Часть 6
Сяо Чжань закрыл уши ладонями, но какое там... В чувство его привели руки Ибо, которые ласково погладили его по голове.
-- Шш..успокойся, все в порядке, это часть плана. А сейчас мы затаимся, как две мышки, хорошо?
Они оба сжались в комочек, а Ибо еще и накинул на них большую пыльную тряпку. Так, на всякий случай. Каморка была запасной, ею почти не пользовались, дверь в нее была заперта, но кто знает...
Снаружи царил полный хаос. К ужасающему вою сирены прибавился вой полицейских машин, топот многочислен
ных ног и вопли людей, вынужденных перекривать все это. В воплях было недоумение. Все на месте, ничего не пропало, а оно продолжает выть...
Сквозь эту какофонию прорвался зычный голос кого-то из полицейских.
-- Да выключите вы эту жуть. Прошло еще несколько томительных минут и общий вздох облегчения пронесся по залу.
Сяо Чжань и Ван Ибо затаили дыхание. Уф, вроде обошлось. Выждали для верности еще несколько минут после того, как все разошлись и разъехались, спихнули с себя пыльную тряпку и принялись, насколько это было возможно, разминать затекшие руки ноги и тереть пострадавшие уши. Когда слух и пульс пришли в норму, Чжань нервно засмеялся.
-- Вот это жесть. Никогда не думал, что такой звук вообще в природе существует.
-- Это новая модель. "Триумф" называется.
-- Триумф зла -- это точно.
-- Послушай, Чжань-гэ, -- в голос Ибо закрались неуверенные нотки, -- может, все же объяснишь, зачем тебе понадобилось красть собственную вещь? А то как-то неудобно получается. Вдруг меня полиция сцапает, а я даже не в курсе.
Чжань весь напрягся.
-- Меньше знаешь-крепче спишь. Ой, прости, это грубо. Я имею в виду, это даже лучше, что ты ничего не знаешь. Сойдешь за невменяемого. Ой, опять нагрубил. Скажи, что влюбился в нее...
Крупная дрожь прошла по телу Ван Ибо и передалась Чжаню. Ибо прошептал на грани слышимости.
-- А если я и вправду влюбился, только не в нее?
И наклонил голову, целуя наугад. Поцелуй пришелся в уголок рта. А следующий получился уже правильным -- в приоткрытые губы Чжаня -- нежным и жадным одновременно.
У Сяо Чжаня как-то разом все мысли вылетели из головы, и он безотчетно ответил на поцелуй. Они на некоторое время выпали из реальности, увлеченно целуясь и шаря руками, где попало. Чжань очнулся первым.
-- Так ты поэтому? ... Согласился.
-- Ага.
-- А когда ты...?
-- Что когда? Влюбился в тебя? Да как-то так сразу, когда увидел тебя такого красивого на лестнице, в пижаме и с пистолетом. Поэтому и в обморок упал...
-- Да ну тебя.
-- Честно, честно.
-- Преступная из нас вышла парочка..., -- вздохнул Сяо Чжань.
-- Чжань-гэ,
-- Ибо аж весь затрепетал, -- так ты согласен, что мы -- парочка?
-- Ну да, Бо-ди, -- Чжань почувствовал, как заполыхало лицо, -- а кража Венеры...
-- Шш, не продолжай. Я сам скажу, ты только кивни, если я прав. Это из-за экспертизы?
-- Да.
-- Значит, она подделка? Но как? Я узнавал, она известна как минимум последние сто лет и ее подлинность никогда не подвергалась сомнению. Это кто ж ее тогда создал? Явно не ты и не твой отец.
-- Прадедушка.
-- А кто ему позировал?
-- Прабабушка.
-- Воот, я же говорил, что вы похожи. Выше нос, Сяо Чжань, твой прадедушка был, что надо, не говоря уже о прабабушке. А ты вообще любовь всей моей жизни, баобей.
Сяо Чжань внезапно засмущался, засопел, и обняв Ибо за шею, спрятал голову у него на груди. Они немного посидели так, потом Ибо прошептал ему на ухо.
-- Мужайся, Чжань-гэ. Второй раунд.
