«Академия. Чужая кровь»

Алиса проснулась от лучей солнца, которые били прямо ей в глаза. С трудом открыв, их она не сразу поняла, где находиться. И лишь когда ощутила на своём животе тяжесть руки Виталика, вспомнила о том, что было вчера.

Его губы и руки, ласкающие её тело, а ещё то, как он лишил её невинности, всё это стояло перед глазами, нещадно атакуя её сознание. Все эти воспоминания смущали девушку, и она чувствовала, как полыхают румянцем её щёки. К счастью Виталик ещё спал и не видел этого.

Повернувшись на бок что бы лучше видеть его лицо, Алиса невольно залюбовалась им. Он казался очень милым и беззащитным будто ребёнок. Пряди его черных волос упали ему на лицо, прикрывая глаза. Правильные и симметричные черты лица не могли не притягивать взгляд. Алиса с замирающим сердцем подумала, о том насколько же он красив. Это была пленительная демоническая красота наследство, доставшееся ему от мамы. Не сдержавшись от порыва, девушка провела пальцем по его щеке. Ей было немного страшно от того насколько сильно в эту секунду она любила его.

Парень не проснулся от её прикосновения, и Алиса осторожно высвободившись из-под его руки, встала с кровати. Нашла свою одежду и отправилась в ванную комнату. Там искупавшись, оделась и собрала волосы, в пучок, подобрав их гребнем.

Сзади послышался шорох, и Алиса обернулась, на пороге уборной стоял Виталик. На нём были только штаны, увидев его оголённый торс, девушка ощутила новую волну коварных воспоминаний.

Заметив её смущение, Виталик улыбнулся и, подойдя к ней, легко обнял. Когда он заговорил, его голос был мягким и даже нежным.

-«Как ты? Всё хорошо?»

Алиса лишь кивнула. У неё немного болел живот, но в целом она чувствовала себя хорошо. А психологически произошедшее восприняла совершенно спокойно. Если не считать смущение конечно.

Виталик ласково провёл рукой по её щеке, словно не верил, что она действительно стоит перед ним настоящая.

-«Тогда может, съездим ко мне домой? Познакомишься с моими родителями официально как моя невеста».

Алису порадовало то, что он произнёс слово «родители» пусть может быть и не произвольно. Она ничего не имела против этой поездки, только осмотрев свою одежду, решила, что стоит переодеться.

Вначале они отправились в её Академию, где она тихо, что бы ни будить подруг, переоделась. Выбрав черное платье строгого покроя, которое как ей казалось хорошо подходило к случаю.

Когда они вышли во двор, там их уже ждала летающая карета. Очевидно, Виталик вызвал её с помощью телепатии. В отличие от тех, что Алиса видела в Академии, эта выглядела прямо роскошно. И кони в неё были впряжены, насколько она могла судить породистые и дорогие.

Когда они уже сели внутрь кареты, и она пришла в движение, Алиса спросила.

-«Это ваша личная карета?»

Виталик обыденно кивнул, для него это не было чем-то необычным. Он привык жить в роскоши.

-«И она у нас не одна».

Алиса почувствовала себя несколько неловко. А вдруг её происхождение не устроит его семью. Она впервые в этот миг задумалась о том, что они с Виталиком отличаются не только разными расами, но и финансовым состоянием семей, в которых они воспитывались. Раньше деньги мало интересовали её, ведь она любила бы Виталика, будь он и из бедной семьи.

До его дома они летели молча. Виталик крепко держал девушку за руку и, кажется, очень переживал от предстоящей встречи с людьми, которые всю жизнь заменяли ему родителей. А Алиса молчала, поскольку никак не могла справиться с волнением. Всё-таки она не одного с Виталиком круга. И к тому же ведьма. Как к этому отнесутся его родители? Конечно, они не могут запретить ему жениться. Но ей не хотелось быть камнем преткновения между ними. У него и так сейчас сложные отношения с родителями.

Когда они приземлились, и Виталик помог Алисе выйти из кареты у неё перехватило дыхание от увиденного. Напротив них стоял показавшийся ей огромным особняк. Он явно был построен давно и в нем, очевидно, прожило несколько поколений семьи Виталика. Дом находился в отдалении от деревни, к которой территориально причислялся и вокруг виднелся лишь лес.

Они не спеша шли по алее, ведущей к входу и, Алиса обратила внимание, что вокруг дома разбит парк. А по бокам аллеи расположены клумбы, которые сейчас, конечно же, пустовали.

Когда они дошли до двери Виталик не успел постучать, как дверь открылась сама. Возможно, родители Виталика увидели в окно, что они приехали или может виной тому был Ричард, который неожиданно решил сопроводить их домой. И не дожидаясь хозяина, влетел в приоткрытое окно кухни. Там наверняка сейчас готовила Мария пожилая кухарка, которую Ричард очень любил. Она отвечала ворону взаимностью и постоянно припрятывала для него что-нибудь вкусное.

