Супруга Дракона

Глава 22.
Трек для главы: Ciara – Paint It Black (OST Последний Охотник На Ведьм)

Когда Люси вышла к воде, она никого не увидела. Вечерело, солнце садилось, и от этого вода
окрашивалась в яркий оранжевый цвет, будто лава или жидкий огонь. Зайдя в воду по грудь,
девушка постояла немного, любуясь закатом. В этот момент позади нее вынырнул Нацу с кувшинкой в руке. Обняв ее сзади, он протянул цветок.

— Красивый — прошептала блондинка.

— Как и ты, — ответил дранслеер. Шаманка немного покраснела и вплела цветок в волосы.
Дождавшись пока она закончит, Драгнил, пакостливо улыбаясь, окатил ее волной брызг.
Удивившись и немного разозлившись, Люси начала окатывать и его.

— Я убью тебя, ящерица! Я волосы не хотела мочить!

— Да ладно тебе, Люська! Подумаешь! Высушить же можешь!

— Аррррргггхххх!
Так они носились друг за другом по воде, под конец уже и сама Люси громко смеялась и из
вредности кинула в парня пучок водорослей. Склизкие растения эстетично повисли на его голове, достаточно гармонично смешиваясь с мокрой розовой шевелюрой. Убийца драконов свел глаза вместе, пытаясь сдуть с носа водоросль, что прилипла к его носу, а Люси хохотала над ним. Прищурив глаза, Нацу нарочито медленно погрузился в воду. Нырнул, и только водоросль на поверхности едва обозначала место, где он раньше был. Да и та уже уплывала, уносимая течением. Хартфелия перестала хихикать и стала озираться вокруг себя.

— Нацу? Нацу, ты где? Драгнил?! — немного испуганно крикнула девушка. В то же время кто-то
провел руками по ее ногам и подхватил ее под бедра, выныривая из воды и подымая брызги. Люси коротко взвизгнула, отфыркиваясь, вытирая воду с лица одной рукой. Другой же она держалась за шею сына Игнила.

— Попалась, Люська — как-то предвкушающе прошептал он и поцеловал свою метку, от чего по телу девушки прошла дрожь и она снова покраснела, сильнее прежнего. Язык огненного мага
прошелся по шее девушки, выписывая одному ему известные узоры на коже волшебницы. Ее пальцы вцепились в его розовые волосы от ощущения зарождающегося внутри жара. Его горячие влажные губы скользили вверх к ее манящему ротику, а достигая цели жадно и властно впивались, захватывая территорию, подчиняя себе, от чего из уст Люси послышался приглушенный стон. Чуть прикусив пухлые губки шаманки, Нацу разворачивается и вместе с ней на руках начинает выходить из воды, пока девушка доверчиво прижимается к нему всем своим телом, прикрыв глаза от удовольствия. Затем он осторожно опускается на колени и кладет шаманку на заранее заготовленный плед. Все это он проделывает, внимательно смотря на нее, следя за ней, выискивая признаки нежелания. Но все говорило об обратном. Особенно ее запах. Драгнил наклонился к своей возлюбленной и, лаская и поглаживая тело волшебницы руками, провел своим чувствительным носом дорожку от бедер, по плоскому животику, между грудей, шеи и к самому ушку заклинательницы, жадно вдыхая самый желанный аромат в своей жизни. Сейчас в нем ничего не было от веселого безбашенного ребенка, коим он всем казался. Здесь и сейчас с Люси был Нацу — молодой мужчина, знающий и получающий то, что он хочет. И сейчас он хотел свою женщину. Всю и целиком. Ее тело, душу и сердце. Только для него и ни для кого более. Он прикусил мочку ушка клыками и прошептал: «Моя Люси, моя драгоценная, прекрасная Люси Как же я люблю тебя». В этот миг расслабленная ласками
Хартфелия замерла и немного напряглась. В ее душе все перевернулось после его слов. «Он сказал Он сказал, что любит меня!? Меня! Любит!» Ей казалось, что сердце так громко и неистово стучит, что вот-вот выпрыгнет из груди. Кровь кипела и бурлила от признания, а из глаз внезапно брызнули слезы. Убийца Драконов мгновенно напрягся, почуяв слезы и заметив внезапное изменения в Люси. Он приподнялся над ней и внимательно посмотрел, ища признаки обиды, разочарования, чего угодно, что могло вызвать слезы. — Люси, ты чего? Почему ты плачешь? Тебе неприятно? Я что-то сделал не так? — начинал паниковать сын дракона. А шаманка лишь улыбнулась и притянула его голову к себе, наклоняя, соприкасаясь с ним лбом.

