Глава 68. Тепло твоей души...
Голос Фэн Юня был бархатистым, немного зависимым, нежным, как прилив.
Нин Ань почувствовал, что поплыл от этого голоса. Его будто парализовало.
Фэн Юнь воспользовался ситуацией, зажал сигарету юноши между пальцами и затушил ее в пепельнице вместе со своей собственной.
Затем он нежно обхватил его затылок рукой и заключил в свои объятия.
В комнате было так тихо, что Нин Аню показалось, будто он слышит биение их сердец. И он не знал, чье сердце так громко стучит - его или Фэн Юня.
Это чувство близости казалось столь приятным, что он полностью поддался ему.
Спустя долгое время Нин Ань, наконец, немного пошевелился, но Фэн Юнь тихо попросил:
- Не надо, не двигайся.
Юноша послушно остановился. А Фэн Юнь добавил очень мягким голосом:
- Ты знаешь? Я преследую тебя, ты мне очень-очень нужен.
Нин Ань сидел, уткнувшись лицом в грудь стоящего рядом мужчины и сквозь тонкую рубашку чувствовал его сильные и упругие мышцы, слегка колышущиеся от дыхания.
Жар обжигал лицо даже сквозь одежду, будто это была согретая специально для него постель, источающая слабый аромат цитрусовых.
И все это мягко завораживало его.
Казалось, он окунулся в горячий, но комфортный источник, и нега охватила его. Объятия Фэн Юня заставили забыть обо всех неприятностях.
Юноша почти бессознательно поднял руки и обнял Фэн Юня за талию.
Очевидно, это именно он нуждался в утешении, но и сам Фэн Юнь вдруг сказал, что ему нужны эти объятия.
Он всегда был таким милым и нежным с ним...
Нин Ань помолчал, затем тихо сказал
- Спасибо...
Тело Фэн Юня, казалось, стало еще горячее.
- Нин Ань, - голос Фэн Юня прозвучал хрипло, - я надеюсь, что однажды ты сможешь рассказать мне все, что у тебя на сердце. Не замыкайся в себе. Я хочу, чтобы ты делился со мной и хорошим, и плохим. Даже если ты неправ, я все равно поддержу тебя.
Рука Нин Аня за спиной Фэн Юня сжалась в кулак, но он промолчал.
Как раз в тот момент, когда Фэн Юнь подумал, что юноша не ответит ему, Нин Ань, наконец, поднял голову и снизу вверх взглянул ему в глаза.
Эти глаза были темными и столь глубокими, как будто могли высосать человеческую душу.
Некоторое время они молча смотрели друг на друга, пока Фэн Юнь не поднял руку и не погладил юношу по лбу, убирая челку. Мужчина тихо спросил:
- Все в порядке?
- Фэн Юнь, - глаза Нин Аня были немного растерянными. Поколебавшись, он сказал: - Есть кое-что, о чем мне трудно говорить...
Фэн Юнь запустил руку в мягкие волосы и медленно провел по ним. Его сердцебиение участилось.
О чем он ему боится рассказать?
Кадык мужчины опустился, а на сердце стало неуютно и горько.
Но он все равно посмотрел юноше в глаза и мягко сказал:
- Все это неважно. Все в порядке, даже если ты был с другими, это не имеет значения. Ты мне нравишься, и это главное. У каждого есть прошлое. Я понимаю.
Нин Ань в шоке уставился на него.
Его слова поняты... так неправильно? Нин Ань немного удивился, счел ситуацию забавной и едва подавил смех. Он прижался лбом к груди мужчины, и рука, обнимавшая его за талию, напряглась.
Через некоторое время плечи Нин Аня все же затряслись от смеха. И он сам не понимал, чего ему хочется в этот момент больше: смеяться или плакать.
Два чувства боролись в нем.
Фэн Юнь приподнял лицо юноши ладонью и с улыбкой наблюдал, как по его щекам текут слезы. Длинные черные ресницы слиплись от влаги подобно стрелам.
