ЛИВНЕЙТ

Мое состояние оставляло желать лучшего. Тело болело и было тяжело передвигаться в тот день, когда я увидела его в палате. Круги под глазами, вымотанный вид. Спустя неделю вспоминаю это все, как страшный сон.

Он начал извиняться, спрашивать, как я, и не понимал, почему я сделала это. Прикрыла его собой. Потому что не могла по-другому. Потому что не смогла бы жить с осознанием того, что могла помешать этому. Думаю об этом и не замечаю, как дверь тихонько открывается. Я вижу Кэтрин и это не может меня не радовать.

— Привет! — радостно говорит она.

— Привет, — она наклоняется, чтобы обнять меня и я делаю это в ответ. В этот раз мне легче это сделать, чем до этого.

Принимаю полу сидячее положение и не сразу замечаю, что в палату входит еще кто-то. И не сразу понимаю, что это Джастин.

— Ой, — произношу я, — Не ожидала тебя здесь увидеть. Буду очень рада, если ты пришел ко мне, а если ты ищешь Нейтона, то
он в кафе.

— Я же не совсем дурак. Конечно, я проверить, как ты, — улыбнулся он.

Он положил цветы на тумбочку рядом с кроватью и тоже обнял меня.

— Вы вместе что-ли приехали?

Кэтрин и Джастин странно переглянулись. Подруга заговорила:

— Мы... В общем, мы вместе.

— Чего?!

— Мы вместе, — повторил Джастин, приобнимая Кэти.

— Офигеть. Я так рада за вас.

Они посмеялись и посмотрели друг на друга.

— Почему ты не сказала мне в прошлый раз, когда приходила?

— Хотела сказать это вместе с Джастином. И не спрашивай, почему. Я сама не знаю.

Она повернулась к нему и он ее поцеловал.

— Как в паршивой мелодраме, — Нейтон вошел в палату и смотря на парочку, закатил глаза, на что я улыбнулась.

Я внимательно смотрела на Нейтона.

Он подошел к Джасину, обнял его, потом Кэтрин, а я не понимала кое-чего.

— Ты не удивлен? Тому, что они вместе?

Нейтон натянул ухмылку.

— Так ты знал! Ах ты засранец! И не сказал!

Я вытащила из-за спины подушку и запустила в парня.

— Эй, не буянь. Больнице еще нужна эта палата.

Я надула губы и сложила руки на груди, как ребенок в магазине детских игрушек, когда ему не купили очередную дорогую и новую машинку или куклу, и все дружно посмеялись надо мной.

***
После того, как Кэтрин и Джастин долго восторгались моей попыткой защитить Нейтона, а затем, пожелав мне поправляться, ушли,  мы с Нейтоном вышли во двор больницы, подышать воздухом. Слишком сильно я скучала по природе. И вот: Нейтон катит коляску, так как пойти самостоятельно я пока не могу, а я смотрю на деревья, слушаю звуки птиц и смотрю на пожилых людей, сидящих на лавочках. Кому-то одиноко, кто-то рассказывает соседу по палате о своей жизни. В больнице от чего-то больше ценишь то, что имел. Я имела  здоровье и силы и не благодарила за это. Теперь же судьба дала урок, после которого я буду благодарить за такую, казалось бы мелочь, жить в теле, которое энергично и без болячек. За такую огромную, масштабную мелочь. Мелочь, без которой тяжело жить.

Нейтон останавливает коляску, садится на лавку.

— Мне было слишком страшно.

— Знаю.

Я кладу свою руку на его и смотрю в глаза.

Мы молчим некоторое время, а потом я говорю:

— Так рада за Кэтрин и Джастина.

— Я тоже. Они выглядят очень счастливыми.

— Кэтрин ждала этого.

— Да?

Я улыбнулась:

— Да, он ей нравился. Мне даже казалось, что это всем очевидно.

Нейтон задумался:

— Джастин хорошо может скрывать свои эмоции от мало знакомых людей. Видимо, они сильно сблизились и узнали друг друга получше.

Он встал со скамейки и повез меня куда-то.

Мы проезжали мимо клумб с цветами, а затем в поле зрения показался пруд.