Первые несколько мгновений в воздухе царило неловкое молчание. Виталик смотрел на двух людей, которые стояли на пороге, смотрел без былой злости, скорее с грустью как ребенок, который ненароком обидел своих родителей. Он видел их родные лица и вспоминал те прекрасные мгновения своего детства, в которые они были рядом. Сердце защемило от боли и, не сдержавшись, он рывком прижался к матери. Она обняла его и нежно гладила по спине.

Посмотрев ей в глаза, а потом и отцу он произнёс.

-«Мама, папа простите меня. Я был жесток с вами. Но я вас люблю и вы мои родители пусть не по крови, но это не важно».

Мать ласково провела руками по волосам сына, она любила его точно также как если бы родила его сама. И сейчас не обижалась на него. Мальчику нужно было время, и она говорила мужу, что он всё обдумает и переменит своё мнение, и материнская интуиция не подвела её.

-«Сынок мы тоже любим тебя. И мы тебя прощаем ».

Ещё раз, благодарно обняв маму, Виталик обнял отца, который силился не показывать, насколько его растрогала сцена возвращения сына.

Алиса стояла в стороне и с улыбкой наблюдала за тем как Виталик мириться со своими родителями. Она была рада, что у него это получилось, девушка видела насколько сильно, он страдал от размолвки с ними.

Мама Виталика первой вспомнила об Алисе и, подойдя к ней, взяла девушку за руку.

-«Алиса. Мы рады видеть тебя у нас в доме».

Алиса скромно ответила.

-«Я тоже очень рада. Благодарю вас за приглашение».

Отец довольно произнёс.

-«Какая воспитанная девушка» - передернув плечами, он добавил - «Давайте зайдём в дом. Всё-таки на улице прохладно».

Они зашли в просторный коридор. После уличного холода было приятно оказаться в хорошо натопленном доме. Алиса сразу почувствовала, что дом топят за счёт огня. Сила, живущая внутри неё, мягко отзывалась множеству источников, очевидно в особняке было много каминов. В целом уже в коридоре чувствовалась роскошь внутренней отделки дома. На полу паркет, стены покрыты мрамором, и золотая люстра под потолком который также был изящно отделан. Видя всё это, Алиса чувствовала себя немного не в своей тарелке.

Пока Алиса и Виталик раздевались, родители Виталика отправились на кухню распорядиться насчёт обеда.

Алиса обратила внимание на огромный портрет, который занимал практически всю стену и висел прямо напротив входа в дом. На нём были изображены родители Виталика и он сам. Только он был ещё маленький, должно быть ему было тогда, лет пять. Судя по нарядам портрет, делался во время зимнего праздника. Смотря на счастливые лица изображенных на полотне людей, Алиса видела дружную семью. Ей бы очень хотелось иметь такие же отношения со своими родителями но, увы, они никогда не проявляли к ней не то что любви но и даже простого интереса.

Заметив её внимание, обращённое к портрету, Виталик негромко произнёс.

-«Я помню этот момент. В тот зимний праздник мне подарили мои первые кожаные перчатки».

Поскольку Алиса смотрела на него вопросительным взглядом он, рассмеявшись, добавил.

-«Перчатки для тренировки различных магических ударов. Я с детства грезил участием в чемпионате».

Алиса на этот раз с пониманием кивнула, и они прошли в столовую, где над столом хлопотала старенькая женщина. Она очень обрадовалась, увидев Виталика, и приветливо поздоровалась с Алисой. По переднику и натруженным рукам Алиса догадалась, что это очевидно кухарка. Закончив накрывать на стол, она ушла, а Виталик отодвинул для Алисы стул, галантно приглашая её сесть. Девушка села поражаясь тому насколько Виталик дома отличался от того кого она видела в Академии. Его горделивость и заносчивость, конечно, не исчезли совсем, но довольно заметно поубавились.

Виталик сел рядом с девушкой и в комнату вошли его родители и сели за стол. Поначалу они просто кушали и практически не разговаривали. Еда была очень вкусная, и Алиса искренне наслаждалась роскошным обедом. У неё дома еда всегда была самая простая. Хотя её семью нельзя было назвать бедной, но и в сравнение с семьёй Виталика она не шла.

Когда они перешли к напиткам и лёгким закускам, мама Виталика, с интересом посматривавшая весь обед на гребень Алисы спросила.

-«Этот гребень в твоих волосах он очень тонкой работы. Я немного разбираюсь в украшениях и готова поспорить, что на нём какие-то ведьмовские чары».

Алиса ответила, стараясь справиться с волнением и не уверенностью овладевшими ей, и лишь ещё больше разгорающимися, из-за столь заметной разницы в их с Виталиком происхождении.

-«Этот гребень достался мне от бабушки. Она была мастером по изготовлению магических украшений. И на нём и в самом деле есть чары -успокаивающие».