В глазах Нин Аня все еще жила улыбка, но слезы наполняли их, сверкая, как бриллианты и отражая его фигуру.
Фэн Юню показалось, что его супруг - это невинный и беззащитный олень в лесу, полном тигров и волков, совершенно не осознающий окружающих его опасностей. Мужчине захотелось спрятать его, огородить от всех проблем, и сделать так, чтобы только он мог любоваться грациозными изгибами его тела.
Фэн Юнь опустил глаза и осторожно стер пальцами влагу в уголках глаз. Его глаза смотрели серьезно, но неожиданно нежно:
- Над чем ты смеешься?
- Просто смешно... Ты совершенно неправильно подумал, - Нин Ань наконец перестал смеяться и покачал головой. - Я никогда не был в отношениях.
- Тогда что еще может тебя так смутить?
Фэн Юнь снова потер пальцами уголки глаз, с сомнением встретив взгляд юноши, но все же испытывая огромное облегчение от его ответа.
- Это кое-что, связанное с моей семьей. - Нин Ань нахмурился и в большом огорчении опустил глаза. - Но я еще не придумал, как тебе это рассказать.
Отчаянно бьющееся сердце Фэн Юня расслабилось, и он снова прижал голову Нин Аня к своей груди.
Независимо от того, насколько сложны дела в его семье, может ли это быть запутанней и проблемней, чем отношения в семье Чу?
Вряд ли...
Фэнь Юнь успокаивающе погладил мужа по волосам:
- Не спеши, не волнуйся... Ты можешь мне рассказать абсолютно все. Или не рассказывай, если не хочешь говорить...
- Да. - Голос Нин Аня прозвучал приглушенно, и жар его дыхания обжег кожу мужчины даже через рубашку.
Ощущение жара и онемения расползалось по телу, начиная от этой точки. Фэн Юнь пошатнулся и не сдержал дрожь.
К счастью, Нин Ань это не заметил.
Нин Ань наконец сказал то, что все это время тяжело давило ему на сердце. Поняв, что Фэн Юнь готов его поддержать, он облегченно выдохнул и, расслабленно откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза. Через некоторое время его немного потянуло ко сну.
Фэн Юнь почувствовал, как тело в его руках начинает плавно заваливаться в сторону.
Когда рука, державшая юношу, медленно отпустила его, он резко проснулся. Тряхнув головой, он попытался снова нормально сесть, однако, после того, как Фэн Юнь ласково погладил его по голове, Нин Ань сдался и снова уснул.
Фэн Юнь тихо вздохнул.
Взяв Нин Аня на руки, он положил его на кровать, накрыл тонким одеялом и погладил по лбу, любуясь маленьким нежным личиком.
Если нет необходимости бодрствовать из-за работы, Нин Ань всегда легко засыпал.
А сегодня он слишком устал и вымотался, как физически, так и психологически.
Фэн Юнь погладил его по щеке, нежно провел большим пальцем по длинным бровям.
Он знал, что, вероятно, Нин Ань сегодня снова столкнулся с какой-то неудачей в своей карьере.
Прочие неприятности он обычно не принимает близко к сердцу.
Иногда Фэн Юню даже казалось, что его супруг - самый невозмутимый и спокойный человек из всех, кого он когда-либо знал. Лишь угроза его мечте о карьере дизайнера могла выбить юношу из колеи, спровоцировав сильные чувства.
Он так усердно и искренне работал, но реальность приносила ему лишь разочарование и боль...
Фэн Юнь огорченно посмотрел на него, поджав уголки губ.
Никто лучше него не понимал, что истинный полет слишком утомителен и труден для человека.
Фэн Юнь такой же... К счастью, когда он очень устает или сталкивается с неразрешимыми трудностями, когда чувствует, что почти не в состоянии держаться, он приходит домой, открывает дверь и видит человека, сидящего за рабочим столом. Этот человек - его свет. Когда Фэн Юнь видит его, на сердце становится необъяснимо спокойно, и он готов продолжат сражаться. Он готов лететь в зенит, к солнцу и звездам, не боясь неудач и падения.