— Ничего себе! Не знала, что тут есть пруд. Прямо сказка, а не больничный двор, — с восторгом сказала я.

Посмотрев на Нейтона, увидела, как он тепло улыбнулся. Именно в этот момент я захотела запомнить его таким: улыбающимся, с горящими глазами.

Мы стояли молча и смотрели на пруд, пока я не заговорила:

— Я не могла по-другому. Не смогла бы жить с осознанием того, что могла помешать, но не сделала ровным счетом ничего. Я бы не смогла. Ты слишком дорог мне и я так сильно испугалась, не сразу сообразила, но все вышло само. Я не думала ни о чем. Что будет страшно, больно, я..

— Я люблю тебя.

Он оборвал мою речь и сказал это. Перекрыл поток мыслей и подарил чувство того, что за спиной распускаются крылья. Настолько я ощущала сейчас что-то похожее на полет.

Я подняла глаза на него и несколько секунд мы не прерывали зрительного контакта, а затем он наклонился и поцеловал меня со всей нежностью, на которую был способен. Если бы меня попросили описать, рассказать о том, что я чувствую в самых ярких красках, я бы сказала, что это невозможно. Это то, от чего поет душа. Оно такой силой, что кажется, будто ты часть чего-то большего, будто ты способен на очень многое. Эти горящие глаза, эта отдача, эта энергия.. Бешеная энергия. В такие моменты ты так силен и об этом так сложно говорить словами. Мне хотелось верить, что все, что писали про любовь в книгах и все, что показывали в фильмах — правда. И я верила, что это тот самый мужчина, с которым я хочу пройти тысячи километров.
С которым хочу быть вечно..

***
Нейтон уехал домой, а я осталась в палате. Лежала на диване и читала книгу, когда в дверь постучали и она открылась.

— Можно? — спросил высокий темноволосый брюнет.

— Ты кто? — спокойно спросила я.

— Я друг Нейтона — Рэй, — он протянул руку.

Я протянула в ответ:

— Оливия. Можно просто Лив. Я его..

— Ты его девушка, знаю.

Я кивнула и ждала от парня дальнейших действий.

— Как ты?

— Получше. Врачи говорят, что иду на поправку, но все равно будет тяжело.

— Когда ты кинулась закрывать его собой, я так испугался, это просто...

— Погоди, что? — не поняла я.

— Ты же в курсе, вроде, дел Нейтона?

— Да.

— Боссу не понравилось, что он хочет променять свою жизнь, отказаться от денег, спокойно уйти ради очередной бабы, которых было много, — он посмотрел мне в глаза, — Извини.

— Ничего.

Я итак знала, что у Нейтона было много девушек.

— Но когда он выяснил ( у него есть везде свои люди ), что ты для него не очередная, а особенная, ему это не понравилось. Он увидел угрозу своему бизнесу и сказал устранить Нейтона, чтобы он не мешал. Это было после того, как тот заявил, что хочет уйти. Мы услышали это и не могли не поехать тайком. Нейтон важен для нас. Меня и моего друга — Коула.
Он сплатил нас, всегда подбадривал меня, помогал. Так нельзя было и мы поехали за людьми, которым босс поручил это задание, но все вышло из-под контроля.

Я внимательно слушала все, что он говорил, а потом спросила:

— И вы помогли Нейтону, когда в меня выстрелили?

— Да. Знаю, ты хочешь спросить, почему мы не помешали. Уже собирались, но тут ты все увидела и мы замешкались, когда ты побежала к Нейтону и уже был сделан выстрел. Мне жаль, что так вышло.

Я кивнула.

— Ты не виноват.

Он снова глянул мне в глаза. Его были выразительными карими. Я решила спросить:

— Давно ты знаком с Нейтоном?

— Года два.

— Как вы познакомились? — мне правда было интересно.

— Я был новичком, он предложил мне покурить, мы заболтались, если это можно так назвать. Потом подошел Коул и начал просить нас хоть чуть-чуть с ним пообщаться, так как ему не хватает общения и ему это очень нужно. Так мы и стали потом общаться. Он помогал нам. Он хороший человек.

Я улыбнулась:

— Это точно.

