Помешательство

***

Мне никак не удавалось прочесть выражение лица Кристофера, но я была практически уверена, что на короткое мгновение его глаза несомненно засияли от удовольствия, стоило мне сообщить о намерении Эбигейл избавиться от меня, словно он услышал чертовски хорошую новость. Я могла поклясться, что мне это не показалось, несмотря на то, что уже в следующую секунду Нолан вновь нацепил на себя маску абсолютного безразличия в попытке скрыть эмоции, которые явно не должен был испытывать в такой момент. Ощутив укол злости, я нахмурила брови: от прошлого чувства вины, с которым я жила последние пару суток, не осталось и следа. Тем лучше. Здоровое негодование всегда позволяло мне мыслить трезво и не вестись на обаяние всяких идиотов, которые с невинным видом осуществляли свои коварные планы, в которых я была непосредственной участницей, хотя и не давала на это никакого согласия.

Дело в том, что после той неловкой сцены в нашей с Эби комнате прошло всего несколько дней, и я со всей присущей мне страстностью потратила их на самобичевание. В тот вечер Крис вышел из комнаты следом за мной, а это значило, что они ещё и поссорились из-за меня, поэтому подойти и извиниться хотя бы за то, что я тогда наговорила, оказалось выше моих сил.

Я понимала, что накосячила вдвойне.

Буквально на днях наши с Кристофером отношения вышли на новый уровень: поднялись со «дна» до «ниже плинтуса», а я не только облила его помоями, что он имел честь услышать лично, так ещё и стала причиной его конфликта с девушкой. Самым обидным было то, что я говорила все те гадости исключительно потому, что меня выбесила Эби: я не испытывала и половины той злости, о которой так яростно кричала, скорее просто цеплялась за старые обиды, которые медленно, но верно отходили в сторону, пока Нолан вёл себя по-человечески. Но как объяснить это взрослому человеку с мозгами, если фразу «меня от него тошнит» никак нельзя интерпретировать по-другому?

Если говорить откровенно, это не было единственной моей проблемой. Я уже давно призналась себе в том, что искренне не хотела портить отношения с будущим сводным братом и даже получала некоторое удовольствие от общения с ним. Крис был интересным и местами забавным, особенно когда не строил из себя невесть что, к тому же, его откровенный флирт действительно меня... волновал. Но все эти и так с трудом признанные мною факты были только цветочками. Ягодками оказалось то, что я обрадовалась, когда узнала от Эбигейл, что они расстались. Причём обрадовалась вовсе не потому, что Кристофер наконец перестанет морочить голову бедной девушке, которая даже не подозревала, во что вписалась. Здесь я тоже не стала себя обманывать, хотя моя внезапная честность не была мне на руку.

Какого чёрта вместо того, чтобы переживать о поиске нового жилья или из-за очередного скандала с моим участием, во время нашего разговора с Эби я еле сдерживала улыбку, узнав, что Нолан теперь был свободен? Что мне давало это знание? И почему я испытывала такое удовольствие из-за того, что у них ничего не получилось? Мог ли мой нездоровый интерес к Кристоферу бесконтрольно перерасти во что-то большее?

На эти вопросы я так и не смогла дать себе ни одного вразумительного ответа, и червячок сомнения внутри меня подсказывал, что я просто трусила перед правдой, которую не готова была до конца признать.

Прожив в общежитии всего месяц, сейчас я была на пороге важного решения, которое могло повлиять на моё будущее, а идея переехать на Карлтон-стрит перестала казаться такой уж плохой. И это меня пугало. Как и то, что я невольно начала фантазировать о своей новой жизни в одном доме с Кристофером, и эти фантазии иногда выходили за рамки братско-сестринских отношений. Похоже, его предсказания начинали сбываться, и мне следовало признать, что Нолан был великолепным стратегом. Ему почти удалось без боя и без оружия взять неприступную башню, просто отрезав пути к отступлению, приправив свой ход тем фактом, что я и сама практически готова была сдаться. Наверное, именно потому, что у него всё так ладно складывалось, во мне проснулся дух противоречия, и я решила во что бы то ни стало не играть по его правилам и приложить все усилия, чтобы найти себе жильё, которое будет мне по карману. Если, даже не находясь на территории Кристофера, я сливала одну партию за другой, то переезд в его дом грозил моей полной капитуляцией. Те бабочки, что порхали внутри моего живота, стоило Нолану оказаться поблизости, явно не были признаком чего-то хорошего и светлого. Они предупреждали меня о том, что мне стоило держаться подальше от змея-искусителя, который крутил жизнями людей, словно забавлялся с фигурками на шахматной доске.

Во взгляде Кристофера всё ещё был немой вопрос, и я решила расставить все точки над «i», пока во мне теплилась злость на то, что он был в более выгодном положении, чем я. Уверенно схватив его за запястье, я повела нас в сторону небольшого закутка, куда редко забредали студенты и преподаватели, чтобы мы могли поговорить с глазу на глаз. Не изменяя своей привычке, я кинула сумку с тетрадями на пол и забралась на подоконник с ногами, нервно сжимая в руках пустой бумажный стакан из-под кофе. Крис понял намёк и последовал моему примеру.