В этот раз Сяо Чжань испугал
ся намного меньше. Привычка -- вторая натура. Вой не стал менее устрашающим, ударил по ушам и по нервам, но переносился уже как-то легче. Чжань осмелел настолько, что высунулся посмотреть, что делает Ибо. Ух ты... Ибо, не отходя от каморки, швырнул игрушечный бумеранг, и тот, описав кривую вокруг статуэтки, как раз в зоне действия сигнализации, и тем самым пробудив монстра, вернулся к нему в ладони.
А Ибо, не медля ни секунды, кинулся обратно в спаситель
ную темноту.
Вся сцена повторилась с точностью до запятой, только финал получился другим. Начальник районной полиции орал, перекрывая сирену.
-- Сколько можно?! Что это за хрень, мать вашу?! У меня все телефоны оборвали, и сервер, того и гляди, ляжет. Все спрашивают, кто напал, русские или американцы, и где ближайшее бомбоубежи
ще. Выключайте эту дрянь насовсем.
-- Да, господин начальник. Как скажете, господин начальник. Наступившая тишина показалась благословением. Ван Ибо удивленно покрутил головой.
-- Надо же. Сработало. Отключили этот свой Триумф. -- А ты что, не был уверен?
-- Да нет, был. Естественная человеческая реакция...
-- Ибо, очнись. Ты гений. -- Сяо Чжань восторженно посмотрел на него, хотя из-за темноты взгляд пропал даром, -- прости, что сомневался в тебе.
-- Так. Теперь самая ответственная часть. Поцелуй меня на удачу, и вперед. Чжань просьбу выполнил с удовольствием. Он чувствовал себя смелым, бесшабашным и слегка пьяным. Ибо смотался в камеру хранения за оставленным там пакетом и, вернувшись, протянул Сяо Чжаню бесформенные кофту, юбку и панаму.
-- Надевай.
Сяо Чжань засомневался.
-- А как? Мне что, раздеться?
-- Позже, непременно. А сейчас надевай прямо на свое. Дурачок ты мой, давай я тебе помогу. И вот, держи ведро.
-- Ой, Ибо, а в нем...
-- Ну да, Венера Челлини твоя драгоценная. Видишь, я ее в тряпочку замотал.
-- Ах, Ибо...
-- Знаю, знаю, я твой герой. А теперь сидим смирно и ждем уборщиц. Я скажу, когда тебе выползать. Вот, натяни панаму на глаза, надень маску... Потом не забывай тереть пол и тихонько ползи в сторону служебных помещений. Я тебя там встречу.
-- А как ты...?
-- Шш, уборщицы уже здесь. Сяо Чжаню эти пять минут с ведром и тряпкой показались вечностью, да еще в замедленном действии. Но он боялся напрасно. Персонал музея так ошалел от всех этих событий, что заметил пропажу экспоната гораздо позже того, как Чжань и Ибо, успевший переодеться в форму охранника, удрали по черной лестнице.
Чжань пребывал в такой эйфории, выбравшись из здания, что и не подумал допытываться, почему их не было ни на одной из камер видеонаблюдения, и откуда Ибо знал коды от всех дверей. Уже в машине его настигла отсроченная истерика.Он плакал и смеялся одновремен
но, лежа в объятиях Ибо, который успокаивал его, качая в руках, как ребенка и легонько целуя. Ибо же и довез его до дома, потому что сам он машину вести был не в состоянии.
Венера, по-прежнему замотан ная тряпкой, осталась у Ибо, который пообещал о ней позаботиться. От ведра и компрометирующей одежды благополучно избавились по дороге.
Старший Сяо озабоченно посмотрел на сына, который ввалился домой весь взъеро-
шенный, растерзанный, с подозрительно блестящими глазами и припухшими губами, и только покачал головой. Сяо Чжань, не в силах говорить, махнул ему и отправился к себе, где упал на кровать не раздеваясь и уснул сном праведника.
...Он еще спал, когда сквозь сонные грезы пробились громкие вопли отца внизу. С трудом приоткрыл глаза и посмотрел на время. Десять утра. Выходит, он проспал почти двенадцать часов. Отправился в душ, игнорируя настойчивые крики. Не успел еще толком вытереться, как в комнату влетел старший Сяо, размахивая телефоном.
-- Сынок, мы спасены, спасены!
-- А?
--Ты не представляешь, что случилось! Вчера ночью украли нашу Венеру.
-- Что?! -- Сяо Чжаню удалось изобразить на своем лице изумление пополам с радостью, -- правда, что ли?
-- Сам смотри.
Отец ткнул телефон ему под нос.
