Глава 6
Этим утром я проснулся с хорошим настроением, потому что сегодня очень знаменательный день. У меня день рождения. Да, первый за последние годы день рождения в кругу друзей. Сейчас я лежу с закрытыми глазами. Представляю, как моя комната будет украшена шариками, как меня будут все поздравлять. Этот день будет лучшим.
Я открыл глаза. Комната, как и была, так и осталась обычной. Кровати мальчиков пустовали.
Сколько времени? Я посмотрел на часы. 8.47?! Так поздно? Почему не сработал будильник?
Я быстро оделся и побежал в столовую. Я боялся, что опоздаю на завтрак. Когда я, можно сказать, влетел в столовую, меня ожидал приятный сюрприз. Столовая была украшена шарами, ленточками и гирляндой. Рядом со столом, на котором стояло очень много блюд, стояли тетушка Сюзи и остальные дети. У каждого в руках небольшой подарок.
- Рон, поздравляем тебя с днём рождения. У нас есть замечательная традиция: каждый ребенок дарит имениннику отдельный подарок.
Я был счастлив, и не потому что мне подарят очень много подарков, а потому что у меня появилась семья.
После того, как мне вручили подарки, мы приступили к поеданию того, что стояло на столе. Блюд было настолько много, что я даже не представлял, как это можно съесть. Там были курица и утка, разные колбасы и гарниры, салаты и десерты, названия которых я даже не знал.
Болтали мы довольно много, и я много чего узнал о моих новых друзьях: Марк на самом деле боится темноты и страшилок, но когда об этом говорили, он стойко это отрицал. У Фина есть огромная коллекция спортивных машин, хоть и игрушечных. Хотя, если честно, я думал, что у него максимум коллекция каких-нибудь книг. После тихого часа ко мне зашла Мари.
- Можно зайти?
Я кивнул. Мари тихо закрыла дверь и приблизилась ко мне. Мне стало неловко.
- Хочешь отправимся в мое любимое место?
Любимое место? В детском доме? Я заинтересовался этим.
- Да, конечно.
- Тогда идем.
Мы вышли из дома. На улице был мороз, из-за которого я почувствовал лёгкое пощипывание на лице. Раньше я не любил мороз, больше нравился снегопад, но сейчас мне кажется, что мороз прекрасен. Ведь он оставляет такие прекрасные картины на окнах, которые ни один прекрасный художник не смог бы повторить. И ещё, Мари очень идёт румянец на лице. Мы двигались к саду. Мари шла смело и уверенно. Мы подошли к забору, и только тогда, когда мы подошли к нему чуть ли не впритык, я увидел небольшую щель.
- Залезай первый, - сказала Мари, указывая щель.
Я, конечно, верю Мари, но что-то залезать туда я побаивался.
- Эй, ты что, струсил? Не бойся, тебе там понравится.
Глубокий вдох, медленный выдох. Я присел на корточки и перелез на другую сторону. То, что я увидел, заставило меня замереть. Впереди меня стояла небольшая, украшенная цветами, беседка. Это место казалось мне каким-то сказочным, таинственным. В воздухе веяло романтикой. Она, что, пригласила меня на свидание?
Мари зашла в эту беседку и махнула мне рукой, зовя к себе. Я не стал сопротивляться. В беседке было немного теплее, чем на улице. На лавочке стоял термос.
- Возьми, - указала мне Мари на термос, - там какао, как ты любишь.
Она улыбнулась. Никогда не думал, что улыбка может так притягивать. Не могу остановиться смотреть на Мари, она такая красивая.
- Тебе здесь нравится?
- Очень. Здесь довольно уютно.
Она посмотрела на меня. В ее взгляде я увидел что-то робкое, такое милое. Чувство, которое есть у каждого нормально человека. Это чувство заставляет нас делать настолько сумасшедшие вещи, что у одних это вызывает восхищение,а у других - недоумение.
Любовь.
- Мари,- тихо и осторожно сказал я, встав с лавки,- встань.
- Зачем?
- Встань, пожалуйста.
Она покорно сделала это. Я встал как можно ближе к ней.
- Закрой глаза.
- Но...
- Чшш, просто слушай меня.
Мари выдохнула и медленно закрыла глаза.
- Что ты видишь?