Чтобы не задерживать ни его, ни себя, я потратила буквально полминуты на то, чтобы собраться с мыслями и выстроить стратегию диалога и взять его под контроль. Во-первых, я должна была сообщить о том, что не была дурой и прекрасно понимала, как именно ему удалось испортить мою жизнь и повлиять на вчерашний скандал с Эбигейл. Во-вторых, я хотела извиниться за то, что он услышал о себе накануне из моих уст, чтобы закрыть этот вопрос и больше не терзаться чувством вины. Наверное, делать это было не обязательно, учитывая, что теперь из-за Криса я осталась без места жительства, но мама воспитала меня слишком совестливой, и от вскользь брошенного «прости» от меня бы не убыло. В-третьих, мне нужно было его обломать: переезжать в их дом я не планировала, даже если это вынудило бы меня снова искать подработку, что, конечно, повлияло бы на мои академические успехи. Но об этом я думала в последнюю очередь.

Я набрала полную грудь воздуха, игнорируя испытующий взгляд Нолана. В отличие от меня, он выглядел вполне расслабленным: ему не нужно было занимать чем-то руки, чтобы не нервничать, а на его лице играла ничего не значащая полуулыбка.

— Если ты думаешь, что всё это ужасно весело, то спешу сообщить: это не так, — уверенно начала я.

В карих глазах моего собеседника плясали чертята: он в очередной раз дорвался до любимого занятия, и речь шла об издевательствах надо мной, конечно. Он прикусил нижнюю губу в предвкушении и чуть наклонил голову, будто рассматривал наиболее интересный образец в кунсткамере. Я неловко смяла в руках бумажный стакан.

— Давай нормально всё обговорим, чтобы я хотя бы понял, в чём конкретно провинился в этот раз, окей? — осторожно сказал Кристофер, словно разговаривал с ребёнком, психику которого боялся повредить. — Ты уже привыкла спускать на меня всех собак, я в курсе, но сейчас мне явно нужны подробности, чтобы разобраться.

— Разобраться в чём? — ощетинилась я. — Если что, нам не обязательно говорить об очевидном, потому что мы оба знаем, кто виноват в том, что произошло между мной и Эби, я лишь хотела в очередной раз попросить оставить меня в покое, раз уж ты не понял с первого, второго и третьего ра...

— Что произошло между тобой и Эби? — перебил Крис. — Начнём с начала, хорошо?

Он всё ещё продолжал говорить со мной, как с умственно отсталой, и это просто выводило из себя. Я искренне не понимала его желания копаться в лежащих на поверхности фактах: он прекрасно знал, из-за чего именно они расстались, по той же причине она закатила скандал и мне. Может, Крису просто хотелось подольше меня позлить?

— Думаю, ты и так знаешь, хватит валять дурака, — я надула щёки и сердито выпятила губы. — Она рассказала, что вы расстались, — мой многозначительный взгляд был встречен непониманием.

— Это не повод выгонять тебя из комнаты, ты не находишь?

— О, я полностью с тобой согласна, но есть нюанс: она уверена, что ты от меня без ума, и что я держу тебя на коротком поводке, — даже сказанное с явным сарказмом, это звучало как полнейший бред, от чего я невольно поморщилась. — В общем, она сказала, что ты дал ей понять, что между тобой и мной что-то есть, и терпеть она это не собирается, и, если я самовольно не съеду в ближайшее время, она устроит мне сладкую жизнь. А ещё она сказала, что у меня никогда не будет друзей, потому что я думаю о своей вагине больше, чем о чувствах окружающих меня людей.

— Забавно, — Крис улыбнулся уголком губ.

— Ничего забавного я в этом не вижу.

Перед глазами тут же появилось её красное лицо и губы, которые кривились в усмешке. Она так уверенно кричала о том, как я назло ей соблазнила Кристофера, что я в какой-то момент почти в это поверила.

— Слушай, мы же говорим об Эбигейл. Она всегда выдаёт желаемое за действительное, — парень пожал плечами, словно сказал нечто очевидное. — Она увидела, что мы несколько сблизились в последнее время, и сложила два и два. То, что у неё в итоге получилось пять, уже не наша проблема.

— Она назвала меня извращенкой, Кристофер! Орала, что нужно быть совсем конченой, чтобы запасть на будущего брата.

— Не принимай её слова близко к сердцу, Софи, — поморщился он. — Не очень нормально, когда брат и сестра, родные или сводные, росли вместе, а затем стали чувствовать влечение друг к другу. У нас с тобой другой случай. Мы познакомились уже будучи половозрелыми людьми. Ты не извращенка.

— Огромное спасибо за утешение! — вспыхнула я. — И ещё: нет между нами никакого влечения!

Кристофер усмехнулся.

— Правда?

— Можешь не сомневаться.

— Сомневаться или нет — уже мне решать, милая, — всё с той же беззаботной улыбкой ответил Нолан и откинулся спиной на стекло. — Думаю, ты просто любишь обманывать саму себя.

— Слишком много думаешь, милый, — в тон ему ответила я.

— Тебе бы тоже не помешало.