Имея возможность увидеть и обнять Нин Аня, он мог мыслить более спокойно, даже холодно, принимая решения, и идти дальше.
Фэн Юню нравилось в его супруге абсолютно все: его улыбающиеся глаза, холодная решимость, готовность сражаться с несправедливостью, упорство и настойчивость на пути к мечте.
Он жаждал быть рядом с юношей, не желая разлучаться никогда.
Однако Нин Ань никогда никого не пускал в свой мир, вежливо и отчужденно отвергая даже его. Не важно, насколько они близки, это не сработает.
Даже сейчас Фэн Юнь может рассчитывать только на эти объятия, и ни на что больше.
Он чувствовал одновременно разочарование и удовлетворение По крайней мере, Нин Ань его не отвергает...
Пережив кризис, Фэн Юнь уже не спешил продвинуть их отношения. В их медленном продвижении тоже имелась какая-то приятная сладость надежды. У них впереди - вечность. Так стоит ли торопиться и этим все портить?
Фэн Юнь сидел на краю кровати, нежно касаясь мягкой щеки юноши. Постепенно его дыхание стало тяжелым и прерывистым, а взгляд - жгучим и яростным. Но поцелуй в лоб, который он себе позволил, был невесомым и нежным.
Не в силах больше терпеть, он встал и пошел в ванную, чтобы принять душ.
Встав под лейку, он позволил горячей воде стекать по телу, обжигая его. Кожа, которая от природы была белее, чем у большинства людей, окрасилась в красный цвет.
Дыхание Нин Аня, казалось, все еще будоражило его, заставляя низ живота пульсировать.
Мужчина поднял голову и крепко зажмурился. Капли воды стекали с его густых ресниц, красивые ярко-красные губы слегка приоткрылись, исторгая учащенное дыхание.
Пальцы ног сжимались и расслаблялись на нескользящей плитке, а руки плавно оглаживали тело, высвобождая нечто, что было горячее, чем самая горячая вода.
Когда он снова открыл глаза, они, казалось, были покрыты тонким слоем слез, но в глубине их горело темное пламя, заставляющее людей краснеть.
Когда Фэн Юнь вышел из ванной, завернувшись в халат, и посмотрел на дверь комнаты Нин Аня, его глаза стали темнее самых черных чернил.
<п/п: Ой, как деликатно-то описано... >
Принятие ванны заняло слишком много времени, а вода была слишком горячей, поэтому кожа на его плечах и шее онемела и зудела, точно так же, как сейчас зудело его сердце.
Однако он не смог долго отдаваться этому чувству, потому что зазвонил мобильный телефон, и ассистентка напомнила ему, что предстоит еще международная видеоконференция.
Не высушив волосы, он поспешно вернулся к своему рабочему столу и с трудом сосредоточился, перечитывая материалы.
.............................
Неделя - это совсем немного, но за это время Нин Ань успел посмотреть еще одно шоу.
Фань Цзинь тоже съездил посетить несколько мероприятий за границу, привез много ценной информации и пригласил Нин Аня обсудить ее.
Его помощник в последнее время был так занят, что Фань Цзинь воспользовался возможностью привлечь Нин Аня к работе хотя бы на несколько дней, прежде чем отпустить его.
Фань Цзиню Нин Ань нравился не только как потенциальный коллега, но все же такого рода чувства еще не успели превратиться во что-то значимое. Однако, если бы у Нин Аня уже не было Фэн Юня, он мог бы, не колеблясь, предложить вступить в отношения.
Фань Цзинь много лет учился за границей и относился ко всему без ханжества. Поняв, что закрутить роман с Нин Анем не получится, он быстро сублимировал свою симпатию в дружбу.
Тем не менее, Фэн Юня их отношения сильно напрягали. Его интуиция кричала об опасности. Поэтому он пристально наблюдал за своим потенциальным соперником.
