Начало
Говорят-четырехлистный клевер приносит удачу. Только вот правда это или нет никто точно не знает.
- Максимилиан! - донесся с дороги голос тетушки Финизы. Быстрым движением мальчик сунул уже сорванный стебелек за пазуху кожанного плаща, разогнулся окидывая взглядом еще раз дорогое серце место и перепригывая через кочки и корни поспешил вниз.
Наступая на влажный мох и траву, покрытые росой.
Остановившись на пригорке худенький и невысокого роста мальчуган снова обернулся, осматривая взглядом густой и почти безпросветный лес, поправил широкий, потертый ремень сумки и напоследок вдохнул полной грудью запах сырости, грибов, трухлявой прогнившей коры и дождя.
- Максимилиан! Ну же! Обоз ждать тебя не будет! - снова долетел до мальчика крик тетушки Финизы.
- Прощай - прошептал мальчик лесу и сбежал с пригорка. И миновав густые заросли и заросшие мхом дубы выбежал на проселочную дорогу вдоль леса.
Где его ожидала нервная тетушка и обоз с зерном, направляющийся в столицу.
- Почему так долго? - суетливо подбежала тетушка к мальчику - Опять пошел в свой лес, даже в самый важный момент его жизни - пробормотала тучная женщина средних лет, поправляя ремень сумки и воротник великоватого кожаного темнокоричневого плаща, топорщащегося на худеньких плечах.
- Простите тетушка - тихо ответил мальчик, подставляя свою шею для поправки.
Убедившись, что все пуговицы застегнуты верно, тетушка Финиза сжала плечи мальчугана и напряженно посмотрела в его большие голубые глаза, обрамленные длинными ресницами, которые так выделялись на бледном, почти белом лице.
- Будь всегда со всеми вежлив, внимательно слушай что тебе говорят и старайся. Не забывай, что наша семья сделала для тебя.
- Конечно, тетушка - кивнул мальчик.
- Тогда - тетушка Финиза вздохнула, прочертила указательным и средними пальцами круг на лбу мальчика - прощай. Пусть бог Ивил и богиня Найда берегут тебя, дитя. Хоть я тебе и не мать, но всегда думала о тебе и.... - на этой фразе тетушка замолчала и посмотрела куда то вдаль, в туман, простирающийся над холмами, на которых уже собрали урожай и горами заросшими маленькими кривыми деревцами и кустарниками. - Ах да обоз стоит ждет. Все - она подтолкнула мальчишку к телеге с деревянными ящиками. Мальчик уселся на край, свесив ноги в великоватых истертых ботинках.
- Заплатишь как прибудишь - проговорила тетушка, сжав мешочек с монетами, надежно скрытый под плащом. Мальчик немногословно кивнул, берясь руками за грубый деревянный край телеги.
- И не забывай все то добро, что мы для тебя сделали - снова повторила тетушка. Максимилиан, опустив взгляд на коленки под старыми штанами, опять кивнул. Рот не хотел открываться и что то говорить. Все уже было сказано вчера, поздно вечером, этого было больше чем достачно. Никогда разговоры в доме тетушки не были долгими.
Тетушка вздохнула, нервно поправила растрепавшуюся прическу и махнула руками, словно отметая от себя сомнения. И еще раз, сжав плечо Максимилиана, женщина пошла вперед обоза сказать кучеру что можно отправляться.
И вот она дала знак рукой бородатому мужечку, сидящему на облучке. Раздался шлепок вожжей по лошадиному крупу и со скрипом старых деревяных колес вереница телег и повозок, нагруженных зерном, двинулась вперед.
Мальчик покачнулся. Земля под его ногами начала двигаться и подняв голову, Максимилиан обратил печальный взгляд на верхушки могучих деревьев. Дубы, осины, ели, ореховые кустарники и другие деревья покачивали ветвями словно прощяясь с их частым гостем, который сбегал из нелегкой жизни и проводил в этом лесу долгие часы упоительного одииночества. Хотя нет, он не был одинок. С ним были все жители леса- каждая птица, мышь. Каждый росток и цветок был его преданной компанией. Трясогуска. Поющая печальные песни кукушка и жизнерадостные мелодии соловей. Нет, здесь в этом зеленом мире он не чуствовал себя одноким.
Чуство одночества и тоски по настоящему охватывало его по возвращению в тетушкин дом. Сырой холодный колодец, покосившийся ветхий дом и люди. Иногда семья носит лишь название, неоправдывающее ожидания. Люди могут оставаться чужими многие десятилетия. Для тетушки и ее семьи он всегда был чужим, лишь мальчиком, который по стечению обстоятельств занимал угол в доме.
На обочине дороги осталась тетушка. Она стояла, сложив руки на своем переднике, и провожала его взглядом. Наверное, она была рада подумал Максимилиан. И когда женская фигура сначала превратилась в точку, а потом и вовсе исчезла, Максимилиан закинул ноги на телегу, устраиваясь на спину. Он поправил сумку, на ощупь проверяя содержимое. Яблоки и лепешки были на месте.
Дорога предстояла долгая. Максимилиан наполнил легкие воздухом и устремил взгляд светло голубых глаз в пасмурное небо.