Я села точно в такой же позе, как и он, свесив ноги с подоконника и прижавшись спиной к прохладному стеклу. По плечам побежали мурашки, и я сложила руки на груди, чтобы скрыть вставшие от резкого перепада температур соски. То, что мы больше не смотрели друг другу в глаза, придавало мне немного смелости.

В каком-то смысле, Кристофер был прав. Эбигейл действительно всё неправильно поняла, но на её месте я сделала бы точно такие же выводы. Сначала она была свидетелем того, как мы ругались в стенах нашей альма-матер и постоянно играли в гляделки, потом увидела звонки в его телефоне, затем её подозрения подтвердились, когда мы приехали вместе в университет. То, что Нолан решил её бросить пару дней спустя, было лишь финальным штрихом во вполне очевидной картине. Я не понимала только одного: почему в итоге в её глазах во всём виновата была только я, а Крис оказался всего лишь жертвой созданных мною обстоятельств, словно он был безмозглым козликом с верёвочкой вокруг шеи, за которую я потянула, не оставив бедняжке выбора.

Как там говорят подобные Эбигейл девицы? Сука не захочет, кобель не вскочит? Это приравнивание нас к животным и так порядком меня бесило, так ещё и не давало ответа на очевидный вопрос: почему кобель-Кристофер не остался с ней, ведь Эби явно была сукой, которая хотела. Ещё как. Наверное, ей просто было проще видеть ситуацию по-другому: в её мире этот наивный парнишка по незнанию попал в сети коварной паучихи, а не бросил её, потому что никогда ничего к ней не чувствовал.

— В любом случае, всё сходится. Ты говорил, что всегда добиваешься того, что хочешь, — я старалась звучать максимально безэмоционально. — А ты, как я помню, хотел, чтобы я переехала в ваш дом.

— Прошу заметить, что в последнее время я вообще не поднимал эту тему.

— Но это не значит, что ты отступился от своей идеи фикс.

Между нами повисла недолгая пауза.

— Тут ты права.

Я дёрнулась от неожиданности.

Почему-то я была уверена, что Крис станет увиливать до последнего и ни за что не признается в том, что причастен к решению Эбигейл вынудить меня съехать из общежития. Отчего-то внутри стало так горько, но я мысленно отругала себя за то, что всё ещё верила в лучшее. В лучшего Кристофера, коим он не являлся.

Я покачала головой, где-то в глубине души надеясь, что всё же ослышалась. Но парень не спешил оправдываться или опровергать свои слова.

— Вот ты и признался, — разочарованно констатировала я. — Правда всегда всплывает рано или поздно, не так ли?

Я почувствовала его взгляд в районе виска и сморщила нос. Какого чёрта он теперь на меня пялился? Ждал, что я похвалю его талант плести интриги?

— Софи... — как-то слишком мягко начал он. — Правда в том, что я просто решил расстаться с Эбигейл, всё остальное она додумала сама.

— Но ты очень постарался провернуть всё так, чтобы она сделала правильные выводы, верно? — я повернулась к Кристоферу лицом всего на мгновение, и наши полыхающие взгляды встретились снова. — Во время первой нашей ссоры она сказала мне, что видела твои звонки мне на телефон той ночью, когда я была с друзьями. Ещё она призналась, что вчера спросила, нравится ли тебе кто-то другой, и ты посмотрел на мою фотографию. Хочешь сказать, это было не специально?

— Именно это я и хочу сказать. Ты не можешь обвинять меня в том, что моя бывшая подружка шарилась в моём телефоне тайком от меня, прошу заметить, или в том, что я случайно уронил взгляд не туда, куда надо было, — он чуть приблизился ко мне, опершись рукой на подоконник. — Я не просил её выгонять тебя и не говорил с ней о моих чувствах к тебе. Я клянусь.

О каких, чёрт возьми, чувствах?

— Даже если ты не просил об этом прямо, ты всё равно виноват. Косвенно.

Периферийным зрением я заметила, как он закатил глаза. Возможно, мой аргумент был недостаточно весомым по его мнению.

— Косвенно в этом виноваты даже наши родители, потому что в своё время не воспользовались презервативами, и появились мы с тобой.

— Ты несешь чушь!

— Это ты несешь чушь, Кэрролл, — я почувствовала, как изменился его тон, а это значило, что Нолан начинал сердиться. — Ты ведёшь себя, как Эбигейл: обвиняешь меня в том, чего я не совершал, подтасовываешь факты так, как тебе удобно. Но это очень далеко от истины, поверь мне.

— Поверить тебе? — я даже шокировано усмехнулась. — После всего, что ты мне говорил?

Надеяться на то, что я забыла, как он вёл себя до нашего хлипкого «примирения» было верхом тупости с его стороны.

— Да что, блядь, я тебе такого говорил? — Крис наклонил голову, чтобы заглянуть мне в глаза, но я не отводила взгляда от стены. — Посмотри на меня, Софи.