-- Все новостные ленты сообщают об этом. Следов взлома не обнаружено. Полиция теряется в догадках. Полагают, что это дело рук гонконгской или тайваньской мафии. Ну, кто бы это не был, благослови его бог. Пойдем, откроем шампанское. Пока ты тут намывался, мне уже звонили из музея сообщить скорбную весть. И вдобавок огорчить тем, что страховка не вступила в силу, поскольку не было экспертизы. Представляешь, я сумел даже всхлипнуть.
-- Папа, я тобой горжусь.
-- А ты где был вчера? -- старший Сяо подозрительно уставился на сына, -- выглядел так, как будто весь вечер с кем-то целовался.
-- Ну, -- Сяо Чжань смущенно потупился.
Не мог же он рассказать отцу, чем он занимался на самом деле.
-- Ты не думай, сынок. Я тебя не осуждаю, кто бы это не был. Просто будь осторожнее. Не хочу, чтобы тебе разбили сердце.
-- Да ладно тебе, папа.
-- Хорошо, хорошо, не пристаю. Ты у меня взрослый мальчик. Пошли, отпразднуем.
Сяо Чжань рад был провести время с отцом, но у него руки чесались позвонить Ибо. Они вчера не договорились о встрече, да и Чжань не был уверен, не помешает ли он Ибо своим звонком во время какого- нибудь важного, но сомнительного дела.
Ибо нарисовался сам, приехав на мотоцикле к дому Сяо Чжаня, и позвонив в дверь. Он не снял шлем, поэтому старший Сяо не опознал в нем давешнего вора, и только хмуро велел ему ехать помедленнее.
Сяо Чжань вообще-то всякого экстрима побаивался, но после вчерашнего резко осмелел, без колебаний принял второй шлем из рук Ван Ибо и бодро вскарабкался ему за спину, с удовольствием прижавшись всем телом и крепко обхватив за талию. Потом поинтересовался.
-- А куда мы едем?
-- В Сучжоу.
-- Класс. С тобой я готов поехать куда угодно, а в Сучжоу и подавно. А в какой сад поедем?
-- Где народу поменьше. В Сад Супружеского Уединения. Чжань заполыхал ушами.
-- Ты уверен? Может, в Львиную Рощу, или Тигриный Холм? Тебе подходит.
-- А Супружеское Уединение не подойдет?
-- Я этого не говорил.
На дороге Ибо не лихачил, вел мотоцикл уверенно, ровно, и Сяо Чжань откровенно наслаждался поездкой. Он чувствовал под своими руками крепкие мышцы Ибо, и ловил себя на мысли, что счастлив, несмотря на всю двусмысленность ситуации. Он же практически ничего не знал о Ван Ибо, ну, кроме того, что он вор, который промышляет произведениями искусства. И что он очень красивый, крутой, и теперь, выходит, его парень. Ван Ибо о нем знал в разы больше. Но ничего, они сумеют восполнить этот пробел. Если Ибо захочет. А не захочет, тоже не страшно.
-- Мой таинственный парень, -- лениво думал Сяо Чжань, прижимаясь к спине Ибо и чувствуя, как того пробирает мелкая дрожь.
-- А вдруг мы решим там заночевать? А я даже щетку зубную с собой не взял, не говоря уж... Ничего, Ибо обо всем позаботится. Ой, о чем это я думаю... Мы же знакомы всего три дня.
Но какие три дня... Сяо Чжань ни разу в жизни не проводил время так насыщенно. Да уж. Одного раза вполне достаточно. Они добрались до места довольно быстро, купили входные билеты и медленно пошли по тенистым дорожкам роскошного сада, среди цветов, водоемов и традиционных зданий с изогнутыми крышами. Народу почти не было и они шли, взявшись за руки и поглядывая друг на друга.
Сяо Чжань не выдержал первым.
-- Ван Ибо! Мы сделали это! Мы провернули это ограбление.
-- Тише ты!
Ван Ибо на всякий случай оглянулся.
-- Да нет здесь никого... С ума сойти. Ты-то, конечно, привык к такому, но я-то впервые.
-- Я тоже.
-- Что?!
-- Послушай, Чжань-гэ, я тебе все объясню. Я для того тебя сюда и привез.
-- А?