Родители Виталика переглянулись. Алиса нравилась им, конечно, она немного не из их круга. Но, по крайней мере, она хорошо воспитана, с отличием учиться в Академии, а также физически здорова и сможет родить Виталику детей. Из-за многочисленных восстаний и большого количества смертей дети являлись главной ценностью во всём магическом мире. И важным пунктом, на который обращали внимание, обдумывая предполагаемый брак, было то, сможет ли новая семья пополнить общество хотя бы одним новым членом. А тот факт, что она ведьма они приняли относительно спокойно, в конце концов, это выбор Виталика.

Спустя какое-то время мама Виталика повела Алису осматривать дом и показывать ей многочисленные фотографии маленького Виталика. А сам Виталик вместе с отцом вышел покурить на балкон. Холодный зимний воздух приятно покалывал кожу.

Сделав пару затяжек, Виталик заговорил.

-«Ну и что вы с мамой думаете об Алисе?»

Марк ответил легко и быстро, словно ожидая этого вопроса, он уже заготовил на него ответ.

-«Она приличная девушка и мы с мамой рады, что ты сумел сделать правильный выбор, когда дело дошло до женитьбы».

Зная, что отец имеет в виду, Виталик несколько смутился. А Марк тем временем продолжил.

-«К нашему счастью у тебя хватило мозгов не жениться на ком то вроде этой Карины, которая с позором вылетела из Академии. Я всегда говорил тебе, есть девушки, которые годятся только для сексуальных утех. Но они не стоят того что бы брать их в жёны. А вот Алиса, подходящая для тебя пара».

Виталик кивнул, соглашаясь с доводами отца. Он и в самом деле слышал всё это с момента, достижения возраста, когда парней начинают интересовать девушки. Очевидно, отец боялся, что из-за денег за Виталика будет пытаться выйти замуж большое количество девушек, в том числе с довольно сомнительной репутацией.

-«Только боюсь, её родители не будут также хорошо настроены ко мне как вы к ней».

Марк нахмурился.

-«И в чём основная проблема?»

Виталик горько усмехнулся.

-«Во всём. Во-первых, в том, что я демон. Хотя это только половина правды. Но её отец считает унизительным связываться с таким как я. А ещё я поговорил с одним знакомым, который хорошо знает её семью и он рассказал мне, что её отец настоящий псих. Он презирает семьи вроде нашей. И он бил Алису и её сестру даже когда они были совсем маленькими. Боюсь представить, какое у Алисы было детство. А ещё ходят слухи, будто он постоянно опаивает жену дурманящим снадобьем, что бы она, не препятствовала тому, что происходит у них дома».

Марк поежился. Ну и семейка. И с ними им предстоит породниться?

-«Ужас. Кошмарный человек. Хорошо, что Алиса нормальной выросла. А теперь скажи, ты уверен, что готов жениться? Всё-таки ты берешь ответственность за другого человека. А когда дети пойдут, то всё ещё сложнее станет».

Виталик ответил твердо. В своём желании он был уверен и, кажется то, что было между ними ночью, лишь укрепило его уверенность.

-«Я готов. Я хочу с ней семью. Детей. Что бы всё было как у вас с мамой».

Марк улыбнулся, вспоминая собственную свадьбу и хотя потом у них с женой было много трудностей и бед на пути. Они выстояли, и прошли через это, взявшись за руки. Наверное это от того что они любили друг друга и любят до сих пор. Немного по-другому менее страстно, чем в молодости, но при этом глубже и осознаннее.

-«Я рад, что ты нашёл в себе силы понять нас. Мы всегда старались сделать для тебя как лучше».

-«Я понимаю. Расскажи мне о Виталике. О том кого на самом деле так звали».

Марк с тоской посмотрел вдаль, вспоминать об умершем сыне было больно, сколько бы ни прошло времени.

-«Он умер совсем маленьким. Заболел какой-то неведомой болезнью, и лекарь не смог его излечить. Мама очень переживала, мне казалось она, сойдёт с ума от горя. А потом появился ты и я не знал даже, как она отнесётся к моему желанию оставить тебя. Даже подумывал временно отдать тебя в приют пока она не придёт в себя. Но она поразительно легко согласилась. Ты стал спасением для неё. В заботах о тебе она смогла легче пережить смерть нашего сына».

-«Это она придумала назвать меня Виталиком?»

-«Да. Мне поначалу казалось это не совсем нормальным. Но, в конце концов, я понял, что ей так проще и я уступил».

Немного помолчав, Виталик тихо произнёс.

-«Мне жаль его. Он был моим двоюродным братом».

Марк тяжело вздохнул, все эти разговоры всколыхнули, казалось давно похороненные глубоко внутри боль и скорбь.

Боясь, что Виталик сейчас задаст ещё какой-то вопрос он поторопился вернуться в дом. Виталик имел право знать правду, но рассказывать её было невыносимо тяжело, и мужчина был просто не готов к этому сейчас.

Остаток дня Алиса и Виталик провели в его доме. И родителям даже удалось убедить их остаться на ночь.

Они легли в бывшей спальне Виталика. Лежа в кровати, которая не казалась широкой, но сумела уместить их обоих, Виталик никак не мог уснуть. Сон просто никак не шел, и юноша осматривал родную комнату, воскресая в памяти огромное количество детских воспоминаний.