Я лишь отрицательно мотнула головой. Когда мы смотрели друг на друга, я терялась, а сейчас было не время сдавать позиции. Я судорожно прокручивала в голове наши с ним перепалки, пытаясь вытащить из памяти наиболее удачный пример брошенной им фразы, который подтвердил бы, что у меня всё ещё были причины не доверять Крису, а потом совершенно не к месту ляпнула:

— Например то, что пересмотрел слишком много порно с тематикой «сводная сестра». Ты намекал на что-то такое даже в самую первую нашу встречу в «Брикко»! Помнишь те намёки на посмотреть кино вдвоём, а? — я тут же пожалела о своих словах, потому что...

... Кристофер снова улыбнулся этой своей дурацкой широченной улыбкой, как на той детской фотографии, где он стоял в надувном плавательном бассейне. Это совершенно обескураживало и заставляло трепетать что-то внутри. И это точно было не к месту, поэтому спустя секунду я снова отвела взгляд.

— Кэрролл, ты слишком остро реагируешь на пошлые шуточки, в твоём возрасте и при твоих внешних данных, ты уже должна была выработать к ним иммунитет, — сомнительный комплимент Нолана всё же немного меня зацепил. — И ещё. Я не отрицаю то, что хочу тебя. Я отрицаю то, что подстроил эту ссору с Эбигейл. Мне при всём желании не удалось бы предугадать, что она потребует, чтобы ты собирала вещи.

Последние слова Кристофера уже не доходили до моего сознания, потому что я зацепилась за ту самую фразу. В горле мгновенно пересохло, а нижняя челюсть показалась невыносимо тяжёлой, и я всеми силами пыталась не дать ей упасть. Ещё ни разу ни один парень так прямо не говорил о своём физическом влечении ко мне, особенно так просто, так невинно, словно это совсем ничего не значило, просто очередной очевидный факт. Само собой разумеющееся. Нолан только что сказал, что хотел бы со мной переспать, но смотрел на меня так прямо, не стесняясь своих слов и желаний, что предательская горячая волна, спустившаяся от живота прямиком вниз, заставила меня поёжиться и свести ноги чуть плотнее. Это было очередной моей ошибкой. Пульсация между бёдер стала ещё сильнее, к тому же это движение не укрылось от взгляда Криса, от чего он самодовольно ухмыльнулся.

— Тем не менее всё складывается именно так, как ты того хотел, — невнятно пробормотала я, пытаясь игнорировать собственное тело и включить мозг.

Давно пора.

То, что парень наклонился ещё ближе ко мне и ухватился горячими сухими пальцами за мой подбородок, не прибавило мне храбрости. Он всё же вынудил меня посмотреть ему в глаза, и снова отводить взгляд было бы откровенным ребячеством, а мне не хотелось, чтобы Крис понял, в каком именно состоянии я находилась.

Меня начинало потрясывать даже от невинного прикосновения к лицу, что в таком случае я бы испытывала, зайди мы чуточку дальше?

Нельзя. Нельзя даже думать об этом.

Нолан смотрел на меня так проникновенно, словно копался в моей черепной коробке, словно мог прочитать каждую из моих грязных мыслишек, чтобы потом использовать эту информацию против меня. Чтобы снова смеяться надо мной и моим показным равнодушием к нему. Я и так была для него чем-то вроде подопытной зверушки, которую он умело загнал в угол, поэтому я запрещала себе трусить перед ним. Мне нужно было показать, что я сильнее, чем он думал, и доказать, что ни его пошлые фразочки, ни скрупулёзно продуманные планы подпортить мои будни, не задевали меня глубоко.

«Что бы ни происходило на поверхности моря, это не потревожит спокойствия его глубин».

Прочитанная когда-то в любовном романе фраза засела в сознании и стала одним из моих жизненных принципов. Я всегда берегла свой внутренний мир, не позволяла себе переживать из-за пустяков, не принимала в ближний круг общения подозрительных людей, от которых чувствовала потенциальную угрозу. Как бы эмоционально я ни реагировала на мелкие ссоры с друзьями и родственниками, стресс из-за экзаменов, несбывшиеся планы — внутри я всегда была спокойна и собрана. Я думала, что с годами эти прочные стены внутри меня будут только крепчать, но я совершила непростительную ошибку, когда расслабилась и, можно сказать, по собственной воле подпустила Криса слишком близко. Нужно было гнать его подальше из своей жизни и даже из своих мыслей, но я невольно возвращалась к нему снова, стоило мне закрыть глаза и вспомнить, как он укутывал меня одеялом.

Но даже если мой голос срывался, когда я ему отвечала, а тело выдавало моё беспокойство, Кристофер не должен был понять, что внутри меня была чёртова мясорубка. Это давало ему карт-бланш на то, чтобы полностью контролировать меня в будущем. А мне нельзя было терять контроль рядом с ним.

— Хочешь знать, чего я хотел? — его голос стал ниже.

О, я уже поняла. Трахнуть меня, можешь не повторять это ещё раз.

— Чего? — только и смогла сказать я.

Как и всегда в мыслях я была куда смелее, чем на деле. Ещё перед началом разговора я мысленно выстроила свои реплики в удобном мне порядке, попыталась предугадать его ответы, придумала несколько колких замечаний, чтобы осадить Нолана или даже поставить его на место. А в итоге сжалась в комочек и позволила ему вести в этом спарринге.

Идиотка.

