Приключения Лиса и его друзей

"Я так люблю так проводить время," — тихо пробормотал Лис, прикрывая глаза и откидываясь на спинку ванны, полностью погруженный в розовую пену. Момент спокойствия был бесценен.
Минуты текли, наполненные теплом воды и ароматом пены. Лис и Бонни наслаждались редким моментом тишины и уединения, пока шум из общего зала не стал проникать даже сквозь закрытую дверь ванной. Голоса становились громче, слышались смех и какие-то отрывистые фразы.
"Похоже, вечеринка набирает обороты," — усмехнулся Лис, открывая глаза.
Бонни тяжело вздохнул. "Ну что, пора вылезать в этот хаос?"
Лис кивнул. "Боюсь, что да. Иначе нас скоро начнут искать."
Они вышли из ванны, обтерлись полотенцами и надели свою домашнюю одежду. Выходя из ванной комнаты, они снова оказались посреди бурлящей жизни общаги.
Лис вышел из ванной, уже слыша нарастающий гул из общего зала. "Ох," — выдохнул он, вспомнив о своих планах. — "Сегодня ночной эфир My Little Pony по Мамонт ТВ. Надо не пропустить!"
Не успели Лис и Бонни насладиться даже минутой относительного покоя, как дверь общаги снова распахнулась. Внутрь вошли ещё пятеро новых жильцов, добавляя хаоса в уже переполненное пространство.
* Персона Квир (14 лет), с яркими зелёными волосами, который, казалось, витал где-то в своих мыслях.
* Джош (30 лет), блондин, чьи глаза беспокойно бегали по сторонам.
* Хамелеон (23 года), девушка с красно-зелёными волосами и пугающим, но притягивающим взглядом, от которой исходило ощущение опасности.
* Нэнси (17 лет), с красно-белыми волосами, которая тут же принялась что-то считать на пальцах.
* Джимми (20 лет), обычный скуф с рыжими засаленными волосами, который сразу же начал осматриваться в поисках свободного дивана.
Общага Лиса, и без того гудящая от голосов, теперь напоминала разворошенный улей. Каждый квадратный метр пространства был занят новыми лицами, и воздух буквально звенел от энергии и неразберихи. Лис и Бонни переглянулись. Очевидно, что их планы на спокойный вечер с My Little Pony теперь точно под угрозой.
Едва новые жильцы успели переступить порог, как Рарити, заметив Джимми, тут же не удержался от комментария.
"Джимми. А я думал ты уже погряз в жире," — съязвил Рарити, оценивающе оглядывая его фигуру.
Джимми лишь отмахнулся, явно привыкший к таким колкостям. "Ой, да не смеши."
"Фу, от тебя воняет," — продолжил Рарити, брезгливо морщась.
В ответ на это Джимми, ничуть не смутившись, демонстративно начал ходить по общаге, раскачивая своим огромным пузом и, кажется, намеренно проходя поближе к Рарити.
Голос Альбины прозвучал, словно приговор, когда она, увидев Джимми и его демонстративное дефиле, воскликнула: "О нет, он у нас полхолодильника сожрёт!"
Пока Альбина оплакивала будущие потери холодильника, Джимми, казалось, вообще не обращал на неё внимания, продолжая своё триумфальное шествие. Однако его прогулка была прервана резким звуком.
Локи, робот, неожиданно издал серию роботизированных писков и щелчков, а затем его синие лампочки на груди начали мигать красным.
"Системная перегрузка," — проговорил он монотонным голосом. — "Обнаружено чрезмерное количество биологических организмов. Рекомендуется экстренная эвакуация."
Фемида, прислонившись к стене с видом полной усталости, фыркнула: "Да уж, Локи, нам тоже хочется эвакуироваться."
Рарити, который уже успел устроиться на одном из диванов, громко рассмеялся. "Ну что, добро пожаловать в наш новый дом! Надеюсь, он выдержит."
Лис, наблюдая за нарастающим хаосом, громко хлопнул в ладоши, пытаясь привлечь внимание. "Так, давайте, короче, располагайтесь по своим комнатам! Я пока пони посмотрю." Он уже собирался уйти, когда Фоксетта быстро подошла к нему.
"Я с тобой, милый," — сказала она, прижимаясь к нему.
Бонни, который, казалось, смирился с потерей спокойствия, тут же подхватил: "Я бы тоже не отказался."
Лис кивнул, довольный компанией. "Отлично. Чем больше, тем веселее. Только тихо, чтобы никому не мешать." Он направился в свою комнату, а Фоксетта и Бонни последовали за ним.