Комната была не большая, но уютная. В ней не чувствовалось той вычурной роскоши как в столовой или коридоре. Стены покрывали скромные, но очень милые обои с детским узором. Став старше он так и не решился переклеить их, будто вместе с ними он потерял бы часть своего прошлого. Пол покрывал мягкий пушистый ковер, который в детстве всегда щекотал ему ступни, от чего пробегая по нему босиком, он неизменно заливался звонким смехом. На своих местах лежали и все его вещи. Стол, заваленный какими-то книгами и деталями для так и незаконченных амулетов. В углу стояла коробка с игрушками, а на потолке сверкали наколдованные мамой ещё в его детстве звёзды. Она сделала это, потому что он боялся спать один, а потом ему подарили Ричарда и после этого он уже никогда не боялся оставаться в одиночестве. Ричард целый день пропадал, где то но спать прилетел в комнату. Где на подоконнике специально для него стояло гнездо, в котором он и устроился спать.

С любовью осматривая комнату, которая была неотъемлемой частью его жизни, он подумал, что ничего и не будет в ней переделывать. Ведь эту комнату можно использовать в качестве детской, когда у них с Алисой родиться ребёнок. Он всерьёз рассматривал вариант того что бы жить с Алисой после свадьбы в этом доме. Имея такой огромный дом, было бы глупо покупать другой. Да и детям здесь будет хорошо.

Внезапно ход его мыслей прервался из-за какого-то странного шума. Алиса к тому моменту уже спала и очевидно ничего не слышала. Ричард, обычно спавший очень чутко, даже не шелохнулся. Виталик понял что, кажется, только он один слышит этот странный звук. Который постепенно нарастал и в воздухе стала материализовываться какая-то фигура.

Виталик встал с кровати и подошёл ближе, в центре комнаты уже стояла не просто неясная фигура, а совершенно точно женщина. На ней было длинное стелящееся по полу жемчужно белое одеяние. Её волосы были очень длинные и спадали почти до самых пят, а цвет их имел медный оттенок. В одной из рук она постоянно перебирала какой-то странно блестящий песок, который, по всей видимости, был бесконечным, поскольку, сколько бы он не просыпался на пол, его запасы в руке незнакомки не кончались. В другой руке она держала лист пергамента. Женщина выглядела величественно, а вся её внешность и манера себя держать буквально кричали о том, что она считает себя превыше всех остальных.

Виталик понятия не имел что этой женщине нужно в его спальне посреди ночи и решил, что имеет право поинтересоваться хотя бы кто она вообще?

-«Кто вы? И что делаете посреди моей спальни?»

Женщина совершенно никак не отреагировала на лёгкую грубость в его тоне. Она оставалась невозмутимой и будто бы безразличной к его эмоциям.

-«Меня зовут Марианна. Я одна из трёх сестер прядильщиц судьбы. Мы плетём нити, которые связывают людей между собой и определяют их собственную жизнь».

Виталик был удивлён, он ни разу ни слышал, что бы кто-то из сестер прядильщиц покидал их место обитания.

-«И что тебе нужно от меня?»

Марианна смерила его снисходительным взглядом, прядильщицы не любили спешку. Но заговорила она всё тем, же абсолютно бесстрастным тоном.

-«Я пришла к тебе потому как ты единственный в мире человек, которого нет в наших списках»

Она многозначительно потрясла листом пергамента.

-«Мы пока не можем разобраться, как это могло произойти. Но важно, то, что своим появлением ты разрушил сразу несколько судеб и тем самым испортил нашу работу».

Формулировка цели визита к нему этой женщины в белом Виталику не понравилась. Мало ему было бед, так теперь его ещё и в списках судьбы нет.

-«Что именно вы имеете в виду?»

Женщина охотно пояснила видимо за этим она и появилась посреди его комнаты ночью.

-«Появившись на свет вне плана, ты не мог существовать в мире. Если только не занял бы чьё-то место. И ты знаешь, чьей жизнью ты живёшь».

Виталик ничего не ответил, хотя он и в самом деле знал. Его двоюродный брат Виталик вот тот чьё место он занял. Потому он и заболел какой-то неизлечимой болезнью. Он должен был умереть, что бы освободить место для Сергея. И Сергей занял его место, жил его жизнью и даже имя он у него отнял.

У Виталика холодело внутри от мысли, что если бы не он, то его двоюродный брат был бы жив. И может то, что жена дяди так легко приняла его как родного, толком не оправившись от трагедии, лишь подтверждает, что он занял место брата. И она это чувствовала каким-то образом.

Марианна продолжила говорить, будто она зачитывала ему приговор.

-«Девушка, которая спит в твоей постели связана нитью судьбы с другим мужчиной. Ты появился и вмешался в их судьбы и тем самым нарушил порядок, начертанный в списке».