— Я хотел, чтобы ты меня приревновала, и сама решила съехать, чтобы не видеть меня и Эбигейл вместе, — он осторожно провёл большим пальцем по линии моей челюсти, даря невинную ласку, которая вынуждала меня терять остатки самообладания.

Инстинкт самосохранения умолял меня спрыгнуть с подоконника и бежать, не думая о том, насколько нелепо это будет выглядеть.

— С чего я должна была тебя ревновать? — мои щёки горели, а его пальцы всё настойчивее касались моего лица.

— Считай меня самонадеянным кретином. До тебя проблем с соблазнением девушек у меня не было. Немного просчитался, получается, — Кристофер улыбнулся так, словно считал свой промах чем-то забавным и незначительным.

— Ты серьёзно думал, что я должна была в тебя влюбиться после того, как ты себя вёл?

В моём голосе наконец-то появилась твёрдость, но следующим движением Нолан снова разрушил весь мой запал.

Его левая рука уверенно опустилась мне на бедро, будто он имел право касаться меня вот так. Он не позволил себе меня погладить, лишь чуть крепче сжал пальцы, чтобы я чувствовала это прикосновение сквозь плотную ткань джинсов. Вспомнив, что раньше я реагировала на его касания как дёрганная зверушка, я держалась из последних сил, чтобы в очередной раз не сбросить с себя его руки. Наверное, мне просто хотелось показаться смелой и раскрепощённой.

Прежде державшие мой подбородок, его пальцы переместились мне на затылок, зарываясь в волосы. По спине побежал очередной предательский табун мурашек, а мышцы бёдер сжались ещё сильнее. Наверное, моё напряжение можно было почувствовать, даже не касаясь меня.

— Это же типичная тактика любого пикапера, — его ладонь скользнула по моему затылку к шее и остановилась. — Сначала я был груб, потом вёл себя нормально. Ты даже не представляешь, какое количество девушек подсаживаются на этот крючок, а затем делают всё, чтобы вернуть к себе расположение парней, обративших на них внимание.

— Только те, кто не знают себе цену.

— А ты знаешь, да? — кончик его носа практически касался моего.

— А ты ещё в этом не убедился, да? — я уже не понимала, зачем продолжала играть в эту игру, словно загипнотизированная взглядом его карих глаз.

Мне казалось, что мир вокруг остановился или попросту перестал существовать. Его ладонь на моей шее и пальцы, сжимавшие бедро, его прямой взгляд, лукавая улыбка и критически маленькое расстояние между нашими лицами — всё в совокупности вырывало меня из реальности, заставляя сфокусироваться только на нём.

Кристофер улыбнулся и скользнул языком по своей нижней губе. Его взгляд переместился на мой рот всего на мгновение, затем он снова смотрел мне в глаза. Я знала, что это значило. Я знала и ничего не могла поделать. Его рука на моём бедре словно стала тяжелее.

— Я хочу поцеловать тебя, Софи, — чуть дрогнувшим, наверняка специально, голосом сказал он.

Нолан был прекрасным актёром.

— Ты уже угрожал мне этим прежде, а в итоге просто поелозил ладошкой по моему плечу и ушёл, — бросила я.

Его глаза чуть расширились в изумлении, и я по-детски порадовалась эффекту, который произвела.

— Значит, ты тогда не спала? — Крис надавил на мою шею чуть сильнее, и теперь мы практически дышали друг другу в губы.

Но переступать грань я не собиралась.

— Нет, — собрав всю волю в кулак, весело произнесла я. — Кусала губы в предвкушении, а ты слился, — невинный флирт ведь ни к чему меня не обязывал. К тому же он очевидно был полон сарказма.

Широкая улыбка вновь озарила лицо Кристофера, и он трепетно потёрся о кончик моего носа. Его мятное дыхание сводило с ума, но я не могла позволить себе расслабиться. Напряжённая, как струна, я сидела и вдыхала накалившийся воздух через раз. Сердце с каждой секундой стучало всё быстрее, словно тело снова пыталось мне подсказать, что пора было бежать, пока не случилось что-то неизбежное.

— Я просто не хотел тебя будить. Если бы я знал, что ты была в сознании, я бы непременно это сделал, — и без того низкий голос теперь звучал почти хрипло. — И не только это, Софи, — намеренно добавил он. — Я сделал бы всё, о чём ты бы меня попросила.

Кристофер потянулся ко мне, но я вовремя отвела лицо в сторону, и он лишь мазнул губами по моей щеке.

— Даже если я попросила бы тебя пойти в задницу и не сметь трогать меня без моего разрешения? — я вцепилась пальцами в запястья обеих его рук, и он покорно убрал их, чуть отстранившись. — Что-то слышал про личное пространство?

— Да, мне рассказывали, — нашёлся с ответом он.

Пытаясь сглотнуть слюну, чтобы смочить пересохшее горло, я спрыгнула с подоконника и мгновенно оказалась в нескольких шагах от своего мучителя. На этом расстоянии я снова вспомнила о своей гордости и вздёрнула подбородок.

— Если ты радуешься тому, что в итоге получил желаемое, даже не надейся. Я найду, где жить. И это явно будет не соседняя с тобой комната, — отрезала я и подхватила сумку с пола.