В комнате Лис быстро включил Мамонт ТВ. На экране тут же замигали знакомые, яркие образы пони. Он устроился поудобнее на кровати, Фоксетта прижалась к нему, а Бонни присел на стул рядом. Из общего зала доносился нарастающий гул, но здесь, в комнате Лиса, царила своя, привычная атмосфера.
"Так, что там у нас сегодня? Серия про Кристальную Империю?" — пробормотал Лис, сосредоточившись на экране.
Фоксетта уютно вздохнула, а Бонни, хоть и не был фанатом пони, чувствовал себя на удивление комфортно в этой компании, вдали от хаоса, который творился за дверью.
Бонни, наблюдая за экраном, вдруг произнес: "Я My Little Pony с 5 лет смотрел."
Лис недоверчиво хмыкнул, поворачиваясь к нему. "Ты ещё скажи, что ты их смотрел, когда в пелёнки какал."
Бонни закатил глаза. "Ну, не настолько, Лис, но достаточно давно, чтобы помнить все поколения и знать наизусть имена всех поней."
Фоксетта хихикнула, прижимаясь к Лису. "Значит, у нас тут эксперт по пони."
Лис отвернулся к экрану, на котором уже разворачивались приключения Твайлайт Спаркл и её друзей. "Ладно, ладно, верю. Главное, чтобы ты не начал мне сюжетные линии рассказывать, а то я и сам не всё помню."
За стенами комнаты шум общаги нарастал. Где-то вдали послышался приглушенный смех Бетти, а затем какой-то стук. Но здесь, в уютном мире My Little Pony, Лис, Фоксетта и Бонни на время забыли обо всём.
Серия закончилась. Лис зевнул, потягиваясь. "Я надеюсь, эти новенькие не поубивали друг друга," — пробормотал он с некоторой опаской.
Он вышел из комнаты и увидел... Рарити стоял посреди общего зала, держа в руках пакет. Он заметил Гарри и свистнул ему.
"Эй, очкарик, лови аптечку!" — крикнул Рарити, и вместо аптечки метнул в Гарри пакет с мукой. Белое облако взметнулось в воздух, окутывая Гарри с головы до ног.
Бонни, вышедший следом за Лисом и ставший свидетелем этой сцены, покачал головой. "Он так побежал по всему коридору комнат, чтобы посмотреть, как они тут живут. Я в шоке."
Гарри, весь в муке, закашлялся. "АЙ, БЛЯТЬ!"
Рарити же, довольный своей шуткой, залился смехом. "Ахахах!"
Альбина, с осуждением глядя на Рарити, пригрозила ему пальцем: "Ай-яй-яй, плохой Рарити. Плохой!"
Облако муки медленно оседало в воздухе, а Гарри, чихая и отряхиваясь, выглядел как призрак. Джимми, воспользовавшись моментом, уже успел куда-то пропасть. Общага погрузилась в привычный хаос новоселья.
Лис и Бонни, наблюдая эту сцену, переглянулись.
"Ну вот, началось," — вздохнул Бонни.
Лис лишь покачал головой. "Я же говорил, скучно не будет." Он повернулся к Гарри. "Гарри, ты как? Живой?"
Гарри отплюнулся, мука была повсюду. "Да живой я! Только теперь я белый, а не Гарри!"
Тем временем, Квир с зелеными волосами, казалось, полностью игнорируя происходящее, медленно бродил по коридору, бормоча что-то себе под нос и тыкая пальцем в стены. Джош, наоборот, метался по залу, озираясь по сторонам и что-то испуганно шепча. Хамелеон сидела на подоконнике, её красно-зелёные волосы сливались с полумраком, а глаза изучающе осматривали каждого входящего. Нэнси уже нашла себе уголок и, кажется, пыталась подсчитать шансы на выигрыш в какой-то невидимой игре.
Майкельсон, весь в белом платье, демонстративно вышагивал по центру зала, игнорируя муку и шум, а Фемида уже завела спор с кем-то из "старых" жильцов общаги о правах женщин. Локи, кажется, перезагрузился и теперь стоял неподвижно, лишь изредка издавая тихие, механические щелчки.
Общага Лиса полностью преобразилась. Теперь это был не просто дом, а настоящий плавильный котёл самых невероятных личностей, каждая из которых добавляла свою нотку безумия в общую какофонию. Лис и Бонни поняли, что их жизнь здесь никогда уже не будет прежней.
Рарити, явно не успокоившись после своей предыдущей шутки, достал нечто, что он назвал "дымовой шашкой" — на самом деле это были дымящиеся угли, ловко завёрнутые в газету. С ехидной улыбкой он метнул эту самодельную "бомбу" в Марту.