— Нет, Нацу. Все хорошо. Я счастлива быть с тобой. Я тоже люблю тебя, — прошептала в ответ
волшебница и нежно поцеловала парня. Это было будто прорыв дикой стихии, взрыв вулкана, поток силы, сметающей все на своем пути Но так казалось только им двоим, в тот момент, когда у них начали биться в унисон сердца, в едином ритме их любви, а души гореть одним общим огнем. Нежные поцелуи перерастали в более страстные. Тело Драгнила постепенно, но неумолимо кое-где покрывалось чешуей, ибо сейчас он был не в состоянии контролировать себя полностью, если вообще контролировал. Избавление от остатков одежды прошло как-то смутно и незаметно, ведь в это время они не отрывались друг от друга. Тихие стоны белокурой шаманки и откровеннî собственническое рычание дракона. Блеск его зеленых драконьих глаз в свете пламени костра. Молчаливое согласие Люси на все, что должно произойти рано или поздно, а лучше именно сейчас. Он оглаживает ее тело так, будто слеп и пытается запомнить руками тело любимой. Начиная от плеч, осторожное касание груди, ощущение его теплого дыхания на вершинках сосков, а затем медленное дразнящие круговое движение языка и легкий укус. Вторую грудь он тоже не оставил без внимания. Такой же медленный спуск вниз, к самому заветному месту. Теплые губы, скользящие по коже, будто ищущие что-то. А затем он останавливается между ее бедер. Поднимает голову, встречается с ней взглядами.

— Сейчас ты узнаешь, почему ты моя и что такое дыхание дракона
Она замирает в предвкушении, прикрыв глаза и отдавшись ощущениям тела. Полностью
раскрываясь для него, оказывая тем самым полное доверие. Тем временем Нацу ласково целует
внутреннюю сторону бедра девушки, продвигаясь губами к ее лону. Чуткий слух улавливал бешеный стук сердца Люси. В его голове бродили мысли о том, какая она сейчас хрупкая, настоящая, в его руках. Не очередная грёза из сна, живая женщина. Его женщина. Все это укладывалась в одно слово, которое билось набатом в голове драгонслеера — «Моя!». Он схватил ее бедра руками, чтобы удержать шаманку на месте, и приник губами к источнику ее наслаждения. Неспешное движение горячим и влажным языком, и Люси извивается под ним, не в силах сдержать себя. Столь новые для себя ощущения, из-за которых она готова изгибаться от удовольствия и выдыхать имя возлюбленного. Убийца драконов продолжал изучать влажные от желания складочки языком, ему нравился вкус возлюбленной и нравилось слышать свое имя из ее уст. Он ждал, ждал, когда она будет на пике, когда сможет принять то, что он ей даст. Голова блондинки металась из стороны в сторону, руки вцепились в траву, что росла совсем рядом. В животе скручивался тугой комок, будто из живого огня или электричества, все мышцы были напряжены до предела, вот-вот это пламя вырвется и пройдется по ее венам лавой, даря освобождение и удовольствие.

— Нацу пожалуйста сейчас
Тихий, едва слышный стон, но он и сам все понял. Она была готова для него.