Его лицо снова не выражало не единой эмоции.

— Удачи в поисках.

— Спасибо.

Я развернулась и быстрым шагом пошла в сторону аудитории, надеясь, что Кристофер не пойдёт сразу за мной несмотря на то, что нам нужно было в одно место. Запоздало я вспомнила, что совершенно забыла перед ним извиниться за те гадости, что я говорила про него Эбигейл, но теперь на этот пункт плана стало совершенно плевать. Всё равно всё изначально пошло не так, как было нужно. Переживёт.

Я всё ещё сражалась с тахикардией, когда услышала брошенное мне вслед:

— Софи, ты всё равно рано или поздно окажешься в моей постели. И придёшь туда сама. По собственному желанию.

«Ага, как же, мечтай», — хотелось крикнуть мне в ответ, но я так и не решилась, подсознательно боясь, что его слова были недалеки от правды.

***

Вечером следующего дня я сидела в кафе, где работала Бриттани, и вдыхала не слишком приятный запах застоявшегося масла для фритюра, потому что единственный свободный столик находился достаточно близко к кухне. Рядом со мной стоял чемодан со всеми моими вещами, а на соседнем стуле лежал огромный пакет с тем, что не уместилось в рюкзак. Бри должна была закончить через пятнадцать минут, и чтобы скоротать время, я неспешно жевала остывшую картошку, макая её в кетчуп.

Если моя подруга не была послана мне ангелами, то как ещё объяснить это удачное стечение обстоятельств, я не знала.

После разговора с Кристофером я честно потратила целый вечер на поиск жилья, сидя с ноутбуком на первом этаже в общежитии, где располагалась учебная комната. Сидеть в одном помещении с Эбигейл не было никакого желания, хотя мы в последнее время практически не разговаривали: после нашей ссоры у нас состоялся лишь один короткий диалог, во время которого я сообщила, что съеду до конца недели, а она лишь кивнула в ответ.

Как ни странно, я не чувствовала себя проигравшей.

Оставаться с Эбигейл в одной комнате после всех наших скандалов было выше моих сил, а качать права и предлагать ей съехать самой, раз уж ей так противно моё общество, казалось сущей глупостью. Я понимала, что она не уступит, я понимала, что у меня уже не хватает сил на очередные разборки. К тому же, жизнь в общежитии перестала казаться мне такой уж впечатляющей, и дело было даже не в отсутствии личного пространства, а в том, что мне постоянно приходилось быть милой и вежливой с людьми, которые мне абсолютно не нравились. Я никогда не могла расслабиться, потому что все вокруг были экстравертами на максималках: студенты каждый день устраивали шумные посиделки, не стеснялись расхаживать в семейных труселях по коридорам или без стука ворваться в твою комнату, чтобы спросить, как дела. Спокойно выдохнуть получалось, только когда я запиралась в душевой кабинке. И то если в соседней не решат потрахаться очередные юные любовники, которые не смогли договориться с соседями по комнате.

Конечно, очередной переезд обещал занять много сил, к тому же я не обладала достаточным количеством средств (в отличие от той же Эби), чтобы арендовать что-то поприличнее, чем лавка в парке, но мне несказанно повезло, потому что моя лучшая подруга каким-то чудом уговорила свою хозяйку подселить меня к ней в комнату.

Бриттани жила не слишком близко к центру, но не жаловалась, потому что по меркам аренды жилья в Бостоне платила сущие копейки. С эксцентричной мисс Эллакотт, шестидесятилетней кошатницей, любительницей вина и позднего творчества Поля Гогена, Бри познакомилась на творческом форуме, когда готовилась к поступлению в колледж. Эта дамочка пригласила её выпить кофе после того, как моя подруга провалила вступительные и написала об этом в чате, и между ними завязалась довольно странная дружба, если учитывать разницу в возрасте в сорок лет. В тот же день мисс Эллакотт предложила снимать у неё комнату, если та решит остаться в Бостоне, и Бри, перед этим выслушав очередную порцию дерьма от родителей по телефону, сразу же согласилась.

Ни я, ни Тони никогда не заглядывали в гости к Браун, потому что не хотели смущать пожилого человека, но, по словам моей подруги, мисс Эллакотт была вполне адекватным человеком. Мне предстояло познакомиться с ней сегодня вечером, и я почему-то начинала нервничать.

Мой телефон практически всегда стоял на беззвучном режиме, но я заметила, что экран загорелся от входящего звонка.

— Да, мам?

Я слышала шум проезжающих машин из динамика, похоже она только возвращалась с работы.

— Ты уже у Бри? — нервно спросила она. — Что там за квартира? Не гадюшник?

Закатив глаза, я засунула в рот порцию картошки.

— Я ещё жду её со смены, мы договорились поехать вместе. Квартиру ещё не видела, но не думаю, что там что-то ужасное.

В трубке раздался грустный выдох.

— Не понимаю, зачем шляться по съемным квартирам, если ты можешь жить с нами, — мама снова начала гнуть свою линию, и я начинала раздражаться.