В палату снова заглянули, на этот раз без стука. Показался низкорослый паренек.

— Привет, — кивнул он мне.

— Привет, — я оглядывала его. Он стоял прямо в проходе, одетый во все черное.

— Ты скоро? Нам нужно ехать. — обратился он к Рэю.

— Да. Подожди еще чуть чуть.

Паренек кивнул и посмотрел с легкой улыбкой на меня:

— Поправляйся, Оливия.

Он вышел и закрыл дверь.

— Это тот самый Коул? — я повернулась к Рэю.

— Да.

— Понятно.

Мы молчали и я уже думала, что он собирается уходить, как он сказал:

— Слушай... Не знаю, с чего начать. Я пришел еще для того, чтобы кое-что сказать.

— Говори.

— Я.. узнал, что у тебя была подруга — Селена Вайсман и что она недавно умерла.

Я сглотнула и посмотрела в упор на него. Он продолжил:

— Я не знал, с кем поговорить об этом, но меня это сильно тревожило. Она.. узнала про наркотики, про бизнес. Она была хорошим человеком, который хотел бороться против этих веществ. Она хотела справедливости. Хотела достучаться до органов порядка, чтобы они начали хоть что-то с этим делать. А босс не церимонится с мелкими людьми,  стоящими у него на дороге, как он говорит. В общем.. Он поручил мне разобраться с ней. Она ехала на такси и виноват был не водитель. Их столкнула другая машина с дороги. И в этой машине был я.

У меня округлились глаза и побежали мурашки по коже.

— Ты? Это ты ее убил?

— Да, — поднимая на меня глаза ответил он.

Я перестала дышать. Я сидела с человеком, который убил мою подругу. Сидела, без малейшей мысли о том, что это может быть так.

— Мне очень жаль.

Все внутри рухнуло:

— Чего ты хочешь от меня? Прощения?

— Я хотел сказать это тому, кто ее знал. Мне было тяжело, правда. Я не мог нормально спать, я не каждый день убиваю людей.

— Ты хочешь, чтобы я тебя пожалела?

— У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда.

Мое отвращение к этому человеку передалось взглядом. Рэй понял, как мне некомфортно и плохо с ним находиться.

— Мне правда нужно было сказать, я..

— Слушай, я не понимаю, зачем ты сказал это мне. Не стоило. Тебе лучше уйти.

Парень, с грустным выражением лица покинул мою палату.

Я пытаюсь сглотнуть ком, но не получается. Поворачиваюсь и смотрю в окно, пока одна слезинка катится по щеке.

***

|Нейтон|

Я был дома и вспоминал все, что произошло. Находиться в больнице часто трудно. Посетители хотят поскорее оттуда уйти, но я хотел уйти не потому что мне было тошно от больничного запаха или от того, что там атмосфера болезней, страданий и горя. Нет. Я хотел развернуться и бежать прочь, смотря на Оливию. Да, это кажется слабостью, но это так. Ее хрупкое тело, капельница, уставшие глаза. Мне было больно на это смотреть и я хотел убежать, как можно дальше, чтобы с ней такого больше не произошло. Это моя вина.

Спустя неделю, мы вышли во двор. Гуляли, смотрели на пожилых пациентов, которые болтали друг с другом, а затем я повел ее к пруду.

Я думал, что не скажу ей самые главные слова. Но это был шанс. Шанс сделать то, что ты думал, не успеешь. Я сказал, что люблю ее. Сказал, впервые за все это время, когда мы вместе. Я боялся потерять ее, чувствовал себя с ней комфортно, я знал, что она тот человек, который предназначен для меня и мне становилось грустно от того, что в скором времени мне нужно будет уйти..

Когда прошло три недели с того момента, как в Лив выстрелили, я знал, что мне нужно решиться все закончить. За эти три недели, ей определенно стало лучше. У нее был здоровый вид, ей легче было ходить. Она снова расцветала.