Она вновь назидательно потрясла пергаментом. Виталик невольно встал так, что бы заслонить своей спиной спящую Алису. Будто прядильщица могла причинить ей какой-либо вред.

Он догадывался, что нить судьбы связывала Алису, скорее всего с Игорем. Отсюда его одержимость ею. Нить судьбы тянет его к ней, но она не отвечает ему взаимностью. И в этом виноват Виталик. Их с Алисой чувства ещё неправильнее, чем ему казалось раньше. Но он не собирался отказываться от любимой девушки.

Вдруг ему в голову пришла мысль, которую он тут же озвучил.

-«Это вы мучили мою мать голосами, в голове требуя, что бы она убила меня?»

Марианна кивнула медленно и с достоинством.

-«Именно. И очень жаль, что она не сделала этого. К сожалению, мы не могли убить тебя, пока ты был в животе у своей матери, и нам пришлось позволить тебе родиться. Но тебя не должно было быть Сергей. И нам не ведомо как же всё-таки ты появился. Мужчины расы инферно после зачатия нужного количества детей проходят стерилизацию. И насильники твоей матери не пошли бы на это, не будь они почищены. Но ты все, же родился и живёшь жизнью сразу двух человек. У одного ты отнял жизнь, у другого жену и детей. Ты как паразит Сергей въедаешься в чужие судьбы и разрушаешь их. Исправь то, что можешь, пока не поздно, иначе однажды понесешь ответ перед нами».

Договорив пугающе мрачным тоном, женщина исчезла с тем же звуком что и появилась. Алиса заворочалась в кровати, и сев удивлённо уставилась на Виталика. Он стоял посреди комнаты с таким видом, будто случилось что-то трагическое.

-«Виталик что случилось?»

От звука её голоса он вздрогнул и поспешно вернулся в тёплые объятия любимой девушки и нагретого их телами одеяла. Поцеловал Алису в висок.

-«Всё хорошо. Спи моя красавица».

Алиса пожала плечами, сонная она так ничего и не поняла, и легла обратно на подушку, почти мгновенно нырнув в мир снов.

Виталик устало закрыл глаза. С каждым днём его жизнь всё больше и больше катилась под откос. Только он решил, что всё нормально и смирился со своим происхождением. Как стало ещё хуже.

Но отступать Виталик был не намерен. Его вины во всём этом нет ведь рождаясь, он не знал, что у него нет на это права. И Алису он не держал возле себя силой. Она ответила на его чувства. В чём его вина?

Расплата его не пугала. Он ничего не боялся, да и что прядильщицы ему сделают? У него даже нити жизни нет.

Алисе и родителям он решил ничего не говорить. Так было проще, для всех.

Утром Алиса долго не могла понять, откуда в их комнате на ковре столько песка?

***

Нина проснулась в очень хорошем настроении. Ведь сегодня ей предстояло встретиться с матерью. Вначале она злилась на маму, не могла принять её появление. Позже злость прошла и уступила место тоске и печали. А когда прошло и это, Нина, наконец, осознала что, готова принять и попытаться понять свою маму. А разговор с Лизой лишь стал тем толчком, который был ей нужен, что бы начать действовать.

Собравшись и покормив лису, Нина отправилась на летающей карете в город. Именно там она назначила своей матери встречу. Добравшись до нужного места, девушка стала ждать. Время шло мучительно медленно. Девушка простояла десять минут и начала нервно переминаться с ноги на ногу. Пожалуй, это были самые сложные десять минут в её жизни. Она ужасно волновалась. Наконец, признавшись самой себе, в том, что мама ей нужна девушка с одной стороны почувствовала себя легче, а с другой ей стало ещё тяжелее, чем было.

Она начала думать, что возможно мама решила не приходить когда сзади её окликнули.

-«Нина!»

Девушка обернулась, чувствуя как от волнения, каждый удар сердца ощутимо отдавался где-то в горле.

Сегодня мама выглядела гораздо лучше, чем в тот день возле приюта. Когда она приходила в Академию девушка так сильно разозлилась, что не заметила, как женщина выглядела. Сейчас же она была одета опрятно, у неё были чистые волосы, и от неё даже приятно пахло какими-то сладковатыми духами.

-«Здравствуй мама»

Альбина ощутила, как в душе просыпается надежда. По крайней мере, Нина назвала её мамой, и это было большим шагом вперед.

-«Здравствуй дочка. Давай зайдём в столовую и поговорим за обедом?»

Нине не очень хотелось, есть, но она согласилась ведь не стоять, же им прямо на улице?

Общественных столовых было в городе не много, но все они имели теплые опрятные помещения, и вежливых работников. Они вошли в ближайшую которую смогли найти и разместились за столиком возле большого панорамного окна, из которого можно было любоваться на улицу наполненную жизнью.

Заказав по чашке кофе и куску мясной запеканки, они дождались, когда им принесут заказ и только тогда Альбина решила что можно начать непростой для них обеих разговор.

-«Я благодарна тебе Нина за то, что ты сделала шаг мне на встречу. И как и обещала я объясню тебе что именно побудило меня так поступить тогда. Если ты готова меня выслушать».