Обычно она спокойно относилась ко всем моим решениям и старалась не лезть лишний раз с непрошенными советами, но сегодня с самого утра атаковала меня сообщениями и просьбами ещё раз всё обдумать. Наверное, я могла понять желание родителя устроить своему ребёнку более комфортную жизнь, и со стороны моё рвение кантоваться по малознакомым районам могло показаться весьма странным, ведь она не знала истинных причин моего отказа переехать на Карлтон-стрит, но и когда на меня вот так открыто давили, я не любила.

— Мы это уже обсуждали, — устало протянула я. — Всё будет в порядке, ты же меня знаешь.

— Тебя знаю, твою подругу тоже, а вот эту незнакомую женщину — нет. К тому же, я сегодня погуглила, район не слишком благополучный, и до университета добираться придётся около...

— Я в курсе, — перебила я. — И я всё равно хочу жить там.

Мама снова разочарованно выдохнула.

— Ладно. Напиши, как будешь на месте, — смиренным голосом сказала она, и я уже собиралась отключиться, когда мама продолжила. — Давай просто договоримся, что, если что-то случится, или тебе там не понравится, ты больше не будешь ничего искать и просто переедешь сюда ко мне, хорошо? Мне так будет спокойнее.

— Хорошо.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— И не сердись на меня.

— Я не сержусь.

— Я просто за тебя беспокоюсь.

— Я знаю.

Мои односложные ответы явно заставляли маму нервничать ещё больше, но у меня просто не было сил снова с ней спорить. Бриттани вышла из подсобного помещения, уже переодевшись в свою повседневную одежду. Я поспешно попрощалась с мамой, сказав, что нам пора выдвигаться, и положила трубку, натянув на себя неловкую улыбку.

— Я даже не знаю, как тебя благодарить, — пробормотала я, когда мы с Бриттани вышли из душного помещения на улицу.

Браун тут же закинула мой рюкзак себе на плечо и забрала пакет из моих рук, оставив мне только чемодан.

— Благодарить нужно Джорджию, мне-то в радость с тобой жить, — пожала плечами Бриттани. — Но мне показалось, что она, наоборот, обрадовалась, когда я её спрашивала про твой переезд. Хочет себе новую подружку, потому что я все её истории из молодости знаю уже наизусть. Только имей в виду, если она будет предлагать тебе выпить её вина, отказывайся: оно креплёное. Я однажды так проспала и опоздала на работу.

— Поняла.

— И ещё: закрывай дверь в комнату, хотя бы на ночь, потому что её котики слишком любвеобильные. Недавно проснулась вся липкая от пота, как слизень, потому что меня облепили четыре пушистые жопки.

— У неё четыре кота? — я округлила глаза.

О любви хозяйки квартиры к кошкам я была наслышана, но чтобы настолько...

— Их девять, Кэрролл, — поправила меня Бриттани. — Пять других спали с ней.

— Жесть.

Я любила животных, но теперь переезд в это кошачье царство не казался такой уж весёлой затеей. Хотя отступать было уже некуда.

— Не парься, дома чисто и не воняет, если что. Джорджия обожает убираться и за животинкой своей следит.

— Это успокаивает.

Мы спустились в метро на станции Чайнатаун, откуда должны были добраться до станции Грин-стрит. В шумном вагоне наш диалог сошёл на нет, но пока мы шли от станции до многоквартирного дома на Ифли-роуд, снова продолжили разговор.

— Обещаю быть хорошей соседкой, — волоча за собой чемодан, я всё же ухитрилась ткнуть Бриттани в бок.

— Очень сомневаюсь. Кровать у нас одна на двоих, а я знаю, как ты лягаешься, когда спишь.

— Зато я не храплю по ночам.

— Я тоже не храплю!

— Поговоришь об этом с будущим мужем.

На неудобной теме Бриттани снова стушевалась, и я прикусила язык. Каждый раз, когда в нашем разговоре упоминалась любая из форм романтических отношений, Браун начинала думать о Тони и грустила. Как и любая влюблённая девчонка, она всё ещё тешила себя надеждой, что оно само собой как-нибудь сложится, что Стивенсон внезапно прозреет и увидит, какое сокровище всегда было рядом с ним, потому что в нашем «современном» обществе делать первый шаг, если ты девушка, всё ещё считалось дурным тоном. Во всяком случае, так думала сама Бри, и поэтому не хотела навязываться. К слову, я не могла её за это судить, потому что и сама не была слишком решительной в таких вопросах.

— Я понимаю, что тебе было некогда в последнее время, учитывая, о чём именно вы разговаривали с Кристофером вчера, но может ты всё же спросила его о вечеринке? — осторожно начала подруга, когда пауза между нами слишком уж затянулась.

Что меня действительно всегда поражало в Бриттани: святая простота. Даже зная в мельчайших подробностях каждый из наших с Ноланом диалогов, она не теряла надежды, что где-то между взаимными обвинениями и грязными словечками затесался незамысловатый вопросик о сраной вечеринке, о которой я и думать забыла.

— Знаешь, я как-то больше была занята его руками, которые он какого-то хера начал распускать, — я закатила глаза. — Он, блин, прямо сказал, что хочет меня трахнуть, Бри. Я вообще не думала ни о чём, кроме того, чтобы сбежать, да побыстрее.