Лив стояла на балконе. Ей отчего-то в последнее время нравился мой балкон, нравилось проводить там время. Она стояла с открытым окном и смотрела на улицу. Делала это каждый раз, когда оказывалась у меня. Сидела, стояла, то с книгой, то с наушниками, часто рисовала на холсте. Я был сильно рад, что она взялась снова за любимое дело. Она скучала по этому. Это было видно. У нее безумно красиво получалось рисовать, у нее был талант и я был счастлив, что она снова начала этим заниматься. Но чтобы она не делала на балконе, я понимал, что это ей нужно делать одной. Ей нужно уединиться и подумать. Я всегда знал это и без проблем начинал заниматься своими делами. Видел идеальную жизнь сейчас. Мы очень много времени проводили вместе, я учил ее играть на фортепиано, мы вместе готовили, вместе смотрели фильмы и сериалы, гуляли, сидели в кафе, даже ходили на свидания, но я понимал, что если закрою глаза на опасность, то все повторится. Он бы добил ее или меня. Я знаю это.
И с этим нужно было что-то делать.

Было пасмурно, я варил себе кофе и смотрел на нее. Сегодня я все скажу.

***
С каждым днем, становилось все лучше и я не заметила, как прошло три недели. Я взяла кисть в руку, после очень долгого расставания и, казалось, готова была заплакать, когда начала рисовать закат, размазывая краску по холсту, стоя на балконе. Это такое неописуемо приятное чувство — возвращаться к тому, что ты так любишь. От этого мне стало еще лучше и спокойнее на душе.

Я рассматривала цветок, посаженный на балконе у Нейтона, видимо, его мамой и услышала его голос:

— Лив, я хочу сегодня к морю.

— Хорошо, — громко ответила я, чтобы он услышал.

Я снова задумалась. Мы и правда давно не смотрели на волны, хотя нужно бы делать это почаще. Воспоминания о том, как Рэй признался, что имеет самое прямое отношение ко всему тому, что произошло с Селеной, все реже врезались в память. Мне было долго грустно, но жизнь продолжалась. Она начала налаживаться, что не могло не радовать.

Через пару часов, я уже была готова к прогулке с Нейтоном. Он бегал по комнате, ища свои носки, чем вызывал улыбку.

— Нашел! — радостно, как ребенок, отыскавший подарок под елкой, сказал он.

— Молодец. А теперь пошли.

Мы вышли из его дома, сели в машину и поехали поближе к морю. Играла музыка, я открыла окно и высунула руку. Воздух был свежим и настроение было хорошим.

— Твоя мама должна сегодня освободиться пораньше и мы будем готовить ужин, — с беззаботным видом сказала я.

Нейтон тяжело вздохнул, а затем  посмотрел на меня с улыбкой, но она показалась мне натянутой:

— Здорово.

Мы приехали и я побежала к берегу. Остановилась и посмотрела на волны. Природа такая величественная. Все в ней прекрасно, волшебно и красиво. Эти волны, этот песок, этот цвет моря.

Нейтон предложил сесть на песок, но, как только я собиралась повторить то же, что и он, потянул меня за руку. Теперь я сидела у него на коленях. Он сложил руки у меня животе, а я рассматривала его пальцы.

Каждый из нас молча любовался морем, а через некоторое время он поцеловал меня в щеку.

— Чем займемся сегодня? — спросила я, не с той интонацией, с которой обычно говорю, надеясь, что он поймет намек.

Он с какой-то грустью посмотрел на меня и пожал плечами.

— Так, ладно. Кто-то явно не в духе.

Я повернулась и поцеловала его. По-моему, я только недавно начала понимать как важно на самом деле человеку тепло, контакт с другими людьми. Особенно, если это человек, которого ты любишь. Мне так важна близость с ним, важно тепло его тела, блеск в глазах, отдача. Без этого трудно представить отношения. Тогда это уже будут не они. Если нет контакта с человеком, нет искренности — это не то. Быть честным с человеком — важнее всего.

Мы посидели так еще некоторое время, а затем поднялись. Нейтон развернулся и зашагал к машине, а я еще раз посмотрела на горизонт. Мои волосы развевались на ветру и я расслабленно стояла рядом с водой.

— Нам пора, — тихо произнес Нейтон.

Я развернулась и мы зашагали к машине.

***

Я зашла в дом и отправилась в комнату Нейтона.