Нина отпила большой глоток из своей чашки с кофе и поморщилась. Напиток был обжигающе горячим.

-«Я слушаю тебя мама».

Приободрённая благосклонностью дочери Альбина начала свой рассказ.

-«После того как твой отец умер. Я не знала как мне дальше жить и стала искать утешение в алкоголе, сигаретах, и наркотиках. Мне становилось всё хуже, и я стала срываться на тебя. Однажды я очень сильно ударила тебя буквально ни за что и тогда поняла, что со мной ты будешь в опасности. Я очень любила тебя и до сих пор люблю. И мне очень тяжело далось это решение. Но иначе я не могла. Я боялась причинить тебе вред. Прости меня...»

Не выдержав напряжения, женщина заплакала. На неё нахлынули воспоминания о том, как ей было больно тогда, но другого выбора не было. Она не хотела, падая на дно утянуть за собой ещё и свою дочь.

Нина смотрела на свою мать и совершенно неожиданно почувствовала переполняющую изнутри жалость к ней. Повинуясь первому пришедшему в голову желанию девушка, встав из-за стола, подошла к матери и обняла её. Прошептала:

«Я прощаю тебя».

Женщина понемногу успокоилась, немалую роль в этом сыграла потдержка Нины. Сев на своё место девушка спросила.

-«А сейчас, ты всё ещё употребляешь?»

С губ женщины сорвался тяжёлый вздох. Чувствовалось, что говорить обо всём этом ей сложно, но это было необходимо, если она хотела наладить отношения с дочерью.

-«Нет. Я пью специальные отвары и лекарственные настойки, которые для меня делает лекарь. Иногда мне становиться хуже, но лекарства помогают держаться в норме».

Нина не знала, как относиться к тому, что открылось ей сегодня. Конечно, наркотики и алкоголь это то - от чего очень тяжело уйти самостоятельно. И то, как мать поступила с ней теперь, имело куда больше оснований. Но оставались моменты, которые выглядели спорно и свидетельствовали не в пользу матери.

Да, допустим, можно понять, что ей было очень тяжело после смерти любимого мужа. Но выходит ребёнок её при этом волновал мало. Нине казалось это эгоистичным. То есть ей было сложно, а каково было маленькой девочке, которая сначала потеряла отца, а потом ещё и в каком-то смысле мать. Вместо того что бы стать для своего ребёнка опорой и потдержкой и вместе пережить всё это она просто пустилась в наркотики, и алкоголь. Как Нина не пыталась, но она не могла оправдать поведение матери в данном случае.

И еще, сколько лет прошло с тех пор? Неужели за это время она не решилась обратиться к лекарю за помощью? И почему именно сейчас она вдруг вспомнила о том, что можно жить нормально? Эти вопросы не имели ответов.

Спрашивать обо всём этом мать Нина не стала, что-то подсказывало ей, что толку от этого будет немного. Девушке было жаль женщину с одной стороны но с другой она всегда осуждала наркоманов потому что считала они довольно часто давят на жалость рассказами о том как им сложно и плохо, но на самом деле ничего не делают для того что бы выбраться из всего этого. Нине представлялись такие люди как очень слабые, а она, будучи сильной по характеру не любила проявление слабости и тем более оправдывание этого.

В связи с этим девушке было очень сложно решить, что именно она думает и чувствует относительно своей матери. Мысли роились в голове противоречивые, и принять какую либо сторону прямо сейчас Нина никак не могла.

Когда она заговорила, то старалась что бы её слова звучали мягко но уверенно.

-«Мама я рада, что ты, наконец, спустя, столько, лет рассказала мне правду. Но я надеюсь, ты понимаешь, мне понадобиться время, что бы обдумать всё это. Я не буду врать тебе, пока я не знаю, как относиться ко всему этому и к тебе в частности. Пока мы можем общаться, но частых встреч или какого, то очень близкого общения я надеюсь, ты не ждешь, потому что пока этого не будет».

Альбина была растроенна ответом дочери, хотя идя на эту встречу и понимала что, скорее всего исход будет именно таким. Приободряло лишь то, что Нина была не против того что бы поддерживать с ней связь и говорила что более близкое общение не возможно лишь пока. Это давало надежду, что дочь сможет принять её со временем. Да и начинать ведь нужно с чего-то, так пусть это будет общение пока не очень близкое но все, же так они смогут узнать друг друга лучше.

-«Я всё понимаю Нина. Меня не было в твоей жизни долго. Да и причина, по которой я исчезла, была вызвана моим же никчёмным образом жизни, а значит это моя вина, что ты так долго была одна. И конечно я не могу просить тебя, что бы ты всё забыла и делала вид, будто не было этих лет, которые ты провела в приюте. Но я благодарна тебе, что ты не отвергаешь меня совсем. Мне будет достаточно, просто возможности писать тебе и знать что у тебя всё хорошо».

Нина взяла маму за руку и улыбнулась ей ободряюще.