Нин Ань оставался в компании Фань Цзиня в течение трех дней. В этот период Фэн Юнь искал различные причины, чтобы пригласить Нин Аня, например, на обед, лишь бы он не делил трапезу с Фань Цзинем. А по вечерам он резко перестал задерживаться после окончания рабочего дня, спеша заехать за юношей, чтобы вместе вернуться домой.
Фань Цзиня ситуация забавляла, поэтому он намеренно вел себя очень интимно с Нин Анем в присутствии Фэн Юня, провоцируя того еще больше.
Наблюдая за «ревновашками», Фань Цзинь даже спросил друга:
- А если ты придешь работать ко мне в будущем, как думаешь, он совсем сойдет с ума?
- Конечно, нет, - Нин Аню не понравилось, что Фань Цзинь намеренно стимулировал Фэн Юня. - В будущем тебе лучше держаться от меня подальше в его присутствии.
- Эй, а что не так? - Фань Цзинь возмутился. - Я делаю это для твоего же блага, чтобы у него было ощущение кризиса и он мог уделять тебе больше внимания.
Нин Ань, замеряя комплект одежды мягкой рулеткой, возразил:
- Ему не нужно ощущение кризиса. - Он остановился и серьезно сказал: -Ему просто нужно чувство безопасности.
Фан Цзинь был ошеломлен, но Нин Ань не собирался продолжать объяснения.
- Он тратит на меня время каждый день, и поэтому ему приходится работать дома допоздна. А я не хочу, чтобы он так много работал.
Нин Ань обеспокоенно вздохнул и пояснил:
- Если я действительно решу работать у тебя, мне придется обсудить с ним это. Если Фэн Юнь станет возражать, боюсь, мне придется занять его позицию.
- Неужели это так серьезно? - Фань Цзинь понял, что юноша не шутит. -Нин Ань, он же взрослый и должен мыслить трезво.
- Да, - согласился Нин Ань. - Но я за него переживаю и не хочу, чтобы он нервничал и брал работу на дом.
- Тск-тск-тск! - Фан Цзинь беспомощно уставился на него, огорчаясь. - Хорошо, в его присутствии я буду относиться к тебе как к незнакомцу, хорошо?
Нин Ань мягко улыбнулся, не став это комментировать.
Он лишь надеялся, что Фан Цзинь в своем желании «простимулировать» Фэн Юня не переборщил. Судя по выражению глаз его мужа, Фань Цзинь рискует вот-вот обанкротится.
Нин Ань, возможно, даже не удивился бы, если бы Фэн Юнь вдруг решил приобрести его компанию или злонамеренно уничтожить ее.
Похоже, он пока так и не дал Фэн Юню достаточной уверенности в себе, в своей верности и постоянстве...
Единственным человеком, дарившим Фэн Юню тепло, была его бабушка. Но она, увы, давно умерла. Теперь в его жизни остался лишь Нин Ань. Поэтому его чувства к мужу были не просто вожделением, а чем-то гораздо большим. Мужчина боялся, что однажды этот человек оставит его, как оставила бабушка, и тогда его мир окончательно рухнет.
Нин Ань стал тем, кто держал для Фэн Юня само небо, позволяя смотреть в будущее с оптимизмом.
Нин Ань хорошо понимал это и старался вести себя осторожно. Ему хотелось сказать: "Не бойся и не волнуйся. Я полностью принадлежу тебе, и только тебе. Я всегда буду рядом".
Но он пока не мог этого обещать...
Спустя долгое время, когда Фань Цзинь уже почти забыл об их разговоре, Нин Ань вдруг сказал ему:
- Спасибо тебе.
Он смотрел на него, извиняясь. Его глаза улыбались, в уголках губ обрисовались грушевидные завитки.
Встретив недоуменный взгляд Фань Цзиня, он добавил:
- Спасибо, что ведешь себя со мной, как с незнакомцем.