Начала переодеваться и сняла с себя толстовку, оставшись в лифчике и джинсах. В этот момент зашел Нейтон.

Он устало посмотрел на меня:

— Нам нужно поговорить.

— Хорошо.

Даже не догадываясь, о чем он хочет поговорить, я присела на его большую мягкую кровать. Он сделал тоже.

Тяжелый вздох. Кажется, ему очень трудно что-то сказать.

— Тогда, в больнице, я не находил себе места. Я винил себя в том, что произошло и виню до сих пор. Мне было тогда слишком страшно. Все мои страхи могли тогда сбыться, если бы тебе вовремя не помогли. Мои опасения подтвердились — мне лучше быть одному, чтобы человеку рядом со мной, не могли причинить боль или вред, — он сглотнул и продолжил, —
Я не хочу этого, Лив. Я уже говорил это, когда пытался все закончить. Пытался, но не смог. Сейчас все серьезнее. Ты могла умереть. Я сказал, что мне будет трудно быть без тебя, но еще хуже будет, если ты вообще умрешь.

Я посмотрела ему в глаза:

— Ты меня бросаешь?

— Нет, не бросаю. Я просто ухожу. Ухожу из твоей жизни, потому что только так ты сможешь быть счастлива. Так нужно. Так будет лучше.

— Но я счастлива с тобой! Кому от этого будет лучше?

— Я знаю. Но это неправильно — подвергать тебя опасности. Тебе будет лучше без меня.

— Давай уедем? — быстро прошу я.

— Пока он жив — он найдет нас везде, где мы ни были.

— Я не хочу.

Он протянул руки, но я отпрянула.

— Мне нужно быть одному, пока я не найду выход.

Одинокая слезинка скатилась по щеке.

— Мы будем видеться в школе и мне будет больно, — сказала я.

— Я буду тебя избегать. А после школы, сделаю так, чтобы ты меня больше не видела.

Теперь уже не одна слезинка, поползла по щеке. Он посмотрел мне в глаза:

— Не смей думать, что это из-за того, что я хочу сбежать от тебя или бросить. Я бы никогда не принял такого решения, если бы не этот человек и если бы не обстоятельства, в которых я нахожусь. Я люблю тебя. Очень сильно. Ты космос, Лив. В тебе целый мир и ты так охотно им делишься. В тебе добро, свет,  верность, честность. Что, сука, очень редко в наше время, — он вздохнул и коснулся моей щеки, — Ты не представляешь, как сильно я ценю то, что имею и как сильно хочу остаться. Но нельзя. Правда нельзя. Мы забудем об опасности и он убьет тебя или причинит вред кому-то из близких. Я не могу. Не смогу жить с этим осознанием.

Я встала и подошла к шкафу, в котором аккуратно висела парочка  моих вещей. Теперь мне хоть стало понятно, почему он весь день ходил такой грустный и озадаченный. Собирался с мыслями.

Кинула в рюкзак пижаму, футболку и спортивные штаны. Все это я носила, когда была здесь, у него. Боюсь, мне придется сжечь эти вещи, иначе я сдохну от воспоминаний о том, как мне было здесь хорошо.

— Не молчи. Скажи что-нибудь.

Я повернулась к нему:

— Мне очень больно.

Нейтон сжал челюсть и кулаки. Я подошла ближе.

— Мне больно от того, что кто-то может решать, быть мне с человеком или нет. Больно, что кто-то, у кого есть связи, может по одному щелчку пальцев отобрать человеческую жизнь. Больно, что до этого мне очень во многом не везло по жизни, но повезло с тобой. Больно, что мне приходится уходить от человека, с которым я была готова строить семью, с которым я готова была растить детей. Больно, что судьба играет злую шутку и мне нужно бежать прочь от того, кого до безумия люблю.

Нейтон выдохнул и посмотрел на меня:

— Ты никогда не говорила про детей.

— Мне казалось, что это очевидно.

Он улыбнулся, но улыбка эта была грустной.

— Мне так жаль. Что все выходит так. Видимо, счастливое завтра не только от нас зависит.