Удивленный Сяо Чжань с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом выглядел так очаровательно, что Ибо не удержался и, зыркнув по сторонам, притиснул его к ближайшему дереву и от души расцеловал. Чжань в ответ только пискнул удивленно, расслабился в его руках и пылко ответил на поцелуи. Когда они, тяжело дыша, наконец оторвались друг от друга, Ибо взял Чжаня за руку, провел еще немного по аллее и усадил на скамейку в тени глициний.
-- Я хочу тебе рассказать о себе.
-- Бо-ди, ты не обязан...
Ибо крепко сжал плечи Чжаня и посмотрел ему прямо в глаза.
-- В тот вечер, когда ты застал меня у вас дома и решил, что я краду картину... на самом деле, я не воровать ее пришел. -- А зачем тогда?
-- Взять с нее образцы краски, чтобы проверить на подлинность. Глаза Чжаня стали совсем огромными и в них появился страх.
-- Я не понимаю.
Ибо было невыносимо видеть такого Сяо Чжаня и он поспешно продолжил.
-- Чжань-гэ, на самом деле я не вор, а частный детектив, специализирующийся на кражах произведений искусства и обнаружении подделок. Я фрилансер, иногда работаю на музеи и аукцион
ные дома, иногда на частных лиц. Тот, кто купил вашего Модильяни, ну, очень важная шишка, нанял меня, чтобы я проверил и другие ваши картины. У него было заключение официальной экспертизы, но ему стукнуло в голову, что нужно мнение еще одного специалиста. Знаешь, с коллекционерами так бывает, купят что-нибудь в запале за бешеные деньги, а потом начинают сомневаться..Ну и вот.
-- А он не опасен? -- озвучил Чжань первое, что пришло ему голову.
-- Нет, не особо. Ты не бойся, я заверил его, что подлиннее и быть не может. Передай мои поздравления твоему отцу. Ой, не надо его пугать, лучше посоветуй ему прекратить все это.
-- Ибо, -- глаза Сяо Чжаня медленно наполнились слезами, -- спасибо тебе... за все.
Ибо смутился, заулыбался, притянул Сяо Чжаня к себе и сцеловал каждую слезинку с любимых глаз.
-- Ты думаешь, я ему не говорил, -- всхлипнул Чжань, -- он меня не слушает.
-- Я потом сам с ним поговорю, -- пригрозил Ван Ибо. -- Ты предс тавишь меня своим родителям? Если не как своего парня, то хотя бы как своего друга. Или ты меня стесняешься, а, Чжань-гэ? Все-таки, преступное прошлое...
-- Бо-ди, -- Чжань легонько шлепнул Ибо по руке, -- что за фигня. Я тобой горжусь. А мои родители -- люди широких взглядов.
-- Чжань-гэ, -- глаза Ибо забегали -- это еще не все. Эта шишка, он еще раньше интересовался вашей Венерой, а когда увидел ее на выставке, вживую, так сказать, то вообще умом двинулся. Обратился ко мне с просьбой, не могу ли я найти кого-то, кто украдет ее для него. За большие деньги, разумеется. Я сильно этим озадачился, а тут ты со своей просьбой.Ну я решил совместить приятное с полезным...
-- Ах ты, мелкий лгунишка.
-- Чжань-гэ, -- заныл Ибо, уворачиваясь, -- за что ты меня опять бьешь... Лучше поцелуй. И ты же еще не дослушал. Сегодня ранним утром я отвез нашу крошку ему, и он тут же перевел деньги на мой счет.
-- Бо-ди...
-- Как делить будем? Пятьдесят на пятьдесят? Или, ты как полноправный владелец, хочешь больше?
-- Да не хочу я ничего...
-- Чжань-гэ, -- капризно надул губы Ибо, -- я так не играю. Ты хоть спроси, сколько там.
-- Ну и сколько?
-- Двадцать миллионов швейцарских франков, не юаней, и все на номерном счете.
-- У тебя тоже есть...Ох, мы и правда преступная парочка.
-- Ага, еще ведь и поговорка такая есть. Как там ее... А, рыбак рыбака видит издалека. Народная мудрость, вот.
-- Иди ко мне, мудрый ты мой, дай я тебя поцелую.
Примечания:
Сучжоу -- очень красивый город недалеко от Шанхая со множеством садов и каналов. Его еще называют "китайской Венецией". Сады с такими названиями все существуют. Ну, для нашей парочки "Сад Супружеского Уединения" самое оно.