— Да, я понимаю... — я видела, что подруге было неловко, поэтому немного смягчилась. — Просто осталась пара недель.

— А я что могу с этим сделать?

— Не злись.

— Я злюсь не на тебя, а из-за него, — хотя, откровенно говоря, на саму Бриттани я тоже немного сердилась. — Понимаешь, после всего этого я точно не смогу ни с того ни с сего завести с ним разговор о тусовке. Как ты себе это представляешь? Привет, Кристофер, да я недавно чуть было с тобой не поцеловалась, а потом наорала на тебя и сбежала, пообещав, что никогда в жизни не буду жить под одной крышей с тобой, кстати, у тебя нет пригласительных на ту вечеринку на пляже?

— Ну да, — протянула Браун.

— Ещё попросит чего-то взамен, — об этом я подумала ещё в тот вечер, когда Тони и Бри уламывали меня поговорить о нашумевшем мероприятии с Крисом: этот парень явно создавал впечатление человека, который не делает что-либо просто так. — Ну его к чёрту.

— Как скажешь.

Мы остановились около серого трёхэтажного дома напротив входа в квартиру мисс Эллакотт. Я посмотрела на запыхавшуюся подругу и улыбнулась. Она так выручила меня в момент, когда я была практически в отчаянии: неужели я не могла хотя бы попытаться сделать что-то хорошее для неё взамен? Пообещав себе немного усмирить свою гордость и всё же спросить у Нолана про пригласительные, я кивнула, чтобы Бри нажала на звонок.

***

— Мы можем поговорить?

Я закатила глаза, но всё же повернулась к Нолану, который подсел ко мне перед началом лекции в пятницу. После того инцидента в коридоре мы не общались, потому что я пряталась от него, как сбежавшая из зоопарка обезьяна, а сообщения с извинениями за «непристойное поведение» игнорировала. Он совершенно зря рассказал мне про ту фишку с «крючком», потому что теперь в каждом изменении в его поведении я видела намерение, словно он вообще ничего не мог делать искренне, и каждое его действие было продумано наперёд, чтобы я повелась, как последняя дурочка. Но держать оборону мне было не впервой.

— Только на расстоянии вытянутой руки, если можно, — я уткнулась в тетрадь, делая вид, что мне было абсолютно неинтересно то, о чём хотел поговорить Крис.

— Без проблем, — он действительно немного отодвинулся от меня, скользнув пятой точкой по скамье, но всё так же сидел ко мне вполоборота и не отводил взгляд.

Он снова сидел слева, он снова был достаточно близко, и снова смотрел на меня, не отрываясь, потому воспоминания о том напряжении, что возникло между нами пару дней назад, норовили вернуться в мою голову, хотя я старательно отгоняла их в последнее время.

— Хочешь снова обсудить, как круто трахнешь меня, потому что я очередная безмозглая потаскушка, которая в любом случае окажется в твоей койке? — если начинать, то с козырей.

Именно эта его фраза позволяла мне держаться на плаву, именно она была моим стоп-словом в этой замудрёной БДСМ-игре, где шлёпали только меня, а ему надлежало получать удовольствие. Когда эти слова, брошенные мне в спину, всплывали в памяти, я снова начинала на него злиться и осознавать, кем он являлся на самом деле.

Подонком. Мерзавцем. И последней дрянью.

Главное напоминать себе об этом почаще, и от прежнего интереса не останется и следа.

— Нет, хотел пригласить тебя на вечеринку, — моя голова непроизвольно дернулась в его сторону, как только Крис беззаботным тоном начал говорить. — В середине октября старшекурсники всегда организуют достаточно масштабный ивент на пляже. Подумал, вдруг ты и... твои друзья захотите пойти.

Я буквально подавилась слюной. Что за хреново совпадение?

— С чего бы такая щедрость? Или это снова тот самый крючок, на который я должна клюнуть? На днях лапал меня, не стесняясь, теперь снова пушистый зайчик?

Наши взгляды схлестнулись: мой — яростный, его — абсолютно спокойный. Мы смотрели друг на друга, словно две кобры перед броском, изучающие слабые места друг друга.

— Я тебя понял, — Крис кивнул и пожал плечами, сдаваясь. — Я не настаиваю, просто подумал, что тебе может быть это интересно.

Парень легко улыбнулся и начал подниматься с места, чтобы оставить меня в покое. И я действительно этого хотела. Хотела, чтобы он не сидел рядом со мной, не обволакивал меня запахом своего парфюма, не кидался забавными комментариями на тему лекции и не касался своим коленом моего под столом.

И вообще, я сделала это исключительно ради друзей.

Не для себя.

— Подожди.

Кристофер обернулся на мой голос, и я была благодарна за то, что он не стал самодовольно ухмыляться. Он спокойно сел рядом, вытащил из рюкзака тетрадь и планшет, и в излюбленной привычке закинул руку на спинку скамьи позади моей спины.

По позвоночнику снова побежали мурашки. Я зажмурилась, чтобы отогнать наваждение. Когда он случайно коснулся пальцем моего плеча, я поплыла.

Чёртов Кристофер Нолан. Можно я буду обратно тебя ненавидеть?