Глава 5
Утро не принесло облегчения. Я проснулась с тяжестью на душе, вспоминая вчерашний вечер и тревожные мысли перед сном. Родители уже были на кухне, когда я вышла. Мама хлопотала у плиты, напевая какую-то мелодию, а папа читал газету, потягивая кофе. Идиллическая картинка, которая казалась мне совершенно ненатуральной.
"Доброе утро, соня!" - весело сказала мама, не оборачиваясь. "Как спалось?"
"Нормально", - буркнула я, наливая себе воды.
"Мы тут решили остаться на несколько дней", - небрежно сообщил папа, складывая газету. "Как раз посмотрим, как вы тут живете, погуляем по городу".
"На несколько дней?" - мое сердце ёкнуло. Это явно не просто спонтанный визит из-за скуки. "Но... у вас же дела в Лос-Анджелесе?"
"Дела подождут", - улыбнулась мама, ставя на стол тарелку с сырниками. "Для семьи всегда найдется время. Садись, завтракай".
Адель тоже появилась на кухне, свежая и сияющая, как будто их приезд был самым радостным событием в ее жизни. Она беззаботно болтала с родителями, рассказывая о своих университетских делах, пока я сидела и ковыряла сырник вилкой, пытаясь разгадать эту семейную загадку.
Чем более непринужденно они себя вели, тем сильнее становилось мое подозрение. Родители были мастерами скрытых мотивов и тонких манипуляций. И сейчас я чувствовала, как их невидимые сети начинают опутывать меня.
"Алин, ты что-то притихла", - заметил папа. "Все в порядке?"
"Да, просто не выспалась", - соврала я, выдавив улыбку.
В этот момент завибрировал телефон. Сообщение от неизвестного номера. Я быстро открыла его, стараясь, чтобы никто не заметил.
"Вижу, твои гости уже прибыли. Надеюсь, они не помешают нашим планам? Или наоборот?"
Мороз пробежал по коже. Это был Волков. Как он узнал о приезде родителей? И что означало его сообщение? "Нашим планам"? Он что, думает, что мы заодно?
Я подняла взгляд на родителей. Они сидели напротив, внимательно глядя на меня. Папа чуть склонил голову, мама с легкой улыбкой. Мне показалось, что в их глазах мелькнуло что-то... хищное? Или это просто моя паранойя?
Я быстро спрятала телефон. Нельзя показывать, что что-то происходит.
"Мама, а вы уже придумали, чем займетесь сегодня?" - постаралась я сменить тему, обращаясь к маме, чтобы отвлечь внимание папы.
"Пока нет", - ответила она. "Может, сходим куда-нибудь? Покажешь нам город?"
Это звучало как принуждение, завернутое в предложение. День под присмотром. И, скорее всего, не только этот.
Весь завтрак я чувствовала себя как на допросе, замаскированном под милую семейную беседу. Каждый их вопрос, каждый взгляд казался мне прощупыванием почвы, поиском моих слабых мест. Они явно что-то вынюхивали.
После завтрака родители решили "разобрать чемоданы", что дало мне несколько минут наедине с мыслями и телефоном. Я написала Элле: "Это он. Волков. Написал, что знает про родителей. И что они 'не помешают нашим планам'. Что это значит?"
Элла ответила почти сразу: "Черт. Звучит, как будто он либо причастен, либо думает, что их приезд вам выгоден. Это еще хуже. Будь предельно осторожна. И давай встретимся сегодня? Нужно все обсудить".
Я согласилась. Мне отчаянно нужна была хоть какая-то ясность и поддержка.
Чувство надвигающейся беды только усилилось. Родители здесь. Волков что-то знает и, возможно, как-то связан с их приездом. Моя тщательно выстроенная "свободная" жизнь рушилась на глазах, и я не знала, как это остановить. Казалось, что все фигуры на этой шахматной доске начали двигаться одновременно, и я была лишь пешкой в чьей-то чужой игре. Я знала, что скоро все изменится. И была готова. Или мне просто хотелось в это верить.