Я вздохнула и не знаю, к чему, мне нужно было узнать кое-что, что тревожило меня очень долго:

— Скажи, ты знал о том, как убили Селену, кто это сделал и почему?

Нейтон, кажется, не ожидал этого вопроса и нервно потрогал волосы.

— Да, — тихо сказал он.

Я прикусила губу. На самом деле, эта мысль была понятной, ведь он общается с Рэем и он, как я поняла, не самый последний человек, который все узнает. Просто я отказывалась в это верить.

— Почему ты не сказал мне?

— Думал, что тебе не нужно это знать.

— Не нужно знать? — я повысила голос, — Она была моей подругой, а ты знал, кто ее убил и не говорил.

— Для твоей же безопасности.

— А почему ты не помешал этому случиться?

Он посмотрел мне в глаза.

— Я не мог позволить себе это сделать. Было бы много вопросов. И была бы опасность.

— Ясно.

Я развернулась и пошагала из комнаты. Больше не о чем было говорить. Я еще буду видеть его в школе, буду избегать его взгляда. Может, нужно еще что-то сказать?
Я обернулась. Он шел за мной. Я остановилась у двери. Хорошо, что в доме никого пока не было, иначе было бы много вопросов.

Нейтон посмотрел своими изумрудными глазами в мои серые. Нет, не буду ничего говорить. Тишина говорит сама за себя. Он хочет обнять меня, но не понимает, зачем это сейчас и я не понимаю. Не хочу, чтобы было больно. Хотя, куда уж больнее.

Я открываю дверь и выхожу из дома, умоляя саму себя не оглядываться. Так нужно. Так в безопасности будет моя семья. Я даю волю слезам и они долго катятся по щекам. Это несправедливо. Так несправедливо.

Дует сильный ветер, рюкзак болтается на плече и я возвращаюсь домой.

—————
Роуз часто навещала Оливию в больнице, а потом они еще чаще, чем раньше, собирались все вместе. Она, Кэтрин и Лив. Смитт сильно переживала за подругу. Этот выстрел и неделя в больнице казались страшными событиями. Они с Оливией знакомы не так давно, но она стала для нее близкой подругой и переживания часто накатывали волной.

Роуз возвращалась из магазина косметики, домой. По пути она еще зашла за новыми кроссовками и теперь счастливо шла по улице. Она переехала к Алексу и хоть совместная жизнь была в новинку, она ей нравилась. И, кто бы, что ни говорил, мол, рано еще и совместная жизнь скучна, она знала, что рано или поздно не бывает и еще ей было очень хорошо жить вместе с Алексом. Они весело проводили время, доверяли друг другу, точнее, учились доверять. Они попробовали и у них все шло хорошо. Правда, не рассказали Оливии, так как не было подходящего момента и разговор всегда откладывался.

Сегодня было хорошее настроение, Роуз светилась от счастья. Ее не могло не радовать развитие их с Алексом отношений. Ей было спокойно с ним, она не переживала, она чувствовала себя нужной и была влюблена в него по уши.

Проходя мимо кафе, она заметила две макушки. Девушку со светлыми волосами и девушку с рыжими. Они сидели прямо рядом с окном, мимо которого Роуз прошла с пакетом из магазина. Радость улетучилась. Анна Фоули и Пайпер Депп — последние, кого она желала видеть.

Тем временем девушки тоже заметили ее и переглянулись.

— Другого шанса не предоставится, — сказала Анна.

Подруга посмотрела на нее, встала из-за стола и быстрым шагом пошла к выходу из заведения.

Они вышли на улицу и догнали Роуз, которая чуть-ли не бегом удалалялась подальше.

— Постой! — крикнула Фоули.

Роуз обернулась и испугалась.

Что им нужно?

Рука Пайпер дотронулась до плеча девушки.

Она остановилась.

— Ну чего вам?

— Роуз, мы хотим поговорить, — сказала Анна.

— Нам не о чем разговаривать, — девушка развернулась и хотела уже уйти, но ее остановили снова.

— Да постой же!

— Мы.. — начала Фоули, — просто хотели извиниться. За то, как поступили с тобой. Просто прости.
Школа не будет вечно, а популярность того не стоит, правда. Сейчас мы это понимаем, — светлая прядь упала на лицо и девушка аккуратно убрала ее.