-«Я надеюсь, твоё лечение пройдёт успешно. Я рада, что ты нашла в себе силы начать бороться» - отпустив её руку и внутренне успокоившись, поскольку самое сложное было позади, девушка продолжила говорить уже без напряжения в голосе, легко и даже весело - «А теперь давай поедим».

Они поели с удовольствием. От напряжения и у матери и у дочери разыгрался аппетит. Говорили на разные не значительные темы, как обычно происходит в начале знакомства между людьми. Они обсуждают всякие мелочи или не особенно важные темы просто, что бы лучше узнать друг друга. Можно сказать, прощупать почву и выстроить стратегию поведения с собеседником.

Закончив, есть расплатились по счёту, разделив его пополам. Ученикам Академии деньги выдавались каждый месяц. Что бы они могли купить себе что-то необходимое для учебы и не только.

Выйдя на улицу, они с минуту неловко топтались на месте. Нужно было попрощаться и разойтись в разные стороны, а это вызывало смятение у них обеих. Нина заговорила первой.

-«Ладно, я пойду. Мне пора в Академию».

Альбина, в каком-то смысле была даже рада, что их встреча, наконец, закончилась, ей нужно было морально прийти в себя, встреча с дочерью была сложным испытанием для неё.

-«Спасибо что встретилась со мной дочка. Пиши мне хоть иногда».

Нина обняла маму и ответила.

-«Обязательно».

Когда она ушла Альбина, долго смотрела дочери в след. А потом и сама зашагала по широким улочкам города в место, которое служило ей домом последние годы. В этот момент она решила, что должна найти работу и нормальное жильё. Что бы окончательно выкарабкаться из того дна в котором оказалась. Она хотела это сделать не ради себя, а ради Нины, что бы дочке не было стыдно и противно общаться с такой как она. Впервые за долгое время у неё появилась мотивация что-то делать и желание жить дальше.

***

Проведя почти бессонную ночь, Юля решила отправиться домой. Ей было необходимо увидеться с мамой и поговорить о том, что мучило её. Конечно, у неё были подруги, но девушка не привыкла делиться сокровенным с кем-то кроме мамы.

Она уже неплохо освоила полёты на пегасе, а потому взяла одного из самых послушных пегов и полетела на нём домой. Полёт на пеге вряд-ли можно было с чем-то сравнить, или описать словами. Любые описания были бы недостаточными. В лицо ей дул сильный холодный ветер, где-то внизу проносились леса и деревни. Девушка без труда управляла конём, наслаждаясь полётом. Без сомнения находясь высоко над землей, девушка чувствовала себя максимально комфортно.

Приземлившись недалеко от своего дома, на небольшой поляне, Юля отпустила коня погулять. Она знала, что пегас никуда из деревни не уйдёт, пеги умные животные. Насчёт того как его потом искать девушка тоже не переживала ведь у неё в кармане лежал специальный свисток – манок для пегасов. Стоит ей засвистеть в него и пегас прилетит, куда бы, он не забрёл за это время. Она отпустила коня погулять потому лишь что конюшни или даже маленького стойла в их доме не было.

Идя в сторону дома, девушка остановилась на невысоком пригорке с которого, тем не менее, было хорошо видно дом, в котором прошло Юлино детство. С виду довольно маленький и неказистый он был очень дорог Юле, и казался ей лучше любого даже самого богато обставленного особняка.

Около калитки она заметила отца. Он прибивал на место отвалившийся кусок забора. Ей ещё в детстве очень нравилось наблюдать за тем, как папа работает. Он казался ей эталоном взрослого человека. Она мечтала, что когда вырастет, тоже будет как папа всё ремонтировать и изобретать всякие магические устройства. Девушка рассмеялась собственным мыслям, насколько она была наивной тогда.

Отец словно почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, обернулся и заметил её. Его лицо озарила счастливая улыбка, среди всех детей, главной его любимицей всегда была Юля. Может потому что она была самая младшая в семье, а может, потому что в детстве почти не отлипала от него.

Девушка, переполнившись чувствами, бросилась бежать вниз по пригорку навстречу отцу. Он раскинул руки готовый поймать дочь в свои теплые отцовские объятия. И она, быстро преодолев расстояние между ними, легко нырнула в них. Отец крепко прижал дочь к себе, словно не веря, что она и в самом деле здесь.

-«Юлька, а ты чего это тут делаешь?»

Юля, притворно обидевшись, спросила.

-«А ты что не рад видеть свою дочь?»

-«Конечно, рад. Но что-то мне подсказывает, что ты неспроста приехала. Случилось что-то?»

Как любой родитель, хорошо знающий свою дочь, отец видел, что Юля явно чем-то обеспокоена. По выражению лица и взгляду. Юля решила, что отрицать очевидное, смысла нет, да и отец всё равно не поверит.

-«Ну, ничего прямо серьезного, так что не волнуйся. Но мне нужно поговорить с мамой. Где она кстати?»