- Ничего, я ведь закрыла глаза.
- Хорошо. А теперь представь свое сердце. Чем оно занято?
- Не знаю, сердце качает кровь по всему телу.
Я был почти у ее губ.
- Знаешь, чем занято мое сердце?- очень тихо спросил я. Чувствовал ее дыхание, сердце билось как сумасшедшее,- мое сердце занято тобой.
Я поцеловал ее. Ее губы такие мягкие, сладкие. Возможно поцелуй длился несколько секунд, но для меня он длился вечность. Вечность, которую я хотел бы переживать все снова и снова.
***
Кормили нас вкусно. Тетушка Сюзи знала, как угодить детям. Она могла приготовить то, что бы ели все.
За столиком я сидел с Марком и Фином. Марк, даже когда ест, не затыкает свой рот.
Мы переглянулись с Фином. По одному взгляду мы друг друга поняли. У нас даже мысль одна : когда он умолкнет?
Я оглянулся. Мари нигде не было.
- Кого ищешь? - спросил Фин.
- Мари куда-то пропала. Я ее не видел после того вечера.
- Не волнуйся, она в изоляторе.
- Что такое? Она заболела?
- Я говорю, не волнуйся, просто простыла немного, но если ты так волнуешься, мы сможем ее навестить после обеда.
- Хорошо.
***
Изолятор выглядел, как обычная комната. Одна кровать, тумбочка, книжный шкаф и телевизор. Мари не смотрела телевизор, она предпочитала чтение.
- Привет, - сказал я, войдя в ее "комнату".
- Привет Мари, мы пришли тебя навестить.
Судя по ее испуганному лицу она не ожидала нашей встречи. Мы присели на ее кровать. Она читала.
- Что читаешь?
- "Виноваты звёзды".
- Интересно?
- Вполне.
- Как самочувствие?
- Нормально.
Она отвечала очень сухо. По ней было видно, что мы здесь лишние.
- Ты уверена, что все в порядке?
- Рон, мне плохо, у меня болит голова. Я счастлива, что вы пришли навестить меня, но мне нужно побыть одной, - сказала Мари и продолжила читать книгу.
- Пойдем, Рон.
Я не хотел уходить. Мари выглядела плохо, я не мог ее оставить здесь.
- Рон, ей надо побыть одной.
Мы ушли, но я чувствовал себя ужасно. Чтобы узнать, что произошло, мы пошли к Сюзи.
- Мари, довольно странная девочка, по вечерам она сидит на улице и читает. И когда она вчера вернулась, у нее заболело горло. На следующее утро заболела голова. Мне показалось это странным, потому что Мари никогда не болела. И если болела, то максимум 3 дня. Но в этот раз все намного хуже. У нее высокая температура, насморк и больное горло.
- Она быстро вылечится?
- Надеюсь, да. Я делаю всё, что возможно.
Мы вышли из ее комнаты.
- Ты так не волнуйся на счёт Мари. Она сильная.
- Уверен?
- Я ее знаю 5 лет.
- А сколько ты здесь живёшь?
- 8 лет.
- А Мари?
- 5.
Вечером мы пошли на улицу. Мне не хотелось бегать и дурачиться со всеми. Я проводил время на качелях.
- Ты всё ещё грустишь? - ко мне подошёл Фин.
Я молчал.
- Может мне позвать Марка? Он тебя развеселит.
- Не, чтобы потом ещё голова болела от его пустой болтовни. А кстати, где он?
- Мне казалось, где-то там бегает.
- Нет, его там нет.
Мы взволновались. Марка нигде не было.
- Может спросим у тётушки? Она должна точно знать.
- Марк в изоляторе, - внезапно сказала она, стоя за нами. Мы даже вздрогнули от неожиданности.
- В смысле Марк в изоляторе? - спросил я.
- Ему стало плохо после ужина. У него заболел живот, и я решила его отправить в изолятор.
Фин взялся за голову.
- Все в порядке? - спросил я.
- Все нормально, просто голова закружилась.
"Почему всем становится плохо?"
- Рон, совсем забыла. После обеда тебе пришло письмо, но от кого не написано, возьми.
Я взял в руки конверт. На самом деле, адресат не написан. Внизу странным почерком написано " РОН ". Мне стало не по себе. Кто мог отправить это письмо?