Роуз непонимающе уставилась на них.

Внезапно пришла мудрость? Решили извиниться? Интересно.

— Лучшими подружками мы точно уже не станем, но не хотелось бы, чтобы ты продолжала злиться, — сказала Пайпер.

— Ладно, — выдохнула темноволосая, — Я не держу зла. Все в порядке. Так бывает.

— Фух, — выдала Анна, — как камень с души. Ладно, не будем тебя отвлекать. Увидимся в школе.

— Да, увидимся.

Девушки пошли обратно в кафе, а Роуз пошла к дому Алекса.

Странно то, что они извинились, но ладно. Если им стало легче. Я правда уже не держу зла. Все позади. Всегда приходит место чему-то новому. Это вечный круг. И в этом весь смысл. Жизнь заполняется другими людьми и если кого-то там не будет, то будут другие. Такова реальность.

Девушка зашла в квартиру, сняла обувь и прошагала на кухню.

Алекс стоял в спортивных штанах, с голым торсом и жарил яичницу.

— Ну прям мечта любой женщины, — с улыбкой подумала Роуз.

Он повернулся к ней.

— Час дня, а у тебя завтрак. Ничего нового, — закатила глаза и рассмеялась Роуз.

Он подошел и чмокнул ее в губы.

— Будешь есть?

— Не откажусь.

Они сидели за столом и Роуз рассказывала про Фоули и Депп.

— Видимо, их замучила совесть и они решили извиниться. Это нормально, — дослушав сказал Алекс.

Она посмотрела ему в глаза. Там она всегда находила понимание, которое порой очень необходимо.

После того, как поели, они начали вместе убираться в квартире. Болтали, смеялись. Это была жизнь мечты для Роуз. Они оба учились строить отношения по-другому. А Алекс чувствовал, что Роуз тот человек, с которым он чувствует себя дома.

***
Нейтон курил на балконе. Было около трех часов ночи. Не спалось.

Сегодня на этом балконе стояла она, а теперь я ее тут не увижу. Было очень больно осознавать, что твой любимый человек больше не обнимет тебя, не поцелует и не поддержит. Но так ведь лучше? Я же правильно поступил?

Он листал фотки в телефоне, которых было так мало и жалел, что не снял больше.

Море. Длинные светлые волосы. Это фото он сделал сегодня, когда она смотрела на волны.

Я запомню тебя такой. Твои волосы развеваются на ветру, ты вдыхаешь свежий и соленый воздух, поднимаешь голову к небу и раскидываешь руки в стороны. Ты счастлива. Тебе хорошо. Такой я тебя навсегда запомню..

***
Оливия в это время тоже не видела сны. Она, уткнувшись лицом в подушку, рыдала и вспоминала.

— А ты бы стала моей женой?

— Чего? Женой? А не рановато-ли?

— Не сейчас, это понятно. Но в будущем?

— Я бы подумала над этим.

— Миссис Уокер. Ну звучит же, да?

Девушка издала тяжелый всхлип.

— Тебя нужно ценить, а Тайлер тебя не ценил.

Взгляд темно-зеленых глаз затягивал в омут, а затем манящие губы вовлекли в поцелуй.
Руки блуждали по телу, поцелуй стал настойчивым.

— Эй, эй. Из нежности мы сейчас перейдем в страсть.

— Я был бы не против. Каждый день и только с тобой.

Девушка улыбнулась и легла на диван, а парень навис сверху.

— Гуляй почаще дома в нижнем.

Он ухмыльнулся, а девушка спихнула его с себя, легонько ударила и в грудь и заливисто рассмеялась.

Почему так больно? Почему?

Ночь. Звездное небо. Теплый капот под собой.

— Здесь так красиво. И небо будто ближе.

— Это точно, — сказал парень.

— А если бы сейчас упала звезда?

— Что бы я загадал?

— Да. Чтобы ты загадал?

— Счастливый финал.

Оливия поднялась, вытерла тыльной стороной руки слезы, подошла к окну и вдохнула ночной воздух.

Мне так будет тебя не хватать..