Отец, совсем не обидевшись на то, что дочь хочет поделиться проблемами не с ним, а с матерью ответил.

-«Она дома. Наверное, на кухне готовит обед».

Юля вошла в дом и, остановившись на пороге, осмотрела родной коридор. Подойдя к одной из стен, коснулась рукой многочисленных отметок сделанных прямо на обоях. Это были отметки роста каждого из членов семьи. Проведя рукой по именам братьев и сестёр, Юля грустно вздохнула. Все её братья и сестры уже покинули отчий дом. Кто-то просто отправился работать в другую деревню или даже в сам город. Кто-то создал семью. Юле было грустно от ощущения пустоты, которое витало в доме. Хотелось снова окунуться в шум и гам их большой и дружной семьи. Слышать топот многочисленных ног. Стоять в вечных очередях в ванную. Кушать за огромным столом со всей своей семьёй и чувствовать себя частью чего-то сильного и несокрушимого.

Сняв верхнюю одежду, девушка прошла в кухню. Мама и в самом деле стояла около плиты и что-то тщательно размешивала. Услышав, что в кухню кто-то вошел, она решила, что это муж и, не оборачиваясь, сказала.

-«Ну как там наш забор? Удалось починить?»

Юля ничего, не говоря, подошла к матери и обняла её. Мама, сразу почувствовав, что это вовсе не муж щёлкнула пальцами, и огонь под кастрюлей погас. Теперь уверенная что не случится пожар, она обернулась.

-«Юля! Что-то случилось? Почему ты вдруг приехала?»

Юля усмехнулась. Родители забавные люди они то - говорят, что очень скучают и приглашают в гости, а когда, в самом деле, приезжаешь, они только и спрашивают тебя, зачем приехал.

-«Не то что бы что-то случилось. Просто хочется поговорить с тобой кое о чём».

Мама кивнула и налила дочери её любимый горячий шоколад, который будто специально для неё стоял на плите. Подав ей кружку, женщина усадила дочь в старое продавленное множеством обитателей дома кресло и сама села напротив.

-«Ну, доченька я слушаю тебя».

Юля начала рассказывать сначала робко, но с каждым, словом ей становилось всё легче. Когда она закончила мама какое-то время молчала, словно осмысливая только что услышанное.

-«А тебе то - этот Егор вообще нравится?»

Юля кивнула, с мамой говорить было очень легко.

-«Юль я думаю, что тебе ничего делать не нужно. Если ты ему небезразлична, то он расстанется со своей девушкой и тогда и только тогда можно говорить о каких-то отношениях между вами. Ну а если нет, и то не беда встретишь другого парня. Главное не делай глупостей. Хорошо?»

Юля кивнула.

-«Хорошо. Спасибо мамочка мне стало легче».

Ей и в самом деле стало легче, когда она рассказала маме о своих чувствах и переживаниях. В душе поселилось ощущение, что всё будет хорошо. Всё обязательно будет хорошо.

В кухню вошёл отец и по лицам дочери и жены понял, что какая бы проблема не мучила Юлю, они поговорили, и ей стало лучше.

-«Дочь на обед не останешься?»

Юля нехотя отрицательно помотала головой.

-«Простите, не могу. Меня там пегас ждёт в деревне. Надо его в конюшню вернуть».

Отец потрепал дочь по волосам, что очень часто делал, когда она была маленькой.

-«Ничего страшного. Иди детка, мы любим тебя».

Юля обняла обоих родителей.

-«И я вас очень люблю!»

Перед тем как выйти из комнаты Юля оглянулась на родителей. Раньше она и не замечала, что они уже далеко не молоды. Такое родное лицо отца было испещрено морщинами, а волосы были белыми, словно его голову припорошило снегом. А маме явно не так легко как раньше ходить и её волосы уже тоже тронула седина. Юля к своему ужасу осознала, что её любимые родители уже старики. Только бы они прожили подольше. Она не могла представить себе мир без этих двух милых старичков.

Покинув свой родной дом, Юля использовала манок, и пегас прилетел на её зов. Путь до Академии показался ей более быстрым, чем когда она летела домой. Девушка поймала себя на мысли, что в какой – то степени и Академию воспринимает как дом, так сильно она привыкла к жизни в ней и к её обитателям.

В Академии девушка отвела коня в конюшню и отправилась в свою комнату. Там была Даша, и она рассказала, что пока Юли не было, приходил Егор и оставил записку. Закрывшись вместе с запиской в ванной, Юля раскрыла маленькую прямоугольную бумажку. Там неровным почерком было выведено.

-«Прости меня. Я тебя люблю. Скоро всё будет хорошо, и мы сможем быть вместе».

Подписи не было, но она и не требовалась. Юля, прислонившись спиной к холодной стене медленно села на корточки. Что он имел в виду? Что бросит свою девушку? Юля не знала этого наверняка и могла лишь догадываться.

Юля прикрыла глаза, перед внутренним взором предстал его образ. Девушка еле слышно прошептала: - «Я тоже люблю тебя Егор».