Над головой Марты тут же взметнулся клуб серого, едкого дыма. Она закашлялась, а затем, отплёвываясь и сверкая глазами, яростно взглянула на Рарити.
"Ещё раз ты так сделаешь, я тебе яйца с корнем вырву!" — прорычала Марта, её голос был полон ледяной угрозы.
Рарити, ничуть не смутившись угрозой Марты, лишь усмехнулся. "У меня бабушка в прошлом году их вырвала," — небрежно бросил он, как будто это было самое обычное дело.
Марта застыла, её гневное выражение лица сменилось полным недоумением. Кажется, такого ответа она не ожидала.
Марта, отойдя от минутного ступора, тут же переключила свою агрессию. "Раз у тебя нет яиц, тогда я тебе эти ромбики оторву!" — она указала на кристаллы на лбу Рарити.
Рарити, однако, лишь усмехнулся. "Не получится. Мой батя их мне в мозг вшил. Подумал, что так можно ловить инопланетян."
Марта замерла, её гневная гримаса исказилась в нечто среднее между шоком и полным замешательством. Наверное, она и такого ответа не ожидала.
Лис, наблюдая за этим абсурдным диалогом, вдруг усмехнулся. "А вы знали, что из Джимми можно воспитать собаку?"
Не дожидаясь ответа, он достал из кармана пачку чипсов и, поддразнивая, потряс ею. Пачка зашуршала.
В мгновение ока Джимми, который до этого стоял относительно спокойно, буквально сорвался с места. Он начал бежать как неугомонный, издавая громкие крики, и с такой скоростью рванул к Лису, что чуть не сбил его с ног, пытаясь добраться до заветных чипсов.
Джимми, неистово мчавшийся к Лису, наконец добрался до своей вожделенной пачки чипсов. Его глаза горели предвкушением, когда он схватил её, дрожащими руками разорвал упаковку... а там, вместо хрустящих ломтиков, лежали обычные камни.
Джимми замер, его лицо исказилось от замешательства, а потом и от ярости. Он медленно поднял взгляд на Лиса, в его глазах читался немой вопрос, переходящий в угрозу. Глаза Джимми расширились от шока, а затем наполнились неистовой яростью. Обманутый и голодный, он, словно взбешенный кабан, издал разъяренный рев и напал на Лиса, обрушивая на него град ударов. Его мощное тело врезалось в Лиса, от чего тот чуть не рухнул на пол.
"ААА! Бонни, сладкий, помоги!" — завопил Лис, пытаясь отбиться от разбушевавшегося Джимми, который напирал на него всем своим весом.
Бонни, который наблюдал за всем этим с некоторой отстранённостью, мгновенно пришёл в себя, услышав крик Лиса. "Джимми, стой!" — крикнул он, бросаясь на помощь.
Он схватил Джимми за плечи, пытаясь оттащить его от Лиса, который уже барахтался под натиском "кабана". Но Джимми был силён и одержим жаждой чипсов, так что Бонни пришлось приложить немало усилий.
"Это была шутка, Джимми!" — пытался объяснить Лис, отбиваясь.
Тем временем в общаге начался настоящий переполох. Альбина в ужасе прикрыла рот рукой. Рарити стоял, наблюдая за дракой, и смеялся. Спайк подбежал, пытаясь разобраться, что происходит, а другие новенькие либо застыли в шоке, либо начали громко комментировать происходящее.
Бонни, видя, что слова не помогают, перешел к более решительным мерам. Он схватил Джимми за загривок и начал отвешивать ему огромных, звучных лещей, от которых щеки Джимми краснели и вибрировали. Каждый шлепок сопровождался характерным хлопком, эхом разносившимся по общаге.
"Я сказал, стой!" — рычал Бонни, пытаясь привести Джимми в чувство.
Удары, казалось, имели свой эффект. Джимми, хоть и продолжал рычать, но его натиск на Лиса ослаб. Он наконец-то начал отступать, потирая покрасневшие щеки и с недоумением глядя на Бонни.
Лис, наконец-то выбравшись из-под Джимми, отряхивался и приходил в себя. "Спасибо, сладкий," — прохрипел он, переводя дыхание.
Бонни отпустил Джимми, который уже отходил от шока, потирая щеки. "Не за что, любимый," — сказал Бонни Лису, подмигнув ему.
Джимми, опомнившись и осознав, что только что произошло, с искаженным от злости лицом прохрипел: "Я вас ненавижу, педики." Он отвернулся, бормоча проклятия, и поплелся прочь, оставляя за собой легкий шлейф муки.
"Давай, давай, иди отсюда, цистерна с пивом!" — крикнул Лис вслед удаляющемуся Джимми, добивая его словесно.