— Для тебя – все что угодно
И он дыхнул в нее своим огнем. Драконьим огнем в самое ее лоно. Жар прошелся по телу
девушки как внутри, так и снаружи. Послышался крик, но это не был крик боли, лишь крик
удовольствия. Волшебница кричала, испытывая первый в своей жизни оргазм, ей казалось, что ее тело стало легче легкого и она воспарила к небесам. В шоколадных глазах отражались мириады созвездий. Все восемьдесят восемь тел небесных. Сейчас она была прекрасна как никогда, и именно в этот момент молодой дракон вошел в ее тело, все еще сотрясаемое от пережитого наслаждения.
Легкая боль прошла незаметно, скорее она даже подстегнула Хартфелию. Первые несколько толчков Драгнил держал себя в руках, сцепив острые зубы и сдерживая дракона внутри. В его глазах отражался мечущийся Зверь, который хотел взять контроль над телом, завершить привязку пары.

— Люси Прости Я больше не могу его держать — он с горечью шептал ей в щеку, на что
девушка лишь крепче обняла его, закидывая ноги парню за спину.

— Отпусти его. Он не причинит мне зла — шаманка легко улыбнулась и поцеловала шею
огненного мага. Он успел лишь кивнуть, как внезапно вздрогнул и ненадолго отстранился от
девушки, чтобы приподняться над ней и пробежаться оценивающим взглядом по столь
соблазнительному и желанному телу. Глаза дракона светились довольством и желанием, а
волшебница под ним лишь прикусила губы, ожидая, что же он предпримет. Ухмыльнувшись, дракон, в более-менее человеческом теле, накрыл блондинку и снова вошел в нее, но более резко. Его руки обхватили бедра шаманки, придерживая ее и не давая отстраниться. Дракон брал то, что принадлежало ему по праву. Свое сокровище, клеймя ее, делая своей, теперь уже окончательно.
Резкие толчки вырывали хриплые стоны из горла девушки. Жар его дыхания в ее шею. Легкие,
нежные поцелуи кожи, там, куда она могла дотянуться. Громкое рычание довольного зверя. Древний, как жизнь, танец тел мужчины и женщины. Разрядка дракона была уже близка, сущность чешуйчатого требовала завершить привязку пары и обеспечить потомством. В целом, и человеческая сущность не имела возражений по этому поводу. Ускорив темп, он почувствовал, как его плоть еще сильнее сжимают шелковые стенки лона девушки. Ее крики от пронзившего в очередной раз наслаждения были музыкой для дракона и парня. Еще пара толчков и, рыкнув, он прижал блондинку к себе, когтем делая надрез на своей коже, дабы она приникла губами к ране. А сам же впился острыми зубами в ее плечо. Обессиленная и не сопротивляющаяся Люси покорно раскрыла сухие от криков губы, и на язык попали соленые алые капли. А ощутивший вкус плоти и крови своей пары дракон выплескивал свое семя в женское тело. Он довольно урчал, зализывая полумесяцы от зубов. А уставшая волшебница тихонько задремала на его плече. Зверь ушел, вернув контроль над телом Драгнилу. Нельзя было сказать, что его вообще не было в момент соития с Люси. Он был, но в то же
время и не он. Они были вместе. Одновременно. И сейчас они, так же одновременно, трепетно
положили руку на еще плоский живот девушки. Ее аромат уже начинал меняться, было слышно
только одно сердцебиение, но парень с драконом были уверены, что в чреве их возлюбленной
сегодня зародилась жизнь. Их дитя. От их супруги. Накрыв спящую, вымотанную шаманку одеялом и ложась рядом, сын Игнила думал, что для счастья не хватает только собрать гильдию и купить домик побольше, чтобы ребенку было где развернуться. Нацу засыпал с улыбкой на устах, держа в объятиях самую любимую и желанную для него женщину. Его Люси, его супругу.