против, — улыбается довольно Кай. — Свыкся, наверное, с этой мыслью.
— С какой мыслью? — я снова потеряла нить разговора. Хотя, если честно, и не хочу разбираться во всём этом. Просто хочу к Чонгуку, в его объятия.
— Я уже не раз просил у него твой номер. Он был против, — объясняет он, подходя ближе.