Джимми, не обращая внимания на оскорбления, продолжал бормотать что-то себе под нос, удаляясь в глубь коридора. Лис и Бонни облегчённо вздохнули, хотя было ясно, что это только начало их совместной жизни с новыми, эксцентричными соседями.
В общем зале общаги продолжался невообразимый хаос. Зефирка уже успела раздать всем по куску своего розового, подозрительно пахнущего кекса. Вибра пыталась уговорить Локи подыграть ей на импровизированном джем-сейшене, а Мимик успешно спародировал голоса нескольких новеньких, чем вызвал всеобщий смех.
Квир продолжал бродить, иногда натыкаясь на стены, а Джош спрятался за диваном, бормоча что-то о заговорах. Хамелеон внимательно наблюдала за всем происходящим, словно хищник, изучающий свою добычу.
"Ну что, любимый, не хочешь продолжить просмотр пони?" — предложил Бонни, слегка уставший от всей этой суматохи.
Лис, покосившись на бурлящее вокруг него общежитие, улыбнулся. "Почему бы и нет? Кажется, это единственный способ сохранить рассудок."
Они повернулись и пошли обратно в свою комнату, оставляя за спиной этот удивительный и непредсказуемый "зоопарк". Вечер в общаге обещал быть долгим и очень, очень насыщенным.
Лис вернулся в общий зал и, не обращая внимания на продолжающийся бедлам, устроился на первом из двух диванов. Бонни тут же сел рядом с ним.
Едва они расположились, как откуда-то из толпы послышался голос Гарри, который, кажется, решил исполнить свой аморальный текст.
"Хочешь трахну тебя раком? Хочешь трахну как собаку?" — затянул Гарри, явно наслаждаясь произведённым эффектом.
В ответ на это, откуда ни возьмись, выскочил Джимми и, подражая, начал громко лаять: "Гав-гав-гав!"
Гарри, воодушевленный такой "поддержкой", продолжил свой репертуар: "Хочешь на тебя пописаю? У меня проблема с головой."
Лис, слушая Гарри, решил подхватить волну абсурда. Он откинулся на диване и, прищурившись, затянул: "Хочешь буду полицейским? Или может быть врачом? Покажи мне свои сиськи. Они классные, диагноз подтверждён."
Гарри, услышав знакомые слова, воодушевился. "Тоже знаешь эту песню?" — спросил он с горящими глазами, словно нашел родственную душу в безумии.
"Мы же её с тобой в 14 лет придумали," — невозмутимо ответил Лис, глядя на Гарри. Он закатил глаза, намекая на давнее и не самое приличное совместное творчество.
Гарри широко улыбнулся, его лицо, хоть и всё ещё припорошенное мукой, озарилось ностальгией. "А, точно! Это ж наше с тобой бессмертное творение!" Он заржал, и Джимми, который только что успокоился, снова начал издавать странные звуки, словно подражая лошадиному ржанию.
Бонни покачал головой, но на его губах играла легкая улыбка. "Вот уж о чем стоило бы забыть."
Рарити, наблюдавший за этим перформансом, фыркнул. "Музыкальные таланты у нас, конечно, выдающиеся."
Тем временем в общаге продолжался невообразимый кавардак. Зефирка пыталась научить Локи печь кексы, что привело к серии непонятных роботизированных звуков и перегреву сенсоров у робота. Майкельсон устраивал импровизированное дефиле в своем платье, а Фемида читала лекцию о гендерном равенстве перепуганному Винту, который пытался починить сломавшийся тостер.
Лис откинулся на диване, чувствуя, как вечер стремительно катится в пропасть полного безумия. Он взглянул на Бонни, потом на Гарри, затем на Джимми, который всё ещё издавал какие-то звуки.
"Чувствую, ночь будет долгой," — пробормотал Лис.
Лис, отмахнувшись от общего хаоса, повернулся к телевизору. "Ладно, Гарри, Джимми, хватит ваших концертов. Пони-тайм!"
Он и Бонни уселись поудобнее на диване, полностью погружаясь в яркий мир Эквестрии. Из комнаты доносились знакомые мелодии и голоса любимых персонажей, создавая небольшой островок спокойствия посреди бушующей общаги. Пусть за стенами и творилось безумие, здесь, в своей маленькой вселенной My Little Pony, Лис и Бонни чувствовали себя в безопасности.
Гарри, проходя мимо дивана, где сидели Лис и Бонни, ухмыльнулся, глядя на экран. "У нас большой зал. Вам не стыдно такое смотреть?"
Лис, не отрываясь от экрана, отрезал: "Гарри, заткнись." Гарри лишь хмыкнул в ответ на замечание Лиса, но спорить не стал, видимо, решив, что это бесполезно. Он отправился дальше, возможно, искать новую жертву для своих шуток или просто наслаждаться хаосом.
Лис и Бонни вернулись к просмотру. На экране Рэрити в очередной раз пыталась устроить грандиозный показ мод, который, как обычно, грозил обернуться катастрофой. Их мир на несколько минут сузился до размеров волшебной Эквестрии, позволяя им абстрагироваться от окружающего безумия.
Однако тишина длилась недолго. Из кухни послышался звон бьющегося стекла и чей-то громкий крик. Затем раздался подозрительный запах гари. Лис и Бонни обменялись тревожными взглядами. Кажется, кто-то из новеньких уже осваивал кухонную утварь с непредсказуемыми последствиями.
Посреди общего хаоса, когда из кухни доносились подозрительные звуки и запахи, Рарити оказался в центре внимания. Он сидел на плите (к счастью, выключенной), запрокинув голову и с закатанными глазами, распевая что-то себе под нос.
"И всё... её пизде так ахуенно, я как будто нахожусь в раю!" — нараспев произнес он, явно погруженный в свои собственные, весьма специфические, эстетические переживания.
Рарити, допев свой оду поэтическому "раю", неожиданно для всех сделал сальтуху с плиты, приземлившись прямо посреди зала. Ни секунды не медля, он начал танцевать, выполняя замысловатые движения, будто и впрямь был на сцене.
"Её тело — это искусство," — провозгласил он, вращаясь в своём эксцентричном танце, ничуть не смущаясь переполохом, царившим вокруг.
Внезапно из вентиляционной решётки послышался скрежет, а затем что-то грохнуло. Все в общаге замерли, обернувшись на звук. Из отверстия показалась голова, а затем и всё тело какого-то человека, который, неуклюже выбравшись из вентиляции, свалился прямо в кухонную раковину.
Это был парень с бело-розовыми волосами, с правой стороны у него была немного длинная женская чёлка. На нём была белая женская рубашка с розовыми надписями и рисунками, школьные брюки и белые носки. Кожа у него была немножко бледная, но глаза — удивительного розового цвета, а ногти — с коротким маникюром.
Он несколько секунд полежал в раковине, ошарашенно моргая розовыми глазами, а затем попытался встать, вытирая мокрую одежду. Общага на мгновение затихла, а потом кто-то из толпы хихикнул.
Бонни, мгновенно среагировав на появление незнакомца из вентиляции, резко встал с дивана, и, к всеобщему удивлению, вытащил нож из-за пазухи.
"Нарушитель!" — резко бросил он, наставляя клинок на парня в раковине.
Тот, подняв руки в примирительном жесте, выпучил розовые глаза. "Воу, чувак, ты чё?"
Рарити, наблюдавший за сценой с неподдельным интересом, воскликнул: "У нас что, зомби завёлся? Второй?" — кивая в сторону Миры.
Парень в раковине нервно хохотнул. "Нет. Я псих."
Рарити, не обращая внимания на нож, торчащий из руки Бонни, и на заявления о психическом здоровье, заинтересованно прищурился. "Как зовут хотя бы?"
Парень в раковине, который представился как "псих", наконец-то сумел вылезти, хоть и выглядел немного помятым. Он поправил свою мокрую женскую рубашку. "Сумеречный Клинок," — ответил он, осматривая переполненную общагу розовыми глазами.
Бонни, всё ещё держа нож, покачал головой. "Мудак ты, а не клинок. Раз выпрыгиваешь из вентиляции, а не из дверного проёма."
Сумеречный Клинок, выпрямившись и оглядывая Бонни, слегка усмехнулся. "Не кипишуй. Иначе убью." В этот момент, когда он говорил, Бонни заметил, что у Сумеречного Клинка во рту были отчётливые, острые клыки.
Бонни, несмотря на угрозу и клыки, не отводил взгляда от Сумеречного Клинка, внимательно рассматривая его. Его взгляд задержался на многочисленных татуировках, покрывающих всё тело незнакомца.
"Фанат My Melody?" — неожиданно спросил Бонни, кивнув на одну из татуировок.
Сумеречный Клинок удивленно приподнял бровь. "Как узнал?"
"У тебя на шее Куроми," — просто объяснил Бонни, указывая на характерный силуэт персонажа.
Сумеречный Клинок на секунду смутился, потрогав татуировку на шее. "А, ну да. Неожиданно встретить здесь ценителя." Он убрал руки. "Можешь нож убрать? Или ты всегда так знакомишься?"
Бонни медленно опустил нож, но не убрал его полностью